Вопрос за рамками школьной программы

[Хоу Цзюнь]: «...Моется зачем?» [Юань Цзыцян]: «В душе». Хоу Цзюнь завис. Написал в чат и стёр. Ну конечно, просто в душе. Но откуда бог учёбы знает об этом с такой точностью?! [Тань Кай]: «Вы двое, вы что, вместе что ли??» «Вместе» это была правда. Ранние отношения, дело непростое: хочется, чтобы все знали, но при этом держишь человека спрятанным. Сюй Шэн написал: «Каникулы. Он у меня. Соседи по парте обмениваются впечатлениями. Что-то не так?» В чате тишина. [Хоу Цзюнь]: «...» [Тань Кай]: «...» [Юань Цзыцян]: «...» Наконец всё видавший председатель класса разрядил обстановку: «Нормально. Я на каникулах тоже часто бываю у Кайцзы. Правда, Кайцзы?» [Тань Кай]: «Что? Я бы не стал мыться у тебя на глазах!» Когда Шао Чжань вышел из душа, эту тему ещё не замяли. Увидел, что Сюй Шэн держит его телефон и не перестаёт набирать: «С кем переписываешься?» Сюй Шэн: «В классном чате. Обезьяний брат спрашивает, будешь ли играть?». Шао Чжань вытирал голову и открыл чат. На фразе «обмениваемся впечатлениями» задержался на две секунды и весь класс увидел, как в чате появился лаконичный и вызывающий «С». [С]: «Не буду. Занят». Хоу Цзюнь не смог удержаться: знал, что ничем хорошим это не кончится, что прилетит больно, и всё равно спросил: «Чем ты занят?» Помылся, ещё не успел... [С]: «Обмениваемся впечатлениями». Шао Чжань отправил и Сюй Шэн выругался, поднял взгляд от экрана, в руке всё ещё палочки. Он сам тихонько строчил в чате, не ожидал, что Шао Чжань тоже встрянет: «Ты и правда это отправил?» «Правда,» — сказал Шао Чжань. — «Всё по-честному. Чего не отправить». Вместе две фразы звучали крайне двусмысленно. В классном чате, конечно, не удержались: «Вы двое что-то делаете», «Какие-такие впечатления, что нужно сначала помыться?» но шутки быстро улеглись. Тема переключилась с игровой вылазки на встречу в каникулы. [Хоу Цзюнь]: «Только что спросил у Лао Мэна — результаты будут самое позднее в выходные. Дней на земле нам осталось немного. Может, встретимся в выходные?» Каникулы всего пару недель. Все понимали: с первого дня нового семестра их ждёт ад. По привычной схеме Шестой средней школы в весеннем семестре второго года нужно было закрыть всю новую программу за месяц, а потом сразу первый круг подготовки к гаокао. Как только начнётся подготовка: круг за кругом, никакого выхода подышать. [Цю Цю]: «Можно, я не против. Куда пойдём? Назначьте время, задание заранее сделаю». [Хоу Цзюнь]: «@Сюй Шэн @Шао Чжань, вы двое точно придёте. Нельзя всё время "обмениваться впечатлениями" только вдвоём». Сюй Шэн с удовольствием согласился, он рад выйти погулять. Шао Чжань, строго говоря, выбора не имел: если бы мог, лучше порешал бы варианты, но в нынешних обстоятельствах выйти куда-нибудь было всё-таки лучше, чем торчать в доме у Сюй Шэна. Оба ответили «хорошо». Шао Чжань приехал неожиданно и одежды, конечно, не брал, взял что нашёл в шкафу. Сюй Шэн со стороны наблюдал, как «он сам» ходит в одежде Шао Чжаня, и всё равно было непривычно: «Не можешь воротник поправить?» Он что, когда носил это сам, выглядел так... открыто? Шао Чжань взглянул вниз: «Не могу. Ты слишком худой». «Талия тонкая, штаны сползают. Ноги длинные, хотя сам при этом такой тощий». Шао Чжань как «заинтересованная сторона», которая до переселения уже успела всё изучить, а после переселения могла всё трогать без спроса, говорил со знанием дела. Сюй Шэн покраснел до ушей. «Уши у тебя чувствительные, краснеют, если говорить близко. Талия тоже, в душе стоило чуть коснуться...» Сюй Шэн вскочил: «Пойду помоюсь». Шао Чжань, слыша за дверью шум воды, холодно произнёс: «Хотел же обмениваться впечатлениями». «...» Сюй Шэн открутил лейку и не желал больше слышать, что там видели и трогали в душе. «Заткнись». На сегодня Сюй Шэн планировал два варианта, но после дня с двоюродным братом мозг отказывал. Ни одной задачи видеть не хотелось. К тому же Шао Чжань был здесь. Сюй Шэн после душа сел за стол, поглядел на листки, откусил колпачок ручки и спокойно пихнул задание подальше: «Не хочу». Мой парень живой внешний модуль. Два варианта для него это пустяк. Шао Чжань взглянул. Сюй Шэн был готов к некоторым жертвам, только когда нужно было о чём-то попросить. Раньше помогало. Он согнул уголки глаз, всем видом говоря «хочу попросить о помощи», тянул окончание: «Брат, напишешь за меня?» «Когда в следующий раз будешь мыться, трогай талию, или что угодно. Что хочешь». Шао Чжань молчал. Раньше этот приём и правда срабатывал. Но сейчас с мокрыми волосами, облокотившись на стол с таким выражением на лице это было его собственное лицо. Даже понимая, что внутри Сюй Шэн, было трудно справиться с непривычным визуальным ударом. Сюй Шэн долго пробыл в теле Шао Чжаня и легко забывал, кем сейчас является. Вёл себя как обычно. Попросил. Посмотрел на молчание