Его тихий шторм

                                                Глава 21 С каждым словом Чонгука, выражение лица Чимина становилось более хмурым. Он внимательно слушал своего мужчину и не мог поверить, что тот сделал это всё за его спиной и продолжал молчать. — Я хотел рассказать правду, но боялся, что ты уйдешь, — заканчивает Чонгук свое длинное признание, обнажая душу перед любимым. — Значит, сейчас не боишься? — горько усмехается Чимин. С одной стороны он чувствует облегчение, что любимый ему не изменял, но с другой стороны… — Если ты решишь уйти, то хотя бы не из-за уверенности, что я изменил. Потому что я бы никогда не поступил так с тобой. Мне нужен только ты, Мини. — Чонгук кладет свою руку поверх руки парня, согревая своим теплом. Телесный контакт для них обоих стал спасением. Чонгук, хоть и вырос в любящей семье, не был особо тактильным. А Чимину, росшему с холодной матерью тактильность была чужда, не смотря на любовь, которую он получал от бабушки с дедушкой. Их потребность в прикосновениях друг к другу казалось странной, но жизненно необходимой. Вот и сейчас тепло Чонгука согревает, хотя и ощущается как-то странно, не так как раньше. Чимин медленно поднял взгляд, изучая лицо Чонгука, будто видел впервые. Его кофейные глаза, обычно полные тепла, сейчас выражали холодное недоверие. — Ты говоришь, что хотел меня удержать — негромко говорит он. — Почему не сказал? Почему в самом начале не рассказал, что ты — новый владелец? Что ты снял квартиру, что Джи твоя помощница и это она нашла для меня квартиру. Я так понимаю, слезливая история про ее сестру тоже ложь… Как и скорее всего сама сестра… Боже! — Чимин встал со своего места и вплел пальцы в светлые волосы. Вся эта ситуация кажется сюрреалистичной. Как сценарий какой-то дешевой дорамы, или тизер к сказке о Золушке. Вот только Чимин не золушка. Он взрослый мужчина, способный самостоятельно решать свои вопросы и проблемы. — Мини, послушай — говорит Чонгук и встает следом, — Я понимаю, это звучит ужасно. Но я боялся. Боялся, что ты уедешь, и я потеряю тебя, пойми. Блин, я влюбился в тебя, ты же сам знаешь. Я бы сошел с ума, если бы даже не попытался тебя остановить. — Потерять меня? — Чимин смотрит в пол, усмехаясь. — Почему сразу не рассказал, если так боялся? — А ты бы позволил? Ты бы согласился, чтоб я помог открыто? — фыркает Чонгук. — Да никогда. Ты лучше бы вернулся в Пусан, чем позволил помочь себе. Да ты же во всем такой. Ты не даешь заботиться о себе, всё время рычишь, когда я пытаюсь что-то сделать для тебя. — Поэтому ты решил, что манипулировать мной будет правильным решением? — Чимин всё же поднимает взгляд. — А помощь — это манипуляция? — злится Чонгук. — Я бы и дальше не рассказывал тебе ничего, если бы ты не застал здесь Джи и не подумал, что я с ней сплю. Черт, Чимин! — Чонгук разворачивается и направляется на кухню, чтоб выпить воды и хоть немного остудить разгорающуюся внутри злость. Он слишком уставший и нервный, чтоб вести эти разговоры, в довершении к тому, ему приходится еще и оправдываться за то, что он хотел помочь тому, кто ему нравится. — Ты не хотел манипулировать, но что потом, Чонгук? — Чимин идет за ним — Что, если бы я всё-таки уехал? Ты не думал, что если кафе, за которое я держусь станет твоим, то это самый простой способ меня удержать? Не верю! Ты отличный бизнесмен, Чон, и отлично знаешь, что делаешь. — Чимин бросается обвинениями, чем злит Чонгука. Но самое страшное, что он прав. Чонгук задумывался о том, что покупка кафе — это не просто способ удержать, но и способ привязать Чимина, быть к нему ближе, если по-другому не сработает. Но Пак сам потянулся к Чонгуку, и играть грязно не пришлось, хотя такие мысли были, и раз он тут решил быть честным, то смысла скрывать это уже нет. — Скажи, что покупка кафе не была способом управлять моей