Его тихий шторм

Глава 11.

— Всё, это последний. — Чонгук затаскивает чемодан в квартиру и закрывает за собой дверь, устало оседая на пуфик в коридоре. — Устал? — Чимин с виноватым видом становится рядом, запуская руку в черные волосы. — Не-а — мычит Гук, наслаждаясь нежными прикосновениями. — Сейчас посижу так немного, и станет легче. — Прости — говорит Пак, и пальцами проминает кожу. — Я и приготовить ничего не смогу. Продукты там остались. — Заказать тебе доставку? — спрашивает Чон и, почувствовав заминку в своих волосах, приоткрывает один глаз. Лицо Чимина выглядит спокойно, но на дне глаз что-то мелькает, правда он пока не понял что. — Не, — мотает парень головой, стараясь скрыть разочарование. Так не хочется быть одному в первую же ночь в этой квартире. И это очень странно, он привык быть один и раньше это совершенно не беспокоило. Может, дело в Чонгуке, и, узнав каково это просыпаться с ним, Чимину больше не хочется спать одному. — Я в кафе плотно поел. — Хорошо — кивает Чонгук. Он хотел найти повод остаться, а поздний ужин, чем не отличный повод? Но Чимин решил иначе, а предложить напрямую вроде как и неудобно, может Чимин хочет побыть один. Поэтому, Чонгук встает с пуфика и неловко мнется на пороге. — Ну, я тогда пойду? — говорит он, а в голове мыслями бьется «Останови!» — Ну да, — кивает Чимин, — Уже поздно. — А в голове мысль «Останься». — Да, завтра на работу, — соглашается Чонгук. «Не хочу спать без тебя» — остается недосказанным. — Да, день был насыщенным, надо отдохнуть. — Кивает Чимин, стараясь казаться невозмутимым. — Ты это, позвони, если что — говорит Чонгук. — Угу — кивает Пак, — И ты. — Ладно, пока. — Они чмокают друг друга в щеку, и откуда взялась эта неловкость?! — Пока — говорит Чимин, глядя вслед вышедшему Чонгуку. Душа так и просит остаться, успевшего стать близким человека, но Чонгук и так сделал так много для него, что напрягать еще больше не хочется. — Лифт долго едет — говорит Чонгук, неуклюже качаясь. Он так смущен не был никогда в жизни. — Дом многоэтажный — говорит Чимин, стараясь держать лицо. Лифт с характерным звуком открывает двери и Чонгук, взглянув на Чимина, говорит: — Доброй ночи, Мини! — Доброй ночи, Гуки! — негромкое в ответ. Чимин слышит, как закрывается дверь лифта и выдыхает. Он так надеялся, что Чонгук останется на ночь и они, возможно, попробуют что-то еще, а потом утром проснутся и вместе где-нибудь позавтракают. Но Чонгук уехал, а квартира стала пустой, будто Чонгук заслонял ее своими широкими плечами. Он прошел в гостиную, где возвышалась груда его вещей, и пальцем провел по чемодану с кодовым замком. — Тебя бы вообще стоило выкинуть — сказал он вслух. Взявшись за ручку чемодана, завёз его в спальню. Колесики противно лязгают по паркету, отвлекая хозяина от мыслей о Чонгуке. Он подходит к окну и раскрывает серые занавески. Окна квартиры выходят на дорогу, поэтому двор уже не видно. Интересно, Гук уже уехал? — Конечно — сам себе говорит Чимин. Он крутит телефон в пальцах и набирает номер, сразу сбрасывая звонок. Незачем ебать Чонгуку мозги, это ни к чему не приведет, он уже на пути к дому. Чимин облизывает пересохшие губы и, решив, что нужно попить, возвращается к вещам. Где-то среди пакетов находится необходимая жидкость. На глаза попадается кожаная куртка Гука. Чимин снова крутит в пальцах телефон. Не будет же странным, если он позвонит Чонгуку, и скажет, что тот забыл у него куртку? Да нет, просто сообщит, а завтра он заберет у него на работе. Чимин набирает номер и нервно закусывает губу. — Да? — Чонгук сразу снял трубку, будто ждал звонка. — Чонгук — говорит ему Пак. — Я сейчас разбирал вещи и тут твоя куртка. — И почему он запинается? Раньше не было проблем с речью. — Ты, наверное, случайно ее прихватил с заднего сиденья. — Точно — соглашается Чонгук. — А я думаю, почему на улице так холодно? А это я куртку забыл, растяпа. — Растяпа — повторяет Чимин. Они молчат, тяжело дыша в трубку. — Я возьму с собой на работу, а ты можешь забрать там, — Пак замолкает — если приедешь, конечно. — Конечно, приеду. — Отвечает Гук. — Ладно — говорит он, не желая мешать, но и прощаться тоже не