Вопрос за рамками школьной программы

«Я недавно заметила кое-что ты, наверное, не поверишь, но я уже совсем не знаю, что делать». Сюй Япин подумала-подумала и всё же набрала подруге. Подруга досталась ей ещё с первой работы после переезда в город C. Одного возраста. Дружат до сих пор. Та уже почти засыпала, но после первой же фразы весь сон как рукой сняло: «Что случилось? Ты в порядке?» «Я поняла, что мой сын — не мой сын,» — выговорила Сюй Япин, и у неё самой пробежали мурашки. — «Неудивительно, что его взгляд кажется таким чужим, всегда такой холодный, смотрит как незнакомый... Теперь я наконец поняла: это не мой сын!» Подруга: «...??!» По спине прокатился холодок. Подруга потёрла руку и сказала: «Ты шутишь? Среди ночи страшилки мне рассказываешь?» Голос Сюй Япин начал дрожать. За окном выл ветер: «Я не шучу». А тем временем. На торговой улице у дома было заведение с молочным чаем. Шао Чжань как раз нёс в пакете манго-смузи в сторону жилого комплекса. Пришло сообщение от Сюй Шэна. «Я дома». Когда они расстались, лишних слов не было. То, что долго лежало где-то внутри, сегодня случайно вырвалось наружу и Сюй Шэну тоже нужно было побыть одному. Нужно самому найти ответ. Шао Чжань не стал возвращаться к прежней теме. Написал коротко: «Тоже скоро. Только что купил маме напиток». Сюй Шэн открыл дверь, положил ключ в корзинку у входа, набирал одной рукой: ежедневный вопрос: «Мама в последние дни ничего не заметила?» Шао Чжань по-прежнему был уверен в себе: «Нет». С руками в пакете неудобно набирать, он зажал кнопку и наговорил голосовое с коротким отчётом: «Эти два дня я с ней почти не говорил. Каждый раз, когда она хотела меня позвать, я уходил». Шао Чжань уже поднялся к двери. С одной стороны этой двери Сюй Япин в растрёпанных чувствах говорила: «Он эти два дня почти не разговаривал со мной. Раньше такого не было. Каждый раз, когда я хотела с ним поговорить, он мне: у меня задания, я учусь!» По ту сторону двери Шао Чжань, нашаривая ключ, произнёс: «Так что у неё не было возможности ничего заметить». Оба говорили почти одновременно. Сюй Япин спрашивала: «Как он вообще может хотеть нормально учиться? Разве это то, что этот мальчишка скажет? Мне ещё тогда надо было сообразить, как же я не подумала?» Шао Чжань закончил фразу и вставил ключ в замок. Сюй Япин услышала звук и застыла: «Что делать... он, он, он вернулся». Подруга переварила все детали и сглотнула: «Может, вселение?» — другого объяснения она не нашла. Как только Шао Чжань вошёл, Сюй Япин уже повесила трубку. Она сидела на диване, зрачки чуть подрагивали, будто пытаясь что-то сдержать. Шао Чжань почувствовал что-то странное, но не стал разбираться. Протянул ей пакет: «Держи». Сюй Япин сидела на диване. За окном ночь, сильный ветер. Порывы ударяли в стёкла с пугающим завыванием. Холод просачивался отовсюду. Руки и ноги онемели. Сюй Япин чувствовала себя героиней ужастика. Вокруг опасность со всех сторон! Мир вдруг стал нереальным. Непонятно, где правда и где ложь. Холодное выражение юноши теперь казалось ей зловещим. А длинные тонкие пальцы, держащие пакет, манго-смузи прямо перед ней. Сюй Япин: «...» Она не решалась взять. Этот стакан манго-смузи уже не был просто напитком. Шао Чжань не понимал, что происходит, но почувствовал: Сюй Япин его побаивается. Осознание было странным. Он хотел что-то сказать, но Сюй Япин резко выбросила руку и схватила пакет. Натянула улыбку: «Спасибо. Уже поздно, иди умойся... то есть почисти зубы, помойся, отдыхай пораньше». «...» Ладно. Шао Чжань не хотел, чтобы она снова его задержала. Лучше уйти в комнату, меньше контактов. «Я к себе». Шао Чжань зашёл в спальню, не подозревая, каким взглядом растерянным, испуганным, полным ужаса Сюй Япин провожала его. Сюй Япин не выдержала. Когда Шао Чжань зашёл, она набралась смелости и чуть приоткрыла дверь. Сквозь щель: «Сюй Шэн» сидит спиной к ней, разворачивает лист с задачами, спина прямая, взгляд на задании сосредоточенный, незнакомый. «Сюй Шэн» ни разу не обернулся и всё же она чувствовала: кто-то там внутри смотрит на неё. Чем дольше смотрела, тем больше паниковала. Шао Чжань помылся и собирался написать два варианта и спать. На второй половине второго листа, вдруг услышал из гостиной осторожные шаги. Туда-сюда. Потом остановились у его двери. Мама Сюй Шэна в такое время убирает? Мешает. Обычно, когда он работает с задачами, он очень не любит, когда его прерывают. Сюй Шэн исключение. Шао Чжань как раз дошёл до ключевого шага и тут дверь распахнулась! Он нахмурился. Поднял взгляд. Сюй Япин стояла на пороге с метлой (扫帚, саосу; традиционная бытовая метла с длинной ручкой; в народных поверьях иногда используется как оберег) высоко поднятой над головой, вся на взводе. Волосы растрепались. От страха грудь часто поднималась и опускалась. Она долго стояла за дверью, потом всё же решилась. Рванула дверь и крикнула: «Кем бы ты ни был я не отступлю! Пришла моя очередь!» «...» Даже при всей выдержке Шао Чжаня эта сцена сбила его с толку. Такого он не ожидал. Шао Чжань посмотрел на время. Половина первого ночи. Он в теле своего парня решает задачи. А мама его парня стоит в дверях с метлой и готова биться до конца. Шао Чжань повертел ручку между пальцев. Хотел было сказать «тётя», но на выходе получилось: «Мам. Ты что делаешь?» Узнать в час ночи, что сын это не сын: кто угодно перепугается. Но беспокойство за Сюй Шэна было сильнее страха. Сюй Япин произнесла: «Не называй меня мамой! Ты не мой сын! Твой почерк не его почерк. Мой сын знает, что у меня аллергия на манго, он никогда не принесёт мне никакой манговый смузи. Кто ты такой?!» Шао Чжань: «...» На секунду оцепенел. Никак не ожидал, что провалится вот так. Они с Сюй Шэном менялись много раз, чего только не видели. Казалось: полмесяца каникул, если быть осторожным, то всё будет нормально. Но он не учёл одного: Сюй Япин жила с Сюй Шэном бок о бок больше десяти лет. Перед самым близким человеком прятаться почти невозможно. Тем более что Сюй Япин весь этот период была дома, риск нарастал. Провалиться можно с одного слова. Сюй Япин раньше в подобные вещи не особо верила. Но вот доказательства прямо перед ней, и не поверить нельзя. Прокричав, она заметила: юноша у письменного стола вытянул ноги, смотрит на неё без тепла в глазах. Сюй Япин тут же сникла. Голос почти непроизвольно опустился: «Ты... у тебя что-то незавершённое здесь осталось?» «...» Шао Чжань не знал, как объяснить. Попробовал перебить: «На самом деле...» Сюй Япин: «Скажи. Не причиняй вреда моему ребёнку. Я сделаю что смогу». Внешне Шао Чжань по-прежнему выглядел спокойно, внутри всё было вверх дном. Под взглядом Сюй Япин написать Сюй Шэну не получилось бы, да и смысла нет, даже если тот придёт, что говорить? Нельзя же указать на «Шао Чжаня» и сказать: «Тётя, вот это ваш сын». В кабинете Мэн Гоувэя, когда смотрел на результаты ежемесячной контрольной, и то не так растерялся. Несколько минут