жизнью, Чонгук. Чимин стоит напротив Чонгука, ожидая ответа. Он давит своими словами и взглядами и Чонгук сдается. Он слишком устал сегодня, чтоб держать удар. — От части, ты прав, — кивает Гук и делает глоток воды из бутылки. Прохладная жидкость слегка остужает бурлящую кровь. — Это не страх потери, Чонгук, — это контроль. — Это неправда! — машет головой Чонгук. — Точнее, правда, но только отчасти. Я — бизнесмен, Мини — он говорит спокойнее, стараясь взять себя в руки. — И ты тоже. Мы обязаны просчитывать риски. Да, мне было страшно признаваться тебе, зная твой характер и любовь к независимости. Но риск потерять тебя был намного страшнее. Вероятность сохранить отношения, если ты узнаешь про мой обман, а точнее вклад — намного выше, чем вероятность построения отношений на расстоянии. Находясь в одном городе, нам сложно выкраивать время друг для друга, а представь, что было бы, если бы ты вернулся в Пусан. Скорее всего, я бы больше никогда тебя не увидел. — Чонгук делает шаг, приближаясь к своему любимому. Он опускает руки на напряженные плечи, сжимая пальцы, но не причиняя боли. — Этот город стал бы пустым без тебя. А ты… ты мог бы стать счастливым в другом месте, без меня… Ты мог бы и не узнать меня, мог бы никогда не стать частью моей жизни. И да, я поступил некрасиво, обманув тебя и не признавшись потом. Но хочешь честно? Я не жалею и если бы нужно было поступить так снова, чтоб быть с тобой, я бы это сделал. — То есть, ты даже мысли не допускал, что я могу справиться без тебя? — Чимин смотрит в черные глаза, и разочарование разливается по венам. Неужели Чонгук тоже не видит в нем мужчину? Не видит равного, который сможет справиться без чужой поддержки? — Ты вообще помнишь наш разговор в кафе? — злость снова разгорается внутри. — Мини, у тебя не было других вариантов. Ты собирался ехать в Пусан и оставить здесь все. Не было у тебя никакого другого плана. — Зато, у тебя всегда есть, Чонгук! — Пак скидывает руки со своих плеч. Горечь обиды и разочарования затапливает его. Даже его самый близкий человек не верит в него, не видит в нем личность. — Что ты хочешь от меня услышать? — устало спрашивает Гук, — Ты хочешь, чтоб я сказал, что это был единственный шанс удержать тебя? Да, это был он, и я не жалею. Если ты прекратишь накручивать себя и посмотришь на всё с моей точки зрения, то увидишь, что это было правильным решением. — Чонгук отходит от Чимина и садится на диван. Этот разговор вымотал его окончательно. — Как мне доверять тебе, Гук? — тихо спрашивает Чимин. — Как мне чувствовать себя равным в отношениях? Я и так переживаю из-за твоего статуса, а тут еще выясняется, что все мои успехи — это твоя заслуга. Я говорил, что справлюсь сам, но ты находил способ сделать так, как хотел ты, не обращая внимания на мои слова и чувства. — Ты так говоришь, будто я что-то у тебя отнял. Не неси хуйни, пожалуйста. — Чонгук устало трет переносицу и морщится от внезапной головной боли. — Ты отнял у меня возможность чувствовать себя равным, — говорит Чимин. — Разве? — Чонгук поднимает взгляд черных глаз, в которых плещется раздражение. — Я никогда не попрекал тебя тем, что где-то смог помочь. Я никогда ни словом не обмолвился, что в чем-то есть моя заслуга. Я просто оставался рядом и радовался вместе с тобой твоим маленьким победам. Знаешь что? Если ты сам не считаешь себя равным, то разбирайся со своей головой самостоятельно, а не еби мозги мне. — Чонгук отворачивается и смотрит на свои пальцы. Эти слова звучат с таким непривычным холодом, что для Чимина они становятся пощечиной. Он грустно усмехается и, не проронив больше ни слова, выходит из комнаты, оставляя Чонгука одного. Всё, что сказал Чонгук — правда. Чимин сам не чувствует себя равным, но слышать это из уст любимого человека очень больно. Он выходит из квартиры, прикрывая за собой дверь. Хлопать