Лепестки Сакуры на Стали

Обратный отсчет и «тихий» протест ​Через неделю после инцидента с Ренджи обстановка накалилась до предела. Совет Сорока Шести прислал официальный свиток: церемония должна состояться через три дня. Мотивировали это «нестабильностью феромонов нового омеги», но Ичиго был уверен — они просто хотят поскорее запереть его в золотую клетку. ​Бьякуя стал появляться в покоях Ичиго чаще. Его визиты напоминали инспекцию на военном объекте. ​— Через три дня ты наденешь традиционное белое широмуку, — холодно произнес Бьякуя, наблюдая, как Ичиго демонстративно ест лапшу быстрого приготовления, которую ему тайком пронес Кон. — И я требую, чтобы во время обряда ты молчал. Твои комментарии о «нелепости традиций» перед лицом Совета будут расценены как позор клана. ​Ичиго громко хлюпнул бульоном и вытер рот рукавом дорогого юката, заметив, как у Бьякуи дернулся глаз. — Белое платье? Ты издеваешься? Я тебе что, невеста из комиксов? — Ичиго швырнул палочки на стол. — Послушай, Кучики, я согласен не сбегать только ради Рукии и мира во всем мире, но не жди, что я буду кланяться каждой твоей тени. ​Бьякуя медленно подошел к нему. Запах клубники за неделю стал гуще, слаще, он буквально пропитывал стены, и Бьякуе стоило огромных усилий сохранять свою ледяную маску. Его инстинкты Альфы кричали, что этого строптивого мальчишку нужно не этикету учить, а... приструнить. ​— Ты наденешь то, что положено, — Бьякуя наклонился, упираясь руками в стол по обе стороны от Ичиго. — И если ты попробуешь выкинуть какой-нибудь фокус с дезодорантом или грязными шутками, я клянусь... я применю Бакудо прямо у алтаря. ​— Ой, напугал! — Ичиго вскочил, оказавшись лицом к лицу с капитаном. — Ты меня ненавидишь, я тебя бешу. Идеальный брак, не надейся на тихую жизнь! Последняя примерка ​За день до свадьбы в поместье наступил хаос. Портные, парикмахеры и старейшины кружили вокруг Ичиго, как коршуны. Тот факт, что «невеста» то и дело пыталась уйти в Сэнкеймон или хотя бы спрятаться на крыше, никого уже не удивлял. ​Бьякуя вошел в комнату, когда Ичиго как раз пытался отодрать от своей головы сложный парик. ​— Оставь его в покое, — приказал Бьякуя слугам. Те мгновенно испарились. ​Ичиго стоял посреди комнаты в нескольких слоях шелка. Он выглядел... непривычно. Белый цвет подчеркивал его яркие волосы и золотистую кожу. Бьякуя на мгновение замер. Несмотря на всё раздражение, он не мог отрицать — Ичиго был прекрасен. В этом и была проблема. ​— Смотришь, как на экспонат? — огрызнулся Ичиго, безуспешно пытаясь поправить воротник. — Давит везде. Как вы в этом вообще ходите? ​Бьякуя подошел сзади. Его длинные пальцы коснулись затылка Ичиго, поправляя тяжелую ткань. Ичиго замер, чувствуя, как по телу пробежал странный ток. — Не вертись. Ты только больше запутываешь ленты. ​— Мне не нужно твоё одолжение, — пробурчал Ичиго, но почему-то перестал дергаться. ​— Завтра всё изменится, — тихо произнес Бьякуя, его голос вибрировал у самого уха Ичиго. — После того как мы выпьем саке, ты официально станешь Кучики. Ты понимаешь, что это значит? Это не просто имя. Это связь. Твоя реацу соединится с моей. ​Ичиго сглотнул. Он не знал этого. Рукия говорила о «связи», но он думал, что это просто красивые слова. — И что, я стану твоим ручным шинигами? ​— Нет, — Бьякуя на мгновение сжал его плечи, и Ичиго почувствовал, как запах сандала Альфы мягко подавил его клубничный аромат, обволакивая защитой. — Ты останешься таким же невыносимым. Но ты будешь моим невыносимым супругом. ​Ичиго резко обернулся, его глаза сверкали. — Не надейся на покорность, Бьякуя. Я буду действовать тебе на нервы до скончания веков. ​— Я в этом не сомневаюсь, — почти незаметно усмехнулся Бьякуя (хотя Ичиго мог поклясться, что ему показалось). — Иди спать. Завтра тяжелый день. Утро Церемонии ​День свадьбы встретил Сейрейтей проливным дождем, который, впрочем, мгновенно прекратился, стоило Бьякуе выйти из своих покоев. Всё поместье было украшено белыми цветами. Капитаны Готея-13 в полном составе собрались в главном зале. ​Ичиго вели под руки, как особо опасного преступника. Он выглядел великолепно и крайне недовольно. Когда он увидел Бьякую в парадном хаори, стоящего у алтаря, его сердце предательски пропустило удар. ​Бьякуя выглядел безупречно. И впервые в его взгляде, направленном на Ичиго, не было холода — только странное, напряженное ожидание. ​Когда они сели друг напротив друга для обряда Сан-сан-кудо (обмена чашечками саке), Ичиго прошептал так, чтобы слышал только Бьякуя: — Если это саке невкусное, я его выплюну прямо в Совет. ​Бьякуя даже не дрогнул, но его пальцы, принимавшие чашу, чуть сильнее сжали фарфор. — Только попробуй, — так же тихо ответил он. ​Они выпили первую чашу. Вторая. Третья. С каждым глотком Ичиго чувствовал, как его реацу начинает странно пульсировать. Клубничный запах вспыхнул с новой силой, смешиваясь с запахом сандала Бьякуи. По залу пронесся шепот — все присутствующие Альфы почувствовали, как установилась связь. ​— Куросаки Ичиго... теперь Кучики Ичиго, — провозгласил старейшина. ​Ичиго вздрогнул от новой фамилии. Он посмотрел на Бьякую и увидел, как тот медленно выдыхает, будто сбрасывая груз. ​— Ну что, «муж», — Ичиго дерзко вскинул голову, когда они поднялись. — Теперь-то ты вернешь мне мой дезодорант? ​Бьякуя посмотрел на него сверху вниз, и в глубине его глаз зажегся огонек, которого Ичиго раньше не видел. — Нет. Теперь мне нравится твой естественный запах. Пойдем, нас ждут поздравления... и твоя первая брачная ночь в качестве Кучики. Постарайся не разнести поместье до рассвета. ​Ичиго покраснел так, что стал похож на спелую клубнику. — ЭЙ! Ты на что это намекаешь?!