Вопрос за рамками школьной программы

«На этом форуме всё было просто огонь,» — в первый день нового семестра Хоу Цзюнь уже раздобыл свежие слухи. — «Этот заместитель директора из Лиян встал и заявил: первое место на вступительном экзамене по художественным предметам в следующем году снова будет у них». «Ну это ладно. Важнее другое, после Лиян все остальные школы повставали и начали бросаться словами. Наша школа переплюнула всех: не только отчиталась за этот год, но и заранее объявила, что первое место по городу на гаокао в следующем году тоже её». «Это Гу Яньван такой самоуверенный?» «За ним Чжань-гэ стоит,» — Тань Кай торопливо дописывал задания. — «Если Чжань-гэ откажется от гарантированного поступления и пойдёт через гаокао, он точно первый по городу». Юань Цзыцян добавил: «Даже без Чжань-гэ "Вечный второй" не лыком шит. На последнем совместном вступительном экзамене у него второй средний балл среди нескольких школ». С утра они все ввалились к Шао Чжаню дописывать задания и болтали по ходу дела. Тот, о ком шла речь, держал в одной руке стопку вариантов и привалился спиной. В другой руке лежала красная ручка, проверял чужой вариант. Разговор его не занимал: «Хотите болтать, идите на своё место и болтайте». Шао Чжань в последнее время мог быть и резковат, но это не казалось странным. При его внешней холодности это воспринималось органично. Раньше он вообще не реагировал на людей. Хоу Цзюнь от этого «идите» вдруг почувствовал неожиданную теплоту. «Нет-нет-нет,» — Хоу Цзюнь не сдавался. — «У меня ещё один вопрос хотелось бы задать...» Тань Кай на середине задания заметил соседа: «Первый день и уже затылком к учителю. Только что дежурный учитель долго торчал у окна. Ну это Шэн-гэ, конечно...» Добавил задумчиво: «Хотя Лиян реально сильная школа. Первое место на вступительном. Серьёзно звучит». Сюй Шэн вчера поздно засиделся за задачами, сдал работу и завалился досыпать прямо за партой. Для одноклассников это было давно привычно. Скорее удивило бы, если бы хулиган не спал. Сюй Шэн услышал своё имя. Пальцы под затылком шевельнулись, он открыл глаза: «Учитель пришёл?» Тань Кай ответил: «...Только что ушёл». Сюй Шэн: «Я не об этом. Я имею в виду: даже если придёт, не буди меня». Тань Кай: «...» Вот это я понимаю. Зимняя форма Шестой средней школы это чёрно-красный стёганый верх. Тёплый. Объёмный. Сюй Шэн поддел под него чёрное худи. Пуховик на нём всё равно сидел мешком. На ногах надеты тонкие джинсы, будто холод ему нипочём. После того как до него добудились, заснуть не получилось, он облокотился на руку и сел. Стал смотреть, как Шао Чжань объясняет задачу Хоу Цзюню. Шао Чжань объяснял другим не так, как ему. Сжато. Без лишних слов. Хоу Цзюнь всё равно не понял. Шао Чжань потерял терпение. «Сам считай». Хоу Цзюнь ответил: «Не надо, у каждого есть слабое место. Стереометрия это мой смертный приговор...» Сюй Шэн отвлёкся. Взгляд упал на руку Шао Чжаня. Вспомнил: когда он не понимал с первого раза, Шао Чжань разворачивал ручку и тыкал ей в лоб, холодно уточняя: «Всё ещё не понимаешь?» Подумал мимоходом: сколько они уже не виделись? Десять дней? «Закончили?» — Сюй Шэн хотел выпроводить всех. — «Стереометрию я хорошо знаю. Хочешь, объясню?» Хоу Цзюнь ухватился за соломинку: «Лев, прошу, вразуми меня». По стереометрии Сюй Шэн и вправду был силён, пространственное воображение хорошее, задачи давались легко. К тому же задания на каникулы Шао Чжань с ним разобрал. Ну, главным образом потому, что Шао Чжань разобрал. Когда двоечник объясняет это своеобразная магия. Хоу Цзюнь слушал как загипнотизированный. Кто бы мог подумать, ещё в начале прошлого семестра Сюй Шэн набирал по математике тридцать баллов. «Понял?» — спросил Сюй Шэн. — «Понял, тогда иди на место». Хоу Цзюнь почувствовал: эти двое на задних рядах явно в сговоре, оба его выгоняют. Время шло, скоро начало урока. Компания собрала вещи и разошлась. Тишина. Сюй Шэн произнёс: «Бог учёбы, у меня тоже есть непонятная задача». Шао Чжань протянул проверенный вариант: «Какая?» Сюй Шэн: «Не понимаю, почему за десять дней так соскучился по молодому человеку». Сюй Шэн высунул руку из рукава: хотел тихонько дотронуться до руки Шао Чжаня. Думал просто незаметно коснуться, но Шао Чжань открыто просунул пальцы в его пальцы. Место было удачное: задний угловой ряд, длинные рукава формы скрывали движение: «До урока три минуты». Шао Чжань листал учебник и произнёс: «Должок за вознаграждение». Новый семестр — новое ускорение. Учителя без предисловий перешли к новому материалу. Темп был стремительный, слайды ещё на каникулах разослали в чат. Гнали вперёд, первый круг повторения не за горами. Новая программа давила со всей силой. Прошло несколько недель. Затылки в классе были уже не у одного Сюй Шэна, на переменах все падали лбом на стол. В представлении многих учеников Шестой средней школы, старшая школа — это сплошные экзамены, задачи и снова экзамены. Раньше у Сюй Шэна стол всегда был пустым. Теперь там выросла стопка: проверочные работы по всем предметам, пробные варианты, ежемесячные контрольные, тетрадь с ошибками... и конспекты Шао Чжаня. Конспекты бога учёбы, за которыми охотилась вся параллель, лежали у Сюй Шэна вместе с его весьма средними вариантами. Раньше он налегал на один предмет и там рос быстро. На каникулах тоже занимался, но темп был скромнее. Самое эффективное сейчас это сначала закрыть базу, потом браться за сложные задачи. Чем больше занимались вместе, тем больше понимали друг друга. Шао Чжань одним взглядом видел: понял тот или нет. Сюй Шэн, принимая вариант, точно читал пометки молодого человека на полях. По выходным Сюй Шэн ходил в студию. После студии возвращался и снова садился за задачи. Уставал, но покоя всё равно не давал. Садился на кровать Шао Чжаня, убирал варианты с колен и тянулся к нему: «Устал. Но если поцелуешь, ещё как-нибудь напишу пару задач». Только вознаграждение порой выходило за рамки ожидаемого и сбивало с расписания. После отбоя в комнате было темно. Даже с зарядной лампой свет едва добивал до стола. И они целовались в этой темноте. Иногда Сюй Шэн усаживался прямо на стол. Пояс был чуть расстёгнут. Голову запрокидывал с красивым изгибом подбородка. Пальцы вцеплялись в край стола, от усилия костяшки пальцев побелели. Иногда не выдерживал и сквозь зубы вырывался стон. Шао Чжань обычно выглядел строгим и недоступным, зато когда хотел завести, умел сказать что угодно: «Позови меня, я хочу услышать». Сюй Шэн: «...Блин». Ночью в общежитии зажигалось всё больше окон. Как звёзды, опрокинувшиеся с неба. Многие учились не только ради гаокао, для них это была дорога туда, куда им так хотелось. Мэн Гоувэй скоро заметил изменения в результатах и поведении Сюй Шэна на уроках. На первый взгляд это было незаметно. Но если выложить контрольные этого периода рядом, видна ровная кривая роста. На промежуточных и вовсе пробил потолок девяноста баллов. К промежуточным по всем предметам выше ста, средний балл 108. По меркам Шестой средней школы не выдающийся результат. Только это был Сюй Шэн. По силе потрясения для Мэн Гоувэя, сразу после новости о том, что двое учеников в соседнем Лияне будто бы получили удар молнии, после чего их результаты резко взлетели и они вошли в число лучших на совместном вступительном экзамене. Тот вопрос, который он когда-то задал Сюй Шэну: «Ты что, всё это время притворялся двоечником?» на ком-то другом оказался правдой. В учительской. «Что смотришь?» — Чжоу Юань встала на перемене размяться. — «Сюй Шэн? Я тоже хотела с ним поговорить. Этот мальчишка в этом семестре как будто перевернулся с ног на голову». Мэн Гоувэй отложил варианты. Подумал: Сюй Шэн растёт постепенно, но настоящий двоечник — настоящий, без притворства. Кивнул ученику, проходившему мимо: «Позови Сюй Шэна в кабинет». Сюй Шэна часто вызывали к учителям. Раньше всегда отчитывали. Теперь Мэн Гоувэй хлопал его по плечу и нахваливал: «Отношение к учёбе в последнее время отличное. Продолжай. Я всегда говорил: нет ученика, которого нельзя научить. Хаха». Сюй Шэн в форме стоял и выглядел и вправду по-другому: «Это всё благодаря учителям. Они помогли мне вернуться на верный путь и найти радость в учёбе». «Кстати,» — добавил Мэн Гоувэй, — «мама несколько дней подряд звонит и спрашивает про твои "душевные проблемы". У тебя что-то с душевным состоянием?» «...» — Сюй Шэн произнёс: — «Я в порядке». Мэн Гоувэй засомневался. Сюй Шэн вздохнул, сжал варианты в руке: «Она, наверное, беспокоится, что учёбой перегружаюсь». Слух о том, что в Лияне двух учеников ударила молния, быстро разошёлся. В классах заговорили: «Слышали, что в Лияне двух учеников молния ударила?» «Я слышал, что машина сбила». «Нет, мне однокурсник из Лияна написал, говорит, правда. Они раньше всегда сдавали хуже всех...» «...» Хоу Цзюнь на перемене принёс воды, подсел к Сюй Шэну: «Как думаете это вообще возможно? Удар молнии и вдруг умнеешь? Вот бы мне такое. Тогда первый уровень высшего образования точно был бы в кармане». У Сюй Шэна были на этот счёт весьма авторитетные знания. Его самого ударяло. И не раз. Сюй Шэн, которого молния ударяла, но на оценки это никак не влияло: «Как ты думаешь это реально?» Хоу Цзюнь задумался: «Не то чтобы совсем невозможно». Шао Чжань, которого молния ударяла, но на результатах это никак не отразилось: «Пока есть это время лучше порешай задачи». Хоу Цзюнь ответил: «...Угу». После промежуточных напряжённость ненадолго отступила. Помимо разговоров о таинственных учениках из Лияна для снятия стресса, в параллели второго года наконец появилась какая-то внеучебная активность. Юань Цзыцян вернулся из учительской и по секрету сообщил: «На классном часу будет объявление». На следующий день после экзаменов выпала пятница. Следующий урок был классный час. Цю Цю вошла вместе с Мэн Гоувэем, но не пошла на своё место, вместо этого встала у доски: «Значит, начинается конкурс стенгазет. Кто хочет участвовать, записывайтесь». Конкурс стенгазет в Шестой средней школе дело серьёзное. Когда дни однообразны и унылы, даже конкурс чтецов способен разбудить неожиданный азарт. Конкурс стенгазет разворачивался с накалом, который трудно было представить заранее. Ученики Шестой средней школы умели превратить обычную стенгазету в соревнование с максимальным коэффициентом веселья. Цю Цю закончила говорить. Шао Чжань взглянул на Сюй Шэна: «Пойдёшь?» Рисовать — сильная сторона Сюй Шэна. Если есть возможность, то он первый. Но на этот раз он не выглядел таким азартным, каким можно было его ожидать. Привалился к стене: «Подумаю». «Я, наверное, другим классам нечестная конкуренция». Шао Чжань принял это за шутку. Сюй Шэн собирался было вздремнуть на классном часу. Уже лёг и пришлось нехотя снова сесть прямо. Открутил крышку бутылки и пояснил: «Это может звучать странно, но... в средней школе меня отстранили от соревнований». Стенгазеты и отстранение? Сюй Шэн невольно вспомнил. В средней школе стенгазету каждый раз рисовал он. Первые места — одно за другим. Разрыв в уровне был слишком очевидным, другие классы совершенно потеряли боевой дух. В итоге завуч напрямую запретил ему участвовать: «Сюй Шэн, давай уступим место другим? Остальным тоже нужно немного поддержки. Нельзя же подавлять чужую уверенность в себе». И самооценку тоже. История с отстранением могла занять целый вечер. Сюй Шэн хлебнул воды и всё ещё раздумывал, записываться или нет. Мимо пронёсся вихрем Тань Кай. На физкультуре он так быстро не бегал: «Отлично, Цю-гэ! Ты, может, нас ещё не до конца знаешь за всё это время, позволь представиться заново. Я, Тань Кай. В детском саду был конкурс рисунков восковыми мелками и взял третье место». Следом вихрем пролетел Юань Цзыцян: «Я, Юань Цзыцян. Может, не так круто, как у Кайцзы, но у меня есть горящее сердце». Цю Цю: «...»