СТРАЖ: Плети души

Ⅰ/ⅩⅣ Иллюзия

Когда сознание вернулось к Эвану, он осмотрелся. Увидев сидящего рядом учителя, он закрыл глаза и крепко обнял его за талию, ища защиты и утешения. Диего, уже пришедший в себя, был очень озадачен таким порывом юноши и осторожно спросил у Леонида: — Что там, у вас, произошло? — Он увидел ее истинную суть, — коротко и бесстрастно ответил вампир. — О, ну… ладно. Тогда я вас оставлю, — немного встревожено сказал мужчина и поспешно вышел, почувствовав, что его присутствие сейчас лишнее. Эван лишь крепче прижался к Леониду. Такого всепоглощающего ужаса он еще не испытывал никогда. Все его естество не хотело больше возвращаться туда. Леонид осторожно коснулся его взъерошенных волос и начал медленно, монотонно гладить по голове. Какое-то время тело юноши оставалось напряженным. Постепенно успокаивающие, ритмичные движения наставника возымели действие — Эван почувствовал себя немного лучше и начал понемногу расслабляться. Ему были очень приятны спокойные прикосновения и он приоткрыл глаза. — Прости… — тихо прошептал он. Леонид ничего не сказал в ответ, лишь продолжал его гладить. Наконец Эван слегка оторвался от наставника, приподнялся на руках и посмотрел на него. Учитель смотрел на него привычным нечитаемым взглядом. Эван сдержанно спросил: — Ты сказал, что видел что-то похуже этого. Разве… бывает хуже? — Не думай об этом. Отдохни, — ласково, но твердо произнес наставник и снова пригладил ему волосы. Эван печально опустил взгляд, не в состоянии забыть увиденное. Леонид осторожно приподнял его лицо за подбородок, приглашая снова посмотреть на себя. — Не зацикливайся на плохом. В эти несколько дней займись тем, что тебя радует. Хорошо? — его голос звучал не как приказ, а как мягкая рекомендация. — Хорошо, учитель. Спасибо, — тихо, почти беззвучно произнес ученик и отвел взгляд. Затем Леонид отпустил его лицо, беззвучно поднялся и направился к выходу, оставляя Эвана наедине с собой. Юноша какое-то время сидел на кровати обдумывая сказанное. Затем, чувствуя потребность в свежем воздухе, он вышел из комнаты и направился на задний двор. Его поджидал Диего. Он был немного обеспокоенным и, подошел, завидев Эвана, сразу спросил: — Ну ты как? — В порядке, спасибо. Просто… не ожидал, что будет так страшно, — понуро, глядя в пол, ответил Эван. — Может, тебе что-то нужно? — с искренней заботой в голосе спросил мужчина. Юноша покачал головой. — Я бы просто хотел немного побыть один. Диего понимающе кивнул и удалился, предоставив ему пространство. Эван медленно прошел в сад. Сейчас на арках, где когда-то красовались алые розы, остались лишь голые, высохшие лозы, колышущиеся на ветру. «Получится ли у меня призвать что-нибудь еще, кроме лоз?» — задумался юноша, глядя на увядающую красоту. Он медленно прошел по заснеженной тропинке и решил заглянуть на тренировочную площадку, надеясь найти в привычных действиях хоть какое-то успокоение. «Эта сущность меняла свой лик, создав своего рода иллюзию для запугивания. Что если…» — подумал Эван, и в его голове возник образ. Его руки озарились мягким зеленым свечением. Он создал густой туман, который медленно расползался по территории, вскоре заполонив всё пространство и становясь всё плотнее. Изнутри этого густого облака начал возникать причудливый калейдоскоп мицелия — тонкие, почти незаметные нити грибницы, переплетаясь между собой, образовали на земле замысловатую, мерцающую сеть. Неторопливо, концентрируясь, юноша начал формировать саму иллюзию из скопления микроскопических спор. Каждая из них могла принять облик любого существа или предмета, подчиняясь его воле. Он аккуратно направлял их, создавая движущиеся, мерцающие миражи, которые бродили внутри тумана, как будто живые тени. На первый взгляд казалось, что внутри этой споровой плотности притаились