Вопрос за рамками школьной программы

Сюй Шэн нёс несусветную чепуху и сам уже не понимал, сколько прошло минут. Остановиться и спросить у зала: «Я уже достаточно сказал?» было невозможно. «Сколько это уже тянется?» «Блин, когда же закончится?» Произнеси он это вслух и у всех снесло бы крышу. Речь Сюй Шэна уже напоминала рекламный буклет Шестой средней школы. Расхвалив преподавательский состав вдоль и поперёк и совсем уже не зная, что добавить, он сделал пару шагов по сцене, придумал новый элемент и поднял учеников Шестой средней школы на скандирование: «Ребята из Шестой, кричим вместе со мной». Сюй Шэн покрутил микрофон: «Шестая средняя школа, вперёд! Нам нет преград!» Коллективный дух чести у учеников Шестой средней школы взыграл и они, поддавшись, тоже в унисон закричали: «Нет преград!» «...» Ну вообще. Остальные снова оцепенели. Эта школа ещё не заткнётся? Мэн Гоувэй был удивлён, но кто откажется слышать дифирамбы в свою честь? Он с довольным видом смотрел на своего гениального юношу и вдруг рядом легла тень: «Сюй Шэн?» Шао Чжань вышел из задних рядов седьмого взвода и прямо направился к Мэн Гоувэю. Издалека никак нельзя было подать Сюй Шэну знак. Только выйдя в первые ряды, можно было оказаться чуть ближе к трибуне. Перед тем как выйти, он снял фуражку и без лишних слов сунул её Хоу Цзюню в руки. Потом нашёл повод спросить: «Учитель, нет ли лишней фуражки?» Мэн Гоувэй взглянул на растрёпанный вид «Сюй Шэна», потом на образцового ученика на трибуне и мысленно отметил: вот он, контраст. С нескрываемым раздражением отчитал: «Куда успел потерять, только выдали?! Да и рукав что за безобразие, опусти, ты как выглядишь!» Вздохнул, нагнулся и вытащил из стоявшей рядом картонной коробки ещё одну фуражку: «Бери пример с соседа по парте. Такой замечательный одноклассник рядом, а ты всё в дурное тянешься...» Шао Чжань взял фуражку и одновременно показал стоящему на трибуне человеку знак рукой: можно заканчивать. Произнёс: «Спасибо, Мэн-лаошэй». Сюй Шэн увидел: Шао Чжань в левой руке держит фуражку, правой рукой поднял указательный палец и упёр его в ладонь, давая знак: можно заканчивать. Сюй Шэн с облегчением выдохнул и собрался произносить заключительные слова. Нервы чуть отпустили и он едва не выдал классическую финальную фразу: «не могу поручиться, что подобное не повторится». Сюй Шэн слегка поклонился: «Я... я закончил. Спасибо». Сюй Шэн сошёл со сцены. До Гу Яньвана вдруг что-то дошло: «Подождите, эта речь по интонации прямо как объяснительные того парня Сюй Шэна...» Ученики других школ, хоть и вынужденные выслушать долгое выступление Шестой средней школы Линьцзяна, из вежливости всё равно захлопали. По площади разнеслись аплодисменты. Руководство других школ спешно отдало распоряжение своим: «Мы тоже не сдадимся! Передайте своим представителям, пусть добавят в выступление рассказ о нашей школе. Проиграть в доблести нельзя!». И церемония открытия, начатая Сюй Шэном, превратилась в парад школьных самопрезентаций. Лозунги сыпались один за другим. Мероприятие открылось с особым подъёмом духа. «Мы —Четвёртая средняя школа Хунхай. Процент поступления стабильный, стабильно четырнадцать процентов. Основана в августе 2007 года, шесть ступеней, сорок два класса. Хунхай вперёд, строим мечту, ведём за собой!» «...» Про четырнадцать процентов лучше