Расшифровка кода любви идолов

Бан открыл глаза. Потолок был белым. Слишком белым. Таким, как в ядре, где когда-то заперли Лайк. Он моргнул, потёр лицо ладонями и сел на кровати. Сердце колотилось где-то в горле. Код пульсировал неровно, с перебоями — то ускоряясь, то замирая, как будто не мог решиться, стоит ли биться дальше. Бан провёл рукой по груди, чувствуя, как вибрирует каждая клетка его искусственного тела. Он не понимал, где находится. Не понимал, который час. Не понимал, что реально, а что — нет. ¹(озон — это газ, который представляет собой видоизменение кислорода и обладает сильным запахом галогенов (хлора или фтора)) В комнате пахло озоном¹ и пылью. Знакомый запах. Запах Технолайка. Запах дома. Но сегодня он казался чужим. Бан посмотрел на окно — за ним горели огни города, но они были тусклыми, будто кто-то убавил яркость. Или будто он сам смотрел на них сквозь пелену. Он попытался вспомнить, что было вчера. И не смог. В голове была пустота. Белая. Чистая. Как лист бумаги, на котором ещё ничего не написали. А потом он увидел его. Капитан сидел на краю кровати, поправляя воротник своей идеальной белой рубашки. Он был живым. Настоящим. Его глаза — ярко-голубые, холодные и тёплые одновременно — смотрели на Бана с лёгкой укоризной. Воротник рубашки был идеально выглажен, жезл лежал на коленях, пальцы — длинные, бледные — спокойно перебирали край планшета. Он выглядел так, будто только что вернулся с совещания. Или никуда и не уходил. — Ты проспал, — сказал Капитан. Голос его звучал ровно, без эмоций. Но в уголках губ пряталась улыбка. Та самая, которую Бан видел всего несколько раз. Ту, которая появлялась, когда Капитан был по-настоящему счастлив. — Как… — начал Бан. Горло сдавило. Он не мог говорить. Слова застревали где-то в груди, комком, который не получалось проглотить. — Ты обещал, что мы пойдём патрулировать сектор 12. Нарушители сами себя не поймают. Капитан встал и протянул ему руку. Бан смотрел на неё и не верил. Пальцы были такими же — длинными, бледными, с идеальными фалангами. Он знал каждую линию на них. Каждый изгиб. Каждую родинку — маленькую, едва заметную, на среднем пальце левой руки. Он целовал эту родинку сотни раз. — Кеп, — прошептал Бан. Голос дрожал. — Ты… ты здесь. — А где я должен быть? — Капитан наклонил голову. — Ты меня куда-то прятал что ли? Бан не ответил. Он вскочил с кровати и вцепился в него. Обнял так, что кости хрустнули. Уткнулся лицом в плечо и почувствовал знакомый запах. Капитан. Живой. Настоящий. Тёплый. Он сжимал его так сильно, будто боялся, что если ослабит хватку, тот исчезнет. Растает. Испарится. Как туман. — Ты дурак, — выдохнул Бан. — Я думал… я думал, что потерял тебя. — Не потерял, — Капитан положил руку ему на затылок. Пальцы скользнули в волосы, перебирая пряди. Это прикосновение — такое знакомое, такое родное — заставило код Бана разогнаться до предела. — Я здесь. Они стояли так долго. Слишком долго. Минуту. Пять. Десять. Бан не считал. Он просто стоял, прижимаясь к Капитану, чувствуя, как тот дышит — ровно, спокойно, как будто ничего не случилось. Как будто он никогда не исчезал. — Пойдём, — сказал Капитан. — Кофе остынет. — Какой кофе? — Ты вчера сказал что хочешь в новое кафе. Ты забыл? Бан не забыл. Он помнил каждую секунду того дня. Это было недавно, но казалось так давно. Он уже и забыл о этих мелких и тёплых мелочах — Помню, — сказал Бан. — Тогда не