Even Better: История Джейми и Марвиса

— chin up, babe! chin up! / выше нос, детка! выше нос! Я посмотрел на одного из друзей Марвиса, вечно такого оживленного. Тоже парень, между прочим, но одевался ярко, красил ногти, носил пирсинг в носу и был охренительно хорош в своем деле. Когда подошла моя очередь, я вышел вперед, сунув руки в карманы штанов. Проходя мимо того самого друга Марвиса, я заметил, и нарочно ему подмигнул. — dam n it, jamie! / черт возьми, Джейми! Его звали Чейс. Я представился как Джеттана, но он сказал, что это, блин, слишком трудно выговаривать, и стал звать меня Джейми после того, как услышал, как Марвис называет меня Джейми. Я тихо усмехнулся и пошел дальше, до самого конца подиума. Марвис стоял там и грозил мне пальцем за то, что у меня не было того самого непроницаемого лица, которое должно быть. — :) Я подмигнул ему и украдкой послал мини-сердечко. В итоге он, хоть и пытался держать строгое лицо, все-таки улыбнулся, с усмешкой покачал головой и махнул рукой, мол, давай уже, иди с подиума. Выпускной проект студентов факультета моды, который был настолько серьезным, будто это неделя моды какого-нибудь люксового бренда, совсем сбил с толку такого жалкого дековского пацана, как я. Но надо отдать ему должное. Университет-то чертовски престижный. И именно в этот момент среди веселых песен, которые мы в студии поставили на перемешивание, заиграла песня, которую я просто обожал. Я вприпрыжку, почти пританцовывая, направился к Марвису, который облокотился на стул, где сидел один из его друзей. На нем была тонкая белая рубашка, потому что здесь было ужасно тепло. Такая тонкая, что каждый раз, когда на него падал свет софитов, от его узкой талии у меня дрожало сердце. — if you wanna get sunshine . all night~ / если хочешь поймать солнечный свет… всю ночь~ Он закатил глаза, глядя на меня, довольного и напевающего себе под нос. Я как ни в чем не бывало подошел и обнял его сзади, уткнувшись лицом ему в шею, пока он, скрестив руки на груди, наблюдал, как модели из следующего сета серьезно прогоняют свои выходы. — Какой же ты вкусно пахнешь. Я легко поцеловал его в шею и почувствовал, как он отклонился назад, прислоняясь ко мне. Мы так и ластились друг к другу на глазах у всех его друзей, пока нас не начали поддразнивать. Что-то я понимал, что-то нет, но вот этого парня я точно понимал. Все-таки Чейс был корейско-американским метисом. Спасибо небесам, что я наконец-то мог с кем-то поговорить подольше, кроме Марвиса. — go get a room you two love birds! / снимите уже себе комнату, голубки! — we will, exactly. / так и сделаем, именно так, — ответил я и еще раз поцеловал Марвиса в плечо. Он никак не возражал, и мне ужасно нравилось, что он в ответ дерзко показал другу язык. Я каждый день открывал в нем что-то новое, что-то милое, и, черт побери, я вообще не понимал, как он умудряется становиться все милее и милее с каждым днем. — Почему ты в последнее время такой clingy / липучий? — Так я же скоро уезжаю. — Еще целых четыре дня. — Всего лишь четыре дня. — Если будет свободное время, я тогда сам к тебе прилечу. На этом моменте мне захотелось заорать во все горло: fu ck my life / да ну нафиг эту жизнь. Я никогда не думал, что у меня вообще будет с кем-то настолько серьезные отношения. А уж тем более отношения на расстоянии. — Или Ми лучше вообще не учиться? — Хочешь, чтобы я тебя стукнул? — Да шучу я. Кто вообще может так сильно втюриться? — я притворно рассмеялся, хотя в глубине души и правда так думал. Когда мы вот так прилипали друг к другу, мне становилось странно от мысли, что уже следующим утром я не смогу сидеть с ним и есть хлопья, не смогу иногда мыть ему голову, когда он капризничает. От этого внутри все как-то неприятно сжималось. — Уже завтра, да? Нервничаешь? Невысокий парень в моих объятиях кивнул. Он шумно шмыгнул носом. Вчера ночью он тоже допоздна торчал в студии. Попросил друга отвезти меня сначала к нему в комнату. Сам поднялся