Искаженный взгляд

Поттер не мог оторваться. Его губы двигались медленно, почти неуверенно, как будто заново узнавая вкус мужчины, впитывая каждую черточку его губ, каждое изменение дыхания. Он чувствовал легкую дрожь в своих пальцах, вцепившихся в тонкую дорогую ткань его рубашки, будто боясь, что тот исчезнет, растворится, как сон, если он ослабит хватку хоть на мгновение. Реддл отвечал ему с той же нежностью, его руки скользили по спине парня, ладони плавно легли на лопатки, притягивая его ближе, чувствуя под пальцами напряжение мышц и трепет кожи. В этом прикосновении не было спешки, только бесконечное терпение и нежность, пропитанная годами тоски. Он чувствовал, как Гарри дрожит, и его объятия стали крепче, надежнее, создавая кокон безопасности в лунном свете. — Я боялся, что ты ненавидишь меня, — прошептал парень, отрываясь от его губ, чтобы перевести дыхание. Его лоб снова прижался ко лбу мужчины, их дыхание смешалось в единое облако. — За то, что я забыл. За то, что женился… — Никогда, — Том коснулся его носа своим, легкое, успокаивающее прикосновение, полное безграничной любви. — Я мог ненавидеть только себя. За то, что не смог уберечь тебя. За то, что снова и снова терял. Поттер покачал головой, пальцы разжали воротник рубашки Тома, коснувшись горячей кожи под ней. Он чувствовал бешеный ритм его сердца, бившегося в унисон с собственным. — Я здесь. Я с тобой. И я помню. И тогда что-то внутри них обоих сломалось и высвободилось. Они рухнули на кровать, не разрывая поцелуя, матрас мягко прогнулся под их весом. Реддл оказался сверху, опираясь на локти, чтобы не раздавить парня своим весом, но их тела прижались друг к другу по всей длине, от грудной клетки до бедер. Лунный свет озарял его лицо, и Поттер видел в его глазах то же отражение своей собственной любви, своего безумия — всё то, что копилось веками. — Чего ты хочешь, Том? — выдохнул Гарри, его голос был хриплым, прерывистым от желания и нахлынувших чувств. Мужчина не ответил словами. В его глазах, глубоких и бездонных в полумраке, вспыхнул тот самый огонек — дикий, полный возбуждения и жажды, который парень помнил, но не мог объяснить. И тогда его губы снова нашли губы Поттера, но на этот раз поцелуй был совсем другим. В нем не было прежней нерешительности. Он стал настойчивым, страстным, почти требовательным. Реддл как будто пытался выпить из него всю боль, все годы разлуки, тоску одним единственным поцелуем. Его язык провел по линии губ парня, прося разрешения, и Гарри безропотно открылся ему, позволив возглавить этот танец. Его собственные руки запутались в темных волосах Тома, притягивая его еще ближе, стирая и без того несуществующие границы между ними. Воздух наполнился прерывистым дыханием, шепотом кожи о ткань и глухими, влажными звуками поцелуя. Губы Реддла впились в нежную кожу на изгибе шеи, прямо над жилкой, которая пульсировала в такт их сердцам. Он не просто целовал — он клеймил, заявляя права на каждый миллиметр этого тела, которое так жаждало его прикосновений. Гарри вскрикнул, его голос сорвался на высокую ноту, когда рука мужчины скользнула вниз оглаживая бедро, заставляя парня инстинктивно развести ноги, приглашая к большему. Поттер медленно приподнялся, заставляя мужчину сесть на простынь, скользнул взглядом по телу, его ладони с трепетом оглаживали рельефные мышцы живота Реддла, чувствуя, как тот вздрагивает под каждым его прикосновением. Гарри медленно расстегнул ремень на его идеальных брюках и помог снять их. Он коснулся члена Тома сначала кончиками тонких пальцев, изучая его реакцию, а затем приник губами. Реддл резко выдохнул, его голова откинулась на подушки, а из горла вырвался рваный стон. - Ах.. Гарри действовал с той же невероятной точностью и самоотдачей, с которой готовил свои отчеты. Его губы, язык, мягкие движения — всё было направлено на то, чтобы довести мужчину до предела, за которым существует только чистый инстинкт. — Смотри на меня, — прошептал он, на мгновение отрываясь, его голос был пропитан возбуждением. — Я хочу чувствовать нашу связь, каждое твоё желание. Том, чей контроль всегда был его главным оружием, сейчас стремительно терял его. Он чувствовал, как через этот интимный жест Поттер показывает ему свою преданность. Реддл потянулся вниз, его ладонь накрыла затылок парня, пальцы запутались в темных волосах. Это не было попыткой доминировать — это была просьба, мольба о близости. — Ты сводишь меня с ума… — прохрипел он. Каждое движение губ парня отзывалось в нем вспышками эндорфинов. — Еще... глубже... — сорвалось с губ мужчины. Его пальцы на затылке Гарри чуть сжались, направляя, синхронизируя их общий