Баг при респауне, или История сломанной шестеренки

После возвращения во дворец Мермония напряжение окончательно отступило. Ночной Кур-де-Фонтейн остался за толстыми стеклами окон, а внутри царила та самая спасительная тишина, которую Селеста так ценила. Она приняла душ, натянула свое новое безразмерное худи темно-синего цвета, в котором буквально утонула, и забралась с ногами на огромную кровать. Рядом на тумбочке тихо играла мелодию механическая шкатулка. Динь-дон, динь-динь... Нёвиллет сидел неподалеку в кресле. Он принес с собой стопку каких-то не слишком срочных документов, чтобы просто побыть рядом на случай, если у Селесты снова начнется приступ кашля после эмоционального вечера. Но она чувствовала себя на удивление хорошо. Селеста потянулась к стопке покупок и взяла верхнюю книгу — сборник местных фонтейнских легенд. От плотных страниц пахло свежей типографской краской, клеем и немного ванилью. В прошлой жизни у неё не хватало ни концентрации, ни душевных сил, чтобы просто сесть и читать. Текст расплывался, мысли улетали к тревожным новостям. А сейчас... сейчас никто никуда не гнал. Она открыла первую страницу, пробежалась взглядом по строчкам и вдруг тихо хмыкнула. Нёвиллет поднял взгляд от своих бумаг. — В фонтейнских легендах нашлось что-то забавное? — Нет, просто... вспомнила кое-что из лора этого мира, — Селеста перевернулась на живот, подперев щеки пухлыми синими лапками, и поболтала хвостом. — У вас же в соседнем регионе, в Ли Юэ, есть Бог Контрактов. Властелин Камня. Тот, кто карает тех, кто нарушает договор, верно? — Моракс, — кивнул судья. Его тон стал уважительным. — Да. В Ли Юэ контракт — это абсолютная основа общества. Нарушить его — значит навлечь на себя Гнев Камня. А почему ты о нем вспомнила? Селеста усмехнулась. В этой усмешке проскользнул цинизм человека, который слишком много новостей посмотрел в прошлой жизни. — Я просто представила, что бы с ним было, если бы он попал в мой старый мир. Представляете, месье Нёвиллет... у нас международный договор, пакт о ненападении или гарантия безопасности на высшем уровне — это просто бумага. Бумага, которой диктаторы могут, простите за выражение, задницу подтереть, когда им станет невыгодно её соблюдать. Брови Нёвиллета медленно поползли вверх. Перо в его руке замерло в миллиметре от документа. Для него, воплощения правосудия, сама концепция того, что высший закон можно просто проигнорировать, звучала как сюрреалистичный бред. — И... никаких последствий? — недоверчиво уточнил он. — Никакого наказания за клятвопреступление на государственном уровне? — Ага. Ну, выразят «глубокую озабоченность». Наложат санкции, которые сами же потом будут обходить ради дешевых ресурсов, — Селеста пожала плечами. — Я просто подумала: окажись Бог Контрактов на Земле, у него бы случился инфаркт от такого количества нарушенных клятв. Или ему пришлось бы сбросить на нас все метеориты космоса, чтобы восстановить справедливость. Он бы стер все эти сто тридцать с лишним стран в труху в первый же вторник. Нёвиллет задумчиво посмотрел на свое перо, переваривая услышанное. — Зная характер Моракса в годы Войны Архонтов... — глубоким голосом произнес дракон, — полагаю, он бы не стал ограничиваться метеоритами. Он бы воздвиг новый каменный лес из копий, пронзая каждого лжеца, сидящего у власти. Твой мир, Селеста, звучит как место, где нет ни правосудия, ни чести. Он отложил документы и посмотрел на маленькую мелюзину в огромном худи. — Хорошо, что ты здесь. В Фонтейне за нарушение контракта не сбрасывают метеориты, но суд работает исправно. Тебе больше не нужно переживать о том, что чья-то подпись ничего не значит. Селеста мягко улыбнулась. — Я знаю. Спасибо. Она снова опустила взгляд на страницы книги. Тревоги старого мира казались сейчас далеким, нереальным сном. Шкатулка играла свою тихую мелодию. Слова на бумаге складывались в историю о древних рыцарях и океанидах. Никто не стрелял. Никто не лицемерил. За окном шел тихий, мирный фонтейнский дождь. Селеста глубоко вздохнула, перевернула страницу и впервые за очень долгое время начала читать ради удовольствия.