Со щитом и на щите

— Теперь и в отставку можно, — заявил Бриджуотер, с плеч которого свалилась неописуемая тяжесть. — Неужели? Господь услышал мои молитвы! — Я тоже глухотой не страдаю, так что не думай, что сможешь соскочить, Алекс. — Бен раскурил очередную сигарету и с намёком посмотрел на пустую бутылку. — Ты о чём? — уставился на него генерал. — Сейчас начнём процедуру восстановления… — По порядку, и не вздумай делать вид, что не слышишь, — выдохнув струю дыма, заявил Бен. — Первое. Полное восстановление в правах и прочее: документы, счета, награды… Всё, что я заработал своим потом и чужой кровью. Второе. Контракт. — Расторгнут по причине смерти! — радостно выпалил генерал. — Ты только что доказал, что слухи о моей смерти были слишком преувеличены, — возразил Бен. Бойцы так и стояли вдоль стен, никто не двигался. Алекс открыл рот, но Бен его оборвал. — Сколько времени длилось расследование, Алекс? Генерал не стал ничего говорить, и на лице Бена расплылась жестокая улыбка. — Именно, — мягко сказал он, и несколько бойцов нервно переступили с ноги на ногу. — Вы не слишком торопились меня искать, да, Алекс? Да. — Бен, — заговорил генерал. — Мы искали, но… — Но не слишком усердно, — усмехнулся Бен. — Я даже понимаю, почему. Вы все там радовались, что удалось избавиться от проблемы. Молчи, Алекс. Сейчас буду говорить я. Шестьдесят лет. Шестьдесят лет плена и пыток. Когда тебе пытаются отпилить голову пилой и бросают в бассейн с соляной кислотой — это нихрена не весело. Алекс молчал. Бойцы замерли без движения. Бен злобно выпустил струи дыма из ноздрей, как разъярённый дракон. — Впрочем, теперь это в прошлом, — успокоившись, заявил он. — Как и те, кто развлекался за мой счёт. Как и те, кто организовал мне поездку в ад. Не думай, что я не понимаю, почему «Расплату» не зачистили. Можете не утруждаться: я отделил драгоценное зерно от плевел. Но за это, Алекс, вы возобновите контракт. Старик смотрел на него, чуть раздувая ноздри. Но молчал. Они оба прекрасно понимали правила игры, и что за ошибки приходится платить. — И скажи спасибо, что я возьму деньгами. — Спасибо, — тут же буркнул генерал. — Третьей мировой не предвидится. — Мы пересмотрим контракт, — заверил его Бен. — Самые тяжёлые миссии. Я не собираюсь больше тянуть лямку круглосуточно: есть и другие интересы. Но. Я не против помочь там, где полягут подобные им, — он обвёл рукой стоящих у стен бойцов. Генерал бросил на него оценивающий взгляд и медленно кивнул. — Квалификация у меня высочайшая, — продолжил Бен. — С удовольствием и нормативы сдам, и если что, обучусь новому. А пока я буду учиться этому самому новому, вы подумаете, куда применить мои таланты. И учти, Алекс. Это будет дорого. — Сволочь ты, — констатировал факт Алекс. — Нет сейчас таких крупных конфликтов! — Есть, не прибедняйся, — хмыкнул Бен. — Всё есть. И слетевшие с нарезки суперы тоже есть. Так что готовьте контракт. И учти: проверять я буду тщательно, зря, что ли, образование в своё время получал? — Я слишком стар для этого дерьма, — тоскливо вздохнул явно смирившийся с судьбой генерал. — Сажай других на галеры, — пожал плечами Бен. — Кстати. Ты продолжил династию? Помню, в своё время, выползая из борделя мадам Лулу, ты что-то этакое заявлял. — Бен! — рявкнул генерал, вставая. — И не стыдно, — заверил его супер. — Так что давай, Алекс, шевелись, назначай преемника и готовь бумаги. И побыстрее, потому что за мной не заржавеет в дружеской попойке рассказать во всех подробностях, почему тебя уважительно величали Боевым конём. Генерал встал, злобно уставясь на наглого мерзавца. Бен тут же встал рядом. — Пошли, Алекс, поедим. Я проголодался. Заодно вспомним старые добрые времена. Надеюсь, тут имеется что-то приличное? Или ты, как всегда, заначку в сейфе прячешь? — Пошли, чудовище, — буркнул генерал. — Всё тут имеется. Но на то, что я буду твоим куратором, не рассчитывай. — Сын или внук? — без тени смущения поинтересовался Бен, подхватывая щит. — Внук, — с ясно ощутимой гордостью произнёс генерал. — Он у меня парень боевой и нервы у него покрепче. Уверен, справится. Он помолчал, минут через пять добавив: — И твой фанат. Так что не разбивай ему розовые очки вот так сразу, а? — Конечно, Алекс, — заверил его Бен, неторопливо шагая рядом с дряхлым соратником. — Конечно. Я постепенно. **** — Я не знаю, что делать. — Юджин вновь сидел напротив своего старого друга, только теперь не в кафе, а дома. Джереми Маршалл с удобством развалился в кресле, наблюдая за его метаниями. — Просто не знаю. — Бен до сих пор не звонил? — Нет, — вздохнул Юджин. — Не звонил. Что там с Графиней? — Ничего, — пожал плечами Джереми. — Исчезла, как и не было. — А остальные? — Юджин, подумав, полез в бар и налил им ликёра. — Я читал, Порох на какой-то там выставке блеснул талантами. — Ну, ты же сам слышал, — насмешливо посмотрел на него Джереми. — Майндсторма, кстати, так и не нашли. Хорошо, видимо, кукурузу удобряет. Ответственно. Юджин вздохнул, тоже усаживаясь в кресло. Джереми понимал мучения друга. Тот, выросший под гнётом чудовищно деспотичного отца, сумевший найти в себе силы сбежать, слишком близко к сердцу воспринял идеологию хиппи, с которыми колесил по стране, пока не осел. Проповедуемые в его семье ценности Юджин отверг, их требовалось чем-то заменить. И он заменил. Занимайтесь любовью, не войной. Эта идеология Юджина устраивала целиком и полностью. Он не хотел воевать и наживаться на войне. Он хотел мира, любви, спокойствия, уверенности в завтрашнем дне. В эту идеологию, как ни странно, даже Солдатик вписался, как родной. Искалеченный морально, унижаемый и оскорбляемый, нашедший в себе силы стать кем-то, после того, как у него отобрали всё, включая фамилию. Юджин видел в нём себя, просто пошедшего по другому пути. Кроме того, воспоминания людей, помнивших, каким был Бенджамин до того, как стал Солдатиком, тоже добавили сияния идеализируемому образу старшего брата, которого Юджин не знал. Может, тогда Бенджамин Ретт Батлер и был добрым воспитанным юношей, которого отец-тиран ни во что не ставил, вот только не стоило забывать о том, что на войну он пошёл добровольно. И то чудовище, в которое он превратился с течением времени… Эти жестокость, непримиримость, готовность идти до конца… Они в нём изначально были, просто сидели до поры, до времени где-то глубоко внутри, как зерно в земле, а потом просто проросли. Кто знает, каким бы стал Бенджамин, оставшись гражданским? Но он выбрал войну и расцвёл, как кошмарный цветок, поливаемый смертями, насилием и жестокостью. Юджин не хотел этого замечать. Избирательная слепота: не во всём, но во многом. Тот самый фильм, окончательно закрепивший за Юджином статус мастера и гранда, отполировал репутацию Солдатика до ослепительной белизны. Джереми в своё время не стал тыкать друга в дурнопахнущие факты. В то, как скупо Пентагон перечисляет на сайте подробности. В то, сколько там отсутствует данных, сколько упомянуто с грифом «Совершенно секретно» — и сроков давности нет. Он не хотел, чтобы его друг потерял эту веру в лучшее… Столкновение с внезапно вернувшимся неизвестно откуда кумиром, пусть и краткое, оказалось тем ещё испытанием для Юджина. Да и Джереми тоже чувствовал себя не в своей тарелке. Уж на что он, политик из семьи политиков, привык к изнанке реальности, но тут и его зацепило. Трель телефона прервала размышления. Юджин озадаченно посмотрел на высветившийся незнакомый номер и всё-таки взял трубку. Лицо у него тут же приняло странное выражение: и восторг, и изумление, и опаска… — Бен звонил! — выпалил он, когда разговор завершился. — В гости придёт. — Когда? — с искренним интересом спросил Джереми. — Через полчаса, — изумлённо сообщил Юджин. Помолчал, после чего добавил: — Представляешь? Я уж думал… — Вот и замечательно, — подмигнул Джереми. — Вам есть о чём поговорить. Ты не будешь против, если я останусь? — Конечно же, нет! — с жаром заявил Юджин. — Это же… Ты понимаешь. Джереми понимал. Даже лучше, чем бы ему хотелось. Бенджамин Ретт Батлер вошёл в двери дома ровно через полчаса: в костюме, идеально выбритый, улыбающийся. Он окинул Юджина внимательным взглядом, расплылся просто в ослепительной улыбке и обнял его, прижимая к себе, как самого любимого родственника. Силу супер контролировал: Юджин даже не пискнул. — Здравствуй ещё раз, младший брат, — посмотрел этот стройный подтянутый красавец на своего гораздо более старого по внешнему виду родственника. — Рад, что ты жив и мы наконец встретились. Он пожал руку Джереми, и Юджин тут же потащил гостя в личный кабинет: убежище, в которое допускались лишь избранные. Джереми смотрел во все глаза на легендарного первого суперчеловека, ставшего олицетворением войны. Высокий, с красивой фигурой, подчёкнутой идеально сидящим костюмом светлокожий зеленоглазый шатен. Плавные движения. Очень внимательный взгляд. Невероятная по своей силе харизма, буквально сбивающая с ног. Знаменитого щита при нём не было, как и видимого оружия. Хорошо поставленный голос, умение вести беседу… Джереми наблюдал и восхищался: Юджин сходу растаял, как мороженое на солнце. Вот только невзирая на всё обаяние и харизму Бенджамина, менее Солдатиком он не стал. Реальность всё равно показала себя во всей красе. — Что тогда произошло, Бен? Они ели сыры, мясную нарезку и пили отменный виски. Бен закурил, с наслаждением выдыхая дым к потолку. Тихо гудела вытяжка. — Предательство, — качнул стаканом Бен. — Графиня постаралась. Договорилась с русскими, Майндсторм попытался вырубить меня… Только Порох не участвовал, верный до конца. Он выпил виски как воду и налил себе ещё. Джереми отметил, что алкоголь на Солдатика или не действует, или действует очень слабо. — А потом плен и пытки. Всё пытались выяснить, насколько я неуязвим. — На губах супера мелькнула просто кошмарная улыбка, быстро, впрочем, исчезнувшая. — Оказалось, что именно настолько. Юджин непроизвольно протянул руку, сочувственно сжав предплечье брата. — Иисус и Мария! — выдохнул он. — Что они с тобой делали?! — Много чего, — обтекаемо ответил Бен. — Вот только всё без толку. Что бесило — ни выпивки, ни табака. Ни кофе. О травке и не заикаюсь. Вот этого мне не хватало, — и он с наслаждением сделал глоток, зажевав виски тарталеткой с грушей и пармской ветчиной. — Зато можно было не стесняться в выражениях… Кстати, язык я выучил. Хотелось знать, что эти уроды придумают в следующий раз. Джереми молчал, даже не зная, что сказать. Юджин тоже. — Знаете, — внезапно оживился Солдатик, — некоторые моменты были даже забавны. Как-то они решили, что если я снаружи неуязвим, то внутри нет. Выпустили обойму из АК-47 прямо мне в глотку. Я им тогда много чего высказал, этим кретинам. Лицо Юджина стало просто неописуемым. Джереми почувствовал, что волосы становятся дыбом. — Кстати, — внезапно посмотрел на него Солдатик. — Меня с базы забрали агент ЦРУ Бутчер и его команда. Приехали они после того, как я восстановил справедливость, но я не в обиде: домой подбросили, даже кормили по дороге. Там остались некоторые материалы… Джереми чуть кивнул, показывая, что понял. Материалы, которые Солдатик оставил специально. — Они их забрали. Это если вам захочется посмеяться на ночь глядя. — А сейчас как? — разбил повисшую тишину Юджин. — Бен. Если нужна помощь, документы, ещё что… — Спасибо, — тепло улыбнулся Солдатик, — но эти проблемы уже решены. Пентагон. Я ведь был — и остаюсь — частью армии. Так что паспорт и прочие документы восстановлены, сейчас перезаключаем контракт. Представляешь, Юджин, даже начальство почти прежнее: Алекс Норман Бриджуотер, внук Алекса Гранта Бриджуотера. Старина Алекс наконец вышел в отставку и передал бразды правления своему потомку. Просил быть с бедолагой помягче… Солдатик рассмеялся. Джереми этому самому Алексу искренне посочувствовал: работать с вот этим сокровищем? То ещё испытание. — Кстати, я смотрел твои фильмы, Юджин, — перевёл тему Солдатик. — мне очень понравилось. Ты и играть умеешь, и снимать. Но что мы всё обо мне да обо мне? Расскажи о себе лучше. Как ты жил всё это время? Рассказ Юджина он слушал очень внимательно. Фыркнул, узнав про подлизу-наследника. Довольно кивнул на сообщение о смерти отца. — Жаль, старый хрыч не дожил, — цокнул языком Солдатик. Юджин говорил и говорил. О том, как сбежал из дому. Как колесил по стране в пропахшем травкой фургончике. Как стал сначала актёром, потом режиссёром. Как женился. Первый брак был стремительным и так же стремительно закончился. Второй оказался гораздо более удачным: и с супругой полное взаимопонимание, и дети есть, и внуки тоже… Солдатик слушал, задавал уточняющие вопросы. Видно было: ему интересно. — Познакомишь нас потом. Надо же. У меня есть племянники и внуки. Вид у него стал задумчивый. — У меня твой старый нож, — неожиданно заявил Юджин смущённо. — Ты его оставил тогда, ну… — В свой последний визит в отчий дом, — кивнул Солдатик. — Помню. Он неожиданно встал, завел руку за спину, под пиджак, и достал хорошо знакомый по хроникам нож Боуи. Длиннее обычного, с орлиной головой на тёмной рукояти. — Этот со мной уже долго, — улыбнулся Солдатик, и нож запорхал в его пальцах. — Дождался меня. Как и щит. Он положил его на стол и подмигнул восторжённо пялящемуся Юджину. — Можешь рассмотреть. Звучало это… Словно Солдатик позволил подержать в руках своё сердце. Юджин осторожно коснулся рукояти, провёл пальцем по орлиной голове… Джереми, тоже подошедший к столу, не в силах удержаться, отметил, что лезвие явно не из обычной стали. Странный серый цвет металла. Какой-то сплав? Скорее всего. Нож вернулся в ножны на спине, вскоре Солдатик откланялся, обняв на прощание Юджина и пожав руку Джереми. Тот задумчиво смотрел в окно, как Солдатик вышел и отправился куда-то по своим делам. Впечатление от встречи с прославленным героем осталось странное. С одной стороны Солдатик был вменяемым, харизматичным, умным человеком. С другой… Джереми за свою жизнь встречал слишком много суперлюдей, просто разных людей, и прекрасно видел, что человеком Солдатик не является. Совершенно. Он даже не мог внятно описать это, но собирался как следует подумать. Юджин сидел в кресле, тоже обуреваемый мыслями. И лезть к нему Джереми сейчас совершенно не собирался. Потом. Всё потом. Им всем необходимо время. *** Бен ехал в такси, довольный прошедшей встречей. Удачно получилось. Вояки, когда требовалось, могли шевелиться очень шустро и продуктивно, а стимул у них в этот раз был отменный. Немногим больше недели — и Бен обзавёлся документами, ему разблокировали счёт, вернули все награды и даже выплатили причитающиеся ренты и вознаграждения. Могут же, если хотят! То, что документы на его настоящие имя и фамилию, с настоящим возрастом, его не смутило. В этом мире жило слишком много суперов, у которых срок жизни заметно отличался от среднестатического, так что тот факт, что он выглядит слишком молодо для своих ста, его не смутил. Документы восстанавливало Военное ведомство, а значит, будут необходимые отметки и прочее. Особенно радовало то, что всё это провели быстро и без лишней шумихи. Она Бену была совершенно не нужна. Вояки заглаживали свою вину делом и расплачивались за неё по полной программе. Отдельно Бена радовало, что он наябедничал и военным, и сенатору Маршаллу на агента Бутчера. Посмотрим, что из этого выйдет. Пентагон тоже захочет полюбоваться на записи и почитать про весёлые опыты над своим супером. Сейчас Бен даже жалел, что не стёр базу с лица Земли. Но тогда у него голова немного другим забита была… Порвал на запчасти мучителей и успокоился. А ведь есть те, кто отдавал приказы… К ним он тоже в своё время наведается. Обязательно. А пока что возвращение в Вашингтон, контракт, возможно, покупка дома или квартиры. Он может позволить себе такие траты. И — это так же важно, как и контракт, — найм детективов. Пора разобраться в семейной жизни агента Бутчера.