бы промолчали. Сюй Шэну было не до этого. Сойдя со сцены, он сразу нашёл Шао Чжаня в задних рядах, положил ему руку на плечо и, придвинувшись, тихо спросил: «Что происходит?» Шао Чжань спросил: « Это ты у меня спрашиваешь?» Сюй Шэн почти паниковал: «Ты слышал на трибуне этот гром? Прошлого раза не хватило и опять снова?!» В прошлый раз хотя бы был опознавательный знак: прыжок через ограду. Можно было объяснить это сотрясением мозга. Но сейчас оба стояли спокойно, ни о что не ударились, ни с кем не столкнулись и просто взяли и поменялись. «На этот раз не потеряли сознания и не было никаких предвестников,» — Шао Чжань рассуждал спокойно. — «В прошлый раз в аудитории мы пробыли без сознания всего несколько минут, а в день прыжка через ограду, по словам Лао Мэна, около получаса. Это можно объяснить тем, что адаптационные способности нашего организма постепенно усиливаются». «?» Шао Чжань объяснил: «Возможно, в следующий раз я окажусь в твоём теле ещё легче, чем сейчас». Сюй Шэн спросил: «...Придумай другое слово для этого. Нельзя ли поменьше этого "перемещения" туда-сюда?» Почему каждый раз, когда они обсуждали это, звучало так, что мысли уходили совсем не туда? Ещё и с довольной интонацией, мол, «вошёл легко и свободно». Сюй Шэн сам от этой мысли встряхнулся. Сколько ни анализируй, а толку нет. Сюй Шэн был вынужден принять новую реальность: он снова стал Шао Чжанем. Непонятно, на сколько времени. Оставалось надеяться, что следующий гром не заставит себя ждать. Военные сборы всё-таки... Сюй Шэн записал то, что только что произошло на сцене, в категорию «несчастный случай» и подумал: ну не экзамен же, что тут может пойти не так? «Здравствуйте, я ваш инструктор. Моя фамилия Ван,» — инструктор седьмого взвода на фоне остальных выделялся: высокий и стройный, приятная внешность, прямая осанка. Голос слегка хрипловатый. — «Зовите меня инструктор Ван». В отличие от многих других инструкторов, он не стал сразу показывать, кто здесь главный. Быстро нашёл общий язык с учениками седьмого класса: «Этот представитель, который только что выступал, из нашего взвода? Хорошо держался. Умеет зажечь аудиторию». «Само собой,» — отозвался кто-то из учеников, — «вы знаете, кто такой наш Чжань-гэ». «Чжань-гэ, ты сейчас просто жара был». После открытия все по очереди пошли обедать в столовую. На обратном пути Хоу Цзюнь сказал: «Импровизировать целиком я бы, наверное, даже слов не нашёл. Ты не волновался?» Сюй Шэн похвалился: «С чего волноваться? Такие вещи вообще думать не надо». Шао Чжань: «...» Предел крутости это уже наглость. Слова у Сюй Шэна были самоуверенные, но хотя бы он сейчас был в теле Шао Чжаня, иначе этот апломб просто не держался бы. Столовая базы Зелёная Пристань занимала целых два этажа. Ученики Шестой средней школы и Хунхай пользовались одним этажом. Планировка простая: с обеих сторон по шесть раздаточных окошек. Простояли в очереди несколько минут. Хоу Цзюнь первым получил еду. На обратном пути никак не мог удержать тарелку с супом, едва её не пролил. Увидел, что «Сюй Шэн» рядом, сунул ему в руки: «Шэн-гэ, выручи, суп сейчас прольётся, чуть до трагедии не дошло. Моё место вон там, донесёшь?» Шао Чжань взял суп. Не отказал. Сюй Шэн сказал: «Если очередь пойдёт быстро, я тебе тоже еды возьму». Впереди оставалось ещё человек пятнадцать. Шао Чжань ушёл. Очередь продолжала медленно продвигаться вперёд. Когда дошли до несущей колонны, Сюй Шэн лениво привалился к ней. Хотел было достать телефон и вспомнил, что форма не его. Вздохнул с сожалением, снял фуражку и закатал застёгнутые рукава. Будто переоделся, мгновенно из «холодного бога учёбы» превратился в «неудержимого хулигана». Та скованная сдержанность Шао Чжаня мгновенно рассеялась. Правда, Сюй Шэн и Шао Чжань всё же отличались: в Сюй Шэне всегда ощущалась лёгкая расслабленность, а когда он смотрел на людей, в глазах всегда жила лёгкая насмешка. Рукава закатаны. Очередь не двигается. Позади стояли несколько девушек. Перешёптывались, толкали друг друга, краснели. Наконец одну из них вытолкнули вперёд. Длинные волосы заправлены за ухо. Фуражка сидит как украшение. Белая кожа, чуть порозовевшие щёки. Подошла к Сюй Шэну, произнесла тихо: «Привет...» Сюй Шэн поднял взгляд. «Привет, я... я из Хунхай». Девушка встретилась с ним взглядом и смущённо замолчала. Протянула сжатую в кулаке бумажку. Там явно был номер телефона или что-то в этом роде. Пусть сейчас он был в теле Шао Чжаня, Сюй Шэн с детства насмотрелся таких сцен. Такое мог бы не понять только слепой. Прозвище «лучший друг девчонок» появилось у Сюй Шэна не просто так. С девушками он всегда был мягок, такт у него был природный. Даже отказывая, умел сделать это так, чтобы человеку не было обидно. Иной раз создавалось впечатление, что он всех только и делает, что обнадёживает: «Привет». Так он и стоял, опираясь о колонну, смотрел на неё с привычной насмешкой в глазах: «Это мне?» На лице Шао Чжаня такой взгляд бил куда сильнее обычного. Девушка под его взглядом окончательно потеряла дар речи. Сюй Шэн уже готовился деликатно отказать, например, пошутить «ты симпатичная, это что, правда или ты в игру играешь?» и дать ей возможность сохранить лицо. Но тут вспомнил: сейчас он Шао Чжань. А вдруг именно такой тип ему нравится? Ещё раз взглянул на неё. Симпатичная, милая. Блин, как же ему самому с собой хорошо (понимать других). ... Правда, эта мысль почему-то каждый раз давала какое-то странное ощущение. Но Сюй Шэн не стал копаться в себе и продолжил рассуждать. Если он вот так отбреет к нему чью-то симпатию... Пока он ещё колебался: брать бумажку или нет, чья-то рука, появившаяся сбоку, накрыла его руку. Не «перехватила», если быть точнее «накрыла». Ладонь Шао Чжаня легла поверх его руки. «Прости,» — помимо тёплой ладони, Сюй Шэн услышал бесстрастный, слегка холодный голос, — «он не берёт контакты». Сюй Шэн: «...» Девушка тоже застыла: «...» Произнеся это, Шао Чжань спросил: «Ещё что-то?» «Нет... нет». Девушка убрала руку, спрятала бумажку за спину. Особой неловкости как-то не ощущалось, в конце концов, отказал ей другой красавчик. Такую сцену и неловкой-то назвать сложно. Не просто не неловко, честно говоря, даже захватывающе. Девушка и её подруги, наблюдавшие всё это, одновременно выдохнули про себя: «Ого». Вот это поворот! Больше всего был обескуражен тот, кто стоял, опираясь о колонну. Шао Чжань не дал Сюй Шэну опомниться, его рука переместилась, взяла Сюй Шэна за запястье и потянула назад в очередь, подальше от девушек. Отпустил руку. Произнёс сухо: «Объяснись». Сюй Шэн встряхнул запястьем: «Что объяснять?» Сюй Шэн думал, что от него хотят объяснений по поводу «почему портишь мой образ» или что-то в этом роде. Но Шао Чжань взглянул на него и сказал: «Ты всегда так разговариваешь с девушками?» «...» Сюй Шэн почувствовал, что этот вопрос прозвучал как допрос. — «Я как разговаривал? Нормально разговаривал». Шао Чжань предпочёл промолчать. Ладно. Сюй Шэн объяснил: «Я собирался отказать. Просто подумал, вдруг тебе такой тип нравится, потом меня разорвёшь на куски». После этих слов Шао Чжань помолчал пару секунд и произнёс два слова: «Нет». Сюй Шэн: «Что нет?» «Не мой тип». Сюй Шэн на мгновение завис. Пока он осмысливал это, впереди освободилось место, следующая очередь за ним, а он не заметил. Тётечка в столовой стукнула половником по стойке: «Молодой человек, что будете брать?» Девушки, отошедшие назад, долго наблюдали за теми двумя. Наконец одна тихо шепнула подруге: «Ну всё понятно. В наше время красивые парни явно предпочитают других красивых парней». После обеда. Дневная программа проходила в комнатах: обустройство спального места. Двухъярусные кровати. Восемь мест в комнате. В их группе было шестеро, так что за места можно было не беспокоиться. Старостой комнаты стал Хоу Цзюнь. Инструктор Ван провёл мастер-класс сначала у девочек, потом пришёл к ним. Хоу Цзюнь встретил его аплодисментами: «Добро пожаловать, инструктор Ван!» Сюй Шэн не стал втискиваться в первый ряд. Сел в стороне на свободную кровать, вытянул ноги, лениво слушал. Через пять минут не вытерпел: «Разрешите!» Инструктор Ван остановился: «Говорите». Сюй Шэн: «Прошу разрешения выйти в туалет». Инструктор не стал строжиться, продолжил показывать: «Идите». Сюй Шэн встал. Вспомнил, что он сейчас Шао Чжань. Второй обмен дался куда легче, чем первый, почти никакого дискомфорта, отчего он вёл себя слишком «по-сюйшэновски». Беспокоясь, что Шао Чжань подумает, будто он и правда уходит, Сюй Шэн остановился на полпути к двери. У выхода украдкой показал Шао Чжаню пятёрку пальцами. Мол: пять минут, выйду подышать. Шао Чжань сделал вид, что не заметил. Не стал его останавливать. Сюй Шэн вышел из отдельного жилого корпуса и пошёл по тенистой аллее. Зона B, где жили ученики Хунхай, была недалеко. Между корпусами тянулись скрытые узкие дорожки. Чуть дальше была высокая стена. Огороженная стенами дорожка превращалась во что-то вроде переулка. Сюй Шэн прошёл немного вперёд и уже собирался было поворачивать обратно, как вдруг в этом «переулке» заметил нескольких учеников. В зелёном камуфляже из Четвёртой Средней Школы Хунхай. Тот, что впереди, с несколькими жёлтыми прядями и серёжкой, сидел на корточках и курил. Компания о чём-то переговаривалась, в обрывках смеха и разговоров изредка мелькали короткие ругательства. Сюй Шэн кое-что слышал о Хунхай. Школа была известна расхлябанной дисциплиной: учителя почти не следили за учениками. Говорили, там собралась своя банда «хулиганов», связанных с улицей: каждую пятницу рядом со школой кто-нибудь «получал урок». Сюй Шэн не стал задерживаться. Собрался уходить, но тот, что курил, затушил сигарету и насторожённо поднял взгляд в сторону выхода из «переулка». Может, это была игра воображения, но когда куривший увидел Сюй Шэна, взгляд у него не ушёл сразу. Он остановился на нём, изучающий и неподвижный. Потом, кажется, слегка усмехнулся. Шагнул вперёд. В голосе звучало что-то неопределённое: «...Шао Чжань?» Сюй Шэн: «...?»