Отражение изумруда в сапфировых глазах

Шэнь Цинцю тихо вышел из комнаты и, убедившись, что поблизости никого нет, пошёл в неизвестном направлении. На улице темно, прохладно. Покачивающиесся листья, шум насекомых и далёкое, еле уловимое журчание воды. Остановившись перед домом, мужчина постучал. Из-за двери раздался тихий голосок. — Господин Шэнь? Это вы? Когда прозвучал положительный ответ, дверь отворилась, приглашая мастера Сюя в дом. Зайдя внутрь, Шэнь Цинцю увидел знакомое лицо девушки, она же в свою очередь поприветствовала его и, закрыв дверь, проводила в гостиную для разговора. — Господин Шень, прошу, присаживайтесь, — робко сказала девушка, ожидая, пока господин сядет первым. — Благодарю. Ну что ж, Пинъань. Что же ты хотела сказать? — Садясь и смотря в глаза девушке, сказал мастер Сюя. — Господин Шэнь, спасибо, что пришли. Извините, но я не могла спокойно разговаривать с вами тогда. Цзянпин, он верен Господину Чжи, и сразу бы доложил, если бы я что-то сказала. — Ничего, я понимаю. Так что ты видела в лесу? — Шэнь Цинцю настроился на худшее, увидев, как девушка при этих словах съёжилась. — Да... Кх... В тот день я увидела Юйлань. Она, моя близкая подруга, совсем как сестра. Но Юйлань умерла год назад! Тогда она была в белом платье, с мокрыми волосами, а ещё лицо и тело... — Пинъань задрожала. Прикрыв ладонью рот, она продолжила: — Её тело было в крови, а лицо изуродовано... Она просто смотрела на меня... Я убежала. Убежала от неё. Я не должна была этого делать.... Не снова.... Я снова не была с ней.... Это моя вина. — Из её глаз хлынул неостанавливающийся поток слёз. — Ваша вина? — Непонимающе спросил Шэнь. Девушка безудержно рыдала, не в силах вымолвить что-то членораздельное. Шэнь вздохнул, решив дождаться, пока она успокоится. — Это моя вина, если бы я тогда не оставила её одну.... Если бы... — От этих слов у Шэня встал ком в горле. — Каждый год в деревне происходит жертвоприношение. Выбирается девушка, в течение месяца перед днём жертвоприношения она должна находиться в абсолютной изоляции. А в определённый день, одевая в белое платье, её спускают на лодке в реку. А остальные кидают камни, доски, всё что угодно, чтобы затопить лодку. Эта жертва нужна для плодородия и защиты деревни от злых духов.... В прошлом году жертвой стала Юйлань... Я на два месяца уезжала в другую деревню для торговли... А когда приехала, её уже... Уже... — На последних словах Пинъань вновь горько заревела. Шэнь Цинцю кипел от гнева. Жертвоприношение? Что за бред! Этим давным-давно перестали заниматься. Перестали, но не здесь. — Успокойся, это не твоя вина. — Мысли метались, но нужно успокоить девушку.