проводить меня до двери, поцеловал пару раз, а когда вернулся обратно, было уже почти утро. — Пойдем потом за тортом, Ми угощает. — Можно целый фунт? — Да хоть два фунта. Уровень папочка-Ми. Я сморщил нос, глядя на него с этими сияющими глазами. Но мы так и не успели продолжить разговор, потому что его позвали по делу. Его теплая ладонь скользнула по моей щеке, и он ушел, оставив после себя легкий шлейф духов. Я отделился от компании моделей и пошел покурить. Наверное, это уже вошло в привычку. Я не люблю курить при друзьях или вообще при ком-либо. Даже Дуанг или Пэ думают, что я не курю. На самом деле курю иногда. Когда напиваюсь, возвращаюсь в комнату и курю в одиночку. Иногда после секса. И вот как сейчас, когда холодно. Я достал пачку сигарет из кармана своего бомбера. Обычно курю ментоловые, но, приехав в Корею, временно перешел на крепкие. И вот я стоял, носком ботинка разгребал снег и делал первую затяжку, когда услышал разговор на английском между Чейсом, другом Марвиса, и еще кем-то. — do you remember kang? / ты помнишь Канга? — that fu ck boy kang, right? / того самого трахаря Канга, да? — yeah, one of marvis's collection. / ага, один из экспонатов коллекции Марвиса. — the old one. / бывший экспонат. — thank you for correcting me. / спасибо, что поправил. Если вкратце, они болтали о каком-то парне, с которым, насколько я понял, у Марвиса когда-то что-то там было. Его звали Канг. Сейчас он был чертовски известной моделью. И, скажу честно, если говорить о том, как использовать интернет с максимальной пользой, тут мне равных нет. Я гуглил, пока не нашел этого парня, и, конечно же, нашел и его инстаграм. Я зажал сигарету в губах и начал листать его фотографии. В био у него было написано EN/KR/JP/TH, и это меня бесило просто до ужаса. Ну конечно, знает четыре языка, и что теперь. Подписчиков у него было несколько сотен тысяч, как и подобает одной из самых известных моделей. В основном он выкладывал фото со съемок, показов, поездок по не самым попсовым городам разных стран, снимки музеев… и мой слишком уж зоркий глаз наткнулся на одну конкретную фотографию. Это точно был Марвис, он сидел на меховом ковре, рядом лежал букет тюльпанов, а вокруг были разбросаны всевозможные сладости. Он отметил фотостудию, так что другие наверняка думали, что это одна из его работ. Но я-то помнил, что у Марвиса родинка у ключицы, и его фигура так врезалась мне в память, что я бы узнал его даже по такому полукадру. Подпись была до тошноты мерзкая: i hate that i remember i wish i could forget. / ненавижу, что помню, и хочу забыть. И еще эмодзи Санты. Это была строчка из Last Christmas, и этот пост он выложил на прошлое Рождество. — Ты чего тут один делае… wait, are you smoking? / подожди, ты что, куришь? — А, Ми уже потушил. — Как так? Я же даже не успел увидеть, как ты куришь. — И зачем тебе вообще так хотелось увидеть, как Ми курит? — я тихо рассмеялся. Марвис, уже в пальто, распахнул глаза. Он подошел, взял меня под руку, и мы вместе двинулись вперед. И без слов было ясно, пришло время для его торта. С таким видом, тело явно требовало столкновения с чем-нибудь сладким. — Просто я почти никогда этого не вижу. — Не знаю. Мне как-то не хочется курить у тебя на глазах. Как я и говорил, хочу быть хорошим мальчиком. — you areeee. / ты и есть хороший. Сказав это, он приподнялся на носочки и чмокнул меня в щеку. Сердце у меня так сильно заколотилось, что на секунду даже в ушах зазвенело. Только не вздумайте ему об этом сказать. Мне и самому неловко это признавать. Я так сильно его люблю. — Пи, Ми кое-что спросит, ладно? — Конечно. Что такое? — А кто такой этот Канг? — И где ты только это услышал? — Марс нахмурился. Мы стояли рядом, дожидаясь, пока светофор переключится на зеленый, чтобы перейти на другую сторону и спуститься в метро. Его красивые губы сжались, как будто он пытался подобрать слова. — he used to be my fu ck buddy. / раньше он был моим партнером по сексу. — Прямо fu ck buddy / партнер по сексу? — Вообще-то он младше на год, но другом его тоже можно назвать. — И давно это было? — Ты про то, сколько прошло с тех пор, как мы перестали, или про то, сколько мы вообще были знакомы? — both of them. / и то и другое. — well, i know him for like one year straight and we've been a fu ck buddy ever since. / ну, я знал его где-то целый год, и все это время мы были партнерами по сексу. — Wow . A YEAR. / Вау… ЦЕЛЫЙ ГОД. Я вообще не смог сдержать этот акцент в голосе. Черт. — but we stopped that kind of thing last august. / но с таким мы завязали еще в прошлом августе. — why? / почему? Я уже понял, что Марвису это, наверное, может быть неприятно, потому что меня самого всегда раздражает, когда кто-то вот так начинает приставать с вопросами, если это не близкий друг. Типа почему у нас ничего не вышло, почему вы не могли быть вместе, почему не могли просто встречаться, почему все закончилось одним сексом. Но сейчас, именно сейчас, я просто не мог себя остановить. Потому что это ведь целый год. Целый год в его жизни был какой-то Канг. — he asked me out. / он предложил мне встречаться. Он сказал это таким тихим голосом, что сердце болезненно сжалось. Марвис все так же шел, держась со мной под руку, пока мы не добрались до станции метро и не встали на эскалаторе, где он стоял ступенькой ниже меня. Я избегал его взгляда и вместо этого смотрел вниз, на свои ботинки. Когда эскалатор довез нас до станции, он отвел меня в уголок и молча наклонился, чтобы завязать мне развязавшийся шнурок. В тот момент, когда он выпрямился, я все-таки спросил: — А если бы я предложил тебе встречаться… ты бы тоже выкинул меня из своей жизни, как его? Вот тогда я и понял, что именно ненавижу в отношениях. Я ненавижу то, что мы становимся обидчивыми, начинаем слишком много думать о всякой ерунде и вести себя глупо так, что уже не можем себя остановить. Марвис надолго замолчал. В итоге он так ничего и не ответил. Просто взял меня за руку и потянул за собой. Наш разговор сменила тишина и шум подъезжающего поезда. Обычно по дороге куда угодно мы все время болтали о чем-то веселом. Я вздохнул и повернулся к нему. Вид у него тоже был не слишком спокойный. — Прости. Мы снова встретились взглядами. Он медленно покачал головой, а потом тихо произнес: — i will never kick you out of my life. / я никогда не вычеркну тебя из своей жизни. Я улыбнулся, хотя мне хотелось расплакаться. Марвис взял мою левую руку, вложил ее в правый карман своего пальто и продолжил, не глядя мне в глаза: — Прости, что тоже заставил тебя чувствовать себя плохо. — Ми никогда на тебя не злился. — … — Даже если бы ответ минуту назад был бы «да», Ми все равно бы на тебя не злился. Только сейчас я понял, что любовь заставляет делать для одного-единственного человека столько исключений, что пальцев не хватит пересчитать. Ему позволено быть особенным без всяких просьб, и я сам не собирался останавливать себя, медленно теряя контроль над многими вещами. — Плаплынг называет меня cold-hearted bitc h / бессердечной сукой… потому что мне нравится делать вид, будто я впускаю некоторых людей в свою жизнь, а в итоге выходит так, будто они ни разу по-настоящему и не подошли ко мне близко. Я сглотнул вязкий ком в горле. От одной только мысли, что я так никогда и не добрался бы до этой точки, у меня защипало глаза. И, конечно, никогда бы не смог. — Когда другой человек начинает относиться ко всему серьезнее, я становлюсь холодным и прямо отталкиваю его. Поначалу было весело знакомиться с новыми людьми, жить как хочется. Но потом это перестало быть веселым… быть таким жестоким к другим. Наверное, как и с другими космонавтами. — Подойдешь слишком близко, обожжешься, окажешься слишком далеко, замерзнешь. — … — Наверное, со всеми, кто был до этого, было именно так. Но потом я понял, что нет. Я ведь не такой, как все остальные. Я же Джеттана. — Но с Джейми… мне тепло. Джеттана, который однажды точно доберется до Марса.

***

Джейми никогда раньше не ходил по подиуму, но понял, что это не так уж и сложно. Наверное, потому что он любит людей, поэтому делать что-то перед большой толпой для него не проблема. Нужно всего лишь не показывать эмоций, идти красиво и быть хорошей вешалкой для одежды. Он и подумать не мог, что однажды окажется в настолько важный день в жизни кого-то другого. Он был из тех, кто будто бы не верит в любовь, не получает удовольствия от отношений и всегда всем в своей жизни отдает одинаково. Но стоило у него появиться первому месту, как оно стало единственным, ради которого он был готов выложиться целиком, пока сам не начал чувствовать, что превратился в того самого человека, которых раньше сам же и не любил. В кого-то слишком влюбленного. — you look so so so good today, jamie! / ты сегодня выглядишь просто очень, очень, очень хорошо, Джейми! Джейми поблагодарил Чейса, друга Марвиса, который нанес ему на губы блеск, а потом еще и похлопал в ладоши, хваля результат. Они еще немного поболтали, после чего тот ушел заниматься другими моделями. Высокий парень, уже с макияжем и прической, в первом наряде, который Марвис сам придумал и сшил, достал из кармана телефон и сделал селфи для своего лучшего друга, который каждый день доставал его сообщениями. Мол, возвращайся уже ко мне женой. Это Дуанг, конечно. jtn.: отправлено фото jtn.: Ну что, я красивый сегодня? Веки сияют, как победный блеск Высокий парень сидел и смеялся сам с собой, потому что Дуанг открыл сообщение сразу же, как только оно пришло. А потом, как и ожидалось, начал строчить ругань, потому что селфи, которое он отправил, было с губами уточкой и двумя пальцами у глаза в до ужаса миленькой позе. Chewin: Можно нормальное фото, придурок? Chewin Без фильтра, без этого твоего заостренного подбородка jtn.: Это ты сейчас оскорбил мои сладенькие оранжевые фильтры?! jtn.: Ладно! Джеттана тут же отправил ему еще с десяток уже сделанных снимков, а потом вышел из приложения, открыл фронтальную камеру и стал делать новые селфи. Он собирался слать их до самого выхода на подиум. Пусть Дуанг от злости себе язык откусит. Темные глаза, смотревшие на себя через фронталку, широко распахнулись, когда Марвис встал у него за спиной и в тот самый момент, когда он без остановки нажимал на кнопку съемки, поцеловал его в щеку. Эта мелкая заноза весело рассмеялась, увидев его нелепое выражение лица на только что сделанных снимках. У Джейми вспыхнули щеки. Он несколько раз прокашлялся, пытаясь сделать вид, что ворчит, но голос предательски сорвался, и сразу стало ясно, что он смущен так сильно, что готов провалиться под землю. — Пи, ты чего творишь? — Смущаешься? :) — Вовсе нет. — Я всего лишь поцеловал тебя в щеку. — Сейчас получишь, задница ты большая. — Правда, что ли? Джейми глубоко вдохнул, пытаясь прийти в себя, но второй ему в этом совершенно не помогал. Эти тонкие руки уже обнимали его сзади, пока он сидел на стуле, а сам Марвис наклонился и положил подбородок ему на плечо, шепча прямо в ухо, какой он красивый. Ну. И что теперь делать? — Как думаешь, туалет сейчас свободен? — Зачем? Наверное, свободен. Мы же только что мимо проходили. — Хочешь по-быстрому где-нибудь снаружи? Ты весь день не перестаешь меня дразнить. — Ох… — Даже не начинай дурить, вредина. Полчаса до выхода. Я могу уделить тебе время. Джейми сказал это совершенно серьезно, потому что больше уже не мог выносить этого провокатора по имени Марвис. Его темные глаза встретились в зеркале с круглыми глазами второго. И он еще не успел поддеть его, мол, ну что, ты просто трус, как тот заговорил первым: — Не хочу. А то костюм помнется. Ну конечно! Вот в этом ты весь. Всегда был таким. Не потому что боишься, что нас кто-то поймает. А потому что боишься, что костюм помнется. Прекрасно. — Сегодня после окончания обязательно пойдем выпить. — Ми не напьется, потому что ты точно будешь пьяный в хлам. — И чего ты такой хороший? — У меня сегодня точно будет болеть голова. Ты же возвращаешься в тусовочный мир, — вздохнул Джейми. Пока Марвис нервничал из-за работы и готовился к важному дню, он вообще не пил и никуда не ходил развлекаться. А вот сегодня ночь выпуска демонов на волю. Да и клубы в Корее, разве они не безумные? Так что свой талант очаровывать людей, который тебе достался не просто так, лучше сегодня ни на ком не применяй. А то потом не говори, что тебя не предупреждали. — Ми собирается отрастить усы. — Мм? — У нас в Таиланде, когда у отца красивая дочка, он отращивает усы, чтобы пугать парней, которые к ней подкатывают. Так что Ми тоже так сделает. Красавчик, сегодня не балуйся нигде. Сиди у меня на коленях. — Что это, ты мне только отцом будешь? — Ого! А ты прямо нарываешься. — Рядом с тобой у меня каждый раз проходит стресс. — Тогда иди садись на колени. — Не хочу, тут же полно людей. — А вот обнимать, как маленькая обезьянка, значит, можно? — Мне уже пора. Сначала пожелай мне удачи. Невысокий парень отстранился, чтобы второй мог повернуть стул к нему лицом. Джейми, между чьих ног стоял Марвис, взял его мягкие руки, местами заклеенные пластырем, широко улыбнулся и теплым голосом сказал: — Ты самый лучший. — … — Самый лучший во всей вселенной. И самая красивая улыбка зажглась на лице самого потрясающего человека во всей вселенной. Моими собственными руками.

***

Я помню тот момент, когда сам вышел из-за кулис, пока все выпускники, создавшие это модное шоу, выстроились в линию перед сценой. Гром аплодисментов не заставил мое сердце биться так сильно, как его взгляд, направленный на меня в ту секунду, когда я протянул ему букет. Он взял его и тут же подпрыгнул, повиснув на мне в объятиях, заливисто смеясь. Я подхватил его за бедра, когда он, как озорной ребенок, обвил меня ногами за талию, и снова и снова шептал ему на ухо, чтобы он понял, какой же он молодец. Я улыбался. Я улыбался с того самого момента, как он прошептал мне в ответ, что я лучшее, что когда-либо случалось в его жизни, и улыбаюсь до сих пор. До этого самого момента, когда оказалось, что он тайком сшил для меня еще один наряд на сегодняшний after party. Это была белая рубашка из просто невероятной ткани, с теми самыми сексуальными деталями, которые он всегда любил прятать в своей одежде, а на воротнике было вручную вышито слово Марс. Вышивка была чуть кривоватой, будто ее сделал ребенок, но именно это и было в ней самым милым. Я вышел из комнаты, где переодевался, и увидел, что он уже ждет меня. Марвис сразу подошел, взял меня за руку, и мы вместе пошли к машине его друга. На заднем сиденье мы так и сидели, прижавшись друг к другу, пока друг поддразнивал нас, но Марвис все равно от меня не отстранялся. — Ты, похоже, втрескался по уши. Он ничего не ответил, только легко прижался губами к моим, когда машина въехала в тоннель. Я скользнул языком в его сладкий рот и сразу понял, что, пока ждал, когда я переоденусь, он успел сбегать покурить.

take time wait for me baby / не спеши, подожди меня, малыш we'll collide the right places / мы встретимся в нужной точке all the way and back we'll take it / пройдем этот путь туда и обратно and you know we're on to something good / и ты знаешь, у нас впереди что-то хорошее

Я улыбался прямо во время поцелуя. Марвис слегка прикусил мою нижнюю губу, а его ладонь озорно скользнула по моей ширинке. И я заметил, что он тоже улыбается. Наверное, потому что это была наша любимая песня.

every time i will be grinning / каждый раз я буду улыбаться as i hope you will be here tonight / надеясь, что ты будешь здесь этой ночью long after time and space has ended / даже когда время и пространство закончатся i will treasure you, always / я все равно буду беречь тебя всегда

— sassy little marvis. / нахальный маленький Марвис. Наши носы все еще касались друг друга. Я шепотом проворчал, что он ужасно шаловливый, и мне уже было плевать, поймут ли его друзья на переднем сиденье, чем именно мы сейчас занимаемся. Его вкусно пахнущее тело почти забралось на меня целиком. Между нами явно происходило что-то такое, из-за чего нас тянуло друг к другу все сильнее и сильнее, будто мы совсем не могли отлипнуть. Когда мы приехали, мы оба вышли из машины. Он повернулся и что-то сказал своему другу, который тут же бросил на нас ехидный взгляд. Мне это даже показалось милым, когда ему приходилось отвечать за нас обоих, потому что я вообще не говорил и не понимал по-корейски. Частью меня хотелось понимать, что именно он отвечает и как именно говорит обо мне. А другой частью, совсем не хотелось знать. Вдруг будет больно. — Тут будет шумно, и к тебе будут постоянно подходить. — Тогда просто садись сверху и пометь свою территорию. — Пометить территорию? — Именно. Не смей слезать с коленей Ми ни на секунду. — Ты этого хочешь? — Ну да. — А если я захочу танцевать? Я обнял его за талию ближе к себе, когда мы уже прошли охрану. EDM в клубе ясно давала понять: вот он, настоящий вечер свободы для выпускников. Мне и самому было интересно, насколько жестко умеют пить студенты-модники, но я, пожалуй, сразу скажу good bye, немного выпить и хватит, потому что мне надо присматривать за Марвисом. Да. Впервые в жизни я добровольно не собирался напиваться только потому, что ревновал к кому-то. — Тогда танцуй у меня на коленях. :) Говорят, VIP-столы в корейских клубах стоят как черт знает что. Не знаю, правда ли, потому что я вообще не заплатил ни копейки. Все модели, все, кто был сегодня на шоу, пришли сюда налегке, и это логично, мы все и так уже порядком вымотались. Напитки передавали по кругу, пока один не дошел до меня и Марвиса, который и правда уселся мне на колени. Я положил подбородок ему на плечо, иногда отвечал, когда кто-то ко мне обращался, но слушать, как он болтает с друзьями, перескакивая с английского на корейский, было безумно приятно. — Да разлепитесь вы уже хоть на минуту. Ну пожалуйста. Честер сказал это по-английски. Вид у него был такой, будто мы вдвоем ему уже смертельно надоели. Марвис только пожал плечами, а потом откинулся мне на грудь. Я ничего не сказал, просто легко поцеловал его в висок и продолжил молча пить. Я не особо люблю танцевать. Мне больше нравится смотреть, как танцуют другие. — Я вижу, ты на того парня смотришь. — Эй, у тебя что, глаза на затылке? — Нравится? — Ну, он просто классно танцует, — нарочно поддел я его. Я понимал, что он раздражен, но я и правда просто смотрел. А что мне оставалось, если тот танцевал прямо на столе, еще и у шеста, а диджей к тому же сводил музыку просто офигенно? Я качал головой в такт, а Марвис все сидел неподвижно, будто что-то обдумывал. Через какое-то время он поменял позу, сначала просто сидел у меня на коленях нормально, лицом вперед, а потом вдруг развернулся и оседлал меня. Его друзья тут же заорали и засвистели, перекрикивая тяжелый бит. У меня вспыхнуло лицо так, как, кажется, никогда раньше, потому что он обвил меня руками за шею, прижался ко мне всем телом и начал танцевать прямо у меня на коленях. Вот черт. — Эй, подожди. Я схватил его за талию, потому что боялся, что он сейчас просто свалится. Он двигался слишком резко, лицо у него было дразнящее, талия сладкая до боли. И что мне теперь делать?.. Я задержал дыхание, потому что он наклонился совсем близко. Он ведь еще даже не пьяный. А у меня встал еще в машине. А если напьется, то что тогда будет? T_T — Но ты же сам сказал, чтобы я танцевал у тебя на коленях. — Ты вообще безжалостный. Вот это и называется безжалостный. — Не смотри на других. — Да куда мне теперь вообще на кого-то смотреть, когда ты тут такое творишь? Он рассмеялся и продолжил тереться об меня, пока я сидел как каменный истукан. Улучив момент, когда он чуть выпрямился, я сунул руку ему под рубашку. Он ответил мне хищной ухмылкой. Красивые люди, которые возвращаются в игру, по-другому и не умеют, да? Сердце стучало так сильно, что, казалось, вот-вот вырвется из груди, когда он склонился и поцеловал меня. Во рту у него смешались вкус соджу и всех тех напитков, что он успел выпить. Я вообще-то не из тех, кто быстро пьянеет, но от нашего поцелуя у меня закружилась голова. — Ты как, держишься? — Если речь о сердце… ему уже слишком тяжело это выдерживать. — Я не об этом… И тут он обдал теплым дыханием мое ухо и прошептал мне что-то настолько непристойное, что я был готов от стыда откусить себе язык. Ну ты же и сам понимаешь, да, что я ни черта не держусь? У меня уже все так затекло и напряглось, что стало тесно до боли. Я глубоко вдохнул и прошептал ему в ответ: — А если Ми скажет, что больше не может, что ты тогда сделаешь? — Не надо таких гипотез. Это нечестно. Он улыбнулся. Это была улыбка победителя еще до начала игры. Его странно окрашенные волосы скользнули по моему лицу, и тут диджей сменил весь вайб клуба, поставив лоуфай-хип-хоп. От этого моему и без того не слишком стойкому сердцу стало еще тяжелее. — say it, jamie. / скажи это, Джейми. Я думаю, у Марвиса есть магия. Каждый раз, когда наши взгляды встречаются, он будто возвращает меня в тот день. В самый первый день, когда я его увидел и сказал себе: Да пошло оно все. Плевать, если я играю с огнем. Плевать, если мне разобьют сердце. Плевать, если я запутаюсь. Плевать, если я окажусь слабаком. Плевать вообще на все, если это из-за него. — i want to fuck you hard, marvis. is that fair enough? / я хочу жестко трахнуть тебя, Марвис. Так будет достаточно честно? Ни на что на свете я бы это не променял.