Río arriba, como un salmón

Андрес вернулся из поездки на Санторини семь дней спустя. Под мышкой он принёс целую стопку фотографий с Татьяной, которые тут же принялся вставлять в рамки и расставлять на каждой свободной полке часовни с таким рвением, словно был одержим. Но, по крайней мере, делал он это один. Тем временем Мартин воспользовался его отсутствием, чтобы немного выплеснуть накопившиеся чувства и постепенно смириться с новой реальностью. Он убеждал себя, что подобное происходит не впервые: у Андреса уже были другие девушки и жёны. Более того, когда они познакомились, Андрес был женат на своей третьей супруге, а потом Мартину довелось пережить и его четвёртый роман, и четвёртый брак. И всё же ему всегда удавалось оставаться рядом и сохранять их дружбу. Он повторял себе, что, несмотря на всех женщин в жизни Андреса, тот неизменно возвращался к нему - к Мартину, своему лучшему другу. Он убеждал себя, что этих крох ему достаточно. К тому же сейчас он не имел права опускать руки: техническая часть плана наконец была завершена. Их союз с Андресом достиг своего расцвета, и Мартин крепко держался за мечту увидеть, как их замысел воплотится в жизнь, представить себя рядом с Андресом, входящим в Банк Испании, чтобы превратить весь Национальный золотой запас в расплавленный металл. Расплавить золото как акт любви. Вот что было самой романтичной безумной идеей в истории, а вовсе не предложение руки и сердца на коленях во время прогулки по Арно. Поэтому все часы своего одиночества Мартин посвятил тому, чтобы аккуратно переписать последнюю часть плана на миллиметровую бумагу, добавив точные чертежи труб, насосов и бронированных хранилищ, чтобы через пару дней показать всё это Серхио. Когда после возвращения с Санторини он показал Андресу проделанную работу и безупречно оформленный проект, испанец потерял дар речи. Медленно перелистывая страницы и всё глубже осознавая, какое чудо держит в руках, он едва сдерживал слёзы. Оба понимали, что создали нечто поистине грандиозное - величайшее ограбление, которое когда-либо пытались осуществить. И они сделали это вместе. Когда Андрес наконец закончил просматривать каждый лист и каждую схему, всё ещё молча и переполненный чувствами, он медленно поднялся со стула и заключил Мартина в долгие, бесконечные объятия, в которых без слов было сказано всё, что они не умели выразить друг другу.

***

В тот день, когда Серхио наконец должен был приехать во Флоренцию, в холодный четверг конца февраля, Андрес и Мартин поднялись рано. Андрес договорился встретиться с братом поздним утром на площади Пьяцца-дель-Дуомо, чтобы затем отвезти его в монастырь. Конечно, он мог бы просто встретить его прямо на железнодорожном вокзале, но этот неисправимый любитель театральных эффектов обожал красивые сцены, а фасад флорентийского собора, разумеется, был куда более подходящей декорацией для семейного воссоединения, чем вокзал. Тут уж ничего нельзя было поделать. Мартин и Серхио не виделись уже около года - возможно, ещё со времени последней свадьбы Андреса. Тогда испанец и аргентинец, художник и инженер, уже начали в общих чертах посвящать Серхио в свою идею ограбления Банка Испании, хотя сам проект находился тогда ещё в самом начале своего развития. Разумеется, Серхио, оставаясь верным своему врождённому пессимизму, сразу же разнёс эту затею в пух и прах, даже не дав им толком объясниться. Он настаивал, что выйти из Банка Испании живым невозможно. На этом разговор и закончился. Ни Андрес, ни Мартин тогда больше не настаивали - оба понимали, что это бессмысленно. Они решили - прежде всего Андрес, хотя Мартин был с ним согласен, - сначала довести план до совершенства, проработать каждую деталь и лишь потом снова показать его Серхио, когда