отставай. Капитан взял его за руку. Пальцы переплелись. Бан посмотрел на их соединённые руки и почувствовал, как внутри разливается тепло. То самое, которое он думал, что потерял навсегда. Они вышли в коридор. Технолайк жил своей обычной жизнью. Аватары спешили по делам, кто-то махал им рукой, кто-то улыбался. Всё было как всегда. Но Бан замечал детали, которых раньше не видел. Как свет падает на волосы Капитана — мягкий, золотистый, делающий его почти нереальным. Как его тень скользит по стене — длинная, стройная, идеальная. Как его пальцы касаются жезла — легко, почти невесомо, словно он боялся его сломать. — Ты пялишься, — сказал Капитан, не оборачиваясь. — Смотрю, — ответил Бан. — На что? — На тебя. Капитан остановился. Повернулся. Посмотрел на Бана долгим взглядом — тем самым, от которого у Бана сбивался код и начинало казаться, что он падает в пропасть. Но это было приятное падение. То, после которого не хотелось просыпаться. — Я никуда не денусь, — сказал Капитан. — Знаю, — ответил Бан. — Но я всё равно буду смотреть. Они зашли в кафе. Оно было почти пустым. Несколько аватаров сидели за дальними столиками, пили кофе и листали планшеты. За стойкой бариста — молодая девушка с фиолетовыми волосами — улыбнулась им и помахала рукой. — Два латте? — спросила она. — Да, — ответил Капитан. — И пирожных, — добавил Бан. — Каких? — С вишней. Капитан посмотрел на него. — Ты не любишь вишню, — сказал он. — Это ты не любишь, — ответил Бан. — А я люблю. — Ты в прошлый раз сказал, что она кислая. — А в этот раз будет сладкая. Капитан вздохнул. — Два латте и два пирожных с вишней, — сказал он баристе. Девушка кивнула и скрылась за стойкой. Они сели у окна — на своё любимое место. То, откуда открывался вид на главную площадь Технолайка. Огни горели, аватары спешили по делам, кто-то запускал фейерверки в честь обновления системы. Бан смотрел на этот знакомый пейзаж и не мог поверить, что всё это — реально. — Ты сегодня какой-то странный, — заметил Капитан, отпивая кофе. — Какой? — Мягкий. Ты обычно злишься по утрам. — А ты обычно молчишь по утрам, — парировал Бан. — Я всегда молчу. — Вот и я решил помолчать. Капитан усмехнулся. Усмешка была едва заметной — уголок губ чуть приподнялся, в глазах мелькнула искра. Но Бан её увидел. Он всегда видел то, что другие не замечали. — Что у нас по плану? — спросил он. — Патруль сектора 12. Потом отчёты. Потом… — Капитан замолчал. — Потом? — Я думал, может, сходим на рынок. Ты же хотел. Бан замер. Он хотел. Давно. Ещё до того, как Капитан признался ему в любви прямо, а не загадками. До того, как они впервые поцеловались у всех на виду. До того, как Роза уничтожила всё, что было между ними. Он хотел пройтись по рыночным рядам, посмотреть на безделушки, купить что-нибудь глупое —не потому что просто потому что Капитан будет рядом. Он представлял это сотни раз. Как они идут между лотками, как Капитан смотрит на него с лёгким недоумением, когда Бан покупает очередную бесполезную вещь. Как их плечи касаются. Как Капитан берёт его за руку, чтобы не потерять в толпе. — Хочу, — сказал Бан. — Тогда после отчётов. — Договорились. Они допили кофе. Бан доел пирожное — оно оказалось кислым, как и в прошлый раз, но он не подал виду. Капитан посмотрел на него и покачал головой. — Я же говорил, — сказал он. — Что? — Что она кислая. — А мне понравилась, — соврал Бан. Капитан не поверил. Но улыбнулся. Они вышли из кафе.