огромные, неведомые существа. Но при попытке внимательно разглядеть их, иллюзии начинали дробиться, мельчать и искажаться, ускользая от понимания. Эван хотел добиться результата, при котором любой, кто посмотрит вглубь этого тумана, увидит не реальность, а искаженную картину, навязанную его собственным разумом. Было невозможно понять, где правда, а где — искусный обман. «Полезная вещь для отвлечения и запугивания противника», — заметил он про себя. Прекратив прямое поддержание заклинания, он с удивлением обнаружил, что споры продолжали формировать жуткие образы и без его участия, постепенно растворяясь. Эван задумался. Пусть заклинание и требует времени на подготовку, оно может пригодиться. «Нужно узнать больше о грибах, особенно тех, которые вызывают галлюцинации и сонный паралич». С четкой целью он направился в библиотеку и, нашел нужный раздел о флоре и микрофлоре, углубился в изучение грибов. Вскоре он выделил для себя несколько наиболее интересных видов: Грифинния — испускает тонкие, светящиеся споры, похожие на мельчайшие желтые искры или муравейники из тонких нитей. При вдыхании вызывает сильное иллюзорное восприятие, искажая и растворяя окружающий мир. Провоцируют яркие галлюцинации, создают иллюзию угрозы или ложные чудеса, а также могут привести к временному сонному параличу, что делает жертву уязвимой. Синодиус — производит мягкие, светло-фиолетовые споры, похожие на пыльцу ночных цветов. Особенно эффективны при вызове ярких, пугающих галлюцинаций, сопровождающихся полной неподвижностью тела. Жертва чувствует себя связанной невидимыми цепями, застывшей в состоянии между сном и явью. Дарксейс — темные споры с легким металлическим оттенком, напоминающие миниатюрные темные облака. Вызывают иллюзии темных фигур и враждебных теней, которые могут вызвать панические атаки, во время которых жертва видит своих искаженных теневых двойников. Клернистебло — тонкая, вязкая белая пыль, которая висит в воздухе, как морская пена. Следствием опутывает разум, приводя к галлюцинациям ужасающих образов и ощущению потерянности. «Учитывая, какой ужас я испытал, находясь в сознании этой сущности, думаю любой будет потрясен подобными галлюцинациями», — продолжал обдумывать юноша. Сидя в библиотеке, он попробовал призвать споры некоторых изученных грибов. Четко представляя действие каждой, ему удалось воспроизвести нечто подобное, но ему необходим был испытуемый. На ком проверить их действие? Потерев лоб, он обдумывал варианты. Ему не хотелось никого подвергать подобным ужасам — он на собственной шкуре проверил, каково это. Прикрывая глаза, он откинулся на спинку кресла, потерев переносицу пальцами, затем перевел взгляд на окно. Был уже вечер. «Диего опять будет ругаться, что я не ел». Решив закончить на этом, он убрал книгу на место и спустился вниз. Когда он зашел в обеденный зал, все уже сидели за столом. Леонид, как обычно, стоял рядом с Ксандером. И тут Эвану пришла мысль: «Он же сказал, что видел и похуже. Значит, наставник вряд ли испугается иллюзий. Нет, так нельзя. Неправильно. Что же он пережил, что этот демон для него был вообще не страшен?» Хмурясь в задумчивости, юноша прошел и сел рядом с Диего. — Эван. Леонид мне рассказал, что ты смог найти разрыв и видел ее. Если ты не хочешь продолжать, я пойму, — голос Крандера не сразу вывел юношу из раздумий. Он с задержкой посмотрел на него и переспросил: — А? Ксандер, немного хмурясь, повторил: — Если ты не готов продолжать, то мы не будем настаивать и оставим все как есть. — А, нет, всё хорошо, я просто думал о другом, — поспешил заверить его юноша. — Поделишься? — осторожно спросил хозяин. — О, ну… учитывая, как меня напугал ее облик, я подумал, что подобная способность может пригодиться в бою, поэтому изучил некоторые растения… — Эван искоса глянул на