тот уже не сможет найти к чему придраться. И казалось, что этот момент наконец настал. Однако придираться Серхио всё-таки собирался. Да ещё как. И последствия этого полностью перевернут жизни и Андреса, и Мартина. Если быть честным с самим собой, Мартин должен был признать, что немного нервничал. Он был уверен: даже если Серхио откажется помогать, они с Андресом всё равно смогут осуществить ограбление Банка Испании, если соберут хорошую команду, в которую могут войти Сантьяго и Яков, а также - хочешь не хочешь - Татьяна. Но Мартин прекрасно понимал, насколько важно для Андреса, чтобы его младший брат одобрил этот план. И, как и всё остальное, этот проект в конечном счёте вращался вокруг желаний и потребностей Андреса. Поэтому Мартин был готов сделать всё возможное, чтобы убедить Серхио: их замысел - настоящее произведение искусства. Он понимал, что Серхио никогда не испытывал к нему особой симпатии. Мартин никогда не принимал это на свой счёт - он знал, что брат Андреса по натуре человек замкнутый и довольно сухой. И всё же его немного задевало, что он так и не понимал, чем именно вызывает у Серхио такое неприятие. Когда Андрес вышел из гардеробной уже в пальто и шляпе, Мартин как раз стоял у доски, заканчивая решать две или три формулы, которые хотел заранее подготовить, чтобы потом быстрее объяснить их Серхио. Андрес подошёл к нему сзади, и Мартин почувствовал, как тот положил ладонь ему на поясницу. От неожиданности он на мгновение потерял нить своих вычислений и вопросительно обернулся. - Спокойно, - мягко сказал Андрес с улыбкой, ласково поглаживая его по спине. Мартин в очередной раз поразился тому, насколько этот проницательный человек умел читать его чувства между строк. Тогда он почти не задумался об этом - мысли были заняты уравнениями и предстоящим визитом Серхио. Но позже ему стало немного не по себе от мысли, что, возможно, Андрес сумел заметить и другие чувства, которые Мартин предпочёл бы навсегда оставить скрытыми. Глубоко вздохнув и медленно выпустив весь воздух, чтобы успокоиться, Мартин кивнул, стараясь дать Андресу понять, что всё под контролем и он знает, что делает. В ответ испанец улыбнулся ещё шире, явно довольный. - Ему понравится, вот увидишь, - уверенно сказал Андрес, широко улыбаясь. Но Мартину показалось, что эти слова Андрес произносил скорее для самого себя, чем для него. Казалось, он волновался и переживал ничуть не меньше. - Этот план - настоящее чудо. Сказав это и напоследок мягко погладив Мартина по талии, Андрес развернулся и направился к выходу. Но уже у двери часовни обернулся и громко крикнул: - И смотри, хорошо веди себя с моим братом. Сам знаешь, он очень впечатлительный. - О чём ты говоришь? Я всегда хорошо себя веду, - ответил Мартин с озорным блеском в глазах, которого Андрес уже не успел заметить. На самом деле Мартину действительно иногда нравилось слегка смущать Серхио какими-нибудь двусмысленными замечаниями. Но всё это было совершенно безобидно. Без сомнения, этому человеку не помешало бы хоть немного раскрепоститься. Примерно через час Андрес наконец вернулся в монастырь вместе с Серхио. Тот выглядел как коммивояжёр, продающий энциклопедии: был одет в строгую одежду, нёс потрёпанную дорожную сумку, а под мышкой держал целую охапку тубусов, папок и свёрнутых чертежей. Мартин сразу догадался, что это материалы по ограблению, которое готовил сам Серхио, - налёту на Национальную фабрику монет и марок, о котором он уже не раз слышал. И всё же он не мог не удивиться. «Как человек, считающий себя таким умным, может спокойно ходить по улицам с настолько опасными документами буквально напоказ? Нужно быть совершенно сумасшедшим». Несмотря на свой природный оптимизм, Мартин не был наивным. Он ожидал, что у