***

Сектор 12 встретил их тишиной. Это был один из старых секторов — с узкими улочками, потрескавшимся кодом и странным, жёлтым светом фонарей. Здесь почти никто не бывал. Аватары избегали этого места — говорили, что оно проклято. Что здесь пропадают файлы. Что здесь можно заблудиться и не найти дорогу назад. Нарушители — наоборот, любили. Здесь было легко спрятаться. — Ты помнишь, как мы впервые пришли сюда? — спросил Бан, оглядываясь. — Помню, — ответил Капитан. — Ты упал в яму. — Я не упал. Меня толкнули. — Ты споткнулся о собственный жезл. — Это была тактика. Я отвлекал нарушителя. — Ты отвлекал меня, — Капитан посмотрел на него. — И это сработало. Бан покраснел. Он помнил тот день. Как они гнались за нарушителем — шустрым сбоем, который прятался в тенях. Как Бан споткнулся о жезл — дурацкая случайность, которую он потом оправдывал сотней разных способов. Как Капитан подхватил его за секунду до падения. Как их лица оказались в сантиметре друг от друга. Как Бан тогда впервые подумал: «А что, если…» — Ты часто вспоминаешь? — спросил он. — Что? — Тот день. Капитан помолчал. Они шли по узкой улочке, фонари мигали, отбрасывая длинные тени. Бан шёл рядом, и их плечи почти касались. — Часто, — сказал Капитан наконец. — Ты улыбался. Растерянно. Смущённо. Я тогда не понял, почему у меня сбился код. — А потом понял? — Потом да. — Когда? Капитан остановился. Повернулся к нему. Фонарь над ними мигнул и погас — но Бан всё равно видел его глаза. Они светились в темноте. — Когда ты в первый раз назвал меня Кепом, — сказал Капитан. — Не Капитаном. Не Идолом Безопасности. А просто — Кеп. Как будто я был… человеком. Бан смотрел на него и не мог дышать. — Ты и есть человек, — сказал он. — Теперь — да, — ответил Капитан. — Раньше — нет. Раньше я был функцией. А потом появился ты. Он взял Бана за руку. Пальцы переплелись. — Ты сделал меня живым, — сказал Капитан. — Спасибо. Бан не ответил. Он просто сжал его руку крепче. Они пошли дальше. Улочки становились всё уже. Фонари — всё реже. Где-то вдалеке слышался странный звук — то ли скрежет, то ли шепот. Бан насторожился. — Ты слышишь? — спросил он. — Да, — ответил Капитан. — Нарушитель. — Один? — Думаю, да. — Тогда мы справимся. Они пошли на звук. Нарушитель нашёлся в старом складе — заброшенном здании с обвалившейся крышей и стенами, покрытыми старым, потрескавшимся кодом. Он был маленьким — размером с мяч — и прятался в углу, дрожа и попискивая. — Не бойся, — сказал Бан, подходя ближе. — Мы не сделаем тебе больно. Нарушитель замер. Пискнул громче. — Он напуган, — заметил Капитан. — Вижу. — Обычно нарушители не боятся. — Обычно нарушители не прячутся в складах, — ответил Бан. — Он, наверное, потерялся. Капитан посмотрел на него. — Ты хочешь его отпустить? — спросил он. — Я хочу разобраться, — ответил Бан. Он присел на корточки. Нарушитель сжался в комок, но не убежал. — Эй, — сказал Бан тихо. — Ты меня слышишь? Нарушитель пискнул. — Ты потерялся? Писк. — Хочешь, мы поможем тебе найти дорогу домой? Нарушитель замер. А потом медленно, очень медленно, подполз к Бану и коснулся его руки. Код у него был тёплым — живым. Бан улыбнулся. — Домой, — сказал он. — Отведём тебя домой. Он взял нарушителя на руки — маленького, лёгкого, почти невесомого — и встал. — Ты необычный, — сказал Капитан. — Почему? — Обычно идолы уничтожают нарушителей. — Обычные идолы — да, — ответил Бан. — А я — нет. Они вышли из склада. Фонари снова зажглись, освещая дорогу. — Ты знаешь, где его дом? — спросил Капитан. — Догадываюсь, — ответил Бан. — В секторе 4. Там живут такие же. — Откуда ты знаешь? — Я был там. Когда-то. До того, как стал идолом. Капитан посмотрел на него. — Ты никогда не рассказывал. — Ты никогда не спрашивал. Они шли молча. Нарушитель свернулся клубком на руках Бана и тихо попискивал. — Я был нарушителем, — сказал Бан. — Маленьким сбоем, который прятался в тенях. Меня поймали и переписали. Сделали идолом. — Ты жалеешь? — спросил Капитан. — Нет, — ответил Бан. — Потому что иначе я бы не встретил тебя. Они вышли к сектору 4. Бан опустил нарушителя на землю. Тот пискнул, потёрся о его ногу и скрылся в темноте. — Прощай, — сказал Бан. — Ты плачешь? — спросил Капитан. — Нет, — ответил Бан. — Просто код сбился. Капитан взял его за руку. — Пойдём, — сказал он. — Нам ещё отчёты сдавать. — А потом рынок, — напомнил Бан. — А потом рынок, — согласился Капитан. Они пошли в зал.