наставника и осторожно продолжил, — конкретно грибы, вызывающие галлюцинации и паралич. Ксандер приподнял бровь, слушая его с интересом: — Неплохо придумано. Это действительно могло бы помочь в бою, — слегка задумавшись, он потер подбородок. — Однако эта магия, скорее всего, требует распространения и подготовки. В любом случае, очень интересно звучит. В этот момент Леонид сказал ровным голосом: — Завтра покажешь мне ее действие. Эван округлил глаза, посмотрел на наставника и тихо возразил: — Но я не хочу подвергать никого этому… Вампир бесстрастно посмотрел на него и ответил: — Эта способность может быть полезной. Для этого тебе нужно знать, работает ли она и какие есть ограничения ее использования. Завтра утром я жду тебя на тренировочной площадке. Юноша опустил голову и с покорностью произнес: — Хорошо, учитель. Оставшийся вечер все были поглощены трапезой. Эван заметил, что Диего был особенно молчалив. Возникло ощущение, что он общается сам с собой. Может, он разговаривает с ней? Интересно, о чем? Лицо Диего было напряжено, и на нем читались слабые, быстро сменяющие друг друга эмоции: от отвращения и злости до удивления. «И как я раньше этого не замечал?» — думал про себя Эван. Я ему должен помочь. Страх не возьмет надо мной верх, тем более учитель сказал, что она мне ничего не сделает. С этими мыслями он перевел взгляд на Леонида. Как же хорошо, что он мой наставник. И очень мило улыбнулся своим мыслям. Вампир в этот момент перевел на него свой взгляд. Ох! Как неловко. Хватит витать в облаках! Встав из-за стола, Эван поблагодарил за еду и направился наверх, стараясь больше не смотреть ни на кого. Сегодня был очень насыщенный день, поэтому Эван решил отвлечься и наконец-то выудил из кармана сферу, которую дал ему Кристоф. «И зачем я взял ее с собой?» — думал юноша. Ну да, я просто машинально сунул ее в карман, когда открывал дверь Леониду. Наставнику точно не понравится, если он увидит, что у него опять есть это приспособление, ведь прошлую он сломал. Крутя в руках холодный предмет, он улыбнулся, думая об учителе. Завтра я буду с ним тренироваться. Хочу узнать больше о нем. Эван упал на кровать, раскинув руки в стороны. Все действия и поступки наставника были объяснимы. Его слова всегда продуманы и выверены. А я слишком горячо реагирую на все. Наверное, потому что он мне очень нравится. Эван закрыл глаза, вспоминая все их взаимодействия и фиксируя свои реакции. Однако тогда, в машине, мне точно не показалось. Леонид тоже смотрел на меня как-то по-особенному. Аргх! Это так запутанно. Как же он ко мне относится? Стук в дверь прервал его размышления. Он вскочил с кровати, на ходу засунув сферу в карман, открыл дверь. На пороге стоял Диего с опущенной головой. — Диего? Что ты хотел? — удивился Эван. Тот поднял на него глаза, настойчиво шагнул в комнату и закрыл за собой дверь на замок. «Ох, черт! Как же я опять беспечен!» — с ужасом подумал он, но тут же постарался успокоиться, глядя на Диего. — Эван, — произнес мужчина, улыбаясь одним лишь уголком рта. Улыбка получилась чуждой и неестественной. «Это она! Она точно пришла меня пугать!» Юноша незаметно начал распространять по комнате светло-фиолетовые споры, похожие на пыльцу Синодиуса. Диего шагнул к нему ближе с тем же жутковатым выражением лица. Эван, сделал шаг назад, стараясь сохранять внешнее спокойствие, спросил: — Чего ты хотела? — Разве ты не боишься меня, малыш? — жутковато шипящим голосом произнес мужчина. Эван сглотнул и, продолжая смотреть на надвигающегося мужчину, сделал еще шаг назад, уперевшись в стол. Споры продолжали густо стелиться по полу, наполняя воздух едва заметной дымкой. Юноша не отрывая взгляда от его глаз, мысленно уговаривал себя: «Главное — не смотри вниз! Не подавай вида!» Как только Диего подошел почти вплотную, и протянул