не хочется, не хочется громких слов, всё что было сказано, пусть навсегда останется в этой квартире, жаль что не получилось сказать того, зачем он приехал. Чонгук откидывается на диван и прикрывает глаза. Не надо было так грубо разговаривать с любимым человеком. Но он тоже не железный. Японцы нервируют уже месяц, то и дело, оттягивая подписание договора, Чонгук со всех сторон чувствует давление, а тут еще Чимин, сначала обвинил в измене, потом в манипуляции и контроле. В чем еще виноват Чонгук? Он забыл, когда в последний раз расслаблялся и последнее, что ему нужно это вынос мозга. Если Чимин хочет пообижаться, пусть обижается, Чонгук сказал правду, если бы нужно было сделать это снова, он бы не колебался.                                                       *** Тэхен развалился на диване, разминая собственные мышцы. Тело горело после долгой тренировки и ему срочно требовался горячий душ. Но это всё могло подождать, когда рядом сидел расстроенный лучший друг. Чимин позвонил ему час назад и звучал таким разбитым, что друг испугался не на шутку. Понять, что именно произошло не получилось, но одно понятно наверняка, — они с Чонгуком поссорились. И судя по реакции Пака, весьма основательно. — Чимини — зовет тихо Тэхен, притащив с кухни холодное пиво и пару пачек снеков. — Расскажешь, что случилось? — спрашивает он, снова усаживаясь рядом. — Я такой никчемный, Тэ-Тэ — тихо говорит парень, заставив Тэхена превратиться в одно большое ухо, чтоб разобрать, хоть слово. — С чего это? — приподнимает бровь Ким. — У тебя своё кафе и дело идет в гору, тебе есть где жить, у тебя классные отношения, — на этом моменте Тэхен хмыкает. — Что за мысли, Мини? Чимин отпивает глоток и морщится от неприятного вкуса, разливающегося по пищеводу. — Помнишь историю продажи кафе? — спрашивает он, не глядя на друга. — Ну да, — кивает Ким, смутно что-то припоминая. — Его купила какая-то крупная фирма вроде. — Ага, — соглашается Чимин, не моргая глядя в одну точку перед собой. — Его купил Чонгук. — Говорит он и снова отпивает глоток. — Да ну? — охает Ким. — Этого я не знал. — И я — снова кивает Чимин. — И квартиру снял мне он, как оказалось, тоже. И моя липовая арендаторша — его ассистентка. И вообще всё, что у меня есть, принадлежит Чонгуку, как выяснилось. — Уау — тихо выдыхает Тэхен. — Расскажи подробнее, — просит Тэхен и Чимин рассказывает всё, что узнал от Чонгука. Друг сначала молча слушал, потом удивленно округлял глаза, а под конец разозлился. — Погоди, — останавливает он Чимина, не на шутку развернувшего полемику о том, что Чонгук не считает его равным и не уважает, как партнера, мужчину и т.д. — То есть ты сейчас такой убитый из-за того, что Чонгук купил кафе и арендовал квартиру? — спрашивает Тэхен. — Да… то есть нет… — говорит Чимин. — Я злюсь, потому что он не считает меня мужчиной. — А кем он тебя считает, женщиной что ли? — приподнимает бровь Тэхен, окончательно теряя мысль Чимина. — Нет, блядь, Тэ — возмущается Чимин, — Хоть ты не тупи. Он просто пытался контролировать меня, понимаешь? — Нет, не понимаю! — отвечает Ким. — Я не понимаю, что ты видишь такого криминального в том, что сделал Чонгук? — Ты шутишь сейчас? — зло смотрит Чимин на друга. — Он врал мне, скрывал, что он купил кафе, чтоб я остался. Он не дал мне возможности справиться самому, и я… — Бля, куда тебя несет? — спрашивает Тэхен, перебивая монолог друга. — Какой на хуй справиться, и о каких возможностях речь? Чимини, ты буквально собирался возвращаться в Пусан, ты отказался от моей помощи и отказался бы от его, если бы он предложил. Да в этом же весь ты. Чонгук помог тебе остаться и продолжить заниматься любимым делом, а ты обвиняешь его в каких-то грехах. — Ты считаешь, что врать мне, это нормально? Он не сказал, что я фактически живу и работаю у него. — Парирует Пак. — Ну, чисто