Вопрос за рамками школьной программы

Резинка на военной форме явно была Сюй Шэну велика. Даже при самой крайней пуговице всё равно болталась и сползала. Верхняя куртка тоже была надета как попало, похоже, натянул наспех. Лёгкий тонкий лонгслив, рукава закатаны до локтей, под ним ничего не было. Пуговицы застёгнуты только снизу, воротник распахнут. Смотрелось до неприличия небрежно. Незнакомый человек мог бы подумать, что он только что вышел из кабинки делать что-то непотребное. У Сюй Шэна привычки защищаться от солнца не было. Открытые места потемнели, контраст с остальным телом был заметным. Вдоль ключицы с её глубокими впадинами кожа была ослепляюще белой. Шао Чжань не ответил. Он стоял, опираясь о раковину, и смотрел на него с неопределённым выражением лица. Зато вышедший из соседней кабинки Хоу Цзюнь спросил: «Ремень? Тебе что, ремень нужен? Мы с Цзыцяном нормально влезли». Юань Цзыцян был крепкого сложения, высокий, и на позиции спортивного организатора смотрелся куда убедительнее Тань Кая с его метром семьюдесятью ростом. Приводя одежду в порядок, он немного смущённо проговорил: «Ну, если честно, не то чтобы прямо нормально. Немного жмёт». «Цзыцян, знаешь, что это значит?» — сказал Хоу Цзюнь. — «Надо худеть. Буду есть мясо вместо тебя в столовой». Юань Цзыцян поблагодарил: «...Обезьяний брат, спасибо большое». Пока те переговаривались, Хоу Цзюнь стоял у кабинки и как раз закончил поправлять одежду. Уже шагнул посмотреть, что с брюками Сюй Шэна: «Может, размер перепутали? Тётя, которая выдавала форму, так и шпарила на глаз, могла промахнуться...» Только он не договорил, так и не успел разглядеть, что не так с брюками. Шао Чжань загородил обоих. Хоу Цзюнь видел лишь холодную спину бога учёбы. Без всякого выражения на лице, прямой и стремительный, он поднял руку, ладонью упёрся в лоб Сюй Шэна и одним движением задвинул его обратно в кабинку. Дверь захлопнулась с сухим «бах». «Я схожу в общежитие,» — только после этого произнёс Шао Чжань. — «У кого есть ключ?» Хоу Цзюнь растерянно произнёс «а», достал из кармана ключ и протянул. Шао Чжань взял, постучал согнутым пальцем в дверь кабинки и сказал тому, кто там стоял: «Сначала оденься нормально, потом выходи». На этот раз «а» произнёс Сюй Шэн уже из кабинки. Шаги за дверью затихли. Сюй Шэн, только тут опомнившись, опустил взгляд и увидел, во что был одет, и тихо выругался: «...Блин». Всё время возился с брюками и совсем забыл про куртку. И так проторчал перед Шао Чжанем? «Шэн-гэ, мы тебя на улице ждём!» — через некоторое время крикнули Хоу Цзюнь и другие. Сюй Шэн застегнул куртку: «Слышу». Шао Чжань вышел из туалета. Не сдержался и опустил взгляд на свою ладонь. Обычно он действовал рационально. Но сейчас рука сработала быстрее любой мысли. В жилом корпусе многие уже переоделись и шли к выходу. Повсюду мелькали сине-зелёные камуфляжные куртки. Жилой корпус Шестой средней школы располагался в районе A, среди отдельно стоящих зданий с разной архитектурой, каждое из которых носило имя какой-нибудь страны. Они стояли вдоль аллеи под густой зеленью. Он постучал в соседнюю комнату, объяснил, в чём дело. Там оказался одноклассник Шао Чжаня по первому году, который тут же оживился: «Бог учёбы! У меня есть, как раз лишний оказался. Забери». Шао Чжань взял ремень: «Спасибо». Тот взглянул на его форму и спросил между делом: «Да не за что. У тебя размер не подошёл?» «Не у меня,» — произнёс Шао Чжань, и сам не заметил, как выражение глаз стало чуть мягче. — «У... приятеля». Одноклассник почесал затылок и немного неловко усмехнулся: «Год вместе, а, кажется, первый раз так много с тобой разговариваю». Шао Чжань в школе был легендой. Холодным и правда был. Когда класс что-нибудь организовывал и звали его, всегда звучали три слова: «не интересует». Если не унимались, то слышали вежливое, но заметно нетерпеливое: «Всё сказали?» Про признания и вовсе можно было промолчать: в классе немало девушек, которые нравились ему, но даже задать вопрос по задаче не решались: «Не стоит, подруги. Это покорить Эверест за десять попыток не факт, что получится, а тут вообще ледник неприступный. На прошлой неделе одна из соседнего класса набралась храбрости, не прошло и трёх минут, убежала в слезах. На таких только любоваться издали». ... Одноклассник, вспомнив всё это, мысленно поразился: а ему не кажется, что в боге учёбы стало чуть больше человечного? Сюй Шэн согнул ногу и сидел на крышке унитаза, покрутил телефон в руках, открыл сообщения. От Сюй Япин пришло «будь осторожен». Он ответил «угу» и открыл аватарку Шао Чжаня. С: «Ты где». Только отправил и дверь туалета скрипнула. В кабинку постучали: «Открой». Сюй Шэн потянулся и приоткрыл, Шао Чжань протянул ремень. Сюй Шэн вспомнил то, что было минуту назад, взял, кашлянул: «Слушай, то, что только что...» Шао Чжань, видимо, догадался: «Не так уж много видел». С головы до ног. Что там особенного. Сюй Шэн: «...» Ну и нагло! Хотя, если честно, Шао Чжань был прав. Видел не то что всё, даже то, как по утрам тело ведёт себя совершенно непроизвольно, успел прочувствовать на себе. Сюй Шэн быстро застегнул ремень. Шао Чжань переоделся в соседней кабинке. Через десять минут был общий сбор на площади. Когда вышли, Тань Кай как раз ворчал, что камуфляж испортил ему весь вид: «Фуражка всё приплюснула, причёска поплыла. Форма тоже, одним слово, колхоз. Три слова: полный колхоз. Кто вообще в этом смотрится хорошо...» Тут он увидел идущих один за другим первого и второго по рейтингу школьного голосования за лучшего парня. Остаток фразы застрял в горле. Он был не прав. Катастрофически не прав. В этой форме тоже находились люди, которые хорошо смотрелись. Сюй Шэн, если бы только соблюдал правила, был бы одним из главных лиц Шестой средней школы. Из тех, кого помещают на обложку рекламного буклета для абитуриентов, и одно только его фото поднимает число заявлений. Жаль, что это лицо обычно красовалось исключительно на доске взысканий, сопровождаемое несколькими строками: «Ученик второго года, седьмого класса Сюй Шэн, такого-то числа нарушил пункт такой-то Устава...» Про Шао Чжаня и говорить нечего. Любой из этих двоих в одиночку уже заставлял прохожих оборачиваться. А тут они шли вместе, прямо двойной удар. Сюй Шэн шёл чуть позади, солнце падало на обоих. Улыбнулся краешком рта и что-то говорил. Шао Чжань не реагировал, и тогда Сюй Шэн того подначил: приподнял руку и снял с него фуражку. Шао Чжань наконец обернулся. Рядом выстраивались ученики из других школ в зелёном камуфляже. Кто-то не удержался от шёпота: «Вот это красота! На этом фоне наш школьный красавец просто не тянет на это звание. Кто-нибудь знает, из какой они школы?» «Не знаю. Нас тут четыре школы на этот раз». «Да уж, явно не в ту школу поступили». «Кажется, из Шестой средней школы. В их шеренге вижу своего бывшего одноклассника». «Чего ждёшь тогда,» — зашёлся от возбуждения ещё один. — «Беги спрашивай!» Церемония открытия ещё не началась, а форум школы в зелёном камуфляже уже гудел. «Кто заходил на наш форум?» — написал кто-то. — «Там уже пост висит, ищут этих двоих. Даже фото приложили. Спрашивают, из какой школы и как зовут. Это же убойная сила, кросс-школьный урон...» Фото вышло размытым, и поскольку ребята были не из их школы, комментариев набралось немного. Но среди немногих откликов выделялся один особенный: «Направляю в Шестую среднюю школу Линьцзяна. Узнайте про "Чжань у бу Шэн" (湛无不盛; буквально «нет Чжаня без Шэна»): холодный бог учёбы плюс бунтующий хулиган, инвестиция не подведёт». ...... Ученики Шестой средней школы Линьцзяна не могли и представить, что огонь их «пары» перекинется на другие школы. На площади. Руководство нескольких школ выстроилось в тени деревьев. На земле стояли колонки. Судя по всему, все собирались говорить по очереди. Мэн Гоувэй вглядывался в толпу. Увидев