ритм. Когда Том, наконец, достиг пика, он потянул парня вверх, не давая ему остаться внизу ни секундой дольше. Он рывком усадил его на себя, вжимаясь лицом в изгиб его шеи, жадно вдыхая аромат, который теперь пах триумфом. — Ты — моя жизнь, — прошептал он в самые губы Гарри, его сердце колотилось о ребра, как сумасшедшее. — Слышишь? Моя единственная жизнь. — Я слышу тебя, Том... Ахх... Реддл бережно уложил парня на прохладный матрас. Навис над ним, опираясь руками по обе стороны его головы. Его мускулы напряжённо перекатывались под влажной от пота кожей, а взгляд был устремлён на лицо парня. — Ты принадлежишь мне. Всегда и везде... — Том… — выдохнул Гарри, его голос сорвался на тихий шепот. — Пожалуйста. Я хочу… чувствовать тебя. Всего. Реддл глубоко вздохнул. В памяти всплыли ночи из их прошлых жизней, и каждый день он жаждал повторения той близости. Он склонился к разведенным ногам парня и неспешно провел языком по его промежности. Поттер резко вскинул голову, его пальцы впились в плечи мужчины, оставляя глубокие отметины. Он никогда еще не чувствовал себя таким желанным в чужих руках. Том мягко скользил губами по телу парня, исследуя каждый его миллиметр и чувствуя, как каждая клеточка становится его собственной. Когда он достиг лица Гарри, то нежно коснулся его пухлых от поцелуев губ. — Ты уверен, что хочешь этого? Пути назад не будет. — Уверен... — простонал Поттер в губы мужчины от нарастающего возбуждения. — Ахмм… Мерлин… — тёплая ладонь обхватила его член. — Том… Гарри прогнулся в позвоночнике и закусил губу. Это не шло ни в какое сравнение с дрочкой самому себе. Так приятно. Невыносимо приятно. Тело волнами прошибала дрожь. — Тебе нравится? — промурлыкал Реддл. — А ты… как думмм… Ч… Чёрт, — мужчина как-то особенно чувствительно провернул кулак, при этом другой рукой начал ласкать анус. Парень застонал не своим голосом – слишком высоко, слишком умоляюще. — М… Меня ещё никто так не трогал… Том усмехнулся. Поттер уставился в потолок, лишь бы не смотреть на улыбающегося и всё такого же дико сексуального Реддла – оргазм и так подступил слишком быстро. А от этих смущающих разговоров, кажется, становился ещё ближе. Вдруг снова движение – мужчина переместился ниже, ускользнул из виду, зафиксировав талию парня стальной хваткой, не дал подняться. Гарри инстинктивно понял, что за этим последует, но ни морально, ни физически не был к этому готов. Помешать он всё равно не успел бы – Том взял его в рот. Поттер вскрикнул, неверующе посмотрел вниз. От прострелившего его наслаждения на глазах выступили слёзы, мышцы бёдер свело, он зашёлся частыми стонами, в такт покачиваниям головы Реддла – он брал глубоко и быстро. Затуманенный взгляд всё же различил его длинные ресницы на опущенных веках. И его пухлые прекрасные губы на члене. Парня затрясло. — Нет… Я… Сейчас… Я кончаю… Том… Нет… А!.. — но мужчина не отстранился и не остановился, кажется, только ускорился. И смотрел. Гарри бился под ним, а тот не прекращал сосать. Это был первый в его жизни оргазм такой силы – он не мог перестать стонать, перед глазами потемнело, воздух вокруг будто кончился, было так жарко, но невероятно хорошо. Они соединились в поцелуе. Поттер укусил его за нижнюю губу, задвигал бёдрами, рука непроизвольно заскользила по члену мужчины. На этот раз Реддл издал полноценный стон. - Ах.. Гарри.. Да. Чудесный звук, звонкий. Он залип на то, каким нежным Том выглядел сейчас. Ему было особенно приятно от нежных прикосновений пальцев к пульсирующему проходу. Поттер готов был кончить сразу – предыдущее возбуждение не успело схлынуть и переросло в исступление. Реддл помог ему – парень прогнулся в пояснице, и у мужчины получилось соединить их члены вместе. — Том!.. Мерлин… Я же сейчас… — Кончай. Ты так красиво это делаешь… — Ммм… — Ты такой чувствительный, - мужчина поцеловал его, когда они оба издали стон от оргазма. Но этого было мало. Том поднял ноги парня, разводя в сторону и опустил голову. Когда его язык коснулся пульсирующего входа, Гарри вскрикнул. Ощущение было необычным, противоречивым, но он не хотел останавливать его. Реддл толкал язык глубже, растягивая парня, увлажняя его. Поттер схватился за простынь и отвел голову в сторону, щеки залились румянцем, стоны срывались с губ, но он не мог и не хотел их заглушать. - Ах.. хы.. Том.. - он ерзал по кровати, вторя его имя. Мужчина вынул язык и по его подбородку стекла слюна. Он направил и ввел в парня сначала один, а за ним и второй палец. Чувство чего-то инородного и непривычного, заставили его сжаться. Реддл продолжал заполнять его, растягивать, то медленно, то быстрее двигая конечностью. Он припал к соскам парня, и начал посасывать их. - Хык.. Гарри не знал что ему делать, куда деть себя от этой стимуляции. Язык мужчины обводил ореол его груди, а после всасывал и кусал сам сосок. Стоны один за другим слетали с губ Поттера. Это было настолько хорошо, что даже пугало. Он больше не зацикливался на странных ощущениях внизу, даже не почувствовал, как Том ввел третий палец. Мозг плавился, мысли покинули голову, не давая ни о чем думать. - Ах.. Том.. пожалуйста, - всхлип сорвался с губ, - просто войди... - Рано, - отпуская сосок, произнес он, - если не подготовить, я могу навредить тебе. Но Гарри не слушал. Он схватил мужчину за шею, привлекая к себе и впился в губы в страстном поцелуе, не давая тому отодвинуться. Когда их губы все же отдалились, а маленькая нить слюны, соединяющая их языки, упала ему на подбородок, он вновь издал стон. - Ах.. Хык.. Уже достаточно.. Прошу тебя.. Том облизал губы и кивнул. Он достал пальцы из ануса и устроился у его разведенных ног. Поднес головку члена к промежности и начал медленно входить. Гарри тяжело задышал, ощущая, как чувство наполненности охватывает его со всех сторон. Он с трудом сфокусировал взгляд на лице мужчины, но чувствовал всё — и сладкую дрожь, и страх быть уязвимым, и бесконечную любовь. Парень захлебнулся в этом потоке — Реддл отдавал ему всего себя, свою защиту и свою верность. Он начал двигаться — медленно, почти благоговейно, смакуя каждый миллиметр их слияния. — Ты чувствуешь? — шептал Том между рваными вздохами, прижимаясь губами к парню. Поттер всхлипнул, его тело выгнулось дугой, стараясь принять мужчину еще глубже. Его стоны превратились в тихую мелодию, которая отдавалась в самом сердце Реддла. — Глубже… Том, еще… Движение их тел стало единым ритмом. Том действовал напористо, властно, но при этом с такой аккуратностью, ведь тот был самой хрупкой и ценной драгоценностью в его руках. Он ловил каждый вздох парня, направляя их общую страсть к неизбежному финалу. Это был момент абсолютной истины. Без масок, без секретов. Только Том и его Гарри, навсегда связанные нитью, которую невозможно разорвать. В каждом движении, в каждом рваном «люблю», которое они выдыхали друг другу в губы, заключалась клятва, запечатанная на уровне инстинктов и душ.

***

Парень медленно открыл глаза. Первое, что он увидел — это рассветные лучи, пробивающиеся сквозь щели в шторах и окрашивающие комнату в мягкие, золотистые тона. Второе — лицо Реддла. Оно было безмятежным и спокойным в сонной расслабленности. Резкие черты смягчились, губы были слегка приоткрыты, а длинные тёмные ресницы отбрасывали лёгкие тени на скулы. Он затаил дыхание, боясь пошевелиться и спугнуть этот редкий, хрупкий момент совершенного покоя. Он чувствовал, как что-то тёплое и огромное распирает его изнутри, подступает к горлу. Он был счастлив. Так просто и так сложно. Он не удержался и осторожно, кончиками пальцев, провёл по линии щеки мужчины, убирая непослушную тёмную прядь со лба. Прикосновение было легчайшим, почти невесомым. Реддл слегка нахмурился во сне, его брови сдвинулись, словно от помехи. Затем его длинные ресницы дрогнули, и он медленно открыл глаза. Голубые, чуть затуманенные сном, они встретились с изумрудными. В них не было ни привычной мгновенной собранности, ни холодной маски. Только тёплое, ленивое осознание присутствия Гарри. — Доброе утро, — прошептал Поттер, его голос был низким и немного хриплым после ночи. Уголки губ мужчины дрогнули, тронутые лёгкой, почти незаметной улыбкой. Он сладко потянулся, как огромный, ухоженный кот, чувствуя каждый мускул, и его рука, лежавшая на талии парня, потянулась за ним, мягко притягивая ближе. — Доброе утро, — его голос был глухим, бархатным от сна. Он не стал целовать его в губы, вместо этого принялся оставлять лёгкие, тёплые поцелуи на его щеке, на виске, на сомкнутых веках. Каждое прикосновение было нежным, почти благоговейным, словно он заново знакомился с каждой частичкой его лица, вспоминая каждую черту. Гарри зажмурился, погружаясь в эту лавину нежности. Он чувствовал, как по его коже бегут мурашки, а внутри всё сжимается от переполнявших его чувств. Он провёл рукой по груди Тома, ощущая под ладонью твёрдые мышцы и ровный, спокойный ритм сердца. — Я не хочу, чтобы это утро заканчивалось, — признался он, уткнувшись лицом в шею мужчины, вдыхая его запах — теперь уже смешавшийся с его собственным. Реддл обнял его крепче, рука легла на спину парня, согревая широкой ладонью. — Оно не закончится, — тихо прошептал он ему в волосы. — Мы просто сделаем паузу. А потом начнётся следующее. И впервые за долгое время Гарри позволил себе поверить в эти слова.