технически, он тебе не врал, он не сказал, так как с твоей стороны никакого вопроса по этому поводу ранее не поступало, — спокойно отвечает Тэхен, начиная закипать внутри. — А во- вторых, что с того, что он арендовал эту квартиру? Ты же платишь налоги? — Чимин кивает. — Я помню, что вчера ты оплачивал свет и всё остальное, а значит чисто технически, вы просто делите расходы, как делают те, кто живет вместе. Я искренне не понимаю твоего возмущения. — Блядь, ты–то на чьей стороне? — Чимин вскакивает и меряет комнату шагами. — Я на твоей, Мини, а так же на стороне здравого смысла, но ты не прав. — Ким держится из последних сил, чтоб не наорать на своего, слишком свободолюбивого друга. — Чонгук любит тебя и делал это всё ради тебя. Он же не попрекал тебя тем, что купил… — Да вы блядь сговорились что ли? — рычит Чимин. — Он обманул и предал меня. — Так ну всё, — низким голосом говорит Ким, — Я честно пытался быть спокойным, но ты меня заебал. — Он вскакивает на ноги, приближаясь к другу. — Слушай сюда, ты, самостоятельная жопа! Перед тем, как появился Чонгук, ты был в натуральной заднице, потому что твой бывший ублюдок высосал тебя в ноль. Тебе напомнить, что ты не жрал сутками, чтоб оплачивать его хотелки? Напомнить, бля? Или ты сам включишь свой мизерный мозг и начнешь соображать. Чонгук сделал для тебя это все, потому что ты был на дне. Ты может уже забыл в каком клоповнике ты жил и платил за это? Напомнить тебе постоянные поползновения по ночам от сына хозяйки? О ужас, Чонгук снял ему квартиру! — Он театрально машет руками — но оставил возможность самому оплачивать счета, чтоб твой свободолюбивый член не отвалился от того, что ему в чем-то помогли. Ты не умеешь принимать помощь, не умеешь о ней просить. Тебе блядь, легче проебать всё и уехать, чем поблагодарить того, кто дал тебе шанс, спать по ночам на удобном матрасе, без ночных звонков в дверь. Чимин смотрит огромными глазами на злого Тэхена, который все больше распаляется. Друг никогда не защищал никого так рьяно. Может, он действительно где-то проебался?! — И что с того, что он купил кафе? — продолжает Тэхен. — Что с того? Его мог купить кто угодно у кого есть деньги и закрыть его на хуй. И что по-твоему было бы лучше? Ты бы остался без всего и сидел бы сейчас в своем Пусане, да дрочил бы на гей порно. Чонгук позаботился о тебе, дал возможность расти. Он не контролировал тебя, а дал опору и поддержку, что и требуется делать в отношениях. Но тебе это неизвестно, потому что ты привык сам все делать в отношениях и отдавать последние трусы. Ты впервые за все время, что я тебя знаю, находишься в нормальных здоровых отношениях, и вместо того чтобы наслаждаться тем что есть, ты переживаешь за свое эго. Чимин, может Чонгук был не прав, что не рассказал тебе, но я могу понять, почему он это сделал, и могу понять тебя, учитывая то, в каких условиях ты рос. Но блядь, Чонгук не твой конченный отчим или мать, а ты не тот маленький мальчик, которому нужно было доказывать, что он не девочка. Я все понимаю, правда. Но проебать того, кто о тебе действительно заботится из-за своих комплексов — это тупо. Тэхен замолкает и делает шаг вперед, крепко сжимая в объятиях своего лучшего друга. Ему жаль, что пришлось столько наговорить своему самому близкому человеку, но он знает Чимина и с ним надо именно так. Моментами жестко, но четко и по делу. Ким очень полюбил пару Чимина и Чонгука, они казались ему идеально подходящими друг другу. — Прости, что грубо, но ты не прав, отталкивая Чонгука от себя. — Тэхен осторожно перебирает длинные светлые пряди, поглаживая по спине. — Я всё разрушил? — тихо спрашивает Чимин. — Не думаю, просто сделал больно вам обоим. Чимини, у тебя ведь тоже есть секреты? Ты ведь тоже до сих пор не открылся перед ним. Видишь, до чего доводят тайны? — Вижу — тихо говорит Чимин. Слова Тэхена