Быстрые круги

Ландо был в восторге от своей идеи от момента ее робкого созревания до стремительной реализации меньше чем через сутки. Возможно, он так торопился, чувствуя, что действовать нужно раньше, чем к нему вернется здравый смысл. Возможно, сгорал от нетерпения, желая запечатлеть в памяти лицо Оскара, когда тот увидит его бедра в короткой теннисной юбке. Предательские сомнения обрушились на него в самый последний момент. Дома он провел минут двадцать, разглядывая свое отражение — и наслаждаясь охуенной легкостью и вентиляцией, между прочим, — а вот в раздевалке корта обнаружил себя позорно застывшим перед дверью. Оскар за ней уже разминался — Ландо специально задержался, чтобы воплотить в жизнь свой коварный план. Который возник, справедливости ради, потому что Оскар снова начал выделываться своими навыками — крайне посредственными, между прочим, — чем спровоцировал Ландо заключить пари. К сожалению, он не мог похвастаться умением мастерски отбивать мячик ракеткой, потому что его таланты распределились между гонками и гольфом, но обладал невообразимым уровнем упрямства. Было принято решение играть грязно. Ландо, старавшийся соблюдать правила на треке, даже ебучее правило папайи, собирался оторваться на корте и не придумал ничего лучше, чем отвлечь Оскара от мяча на что-то более стоящее — на свои ноги в провокационно короткой белоснежной юбке. Обычно теннисистки надевали под них шортики, но Ландо ограничился бельем. Он подумывал выйти вообще без, но даже с минимальнейшей вероятностью встретить папарацци на закрытом частном корте это было слишком большим риском. Может, от юбки он смог бы отбрехаться — искусственный интеллект и все такое, — а вот отмыться от позора после незапланированных нюдсов — точно нет. Хватит с текущего грида дикпиков Макса. Ландо пришлось напомнить себе, что он зарабатывал на жизнь, управляя машиной на скорости триста с лишним, и дрейфить перед Оскаром, даже если ты в юбке, — глупость. Оскар видел Ландо вообще без всего, наличием одежды его точно не напугать. Главное — отвлечь. Пари, точно, Ландо ведь все это затеял ради пари и желания в качестве выигрыша. И ведь он даже не знал, что попросить, вступив в игру чисто из принципа. Идиотизм. Он решительно толкнул дверь, выйдя на корт, и сглотнул, когда Оскар тут же отреагировал на его появление. Мячик, который он лениво подбрасывал в воздух, скользнул мимо ладони — Оскар слишком поздно сжал пальцы. Ландо молчал, ожидая реакции, и шумно выдохнул, надув щеки, — кажется, последнюю минуту он не дышал. — Зайди обратно, — в приказном тоне сказал Оскар, с промедлением двинувшись к Ландо навстречу, и тот недовольно упер руку в бок, отведя бедро в сторону. Окей, Оскар имел право остаться невпечатленным, но вот указывать, что Ландо делать — нет. Плевать он хотел, если Оскару не понравилось, он будет играть в ебучий падел в блядской юбке, потому что он так решил. Идиотское решение, как оказалось, но Оскар Пиастри со своим мнением мог идти к черту. — С чего бы? — Ландо с вызовом вздернул подбородок. — С того, что я не хочу, чтобы кто-нибудь случайно увидел, как я задираю на тебе эту юбку, прежде чем… — Я понял, понял, заткнись, — зашипел Ландо, как будто кто-то действительно мог их услышать, и попятился к двери, ощущая, как краснеют скулы. Все то, что произошло за ней, идею оправдало с лихвой.