длились как целый век. Сюй Япин крепче сжала метлу: «Куда ты дел моего ребёнка. Не доводи меня до крайностей». В голове промелькнуло множество вариантов объяснений и ни один не решал ситуацию. Он паниковал не меньше Сюй Япин. «Что бы я сейчас ни сказал, вы, наверное, не поверите,» — Шао Чжань встал и медленно подошёл к ней. — «Раз вы уже поняли скажу честно». Он делал шаг вперёд, она отступала. Шао Чжань подумал: видимо, долгое соседство с Сюй Шэном начало сказываться, ассоциативное мышление явно развилось. Встал перед Сюй Япин, когда той некуда было больше отступать, и с усилием, по слогу произнёс: «Да. Я на самом деле второе «я» Сюй Шэна». Ничего лучше диссоциативного расстройства личности для этой ситуации не нашлось. Пришлось продолжать: «С точки зрения психиатрии это называется диссоциативным расстройством идентичности (分裂型人格障碍, фэньлиэ-тип жэньгэ чжан'ай; расстройство множественной личности; в китайской популярной культуре часто изображается как наличие у человека «второй личности» с иным характером и памятью)». От слова «вторая личность» у Сюй Япин оцепенели мысли. «...Что?» Сюй Шэн после возвращения долго сидел у входной двери, привалившись к ней, держал в руке полоску конфет. Съел и на языке ещё оставалась сладость. Когда расходились, все одноклассники были рядом. Хоу Цзюнь услышал, что «Сюй Шэну» по пути на метро, и потащил Шао Чжаня к станции, времени поговорить вдвоём так и не нашлось. Перед уходом Шао Чжань только сказал: «Руку дай». И вложил ему оставшуюся половину конфеты. Фейерверк догорел. Сюй Шэн смотрел, как Шао Чжань звонит Сюй Япин. В голове снова и снова прокручивались несколько слов. И крутятся до сих пор. Застряло одно: «Сильно любишь рисовать?» За окном ветер стихал. Воздух стал тяжёлым, спёртым, это верный знак, что погода скоро переменится. По небу тянулась серая пелена, давила книзу. «Вторая личность» конечно, выдумка на ходу. Но две минуты спустя Шао Чжань и Сюй Япин сидели друг напротив друга. Она растерянно спросила: «Как так... с каких пор это? Почему?» Шао Чжань вспомнил выражение лица Сюй Шэна под фейерверком. И вдруг понял: он «вторая личность Сюй Шэна» и вправду хотел кое-что сказать Сюй Япин. Немного помолчав, Шао Чжань произнёс: «Больше года назад». «С того момента, как он подслушал твой телефонный разговор. Понял, как тебе трудно. И не захотел больше спорить». Сюй Япин застыла. Не ожидала услышать именно это. «Он очень любит рисовать». «Когда ты искала работу, он тайком записал тебя, чтобы ты попробовала». Эту историю Шао Чжань знал из того, что Сюй Япин сама рассказала за ужином. Говорил от лица «второй личности», и потому острее, чем смог бы сам Сюй Шэн: «На любом пути встречается много непредвиденных трудностей. Но первым препятствием для него стала не жизнь». «Вторая личность» говорила мало, зато прямо в точку. Настолько точно, что Сюй Япин невольно поддалась. Внутри поднялся вопрос: а я? Что сделала я? Как старший, как мать, Сюй Япин никогда по-настоящему не принимала в расчёт любовь Сюй Шэна к рисованию. Ей казалось нормальным навязывать сыну свои ожидания. Она решила, что рисование ненадёжно, неперспективно. И стала первым барьером на его пути. Юноша сидел напротив. Голос холодный. Совсем непохожий на её сына. Но в подсознании она чувствовала: между ним и Сюй Шэном есть что-то неуловимо связывающее их. Её мысли поплыли и она вдруг оказалась год назад. Тогда тоже было так. Тоже перед грозой. За окном так же хмурилось небо.