хотелось. — В квартире не холодно? — спрашивает Чонгук, явно не желая прерывать разговор. — Холодно, — быстро отвечает Чимин. — Может, отопление включишь? — предлагает Гук. — Я не спросил как, — мнется Пак, — А спрашивать неловко. — Ну да, уже поздно. А может, я…? — Чонгук запинается — Посмотрю? — А ты разбираешься в отоплении? — это становится похожим на флирт или у Чимина окончательно съехала крыша. — Не-а, — говорит Чонгук, — Но я знаю хорошие способы согреться! — внизу живота начало тянуть, а член заинтересовано дернулся. — Да? например? — Паку однозначно нравится эта игра. — Если не сильно холодно, то можно выпить чай. — Тон Чонгука завораживающий. — А если сильно? — спрашивает Чимин. — Тогда, я где-то читал, что нужно раздеться догола и для лучшей герметизации тепла, лечь под одно одеяло — Чимин нервно сглатывает — А потом тереться телами друг о друга, разгоняя кровь. — Гук-и, мне так сильно холодно, — тихо говорит Чимин, отчего его голос кажется Чонгуку мурлыканьем. — Мини — выдыхает он — Открой дверь, я здесь. Чимин, не успевая удивиться, бежит к двери, сразу же ее распахивая. На пороге стоит Чонгук с черными глазами. — Ты чего…? — не договаривает Чимин, когда Гук делает шаг и заходит в квартиру, прикрыв дверь. Пак внутри распадается на осколки из-за того, что Чонгук снова здесь. — Я не мог оставить тебя мерзнуть — говорит он. — Правда? — на губах Чимина играет легкая сексуальная усмешка. — Я очень замерз, Гуки … — он нежно прикасается к губам Чонгука, обвив руками крепкую шею, — И у меня есть одеяло. Чонгуку дважды повторять не надо, он слегка наклоняется, чтоб обхватить чужие ягодицы и легко, будто Чимин и вовсе ничего не весит, поднимает, заставляя обхватить свою талию ногами. Чимин ойкает в чужие губы, сразу же простонав, когда чужой юркий язык сталкивается с его. Чонгук несет Чимина в спальню, забыв снять обувь. Они самозабвенно целуются, наслаждаясь близостью друг друга. — Я думал… — с придыханием шепчет Чимин, пока Чонгук отпустил его губы и целует шею — Что ты уже уехал. Сначала в ванную — командует он, меняя траекторию. — Я не смог… — также тяжело дышит Чонгук, — Хотел найти причину остаться. — Он опускает Чимина на холодный кафель и стягивает с себя ботинки, небрежно откидывая их в сторону. — Тебе не нужна причина остаться, — говорит Чимин, стягивая с себя футболку и, бросая в сторону. Туда же летят джинсы и вещи Чонгука. — Я думал, ты не хочешь. — Чонгук вновь прижимает к себе уже голое тело и страстно целует. — Я хочу… Очень хочу. Не отрываясь друг от друга, они попадают в душевую кабинку. Чимин разрывает поцелуй, чтоб настроить воду, как сразу в его спину впечатывает широкая грудь, а между половинок проходится член. Хочется заскулить от того, насколько хочется Чонгука внутри. Но, к сожалению, они оба мужчины и к сексу надо готовиться. — Ты такой вкусный — шепчет Чонгук, покрывая шею Чимина поцелуями, пока тот разбирается с новыми кнопками. — Я хочу тебя — шепот превращается в рык, а потирания становятся всё более активными. И, казалось бы, надо испугаться, что он не подготовлен, не растянут, но так похуй, что Чимин прогибается в спине и всё же находит нужную кнопку. Прохладная вода льется сверху, покрывая разгоряченные тела мурашками. Чонгук легонько толкает Чимина к стеклянной стене и встает на колени, шире расставив чужие ноги. — Чонгук, я не готов… Ах! — Пак еле удерживает равновесие, когда его ногу сгибают в колене и поднимают, после чего он чувствует горячий язык на внутренней коже бедра. — Что ты творишь? — он откидывает голову назад, сильнее выгибаясь в спине и подставляя ее под струи воды. Чонгук пристраивается ближе и засасывает в рот одно яичко, шумно чмокая. Он играет с ним языком, после продолжая свои манипуляции, уже с другим. — Гук — стонет Чимин, продолжая держаться за стенку душевой. Чонгук лижет нежный шов между яичками и, проведя пальцами между двух половинок, заменяет их языком. Звонкий стон отбивается от стен душевой, оседая сладкой патокой внутри Чонгука. Язык не пытается проникнуть внутрь, просто широкими мазками от яичек до копчика доводит Чимина до сорванного голоса и тихих всхлипов. Это так чертовски хорошо, так чертовски необходимо… Чонгук обхватывает истекающий смазкой член Чимина, опускает его ногу и второй рукой резко шлепает, заставляя сильнее прогнуться в спине. Поза ужасно неудобная, все конечности затекают, но звонкие стоны Чимина стирают всё. Его малыш такой нежный и отзывчивый, а еще гладко выбритый и безумно вкусный. Чонгук снова посасывает яички и двигает рукой на члене. Второй рукой, он обхватывает свой колом стоящий член и дрочит им обоим в такт. Чимину достаточно пары движений рукой, как его член начинает вибрировать, и теплая сперма пачкает руку Чонгука и стеклянную стенку. Он руками сильно вдавливается в холодную поверхность, еле удерживая себя на ногах. Чонгук поднимается на ноги и наваливается сверху, от чего соски Чимина сразу твердеют, сталкиваясь с холодной поверхностью. — Тебе понравилось? — хрипит Чонгук, оглаживая мягкие половинки. — Безумно — Чимин облизывает пересохшие губы. Он только сейчас заметил, что Чонгук продолжает гладить свой член. — Я помогу — говорит он и хочет повернуться, как его припечатывают обратно. — В следующий раз, я хочу брать тебя здесь также, — горячий шепот смешивается с шумом воды и Чимин покрывается мурашками. — Я сначала вылижу тебя, оттрахав твою сладкую дырочку своим языком. — Этот самый язык проходится по шее Чимина, — А после войду в тебя и буду входить так, что твои ноги перестанут тебя держать, и тогда — Чонгук продолжает дрочить, касаясь головкой гладкой кожи ягодиц — я возьму тебя на руки и буду трахать на весу, так как ты и хотел. Ты этого хочешь? — Даааааа — стонет Чимин. Он готов проклясть себя за то, что не подготовился и Чонгук не может осуществить это всё сегодня… сейчас. Член снова наполняется кровью, потираясь горячей головкой о стекло душевой. — Сколько всего я хочу с тобой сделать, Мини! — Господи, Чимин может кончить только от того, как красиво звучит это ласковое прозвище из этих сладких губ. — Так, сделай — шепчет Чимин. — После того, как ты согласишься, стать моим, — говорит Чонгук, кусая плечо. — Я и так твой — парирует Пак. Он чувствует себя, принадлежащим Чонгуку полностью, и это с ним впервые. — Я хочу сделать всё правильно — горячий шепот, пускает мурашки. — Какие твои любимые цветы? — спрашивает он, и, заметив, как Чимин трется о стекло пахом, просовывает руку, дотрагиваясь до чужого полностью стоящего члена. — Белые фрезии — стонет Чимин. — Я таких не знаю, но обязательно найду и подарю их тебе — улыбается Чонгук. — А после свожу в ресторан и предложу быть моим. И вот, после этого, я сделаю с тобой всё, что обещал. Потому что мы оба будем этого хотеть, да? — Чонгук целует плечо, продолжая быстро надрачивать им обоим — Скажи, что хочешь… — Я хочу тебя — стонет Чимин и Чонгук, прикрыв глаза с глухим стоном кончает, пачкая чужие бедра. Пак чувствует теплые следы удовольствия на своих ногах и снова сдается, обильно пачкая чужую ладонь. Чонгук тяжело дышит, уткнувшись между лопаток Чимина. — Охуеть — шепчет он. Такой яркий оргазм. — Ага — соглашается Чимин. — Меня ноги не держат, понятия не имею, как принять душ. — Я помогу — усмехается Чон, — Это же моя вина. Чимин позволяет Чонгуку позаботиться о себе и полностью отдается умелым, мыльным рукам, скользящим по его телу, понимая, что он в безопасности.                                                 *** Утро встречает Чонгука тихим сопением Чимина, прямо в ухо. Парень обхватил его всеми конечностями со спины и мило прижимает к себе. Жарко неимоверно, но все равно приятно. Разумеется, вчера Чимин соврал про отопление, в квартире жара. Как же он вчера обрадовался звонку Чимина. Спустившись на лифте, он прислонился к подъездной двери и судорожно искал повод вернуться. Чонгук не привык просыпаться с кем-то, выпроваживая всех, даже тех, с кем был в отношениях. Но Чимин… это совсем другое. Что-то на другом уровне чувств. С ним Чон, даже не задумывается, чтоб уйти, странно да? А вот Чонгук так не думает. Он знает, что Чимин — особенный для него во всем. Поэтому, и хочется сделать всё правильно. Он еле сдержался вчера, чтоб наспех не растянуть эту прекрасную дырочку и наконец-то войти в горячее нутро и даже, отсутствие подготовки его бы никак не остановило. Он Чимина хочет любым и всегда. Сумасшествие какое-то! Как бы там ни было, он сегодня же попросит Джи найти букет фрезий и сводит на свидание, а после будет долго и со вкусом втрахивать в этот матрас, показывая кому теперь он принадлежит. Вчерашний инцидент слегка выбил его из колеи. После двух ударов, отправивших амбала в нокаут, Чонгук призадумался, а ведь он действительно ничего не знает о Чимине. Он видит милого мальчика, которого хочется защитить и уберечь от всех невзгод. А на самом деле, Чимин — сильный и стойкий мужчина. Что-то подсказывает Чонгуку, что говна он вкусил немало за свою жизнь, продолжая бороться. — Мой воин — шепчет Чонгук, убирая светлую прядь с лица. Чимин мило причмокнул губами и нахмурился, сразу же расслабляясь. «Что же снится тебе, мой ангел?» — подумал Чонгук и осторожно, выпутавшись из крепких объятий, нацепил на себя джинсы и футболку, накинул на плечи куртку и, взяв со стола ключи, тихо покинул квартиру, стараясь не разбудить хозяина. Утренняя прохлада пробирается под куртку, пуская неприятные мурашки по телу. Чонгук ежится, оглядывая стоянку. Холодная машинка одиноко стоит под деревом и Чонгук, пиликнув кнопкой блокировки, садится на свое место. Он вытаскивает из кармана телефон и вбивает в поисковике адрес ближайшей пекарни. На экране высвечивается несколько адресов, один из которых, он хорошо знает. Это около дома Джина, там вкусная выпечка. Чон заводит машину и выезжает со двора, сверяясь с навигатором. Недалеко, до пробуждения Чимина должен успеть. Вооружившись несколькими десертами, и двумя горячими синнабонами, Чонгук покупает кофе Чимину и чай себе. Он укладывает стаканы в подстаканники и осторожно трогается с места. Завтрак для самого драгоценного готов. Поднявшись на этаж, Чонгук хмурится, замечая фигуру с большим количеством коробок в руках. Девушка или мужчина, при таком освещении и позе не понять, склонился пополам, укладывая коробки у дверей Чимина. — Эй — грозно говорит Чонгук, привлекая внимание. Нарушитель выпрямляется и тихо, выругнувшись себе под нос шипит: — Что ж ты так… — девушка замолкает и во все глаза смотрит на босса. — Джи? — спрашивает он, широко раскрывая глаза. — Чонгу… Мистер Чон — исправляется она. — Ты что тут делаешь? Я тебя за грабителя принял! — грозно шепчет Чонгук. Как вообще такое возможно? — думает девушка — Грабитель, который оставляет коробки под дверью? — хихикает она. — Если знаете таких, отправьте ко мне. — Не язви — огрызается Чонгук — Что это? — он головой указывает на коробки. — Это ваша просьба — говорит она тоном, будто объясняет малолетке. — И как ты это отдашь? — удивляется Чонгук, глядя на внушительное количество коробок. — Никак — пожимает она плечами. — Просто, ему привезет доставка, а я потом объясню, когда он позвонит, что это вещи для парня сестры, которые она отправила ему в подарок. — И как это заставит его принять эти вещи? — удивляется Чонгук. — Ну так с парнем сестра рассталась, потому что он ей изменил, а я скажу Чимину выкинуть всё, что есть или если что-то подойдет оставить себе. — Джи улыбается, глядя в расширившиеся глаза Чонгука. — А — тянет он. — И что возьмет? — Зуб даю — улыбается девушка. — А что это вы здесь делаете ни свет, ни заря, господин Чон? — ехидно спрашивает девушка. — Не твое дело — огрызается тот. Джи ничего не отвечает и Чонгуку становится совестно, что он грубо ответил. — Джи, парень сестры реально ей изменил? — решается быть внимательным к проблемам в семьях сотрудников. Рядом с Чимином хочется быть лучше. — Мистер Чон, у меня нет сестры, — надменно улыбается девушка. Да уж, Чонгук никогда хорошим не был, вот и пытаться не стоит. Он кивает и разворачивается, направляясь к двери. Девушка, помахав рукой, нажимает на кнопку лифта. — Джи — тихо зовет он. — Да, Господин Чон — отзывается девушка. — Три — он внимательно смотрит на недоумевающее лицо. — В смысле? — Три премии — расплывается в улыбке Чонгук. — Всегда пожалуйста, Мистер Чон — Джи заходит в лифт, а Чонгук в квартиру. Он сделает вид, что не видел коробок и не имеет к ним никакого отношения. Джи просто гений.