очень задели. Друг знал, по каким струнам проехаться, но это помогло Чимину увидеть, что он успешно проигнорировал то, что пытался донести до него Чонгук. Гук не снял с него всю ответственность, а просто забрал часть. Разделил его сложности на них двоих, тем самым давая Чимину возможность справиться с тем, что на него навалилось. А сам Чимин, — видел же, в каком состоянии был его парень, но всё равно предпочел устроить истерику, вместо того, чтоб выслушать и постараться понять. Тэхен прав, Чимин так и остался мальчиком, которого недооценили, может Чонгуку будет лучше без него? — Если ты сейчас в своей голове думаешь, что ты по каким-то причинам не заслуживаешь Чонгука, — раздается над ухом голос Кима, — то выкинь этот мусор из своей головы и просто делай то, что делаешь. — Это что? — спрашивает Чимин, подняв голову. — Люби его — улыбается Тэхен. — Люблю — тихо говорит Чимин и позволяет одной слезе скатиться по щеке. Жаль, что ему не хватило ума, сказать об этом тому, кто действительно заслуживает это услышать.                                                 *** Умения наворотить глупостей Чимину не занимать, а вот извиниться — для этого нужна смелость, которой как выяснилось Пак не обладал. Он несколько раз порывался набрать знакомый номер и услышать любимый голос, но так и не решился это сделать. Перед Чонгуком стыдно. Он поступил, как придурок. Кинулся с обвинениями вместо того, чтоб выслушать и постараться понять. С этим, конечно, спасибо Тэхену, который дал Чимину моральных пиздюлей и продолжает это делать с самого утра. — Мне что самому надо ему набрать и за тебя извиниться? — в трубке слышится недовольный голос Тэхена. Чимин сжимает телефон плечом, заваривая себе эспрессо. Всю ночь они с Тэхеном говорили о жизни, вспоминая прошлое, размышляя о будущем. Ким посоветовал Чимину связаться с Чонгуком утром, чтоб дать им обоим остыть. Но ни утром, ни днем Чимин так и не нашел в себе смелости набрать номер любимого. И вот уже вечер, и Пак молчит, и Гук молчит. — Нет, я сам — бубнит он в трубку. Он по своему парню соскучился неимоверно. Они не общались меньше суток, а его колотит так, будто он не видел его неделю. Вот что делает пресловутая любовь. Людей в кафе сегодня немного, так что и отвлечься на работу у Чимина никак не вышло. Весь день он порывался взяться за телефон, но что-то его останавливало. А точнее это был стыд… стыд и страх, что Чонгуку это уже не нужно. Если бы Чимин был рядом, то Тэхен точно бы огрел своего лучшего друга чем-то тяжелым, стоило ему бы только заикнуться о своем страхе. Он пообещал Чимину самые страшные способы убийства, если тот еще хотя бы раз посмеет подумать о том, что Чонгуку он не нужен. — Я вас обоих поубиваю, честное слово, — возмущается Тэхен, звонко жуя любимые чипсы с луком. — Тэ, я поеду к нему сегодня — говорит Чимин, облокачиваясь поясницей на барную стойку. — Я так соскучился. — По кому? — знакомый голос заставляет Пака вздрогнуть. Он резко оборачивается и встречается взглядом с черными усталыми омутами. Надо же, когда он успел зайти? Чимин так погрузился в свои мысли, что не услышал звонок колокольчика? — Чонгук — тихо произносит он, до сих пор не веря своим глазам. — Ну, наконец-то, — доносится из трубки громкое возмущение Тэхена. — В могилу меня сведете, придурки! — говорит он и сбрасывает вызов. Чимин смотрит на Чонгука, не моргая. Он поднимает стойку и Чонгук протискивается за неё. Он садится на складную табуретку, и тяжело выдохнув, без лишних слов прислоняется лбом к бедру Чимина. Внутри Чимина расцветают цветы от такого простого, но красноречивого действия. Чонгук выбрал его и снова выбирает его. Что это, если не любовь? Им нужно поговорить и они обязательно поговорят, а пока он запускает пальцы в густые черные волосы и гладит кожу своего любимого, успокаивая своими прикосновениями.