руку, пытаясь схватить Эвана за шею, его пальцы застыли в сантиметре от кожи, и все тело сковало невидимой силой. Юноша тяжело выдохнул от облегчения и на мгновение прикрыл глаза. Хорошо, что споры сработали. Он спокойно посмотрел на обездвиженного мужчину, слегка наклонив голову набок, и произнес: — Тебе не надоело приставать ко мне, Карерра? Диего выпучил глаза, в которых метались ярость и отчаяние в тщетных попытках хоть как-то пошевелиться. Он не мог даже слова сказать. Эвана позабавила эта ситуация, и он оставил себе легкую, почти насмешливую улыбку: — Страшна ты, мать. Давай не будем больше усложнять друг другу жизнь. Потерпи еще немного — я разделю вас, и ты будешь вольна ходить, где тебе вздумается. После чего, он вышел из комнаты и направился в библиотеку. Сев на диване, он закрыл глаза. Я сегодня так вымотался, а тут опять она не дала мне спокойно отдохнуть. Интересно, сколько длится действие Синодиуса? Просидев так около получаса он услышал, как его дверь открылась, и Диего быстро прошел по коридору, громко хлопнув своей дверью. Похоже, она вернула ему тело, и он простоял так полчаса. Прости, Диего, но я не могу позволить ей творить то, что она хочет. Наконец-то встав, он зашел в свою комнату, запер дверь и, едва коснувшись подушки, сразу уснул. Ему снились кошмары. Тяжело дыша, он не мог найти выхода из темной комнаты, стерев руки в кровь и крича, пока стена не начала сужаться. Он чувствовал, как его сжимает, сдавливает, не давая дышать. Тут он почувствовал, что его кто-то тряхнул за плечи, и он тяжело дыша, открыл глаза. Все его тело было покрыто холодным потом. Когда зрение прояснилось, он увидел перед собой наставника и от неожиданности испугался еще больше. — Тише, Эван. Это я, — тихо проговорил Леонид. Тяжело судорожно дыша, глаза юноши забегали, и он прерывисто спросил: — Что? Как?.. Леонид тихо сказал: — Ты кричал. Я с помощью теней проник в твою комнату. Не бойся. — Ох, прости за беспокойство, — произнес юноша, заметно успокаиваясь, и вытер рукой испарину со лба. Наставник внимательно на него смотрел и тихо произнес: — Я предполагал, что такое может произойти. Тебе не за что извиняться, это нормальная человеческая реакция. — А ты? Как ты с этим справился? — тихо, почти шепотом спросил Эван. Леонид лишь отвел взгляд в сторону и какое-то время молчал, затем ровным тоном, без тени эмоций, произнес: — Я не справился. Эван нахмурился, смотря на него. Что значит «не справился»? Ему до сих пор страшно, и снятся кошмары? Что же с ним случилось? Все эти мысли скакали одна к другой, не находя ответа. Наставник медленно перевел свои пронзительные глаза на Эвана и продолжил: — Возможно, я когда-нибудь тебе расскажу. Юноша печально смотрел в его холодные глаза. Ему стало так больно, будто он чувствовал, что за этой отстраненностью стоит нечто более травмирующее. Одна его часть страстно желала знать о его прошлом, о нем и его чувствах. Другая часть смутно догадывалась, что лучше ему оставаться в неведении, и он просто молча кивнул. Затем тихо произнес: — Я очень рад, что ты мой учитель. Леонид ничего ему не ответил, продолжая сидеть рядом. — Останешься со мной сегодня? — чуть робко, почти неслышно произнес юноша. Вампир какое-то время молчал, обдумывая ответ. Эван смутился и уже хотел извиниться и сказать, чтобы он не раздумывал над этим вопросом, как наставник наконец произнес: — Хорошо. Сердце Эвана екнуло. Он немного посторонился, приглашая его лечь рядом. Леонид лег сверху одеяла, на подушку, смотря своим пронзительным взглядом в глаза юноши. Эвану так о многом хотелось спросить наставника, но в итоге ни один вопрос так и не мог прийти в его голову. Он искал ответ в этих бездонных глазах. Очертив его лицо взглядом, он внимательно обвел его черты, стараясь запомнить каждую деталь. Красивый. