Unexpected but not unwanted

Феликс сидел на больничной койке; к его животу были подсоединены провода монитора, который отслеживал схватки и сердцебиение ребенка. Сама поездка в больницу прошла спокойно, но парни всё равно паниковали. Чана это раздражало, так как их суета совсем не помогала Феликсу, который и так был в панике из-за боли. Хёнджин сидел в кресле. Палата была очень уютной: диван, бассейн для родов в воде, телевизор, несколько стульев и отдельная ванная комната. Феликс пока был спокоен, но оставался в напряжении; интервал между схватками составлял около четырнадцати минут, а раскрытие — всего один сантиметр. Остальные мемберы рассредоточились по комнате; поскольку палата была частной, им разрешили пригласить столько людей, сколько они хотели. Чан тоже сидел в кресле рядом с Феликсом, стараясь казаться непоколебимым. В палате было тихо, слышался только мерный стук сердца малыша на мониторе. Феликс вздохнул и откинул голову на подушки: — Хёнджин, мой iPad у тебя? Хёнджин достал его из сумки и передал Феликсу. Поскольку кровать была очень большой, он присел рядом с ним, перебирая пальцами волосы парня, что начало заметно его расслаблять. И.Ну удалось включить телевизор. На K-pop канале как раз обсуждали их новый альбом. Феликс внимательно слушал — он гордился ими всеми. Но в душе начало нарастать чувство вины: он знал, как сильно парни рвутся снова выступать. Ли Ноу заметил выражение лица Феликса. — Всё хорошо, Ликс? — спросил он, подходя ближе. Хёнджин тоже посмотрел на своего парня. — Да... просто чувствую себя виноватым перед вами. Я знаю, как вы любите сцену, а я это у вас отнял. — Несколько слезинок скатилось по его щекам. Хёнджин нежно вытер их и крепко прижал Феликса к себе. — Феликс, мы скучаем по выступлениям, но ты и малыш намного важнее. Он наш новый участник и новый член семьи. Пройдет совсем немного времени, и мы снова вернемся к работе, — сказал Хан. Хёнджин был так рад, что парни рядом. Они были правы: они огромная семья, и сейчас они приветствуют еще одного её члена. Внезапно Феликс поморщился. Схватки участились — теперь они шли каждые десять минут, но воды всё еще не отошли, поэтому вошла акушерка для осмотра. — Привет, Феликс. Как дела? Знаю, вопрос глупый, но я обязана спросить. — Я в порядке... но схватки стали довольно интенсивными. Акушерка сочувственно улыбнулась: — Знаю. Но ты отлично справляешься. Помни, что вся эта боль стоит того, что ждет тебя в конце. Могу я проверить раскрытие? Парни оставили Феликса и Хёнджина одних. Они поддерживали Ликса, но это было то, что им видеть не стоило. Акушерка помогла Феликсу принять нужную позу. — Снова предупреждаю: это может быть неприятно. Феликс ненавидел это. Было очень неловко, но он знал, что худшее еще впереди. — Всё, готово. Хорошие новости: процесс идет довольно бодро, раскрытие уже два сантиметра. Скоро отойдут воды. Если хочешь ускорить дело, прогулки очень помогают. Но если я понадоблюсь — просто нажми красную кнопку, — она указала на кнопку сбоку и вышла. Мемберы вернулись в палату. — Хёнджин, помоги мне встать. Я хочу попробовать то, что она предложила. Хёнджин кивнул и помог Феликсу подняться. Он держал его за руки, и они начали медленно прохаживаться по комнате. Парни смотрели на Феликса с огромной гордостью. Прошло несколько часов. Схватки стали гораздо мучительнее. Наконец отошли воды — ощущение было пренеприятное. Феликсу хотелось, чтобы всё это поскорее закончилось. Он сидел в окружении парней, которые помогали ему делать дыхательные упражнения. Хёнджин сидел позади него, массируя спину. Он всем сердцем хотел забрать эту боль себе, но не мог, и от этого его сердце сжималось. Началась очередная схватка. Феликс выдохнул вместе с остальными. — Ты молодец, Феликс, — улыбнулся Чан. Акушерка провела очередной осмотр — раскрытие семь сантиметров. Схватки шли каждые три минуты. Феликс с ужасом ждал момента, когда нужно будет тужиться. Сейчас он стоял на четвереньках, а Хёнджин сидел перед ним, убирая мокрые от пота волосы с его лица. — Ты просто ангел, ты так хорошо справляешься. Я никогда так тобой не гордился. — Феликс выдавил слабую улыбку на слова Хёнджина. — Потрите мне спину, пожалуйста... — простонал Феликс. Все переглянулись. Хёнджин хотел оставаться перед лицом Ликса, поэтому Чан вызвался помочь. Феликсу в этот момент было уже всё равно, кто именно это делает. — Чуть ниже, Чан, пожалуйста. — Чан слегка покраснел и глянул на Хёнджина, но тот лишь ухмыльнулся в ответ, не имея ничего против. Остальные не знали, чем помочь, поэтому просто стояли рядом на случай, если что-то понадобится. Феликс издал протяжный стон; он хотел поскорее увидеть сына. Боль была невыносимой. Хёнджин поцеловал его в лоб. Мысль о том, через что проходит Феликс ради их семьи, поражала его. Мемберы устали, но не хотели уходить. Они хотели быть здесь, когда малыш появится на свет. Ждать оставалось недолго: раскрытие достигло десяти сантиметров. Хёнджин находился рядом с Феликсом, пока акушерка проводила последние проверки. Парни решили выйти в зону ожидания, чтобы дать паре уединение. — Хорошо, Феликс. На следующей схватке я хочу, чтобы ты начал тужиться. Представь, что ты очень сильно хочешь в туалет «по-большому». Феликс слабо кивнул. Он был измотан и уже давно перестал разговаривать, только стонал от боли. Началась схватка, и Феликс начал тужиться под отсчет акушерки. Он застонал, откинув голову на плечо Хёнджина. — Отлично, Феликс! Еще пара таких подходов, и он будет здесь! — Умница, малыш. Я так горжусь тобой, — прошептал Хёнджин ему на ухо. Схватки шли одна за другой. Феликс тужился, но акушерка внезапно помрачнела. Она старалась не подавать виду, чтобы не пугать родителей. Сердцебиение ребенка начало замедляться; у нее возникло подозрение, что пуповина обвилась вокруг шеи малыша. Это не было критично, пока она не видела, сможет ли легко снять петлю, когда покажется головка. Феликс снова тужился под счет. Было видно, что силы его на исходе, что часто случается при первых родах. — Не сдавайся, Ликс, еще немного. Феликс тужился уже целый час и был на грани истощения. Показалась головка, и пуповина действительно была обернута вокруг шеи. Уровень кислорода падал, пульс замедлялся. Нужно было действовать быстро. — Феликс, мне нужно, чтобы ты тужился изо всех сил, ясно? Это нужно твоему малышу. Его пульс падает, кислорода мало. Не паникуй, мы справимся, хорошо? Феликс плакал от боли и страха за сына, но собрал последние силы в кулак. Ему нужно было, чтобы с ребенком всё было хорошо. Хёнджин пытался сохранять спокойствие, но внутри него нарастала паника. Малыш продвинулся дальше. Акушерка видела, как туго затянута пуповина. — Хорошо, Феликс, еще чуть-чуть, и он родится! Феликс закричал и натужился в последний раз. Лицо в слезах и поту, нечеловеческое усилие — и ребенок родился. Феликс без сил рухнул на руки Хёнджина, тяжело дыша. Однако ребенок не закричал. — П-почему он молчит?! — закричал Феликс сквозь слезы. Вторая акушерка уже помогала малышу сделать первый вдох. Секунды казались часами, но вдруг раздался крик. Это была самая прекрасная музыка в их жизни. Акушерка быстро обтерла его и положила на грудь Феликсу. Тот зарыдал от счастья. Хёнджин тоже плакал, глядя на своего невероятно красивого сына. — Я так горжусь тобой, Феликс. Посмотри, что ты совершил! — прошептал Хёнджин. Феликс смотрел на сына. Сложно было сказать, на кого он похож больше, но нос был точно папин — Феликса. Малыш тихонько всхлипывал. Феликс был влюблен. Он создал человека. Это был их с Хёнджином сын. — Нам придется оставить его под наблюдением на ночь, так как роды были сложными. Оба родителя кивнули, им было всё равно — они не могли оторвать глаз от ребенка. Малыш продолжал тихо хныкать. Акушерка подошла ближе: — Кажется, кто-то проголодался. Не волнуйтесь, это потребует времени, вы оба только учитесь. Она помогла Феликсу приподняться и приложила малыша к груди. Ребенок немного поерзал, нашел сосок и начал сосать. Феликс ахнул от странного, непривычного ощущения. Хёнджин наблюдал за первой трапезой сына — это было прекрасное зрелище. Акушерка улыбнулась и вспомнила про парней за дверью: — Вы готовы принять посетителей? Они кивнули, не отрываясь от сына. — Он такой милый, Джинни. — Весь в тебя. Спасибо тебе за него, Ликс. Ты не представляешь, как я горд. Парни вошли и дружно ахнули. — О боже, он такой очаровательный! — прошептал Хан, боясь напугать кроху. Чан не мог поверить, что Феликс и Хёнджин теперь родители. — Поздравляю, парни. Мы так рады за вас. Ты был героем, Феликс. Феликс улыбнулся. Малыш закончил есть, и Ликс передал его Хёнджину. Тот взял сына на руки — это был лучший момент в его жизни. Парни рассматривали ребенка; он был еще немного синеватым после тяжелых родов, но всё равно невероятно милым. Акушерка подошла к Хёнджину: — Теперь его нужно подержать «столбиком», чтобы вышел воздух. Чтобы связь с ним была крепче, можешь снять рубашку и приложить его к коже, но подложи салфетку на плечо, они иногда срыгивают. Хёнджин не смутился. Передал ребенка акушерке, снял рубашку. Чан помог уложить салфетку. Хёнджин начал осторожно похлопывать малыша по спинке, и вдруг раздалась громкая отрыжка. Все мемберы издали умиленное «о-о-оу». — Он уже напоминает мне Хёнджина, — хихикнул Ли Ноу, не сводя глаз с ребенка. Закончив, Хёнджин нежно прижал сына к себе и поцеловал в макушку. Малыш уютно устроился у него на шее. Феликс едва не расплакался снова — Хёнджин уже был потрясающим отцом. — Аппа любит тебя, малыш. Ты и мама — моё всё. Феликс всё-таки расплакался. И.Н сел рядом и обнял его. Феликс обнял его в ответ. Всё болело, но это не имело значения, потому что теперь у них был сын. Это перекрывало всё. — Можно нам подержать? — спросил Чанбин. Феликс улыбнулся: — Конечно. Вы все его дяди. Малыша передавали из рук в руки, и каждый мембер мгновенно в него влюблялся. Когда очередь дошла до Чана, он прошептал: — Мы тебя так разбалуем, маленький... — Самый юный участник Stray Kids! — сиял Сынмин. Стэй сойдут с ума, когда узнают о рождении ребенка Хёнликсов. Это было начало их новой жизни втроем. И им не терпелось её начать.