молодого человека две секунды. Тот отвёл взгляд и без сочувствия ответил: «Сам пиши». «...» «Ну я же просто в другом теле. Так уж обязательно?» «Обязательно,» — сказал Шао Чжань. — «И ещё: не говори так больше». Блин. В итоге Сюй Шэн написал оба варианта сам. Закончил около одиннадцати вечера. Ночевать у молодого человека — это само по себе предполагало многое. Одна комната, одна кровать. Раньше в общежитии думали об этом, только кровать была узкая и лежать вдвоём было пыткой. Теперь всё получилось. Сюй Шэн протянул руку и можно было коснуться. Поначалу второй человек тоже был настроен. Темнота. Двое юношей. Шао Чжань дотронулся до пряди ещё полусухих волос, перевернулся, упёрся руками по обе стороны. Взгляды встретились. «...» Сюй Шэн не потянулся обнять Шао Чжаня за шею. Шао Чжань не наклонился, как обычно. Потому что, когда подобрались совсем близко, оба увидели собственные лица. Любой жар мгновенно пропал. Текстура кожи на ладонях, запястья, талия всё это они знали наизусть. Руки помнили всё. Сюй Шэн спросил: «Ты сможешь?» Шао Чжань вопросом на вопрос: «Как думаешь?» Сюй Шэн ответил: «Думаю, не смогу». Помолчав, Сюй Шэн попробовал задействовать воображение: «Может, закроем глаза?» Шао Чжань: «...» Две минуты спустя. Воображение не помогло. Оба с неловким, но вполне достойным видом открыли глаза, сохраняя приличную дистанцию. Сюй Шэн сказал: «Ладно, не надо». Вот и любимый человек лежит рядом, а отношения всё равно что на расстоянии. Не притронуться. Не приблизиться. Самое дальнее расстояние в мире — это когда стал своим молодым человеком. Сюй Шэн прикрыл лицо рукой и в душе вздохнул. Лучше бы Шао Чжань вернулся к Сюй Япин. Обоим не спалось. Вдруг Сюй Шэн сел. Хотел разобраться с одним вопросом: «Когда в этот раз удастся поменяться обратно?» Это ощущение человека рядом, но не до нельзя дотронуться было невыносимым. Неизвестно, когда это кончится. Раньше они пытались угадать и обсудить, отчего вдруг гремит гром. Только тогда разбирать примеры было почти не из чего, да и справляться с нескончаемыми неожиданными ситуациями отнимало все силы. Что ни обсуждали, вывод один: «никакого решения». Шао Чжань тоже не спал. И думал о том же. Так продолжаться не может. Периодически меняться — это не только мешает им нормально общаться. Впереди много важных экзаменов. Если не разобраться, проблем будет ещё больше. «Почему вообще возникает гром? Время и правда случайное? Не может быть, что это просто так приходит и бьёт,» — Сюй Шэн вспомнил их первую встречу и почувствовал: что-то тут не случайно. — «Может, есть способ это остановить?» Вдруг вспомнил кое-что: «В тот день, когда ты брал отгул, куда ходил?» Шао Чжань открыл глаза. В комнате темно. Перемотал назад в день, когда вышли результаты вступительной контрольной. Он шёл по длинному тусклому коридору, в руке телефонный провод, через стекло смотрел на мужчину в тюремной одежде стриженного, постаревшего. Долго молчал, потом сказал: «Навещал отца». Сказал и вдруг понял: они оба всё время упускали из виду самое очевидное. Гром. Гроза, полицейские машины, новости со всех сторон. ...Гром. Что-то начало нащупываться, смутно, без чётких очертаний. Если не разобраться в причине, смотри на следствие. В других случаях Шао Чжань не был уверен. Но на базе Зелёная Пристань, гром, казалось, ударил специально из-за Ян Шивэя. Вытащил наружу его прошлое. Шао Чжань хотел спросить: «А у тебя... точнее, в грозовую погоду, бывало ли что-нибудь важное в дождь с грозой?» Но спросить не успел как повернул голову и увидел: Сюй Шэн уже спит. Сюй Шэн ночью думал: лучше бы Шао Чжань уехал. Но когда Шао Чжаня на следующий день позвала Сюй Япин, стал скучать по нему. В доме у Сюй Шэна было чисто. Шао Чжань вернулся, Сюй Япин только что домыла окна. «Как провёл время у друга?» — Сюй Япин специально взяла два выходных, чтобы наверстать что-то в их отношениях. — «Я специально отпросилась с работы. Хочу побольше побыть с тобой». Шао Чжань застыл в дверях. Не ожидал такого «сюрприза». Очень хотел сказать: не надо. Занимайтесь лучше работой. «...Когда ты рос, у меня не было времени на тебя. Ты с малых лет переезжал со мной в средней школе ещё и в другую школу переводился. Но ты всегда хорошо приспосабливался. Находил друзей». Шао Чжань думал, что будет сопротивляться. Но оказалось слушать чужие воспоминания о Сюй Шэне было интересно. Ему всегда было любопытно: как Сюй Шэн рос там, где его не было. Что пережил. Сюй Япин заметила: мальчик напротив не отстраняется. Воспоминания именно то, что помнится лучше всего. Она стала говорить дальше, перебирала разные мелочи, много всего, и наконец совершенно естественно произнесла: «Ты с детства был несложным. Кроме рисования...» Произнесла эти два слова и вдруг замолчала. Шао Чжань уловил паузу. Почувствовал: она не хотела продолжать. Рисование?