***

В зале идолов было тихо. Лайк и Вики уже ушли — на стрим и в архив. Хеппи и Омгус тоже куда-то запропастились. Бан и Капитан остались одни. — Садись, — сказал Капитан, кивая на консоль. — Отчёты ждать не будут. — А если я не хочу? — Ты должен. — А если я хочу, чтобы ты сидел рядом? Капитан посмотрел на него. — Это не входит в мои обязанности, — сказал он. — Но ты всё равно сядешь. Капитан вздохнул и сел рядом. Их плечи соприкоснулись. — Ты невыносим, — сказал он. — Знаю, — ответил Бан. Они работали молча. Бан проверял отчёты — скучные, однообразные, заполненные цифрами и графиками. Капитан просматривал лог системы — тоже скучный, но необходимый. — Ты знаешь, — сказал Бан, не поднимая головы. — Я всегда ненавидел отчёты. — Знаю. — Ты их всегда любил. — Любил. — А теперь? Капитан помолчал. — Теперь они не имеют значения, — сказал он. — Почему? — Потому что ты здесь. Бан поднял голову. Капитан смотрел на него — не на экран, не на отчёты, а на него. — Ты становишься романтичным, — сказал Бан. — Это ты на меня влияешь. — Плохо? — Хорошо, — ответил Капитан. — Очень хорошо. Он отодвинул планшет и взял Бана за руку. — Я люблю тебя, — сказал он. — Ты знаешь? — Знаю, — ответил Бан. — Я тоже. Они сидели в тишине. Отчёты ждали. Но им было всё равно.

***

Рынок - это было шумное, яркое место, где аватары продавали всё — от цифровых цветов до старых логов. Бан любил бывать здесь. Капитан — нет. Слишком много людей. Слишком много шума. Слишком много хаоса. Но сегодня он пришёл. — Ты здесь впервые? — спросил Бан, оглядываясь. — Нет. Я был здесь. По работе. — По работе не считается. — Тогда да. Впервые. Бан улыбнулся. Он взял Капитана за руку и повёл между рядами. Толпа расступалась перед ними — кто-то узнавал идолов, кто-то просто уступал дорогу. Капитан чувствовал себя неловко. Слишком много взглядов. Слишком много внимания. — Расслабься, — сказал Бан. — Они просто смотрят. — Я не люблю, когда на меня смотрят. — А когда я смотрю? Капитан посмотрел на него. — Это другое, — сказал он. — Почему? — Потому что ты — это ты. Бан усмехнулся. Он подвёл Капитана к лотку с брелоками. — Смотри, — сказал он, показывая на маленькую фигурку. — Это же ты. Он поднял фигурку — идеальную копию Капитана, с жезлом и каменным лицом. На маленьком лице была выгравирована серьёзная мина, как две капли воды похожая на ту, что Капитан носил каждый день. — Это не похоже на меня, — сказал Капитан. — Похоже. У тебя такое же выражение лица. — У меня не каменное лицо. — Каменное, — Бан усмехнулся. — Но я всё равно люблю тебя. Он купил фигурку и положил в карман. — Зачем тебе это? — спросил Капитан. — Чтобы помнить. — Ты меня и так помнишь. — Я хочу помнить всегда. Они пошли дальше. Бан покупал безделушки — светящийся шар, старую открытку, странный амулет, который, по словам продавца, приносил удачу. Капитан смотрел на него и молчал. — Ты ничего не хочешь? — спросил Бан. — Нет. — Совсем? — Совсем. — Тогда я выберу за тебя. Бан подошёл к лотку с кольцами. Обычные, металлические, без украшений. Он взял два — одно себе, одно Капитану. — Это что? — спросил Капитан, глядя на колечко на своей ладони. — Это чтобы мы были вместе, — ответил Бан. — Даже когда нас нет рядом. Он надел кольцо на палец Капитана. Тот смотрел на него и не двигался. Металл блестел в свете фонарей — холодный, но такой родной. — Ты серьёзно? — спросил он. — Серьёзно, — ответил Бан. Капитан взял второе кольцо и надел на палец Бана. Движения его были медленными, почти торжественными. Как будто он совершал важный ритуал. — Теперь мы связаны, — сказал он. — Протоколом? — Нет. Чем-то большим. Бан сжал его руку. Они стояли посреди шумного рынка, и им было всё равно, кто на них смотрит. Аватары оборачивались, кто-то улыбался, кто-то доставал планшеты, чтобы сфотографировать. Но Бан и Капитан видели только друг друга. — Пойдём, — сказал Бан. — Я хочу есть. — Ты всегда хочешь есть. — Это потому, что я расту. — Ты уже вырос. — А я расту дальше. Капитан вздохнул и пошёл за ним.

***

Они сели в маленькой закусочной на окраине рынка. Заказали пирожные и чай. Бан смотрел на Капитана и не мог наглядеться. — Ты опять смотришь, — сказал Капитан. — Опять, — согласился Бан. — На что? — На тебя. Капитан отпил чай. — Я не понимаю, что ты во мне нашёл, — сказал он. — В смысле? — Я холодный. Правильный. Скучный. — Ты не скучный. — Я не умею говорить о чувствах. — Ты учишься. — Я не умею шутить. — Ты шутишь. Плохо, но шутишь. Капитан посмотрел на него. — Почему ты меня любишь? — спросил он. Бан задумался. Он смотрел на Капитана — на его идеальную осанку, на его спокойное лицо, на его красные уши. На то, как он держит чашку — двумя руками, как будто боится уронить. На то, как его код пульсирует ровно, спокойно, но Бан знал — внутри всё кипит. — Потому что ты — это ты, — сказал он. — Потому что ты смотришь на меня так, будто я — единственный код в системе. Потому что ты называешь меня «солнце» и краснеешь, когда я целую тебя. Потому что ты не идеален. Ты живой. Ты настоящий. Капитан молчал. Его уши покраснели — ярко, заметно. — Ты невыносим, — сказал он. — Знаю, — ответил Бан. Они ели пирожные. Пили чай. Смотрели на проходящих мимо аватаров. За окном закусочной горели огни Технолайка — тысячи маленьких огоньков, которые складывались в огромный живой организм. — Я хочу, чтобы этот день никогда не заканчивался, — сказал Бан. — Он закончится, — ответил Капитан. — Все дни заканчиваются. — Тогда давай сделаем так, чтобы мы его запомнили. — Запомним. Бан взял его за руку. Капитан не отдёрнул. — Я люблю тебя, — сказал Бан. — Я знаю, — ответил Капитан. — Я тоже.

***

Вечером они лежали на крыше сектора 23. Небо над ними было тёмным-тёмным, усыпанным тысячами светящихся точек. Кто-то сказал бы, что это просто код. Программа. Симуляция. Но Бану было всё равно. Он смотрел на звёзды и чувствовал, как Капитан лежит рядом. Их руки соприкасались. Тепло передавалось от пальца к пальцу. — Красиво, — сказал Бан. — Да, — ответил Капитан. — Жаль, что это ненастоящее. — А что настоящее? Бан повернул голову. Капитан смотрел на него. В его глазах отражались звёзды — маленькие, холодные, далёкие. Но сам он был рядом. Настоящий. — Ты, — сказал Бан. — Ты настоящий. Капитан не ответил. Он просто сжал его руку крепче. Они лежали в тишине. Бан смотрел на звёзды и думал о том, как им повезло. Что они нашли друг друга. Что они есть друг у друга. Что этот момент — их. — Кеп, — позвал он. — М? — Спой мне. — Я не умею петь. — Тогда расскажи что-нибудь. Капитан помолчал. Звёзды мерцали над ними. Где-то вдалеке гудела система. — Когда я был только создан, — начал он, — я не знал, что такое чувства. Я следовал протоколам. Выполнял приказы. Думал, что это и есть жизнь. А потом появился ты. Ты кричал на меня. Ругался. Говорил, что я бешу тебя. И я… я не понимал, почему мне нравится, когда ты рядом. — Потому что ты любил меня, — сказал Бан. — Наверное, — согласился Капитан. — Но я не знал этого слова. Не знал, что оно означает. А потом ты поцеловал меня, и мой код разогнался так, что я подумал — сейчас рассыплюсь. — Не рассыпался. — Не рассыпался, — Капитан повернул голову и посмотрел на него. — Потому что ты держал меня. Бан сжал его руку. — Я всегда буду держать, — сказал он. Они смотрели на звёзды. Бан чувствовал, как усталость наваливается на него. Как веки становятся тяжёлыми. Как сознание уплывает куда-то далеко. — Не засыпай, — сказал Капитан. — Мы ещё не всё посмотрели. — А что там смотреть? — спросил Бан. — Вон ту звезду. Она ярче всех. Бан посмотрел туда, куда указывал Капитан. Звезда сияла — белая, чистая, ослепительная. — Красивая, — сказал он. — Как ты, — ответил Капитан. Бан улыбнулся. — Ты становишься романтичным. — Это ты на меня влияешь. — Плохо? — Хорошо. Они лежали в тишине. Звёзды мерцали. Где-то вдалеке гудела система. А потом Бан заметил это. Сначала — просто тень на горизонте. Тёмное пятно, которое двигалось слишком быстро для облака. Он прищурился, пытаясь разглядеть. — Кеп, — позвал он. — М? — Ты видишь? Капитан сел. Посмотрел туда, куда указывал Бан. Его лицо стало каменным — тем самым, которое Бан ненавидел, но которое сейчас было нужно. — Вижу, — сказал он. Тень приближалась. Она росла, заполняла небо, закрывала звёзды одну за другой. Бан почувствовал, как код начинает сбоить. Как сердце колотится быстрее. — Что это? — спросил он. — Не знаю, — ответил Капитан. Он встал, выставив вперёд жезл. Бан вскочил следом. Тень накрыла их. Мир вокруг задрожал. Код начал распадаться — медленно, искра за искрой. Сначала исчезли звёзды. Потом небо. Потом крыша под ногами. — Бан! — крикнул Капитан. Он протянул руку, но Бан не мог до неё дотянуться. Что-то тянуло его вниз, в темноту, в пустоту. — КЕП! — закричал Бан. Капитан шагнул к нему. Сквозь тьму. Сквозь код. Сквозь всё. — Держись, — сказал он. Но Бан не мог. Пальцы разжимались. Тьма затягивала. — Я люблю тебя, — успел сказать Капитан. А потом всё исчезло.