Серхио возникнут возражения против плана. Конечно, тот не мог изменить своё мнение за одну ночь. Но даже так Мартин не предполагал столкнуться с настолько сильным сопротивлением. Серхио ещё даже не выслушал объяснений. Едва увидев Мартина у доски и поняв, что тот живёт вместе с Андресом в монастыре, чтобы готовить ограбление, он сразу же недовольно помрачнел. Пытаясь хоть немного разрядить обстановку, Андрес быстро перевёл разговор на другую тему и показал брату фотографии Татьяны, надеясь постепенно расположить его к себе. К сожалению, Мартин прекрасно понимал, что именно здесь Андрес выбрал неудачное направление. Если говорить о любви, Серхио был последним человеком, которого можно было этим пронять. Самое близкое к влюблённости чувство, которое тот когда-либо испытывал, вероятно, было к голосу Alexa или Siri. Так всё и вышло. Серхио воспринял всё происходящее крайне холодно. Спустя примерно час Андрес увёл его из монастыря, прихватив все его чертежи, а также папку с основными материалами по ограблению Банка Испании. Они собирались изучить оба проекта в гостинице, где Серхио заранее снял номер. Когда за ними закрылась дверь, Мартин тяжело опустился в кресло. И Андрес, и он сам уговаривали Серхио остаться ночевать в монастыре - для него специально подготовили одну из келий часовни. Но тот отказался, заявив, что ему необходимо спокойно всё обдумать в одиночестве, без того чтобы Андрес и Мартин постоянно крутились рядом. Внезапно Мартин почувствовал себя потерянным. Ему было нечем заняться, но внутри всё было напряжено, словно он ждал результатов самого важного экзамена в своей жизни. Не выдержав бездействия, он резко вскочил с кресла, подошёл к вешалке и начал надевать куртку. Да, теперь им оставалось только ждать решения Серхио - согласится ли он участвовать в плане или нет. Но это вовсе не означало, что Мартин должен перестать заботиться о своём детище, каким бы ни оказался окончательный вердикт. Андрес сидел на широком подоконнике, устремив взгляд куда-то вдаль. С тех пор как он вернулся из города, проводив туда брата, он не произнёс ни слова. Услышав шаги Мартина, он повернул голову и с любопытством проследил за его движениями. - Собрался куда-то? - спросил Андрес, слегка нахмурившись. - Да. Пойдёшь со мной? - Куда? - За игрушками. Давай, надевай пальто, - подбодрил его Мартин, снимая с вешалки и его пальто. Он поднял его перед Андресом, чтобы тот подошёл и просунул руки в рукава. Не заставляя себя долго уговаривать, Андрес поднялся с каменной скамьи и позволил Мартину помочь ему одеться. Аргентинец сразу понял, что Андрес тоже пал духом. Он знал, что это состояние продлится недолго - ни у одного из них, ведь оба по своей природе были неисправимыми оптимистами. Но сейчас Андресу явно нужно было отвлечься. Поправив на нём пальто, Мартин с нежностью провёл ладонями по его плечам, затем обнял за талию и мягко увлёк за собой к выходу. Как бы глупо и фантастично это ни звучало, Мартину вдруг показалось, что они с Андресом - родители, чей ребёнок только что покинул родной дом. Их дитя, их план, словно ушло в самостоятельную жизнь, а им теперь предстояло привыкнуть жить без него, лишь изредка дожидаясь его «в гости». Они снова спустились в город на внедорожнике. На этот раз за руль сел Мартин - сейчас именно у него было больше сил и желания действовать. Остановившись возле игрушечного магазина, который аргентинец давно приметил, они вышли из машины. Мартин точно знал, за чем пришёл. Но ему показалось, что не будет ничего плохого, если сначала они немного побродят между рядами с настольными играми, куклами, мягкими игрушками и пазлами, позволив воображению разгуляться и хотя бы ненадолго вернуться в детство - время, которое, если подумать, ни один из них так до конца и не оставил позади. Мартин провёл Андреса к отделу, который интересовал его больше всего, - к полкам с Playmobil. Магазин буквально утопал в синих коробках с пластиковыми фигурками. Мартин всегда обожал эти игрушки, и хотя его детство и юность нельзя было назвать ни счастливыми, ни лёгкими, среди немногих подарков, которые ему доводилось получать, иногда всё же попадались наборы Playmobil. - Найди водолазов и шпионов, - попросил Мартин Андреса. - И что ты собираешься с ними делать? - Мы покажем ограбление вживую, чтобы твой брат мог увидеть его собственными глазами. Андрес приятно удивился этой идее, ласково провёл рукой по затылку Мартина, и они тут же принялись перебирать коробки в поисках подходящих фигурок. Несколько минут поиски были безуспешными, но вскоре Андрес нашёл набор с подводной сценой: два водолаза наблюдали за дельфинами среди двух или трёх сундуков с сокровищами. Казалось, этот комплект создали специально для них. Спустя всего пару секунд Мартин обнаружил ещё один небольшой набор - с двумя телохранителями - и радостно вскрикнул. Держа в руках свои находки вместе с двумя пазлами, они уже направились к кассе, как вдруг Мартин вспомнил, что ему понадобятся листы оргстекла - или что-то похожее, - чтобы сделать макет банковского хранилища. Поэтому ему пришлось вернуться обратно. - Иди возьми всё, что нужно. А я пока расплачусь за остальное, - предложил Андрес. Когда Мартин подошёл к кассе с прозрачной витриной, похожей по размеру на небольшой аквариум, Андрес уже сложил все покупки в яркую тканевую сумку и терпеливо ждал его с деньгами в руке. Вопреки своей привычке именно Андрес настоял на том, чтобы самому нести покупки до машины, и Мартину показалось, что его друг наконец снова пришёл в хорошее настроение. Значит, цель была достигнута. Осознание того, что ему удалось вернуть улыбку на лицо Андреса, согревало душу Мартина, и этим маленьким достижением он гордился так, словно это была настоящая медаль. Остаток дня они провели в часовне, воссоздавая ограбление - по сути, просто наполнили прозрачную витрину водой и играли водолазами, одновременно продумывая, как именно будут объяснять весь план Серхио. Наверное, это был один из самых весёлых вечеров, которые они когда-либо проводили вместе, планируя ограбление Банка Испании.

***

На следующий день, уже после полудня, Серхио вернулся, снова неся под мышкой оба проекта, и вид у него был крайне недовольный. Без лишних церемоний он попросил Мартина убрать со стола аквариум с фигурками Playmobil, после чего разложил оба плана и принялся вслух излагать своё мнение. Разумеется, план ограбления Банка Испании по-прежнему казался ему безумием. Как бы Мартин и Андрес ни старались объяснить, насколько он великолепен, несмотря на кажущуюся невозможность его осуществления, убедить Серхио им так и не удалось. И снова на Андреса легла непростая задача постепенно смягчить его отношение. Спокойно, с присущей старшему брату уверенностью и авторитетом, он предложил Серхио прогуляться вместе по Флоренции - ему хотелось многое показать и о многом рассказать. Минут через десять Андрес уже переоделся. Он вышел из гардеробной в водолазке винного цвета, которая удивительно ему шла. Мартин изо всех сил старался скрыть, насколько сильно его задевает то, каким привлекательным сейчас выглядел Андрес, особенно чтобы этого не заметил Серхио. Когда братья уходили по коридору, Андрес украдкой обернулся и посмотрел на Мартина, прежде чем скрыться за последним поворотом. В его глазах аргентинец прочитал одновременно понимание, нетерпение и печаль - и от этого у него болезненно сжалось сердце. Ради счастья Андреса Мартин очень надеялся, что Серхио всё-таки согласится... и что это произойдёт как можно скорее.

***

Ближе ко времени ужина, когда уже окончательно стемнело, а на небе, среди полной темноты, улыбался тонкий серп растущей луны, Андрес и Серхио снова вернулись в монастырь. Мартин поднял голову от книги и заметил, что Серхио был уже в другой одежде - не в той, в которой уходил. Он невольно представил себе эту забавную сцену: был уверен, что Андрес счёл его прежнюю рубашку и галстук недостаточно достойными прогулки по Флоренции и буквально заставил брата заехать в хостел переодеться. На губах инженера сама собой появилась улыбка. - Мартин, - неожиданно позвал Андрес. Увидев выражение его лица, Мартин сразу перестал улыбаться. - Мой брат решил с этого дня жить вместе с нами. Я оставил его в новой комнате - он сейчас разбирает вещи. Хотя голос Андреса звучал почти обычно - даже, можно сказать, воодушевлённо, - Мартин сразу понял, что за этими словами скрывается что-то тяжёлое. В его взгляде появилась какая-то бездонная глубина, наполненная болью, которая пронзала его душу и, вслед за ней, душу самого Мартина. Не раздумывая ни секунды, аргентинец поднялся с кресла и быстро подошёл к нему, мгновенно догадавшись, что произошло. - Ты рассказал ему о своей болезни, ведь так? - спросил Мартин, хотя это скорее было утверждение. С лица Андреса тут же исчезла вся напускная бодрость. Он лишь молча кивнул, глубоко вдохнул, словно собираясь с силами, чтобы и дальше казаться сильным перед близкими. Мартин сразу сделал ещё один шаг к нему и взял его за руку. - Слушай... ты поправишься, - тихо сказал он, потому что именно это считал своим долгом и потому что искренне верил: если уж не удастся полностью победить болезнь, то они, по крайней мере, смогут сделать всё, чтобы продлить ему жизнь. Андрес тяжело вздохнул и покачал головой, словно устав от этой, как ему казалось, несбыточной надежды. Тогда Мартин осторожно коснулся пальцами его подбородка, приподнял лицо, заставляя посмотреть себе в глаза. - Андрес, я не позволю тебе умереть. Слышишь меня? После этих слов взгляд Андреса заметно смягчился. На его губах появилась печальная улыбка. Мартин почувствовал, как тот едва заметно погладил тыльную сторону его ладони кончиками пальцев, прежде чем ответить: - Да, Мартин. Запрети мне умирать. - Запрещаю. Тебе ещё предстоит ограбить Банк Испании. Ещё предстоит жениться на Татьяне. Ещё предстоит помочь своему младшему брату печатать его банкноты... И спланировать ещё множество ограблений. И если мне придётся тащить тебя к врачу за шиворот - можешь не сомневаться, я это сделаю. Долгих десять секунд Андрес ничего не говорил. Он лишь внимательно смотрел в лицо Мартина. Аргентинцу пришлось несколько раз сглотнуть, чтобы выдержать этот пристальный взгляд и не растаять от тепла, которое тот в нём пробуждал. Наконец Андрес едва заметно улыбнулся одним уголком губ и кивнул, хотя казалось, что мыслями он находится очень далеко отсюда. - Пойдём ужинать. И перестань думать об этом, - тихо сказал он, в последний раз ласково погладив руку Мартина, прежде чем отпустить её. - Это мы ещё посмотрим, - с вызовом ответил Мартин. Через пятнадцать минут все трое уже сидели за столом, освещённым мягким светом свечей, и ужинали тем, что Мартин приготовил, пока братья гуляли по городу. Несколько часов они ели, разговаривали, потом убирали со стола, а позже выпили по рюмке пачарана. Всё это время Мартину казалось, что всё наконец идёт хорошо, и он даже позволил себе почувствовать надежду. За ужином они смеялись, вспоминали прошлое. Серхио и Андрес рассказывали истории из своего детства, Андрес с восторгом говорил о достоинствах Татьяны, а Мартин, как обычно, не упустил случая слегка смутить Серхио парой двусмысленных шуток. Около часа ночи Мартин поймал взгляд Андреса, который ясно давал понять: тот хотел остаться с братом наедине. Аргентинец сразу понял, что его друг собирается ещё раз предпринять почти невозможную попытку убедить Серхио. Возможно, теперь он выложит все свои главные аргументы и, под ещё одну рюмку и очередную пластинку, наконец расскажет брату самые важные детали их плана. Поэтому, не возражая, Мартин поставил свой бокал на маленький столик и поднялся с дивана, на котором полулежал. - Ну что ж, дорогие мои, я вас оставляю. Мой час настал. Только не устраивайте тут бардак, не принимайте наркотики, не включайте музыку на полную громкость, не приводите девушек и вообще никого сюда не тащите, договорились? - сказал он на прощание, многозначительно посмотрев на Андреса. Потом он повернулся к Серхио, глаза его весело блестели. - Ах да, Серхио, ты знаешь, где моя комната. Если тебе не понравится твоя кровать - приходи спать ко мне. И под смех Андреса, раздавшийся вслед этой последней шутке, Мартин направился в свою комнату, скрестив пальцы в надежде, что на этот раз Андресу всё-таки удастся убедить брата.