Стук колес в пустом коридоре

Ветер свистел у Димы в ушах, превращаясь в плотный гул, который заглушал обрывки мыслей. На щеках жгло — там оставались лишь соленые дорожки слез, горькое напоминание о собственной беспомощности. Слабак— пульсировало в висках в такт ударам сердца. Он ненавидел себя за то, что обычная перепалка с учителем, очередная несправедливо брошенная фраза, смогла так легко пробить его броню. Парень несся по набережной, почти не касаясь земли. Колеса скейта глухо рокотали по плитке, и в этой скорости Дима находил единственное спасение. Пока он летел вперед, казалось, что он все еще контролирует свою жизнь, что он быстрее своих проблем и страхов, которые преследовали его по пятам. Может, пронесет? — лихорадочно соображал он, пытаясь выстроить в голове шаткую конструкцию из лжи. — Скажу, что просто засиделись с Антоном в парке после уроков. А если мать узнает про прогул... совру, что скрутило живот, пришлось уйти со школы. Отчим, скорее всего, уже напился, так что лезть не должен. Главное — проскользнуть в свою комнату. Проезжая мимо маленькой пекарни, Дима резко затормозил, чиркнув кедом по асфальту. Знакомый аромат корицы и горячего кофе на мгновение притупил внутренние размышления. Захотелось зайти, купить напиток и просто погреть об него руки, но взгляд невольно замер на горизонте. Солнце медленно сползало вниз, окрашивая мир в тревожно-красивые тона. Оно не спешило уходить, словно давая Диме последний шанс на передышку. Блики отражались густым золотом на глади реки, вода выглядела так, будто где-то на самом дне начался пожар. Позов стоял неподвижно, прижав скейт к бедру. На мгновение ему почудилось, что этот свет способен его согреть, выжечь изнутри ту липкую, холодную тревогу, что поселилась в груди еще в стенах школьных коридоров. Воздух вокруг пах миром, в котором не нужно врать и прятаться: выпечкой, речной прохладой и остывающим асфальтом. Но это чувство нормальности было хрупким, как тонкое стекло. Внутри настойчиво заскреблось какое-то подозрение. Что-то было не так. Словно в сложном уравнении он упустил одну маленькую, но критическую деталь. Дима потянулся к двери пекарни, но рука замерла, так и не коснувшись металла. Отражение в витрине безжалостно ударило наотмашь. Капюшон давно сполз на плечи, открывая вид на скулу, которая в лучах заката отливала нездоровой синевой и багровым отеком. Под этим ярким светом след выглядел еще более жутким, чем в тусклом зеркале туалета. Когда у меня слетел капюшон? — Дима почувствовал, как к горлу подступает тошнота. — На набережной его уже точно не было. Господи, а раньше? На территории школы? На глазах у прохожих? Желание выпить кофе мгновенно испарилось, оставив после себя лишь привкус меди во рту. Золото на реке внезапно стало казаться чужими холодным. Весь этот свет теперь не грел, а выставлял его на всеобщее обозрение, сжигая дотла. Дима судорожно натянул ткань обратно на голову, пряча лицо, и отвел взгляд. Он снова встал на скейт и, резко оттолкнувшись, рванул прочь, в сторону дома, больше не оглядываясь на закат. Он слишком долго любовался солнцем. Время, которое он украл у собственной безопасности, неумолимо истекало. Подъезжая к дому, тревога у парня лишь возрастала. Он понимал, что это не просто так: он допустил просчёт, но вот только не понимал — где и когда. Простояв так несколько минут, Дима всё-таки поднёс ключ-таблетку к панели и, услышав знакомый писк, зашёл внутрь. Сырость подъезда казалась неправильной и отвратительной после свежего воздуха набережной. Подходя к квартире, Позов прислонил ухо к двери, прислушиваясь. По ту сторону царила тишина, но далеко не приятная, а напряжённая, словно это было затишье перед бурей. Собравшись с мыслями, он провернул ключ в замке и вошёл, стараясь не выдать своего присутствия. Первое, что предстало перед его глазами — это спина матери и отчим, сидящий с бутылкой дешёвой водки в руке. И самым страшным в этом была гробовая тишина. — Звонил твой новый учитель — тихо, но злобно сказала женщина, даже не поворачивая головы в сторону сына. Это было последнее из всего того, что ожидал услышать Дима. Связка ключей упала на тумбочку, тихо звякнув, но парню этот звук показался сродни сходу лавины, которая вот-вот накроет его и утащит вниз, не давая шанса на спасение.