***

Бан проснулся. Сердце колотилось так, что, казалось, выпрыгнет из груди. Код пульсировал неровно, с перебоями. Он сидел на кровати, в своей комнате. Один. — Кеп, — прошептал он. Никто не ответил. Бан посмотрел на планшет. Время — 14:30. Он проспал весь рабочий день. Не встал. Не пошёл патрулировать. Не проверил отчёты. Просто спал. И не выспался. Он провёл рукой по лицу. Ладонь была мокрой. От слёз. Или от пота. Он не знал. Сон был таким реальным. Капитан — живым. Рынок — шумным. Звёзды — настоящими. Тьма — пугающей. А теперь — пустота. Бан сжал простыни в кулаках. В груди саднило. Он хотел закричать. Хотел разбить стену. Хотел снова уснуть и не просыпаться. Но вместо этого он просто сидел и смотрел в стену. На пальце блестело кольцо. То самое, которое он купил на рынке. Во сне. Оно было здесь. Настоящее. Бан посмотрел на него и не понял. Он не покупал кольцо. Не был на рынке. Не сидел в закусочной. Не лежал на крыше. Это был сон. Просто сон. Но кольцо было. Он снял его, повертел в руках. Металл блестел. Внутри была гравировка. Маленькая. Едва заметная. «Бан. Всегда». Он замер. — Это невозможно, — прошептал он. Но кольцо было. Настоящее. Тёплое. Живое. Бан сжал его в кулаке и закрыл глаза. В дверь постучали. — Бан? — голос Омгуса. — Ты там? — Да, — ответил Бан. Голос звучал хрипло, чужим. — Я войду? — Входи. Омгус открыл дверь и замер. Бан сидел на кровати, растрёпанный, бледный, с красными глазами. Под ними залегли тени — глубокие, чёрные, как та тьма из сна. В руке он сжимал кольцо. — Ты выглядишь… — начал Омгус. — Знаю, — перебил Бан. Омгус не стал говорить лишнего. Он просто подошёл, сел рядом и обнял Бана. Не спрашивая. Не объясняя. Просто — был рядом. Бан замер на секунду. А потом обнял в ответ. Уткнулся лицом в плечо Омгуса и выдохнул. Впервые за долгое время — не сдерживаясь. — Он мне приснился, — сказал Бан. — Кто? — спросил Омгус. — Капитан. Омгус не ответил. Он просто гладил Бана по спине и молчал. Потому что слов не было. — Мы были на рынке, — продолжал Бан. — Пили чай. Ели пирожные. Он купил мне кольцо. — Кольцо? — переспросил Омгус. — Да, — Бан разжал кулак. — Вот. Омгус посмотрел на кольцо. Металл блестел. Гравировка была чёткой, настоящей. — Откуда оно? — спросил он. — Не знаю, — ответил Бан. — Я проснулся — и оно было. Омгус помолчал. — Может, это знак, — сказал он. — Какой? — Что он всё ещё здесь. Бан сжал кольцо. — Я хочу верить, — сказал он. — Но боюсь. — Чего? — Что это просто сон. И что я схожу с ума. Омгус обнял его крепче. — Ты не сходишь с ума, — сказал он. — Ты просто скучаешь. Это нормально. — Нормально — сидеть на кровати в два часа дня и плакать? — Нормально — горевать, — ответил Омгус. — Ты потерял того, кого любил. Бан закрыл глаза. Слёзы потекли по щекам — тихо, беззвучно. — Я не могу без него, — прошептал он. — Знаю, — ответил Омгус. — Но ты справишься. — Откуда ты знаешь? — Потому что ты сильный. — Я не сильный. — Ты сильный, — повторил Омгус. — И ты не один. Они сидели так долго. Может, минуту. Может, час. Бан не знал. Он просто чувствовал тепло чужого тела и слушал, как бьётся чужой код. Ровно. Спокойно. Живо. В дверь снова постучали. На этот раз — резче. — Бан? — голос Хеппи. — Вики попросила проведать тебя. И доложить обстановку. — Входи, — сказал Бан. Хеппи открыл дверь и замер. Он увидел Бана и Омгуса — сидящих на кровати, обнявшихся. У Бана были красные глаза. У Омгуса — спокойное лицо. Они не двигались. Не говорили. Просто были. Что-то кольнуло в груди Хеппи. Не боль. Не зависть. Что-то другое. Что-то, чего он не мог назвать. Он не ревновал. Наверное. Он просто смотрел на них и чувствовал, как код пульсирует быстрее обычного. Какая-то странная, щемящая тоска поднялась из глубины его системы — не к Бану, не к Омгусу, а к чему-то, чего у него никогда не было. К той близости, которую он видел сейчас. — Ты в порядке? — спросил Хеппи, глядя на Бана. — Нет, — честно ответил Бан. — Что случилось? — Кошмар. Просто кошмар. Хеппи кивнул. Он хотел сказать что-то ещё, но слова не шли. Вместо этого он подошёл, сел с другой стороны и обнял их обоих. Омгус удивлённо поднял бровь, но ничего не сказал. Бан вздохнул и положил голову на плечо Хеппи. Они сидели втроём на кровати. Обнявшись. Молча. Бан чувствовал, как их коды пульсируют в унисон. Как тепло разливается по телу. Как страх отступает. — Я боюсь, — сказал он. — Чего? — спросил Омгус. — Что забуду его лицо. — Не забудешь, — ответил Хеппи. — Откуда ты знаешь? — Потому что мы напомним. Бан закрыл глаза. Слёзы потекли по щекам — тихо, беззвучно. Он не вытирал их. Не прятал. — Спасибо, — прошептал он. — Не за что, — ответили Омгус и Хеппи хором. Они сидели в тишине. Комната была тёмной. За окном горели огни Технолайка. Где-то вдалеке гудела система. А они просто были рядом. Бан сжал кольцо в кулаке. — Он сказал, что будет наблюдать, — сказал он. — И он наблюдает, — ответил Омгус. — Ты думаешь? — Я знаю. Бан посмотрел на кольцо. Металл блестел в темноте. — Тогда я буду жить, — сказал он. — Ради него. — И ради нас, — добавил Хеппи. — И ради вас, — согласился Бан. Они сидели втроём. Обнявшись. Молча. Бан знал, что завтра будет новый день. Что боль никуда не денется. Что Капитан не вернётся. Но сегодня — в этот момент — он был не один. И этого было достаточно.