***

Диана лежала в тёмной комнате, пытаясь уснуть. В голове было множество мыслей, а живот требовал еды. Хоть она и набрала кучу всего, но абсолютно ничего из этого не хотелось. Может, сходить на кухню? Может, что-то осталось. Ух, как же хочется риса.... Живот начал урчать, словно поддерживая эту идею. Диана всё же встала и направилась на кухню. "Хоть бы никто меня не заметил, будет ужасно неловко!" Пройдя на кухню, Диана обнаружила две нетронутые тарелочки риса. "Неужели это то было рассчитано на меня и Шэнь Цинцю?" Диане стало даже немного стыдно, что они отказались от ужина. Диана уже хотела было начать трапезу, но послышались шаги. Диана быстро нырнула под стол. Шаги приближались, и вскоре кто-то зашёл внутрь. По фигуре видно — мужчина. Но что он забыл на кухне!? Неужели тоже проголодался? Мужчина насыпал рис в тарелку, и, вот чего Диана точно не ожидала, он открыл потайную дверь и скрылся за ней! Это странно, но вот что ещё страннее, это то, что оттуда слышался детский плач. Диана перебирала в голове любые предложения, что это может быть? Но любопытство взяло вверх. Когда мужчина вышел из потайной комнаты, беззвучно вылезя, Диана вырубила мужчину. "Извини, но я просто обязана знать, что происходит. Хватит с меня секретов." Засунув мужчину под стол и забрав ключи, она открыла дверь и спустилась вниз по лестнице. Чем ниже она спускалась, тем громче было слышно плач. Когда Диана спустилась полностью, она увидела... Клетку? Это было похоже на камеру в тюрьме. Хотя нет, это она и была! А внутри ребёнок. Маленькая девочка. — Что за... — Тихо прошептала Диана, но её заметила девочка и повернулась к ней лицом. Увидев лицо девочки, Диана обомлела. Она не могла и двинуться от шока. Это была... Нин Инъин. В голове всплыл её образ из романа: "Миловидная девочка, на вид чуть младше Ло Бинхэ. Белоснежное, словно нефрит, личико обрамляли переплетённые оранжевыми ленточками косы, которые подпрыгивали, когда она весело скакала, придавая ей невинный и непосредственный вид". Но сейчас... Её лицо чумазое, растёртые слёзы, да и столь худа, что на сердце больно. Что она вообще здесь делает?..

***

— Так значит, каждый год совершается жертвоприношение? — Да, Господин Шэнь. Каждый год. Следующее должно произойти через две недели, — с опухшим от слёз лицом говорит Пинъань. — Значит, следующая жертва сейчас подготавливается, находясь в изоляции?— Спросил Шэнь Цинцю, с невозмутимым лицом, но внутри он был в ярости и даже немного в шоке. — Да. Я не знаю, кого выбрали, но она должна находиться где-то в доме Господина Чжи. — Хаа... — Потирая виски руками, вздохнул Шень Цинцю. — Господин, прошу, прекратите этот ужас. Я слишком поздно осознала, что то, что происходит, совершенно неправильно. И прошу, успокойте душу Юйлань, пусть она наконец упокоится с миром, — с надеждой глядя на прославленного заклинателя, Пинъань ждала его ответ. — Юйлань не сможет упокоиться. Если человек умирает насильственной смертью или совершает самоубийство, нарушается баланс ци. Души "хунь" и "по" не могут нормально отделиться от тела и рассеяться, поэтому продолжают существовать в мире живых, постепенно превращаясь в злобного духа гуя. Юйлань стала Нюй гуй — одной из таких видов гуй. Единственное, что можно сейчас сделать, это изгнать её. Глаза Пинъань налились слезами от понимания, что её подруга никогда не сможет упокоиться, но, смотря прямо в глаза заклинателю и сдерживая слёзы, она сказала: — Господин Шэнь Цинцю, изгоните Юйлань, и умоляю, вразумите людей деревни, чтобы ни одна душа больше не стала злым духом. — Можете и не просить об этом. Это мой долг как заклинателя хребта Цанцюн.

***

Диана по-прежнему стояла, не в силах и двинуться. Увидев девушку, маленькая девочка стала умолять её: — Тётенька, умоляю, помогите мне. Я не хочу умирать. Прошу! Мольбы Нин Инъин вывели Диану из ступора. — Девочка, тише, я тебе помогу. Не бойся. — Диана подбежала к замку, судорожно подбирая нужный ключ на связке. В её голове крутился один вопрос: "Почему Нин Инъин здесь и что происходит!?". Наконец найдя подходящий, она открыла дверь и, подбежав к девочке, обняла её. Нин Инъин, отчаянно держащаяся за надежду об освобождении, наконец свободна. Она изо всех сил обняла свою спасительницу, рыдая. Когда девочка выплакалась, Диана взяла малышку на руки и понесла в свою комнату. Повезло, что по пути они никого не встретили. Диана оставила пока всё как есть, решив объяснить ситуацию и решить, что делать дальше у Шэнь Цинцю. Выйдя из своей комнаты, она направилась в его комнату. Но, вот счастье, она встретила его в коридоре! Но почему у него такое лицо? Ах, неважно! Диана, ничего не говоря, схватила лорда пика Цинзин и поволокла в свою комнату.