Вопрос за рамками школьной программы

Сюй Шэну было до неловкости странно: рисовать и одновременно слышать в наушнике голос молодого человека. Он редко смущался, но сейчас смутился по-настоящему. Сам прогнал зрителей: «На сегодня всё, расходитесь, дальше рисуйте сами». Те кивнули, хотя всё ещё хотелось посмотреть, что будет дальше: «Вы не продолжите?» Сюй Шэн вытащил провод из уха: «Мысль прервалась». Сейчас о живописи думать не получалось. В голове один конкретный человек. Преподаватель по рисунку как раз закончил работу с кем-то, напомнил про структуру, велел уделить время правке формы и заметил, что у Сюй Шэна все собрались: «Что вы все стоите вокруг Сюй Шэна? А ну дайте посмотрю ваши работы...» В этой студии подход был индивидуальным: для каждого ученика свои задания и цели. Именно поэтому результаты на вступительных из года в год были хорошими. Не как в других студиях, где все занимаются по одной программе. Но в этом году у преподавателя возникла неожиданная задача: как работать с Сюй Шэном. Стиль у него слишком выраженный. Остальные всё ещё копировали образцы, а у Сюй Шэна уже была поразительная самобытность. Подпись ему можно было не ставить, взгляда достаточно. Когда все разошлись, Сюй Шэн сделал паузу, поточил карандаш, привёл мысли в порядок. Отточил хорошенько и не удержался. «Ты нарочно, брат?» С той стороны: «Что?» Ладно. Сюй Шэн свернул тему: «Вечером видеозвонок?» Добавил: «Кан Кай уйдёт. Отпросился домой до завтра утром». Преподаватели в студии целыми днями не сидели вечером был почти свободный час. Кан Кай ушёл около четырёх. Сюй Шэн просидел до ночи, потом помыл палитру и вернулся в общежитие. На улице выл ледяной ветер. Лез прямо в шею. Было уже поздно, но Сюй Шэн всё равно собирался порешать один вариант перед сном. Листал задания и запустил видеозвонок. Видеозвонки у них уже бывали. Только при Кан Кае слова выбирал поосторожнее. Кан Кай иногда и сам вклинивался: «Кстати, у меня тоже есть пара вопросов...» В итоге Шао Чжань занимался с обоими. Кан Кай, пользуясь ситуацией, получал дополнительные объяснения и сам признавал: после нескольких таких сеансов он разобрался в материале лучше, чем до интенсива. «Вот это называется "пронесло на чужом горбу",» — как-то раз после видеозвонка Кан Кай лежал на кровати и размышлял: — «Что это за жизнь у тебя в школе, как у бога?» Сюй Шэн вошёл в комнату. «Опять не застёгнут». Едва включился видеозвонок: угол ещё не выровнял, камера показала покрасневшие от холода костяшки и широкий вырез, открывавший ключицы. Молния едва доходила до середины груди, а свитер под ней был с глубоким воротом. Шао Чжань отложил ручку: «...Может, наставить ещё следов, чтобы ты наконец запомнил». Сюй Шэн опустил взгляд, засмеялся: «От студии до общежития несколько шагов...» Шао Чжань ответил: «Несколько шагов тоже нет». В комнате было тепло. Сюй Шэн расстегнул молнию, снял куртку: «Всё-всё, понял». Знал: Шао Чжань сейчас занят даже больше его. Не стал лишнего говорить. До звонка думал, что будет о чём поговорить. Но когда увидел его, всё улеглось само собой. Он смотрел на костяшки с чёрной ручкой, на резкий почерк на вариантах. На Шао Чжане был чёрный свитер. Этого холода в нём было столько, что казалось почти нереальным. Сюй Шэн так и делал: порешает пару задач, посмотрит на молодого человека. На второй раз, когда поднял взгляд, крутя ручку, Шао Чжань тоже смотрел на него. Их взгляды встретились: «...» Сюй Шэн отложил ручку. Поймали друг друга на подглядывании и оба засмеялись: «Блин». «В последнее время немного устал. Смотрю на тебя и заряжаюсь,» — сказал Шао Чжань. — «Так немного». Сюй Шэн знал кое-что об этой олимпиаде. Раньше, как и многие, думал: Шао Чжань побеждает само собой. Но за то время, что он провёл в его теле, понял, насколько тот сильно выкладывается. Сюй Шэн дописал вариант, сверил ответы, отметил места для повторения. Было уже полтретьего ночи. Мысль мелькнула и он чуть подался к камере: «Зарядился?» «Если не до конца, может, другой способ попробуем,» — Сюй Шэн произнёс. — «Может, быстрее получится». Сказал и потянул камеру вниз: в кадр попал завёрнутый снизу подол свитера. Шао Чжань только тогда заметил: Сюй Шэн и правда не боится холода. Снизу тёмные джинсы, которые делали ноги ещё тоньше. У Шао Чжаня дёрнулось горло. Спросил, хотя ответ знал: «Какой способ?» «Например...» Сюй Шэн пальцами подхватил подол свитера, а Шао Чжань наблюдал, как тот тянет его вверх. Юноша жилистый, вытянутый, но всё ещё с какой-то подростковой несформированностью. На талии висел пояс. Будто нарочно. Задрал и рука скользнула вниз, к пряжке. Сделал вид, что расстёгивает. Уголки глаз приподнялись: «Этот?» «...» На деле Сюй Шэн остановился бы. До конца нет. Но вот такое на расстоянии, строить недотрогу, без последствий он умел в совершенстве. Дошёл до этого места и ждал: пусть Шао Чжань сдастся. Но тот, казалось, специально смотрел до какой точки дойдёт. У Сюй Шэна стыда стало меньше он и правда продолжал. Через три секунды Шао Чжань сбросил звонок. Мой парень: «Жди». Сюй Шэн совершенно спокойно отпустил подол. Свитер лёг на место. Подпёр щеку и посидел немного, усмехаясь. После начались снова дни без остановки. На день окончания олимпиады выпали выходные. Как раз совпало: в студии проходила финальная пробная контрольная. В неё входили не только три основных предмета: рисунок, набросок и живопись, но и материал отдельных вступительных испытаний. Вузовские вступительные экзамены основное. Совместный база: важно, но для них несложно. На университетских экзаменах намного больше заданий на «креативный дизайн» и они значительно сложнее совместного. Позиции Сюй Шэна в студии держались крепко, потому что он был силён не только в технике, у него было и дизайнерское чутьё. После экзамена преподаватели ушли выставлять оценки. Кто-то высунулся в окно: «Снег!» Первый снег этой зимой. «Смотрите, снег!» На обратном пути автобус вёз олимпийскую команду Шестой средней школы. Шао Чжань сидел сзади, дремал и проснулся от этого крика. Повернул голову. Через стекло виднелись мелкие снежинки, лёгкие как пух. Падали на что-нибудь и тут же таяли, не оставив следа. Посмотрел немного и увидел картинку от Сюй Шэна. С: «[фото]» С: «Снег пошёл». Ракурс необычный снизу вверх, в небо. Наверное, высунул руку за окно и снял. Не вместе, а один и тот же снег. Шао Чжань смотрел на фотографию и вдруг очень захотел увидеть его прямо сейчас. Немедленно. «Ты сейчас в студии?» Сюй Шэн сделал снимок, сел обратно. Поставил ногу на перекладину и написал: «Угу». «Что?» «Только что сдал. Сейчас самоподготовка. Сегодня ещё одна живопись и пять набросков». После экзамена в студии было шумно, видимо, это тоже был своего рода способ снять напряжение. Задание почти никто не трогал, зато разговоры не смолкали. Разговор добрался до Сюй Шэна: «Сюй-шэнь, ты из какой школы? Из Лияна? Слышали, что в этом году там есть кто-то очень сильный. Директор Лияна ещё в прошлом году заявил: первое место на совместном их». Сюй Шэн наклеил малярную ленту по краям бумаги: «Нет». «Я из Шестой средней школы Линьцзян». «...» Из Шестой средней школы? Линьцзян? Спросивший онемел. Искусство и Шестая средняя школа Линьцзян эти слова просто не должны стоять рядом. Разве оттуда когда-нибудь выходили художественные абитуриенты? Студию накрыло. В конце концов кто-то нашёл слова: «Отличник... наверное». Это Сюй Шэн уж точно не мог принять. Совсем не то. После экзамена был час отдыха пообедать. Сюй Шэн вернулся раньше, перерыв ещё не кончился, людей почти не было. Хотел сразу взяться за живопись. После экзамена палитра была вся в красках, старые давно засохли. Сюй Шэн наклонил голову и методично добавлял новые краски в коробочки. Когда закончит, пойдёт мыть палитру. Мыть палитру он не любил. Засохшая краска отходит плохо, вода зимой холодная и занятие это в целом малоприятное. Закрыл одну ячейку, взял следующую, как вдруг телефон завибрировал. «Заказал тебе доставку. Выйди забери». «? Я поел, брат». Но раз уже привезли не отправишь же обратно. На улице снег. Не стоит заставлять курьера ждать. Сюй Шэн всё-таки накинул куртку и пошёл к выходу. Студия на втором этаже. В коридоре темновато. На полпути вспомнил, в прошлый раз по видеозвонку Шао Чжань говорил. Поднял руку, застегнул молнию. Заодно поднял капюшон. Дошёл до лестницы и чья-то рука потянула его в сторону. Только тут заметил: у стены кто-то стоит. Не успел опомниться как уже оказался в объятиях. У уха голос, куда живее, чем в телефоне: «...Товарищ Сюй Шэн. Доставка прибыла». Шао Чжань опустил взгляд, проверил одежду, на этот раз молния застёгнута. Наклонился и поцеловал его в губы: «Вознаграждение». На улице всё ещё шёл снег гуще, чем в начале. Шао Чжань был весь пронизан холодом. Пальцы Сюй Шэна, лёгшие на его руку, почувствовали чуть влажный след растаявшего снега. Хорошо, что в обеденный перерыв в коридоре никого. Сюй Шэн спросил: «Ты как здесь?» «Олимпиада закончилась,» — сказал Шао Чжань. — «Гу Яньван дал олимпиадной команде выходной». Шао Чжань вошёл в студию вместе с ним, Сюй Шэн всё ещё не до конца пришёл в себя. Когда Шао Чжань вошёл, те, кто вернулся пораньше и о чём-то болтали, осеклись на полуслове: «...» «Так и что дальше? Что случилось?» «Забыл,» — сказал тот. — «Блин, у меня мозг отключился. Это друг Сюй-шэня?» На задних рядах было просторно. Шао Чжань сел на свободное место рядом. Первый раз огляделся: примерно как студия у тёти Кан. На стенах висели образцы работ. На доске разбор структур. Справа световые схемы и основы цветового круга. «Четыре часа самоподготовки. Если скучно, можешь пока пойти в общежитие,» — Сюй Шэн разобрался с красками и нехотя подступил к палитре. Руки ушли в рукава, при чистке торчал только кончик ладони. — «Пойду помою пал...» Шао Чжань опередил его, взял палитру. Как-никак бывал «Сюй Шэном» в студии тёти Кан. Знал: надо ещё воду в ведре менять: «Руки уже спрятал, я помою». Сюй Шэн положил грязную губку на палитру и без тени смущения её отдал: «И её тоже». Без малейших угрызений совести добавил: «Спасибо, брат». Он произнёс это негромко, но остальные как раз навострили уши. В этой студии одного Сюй Шэна хватало, чтобы поражать воображение. Иногда на переменах сюда специально заходили из других студий посмотреть. А теперь ещё один. Двойной эффект. Ах, оказывается, брат. Те, кто незаметно наблюдал, отвернулись и подумали: у других людей и братья бывают такими? Зима на дворе, а он мыть палитру вызвался. Что это за идеальный брат.