Шао Чжаня, поспешно подозвал. Сюй Шэн со своими остался в задних рядах. Что Мэн Гоувэй хотел от Шао Чжаня он не знал и не спросил. Задал риторический вопрос: «Сколько длится церемония открытия?» Тань Кай ответил: «Если смотреть по числу школ в лучшем случае час, в худшем всё утро». Стоять под палящим солнцем несколько часов ради дежурных речей начальства это был явно не стиль Сюй Шэна. Он сказал: «Если будет больше получаса, я уйду». Уйти хотели все, воттолько никто больше не осмелился бы. Тань Кай не мог себе этого представить: «Уйти? Как? Неловко же. Столько школ пришло, Гу Яньван точно сорвётся». «Если хочется вежливо, найди предлог,» — сказал Сюй Шэн. — «Если не хочется заморачиваться просто уйди. Что ещё за варианты. Стоять тут как столб всё утро и фотосинтезировать?» Класс. Тань Кай снял шляпу. Тань Кай добавил: «Но полчаса точно не выйдет. После выступления руководства идёт слово от учеников. Представитель нашей школы на этот раз Чжань-гэ». В отличие от Сюй Шэна, который поднимался на трибуну только зачитывать объяснительные, Шао Чжань всегда выступал там как представитель. Вот почему Мэн Гоувэй так поспешно его подозвал. Сюй Шэн обычно пропускал мимо ушей любые речи. Даже когда Гу Яньван пригвождал его к стадиону и «держал» там, в ухе торчал один наушник. Как Шао Чжань выступает на трибуне, он ни разу не видел. Внезапно Сюй Шэн почувствовал: стоять всё утро под солнцем и фотосинтезировать вполне терпимо. Прошло полчаса. Тань Кай обернулся и увидел: тот, кто говорил, что уйдёт, всё ещё стоит в задних рядах. Спросил: «Шэн-гэ, ты вообще собираешься уходить? Вежливо или?..» Сюй Шэн произнёс: «Никуда я не ухожу. Ты был прав». Тань Кай: «?» Сюй Шэн ответил: «Неуместно срывать мероприятие. Как ученик, надо поддерживать репутацию школы». Надо же, не замечал за тобой раньше! Но вслух Тань Кай этого не сказал. А между тем на трибуне началось следующее. «...Благодарим товарища Гу за выступление.» Ведущие были из других школ. Закончив, один из них сверился со сценарием и тут же поднял взгляд в зал, говоря с выражением: «Как и отметил товарищ Гу, гражданская оборона имеет первостепенное значение. Каждый из нас должен осознавать её важность. Слово предоставляется представителю учеников Шестой средней школы Линьцзяна Шао Чжаню на тему "Что такое гражданская оборона"». Поначалу аплодисменты были вялыми, рассеянными: после долгого стояния на солнце сил не осталось. Но как только Шао Чжань вышел из толпы, хлопки заметно усилились. На юноше была самая обыкновенная камуфляжная форма, надетая как надо. Но в ней он выглядел подтянуто и стройно словно прирождённая вешалка. На таком расстоянии черты лица расплывались, зато линия лица и исходивший от него холод врезались в память сильнее. У всех других представителей в руках были бумаги. Только у него ничего не было. Из всех четырёх школ одна лишь Шестая средняя школа была образцовой. В других дисциплина была попроще, и даже в зале кое-кто потихоньку переговаривался. Шао Чжань принял микрофон. Едва произнёс несколько слов, как с чьей-то стороны раздались визги. «...» Шао Чжань никак на это не отреагировал. Но Сюй Шэн довольно быстро понял: и на трибуне этот человек вёл себя очень по-своему. Раньше Гу Яньван ругал Сюй Шэна: мол, нахальнее тебя в шестой средней школе не найти. Похоже, ошибался. Был ещё кто-то нахальнее, просто умел так, что люди не успевали осознать. Потому что Шао Чжань, произнеся абзац, остановился и холодно произнёс: «Прошу организаторов навести порядок среди учеников». Переводить не надо. Четыре слова: «заткнитесь все». И это было ещё не всё. Хоу Цзюнь стоял рядом с Мэн Гоувэем следил за порядком в классе. Сейчас отступил назад и зашептал, еле сдерживая восторг: «Блин, эксклюзив». «Изначально был другой представитель. В последний момент ему стало нехорошо, и текст выступления тоже куда-то пропал». «Так что Чжань-гэ это всё сочинил прямо на ходу. Верите?»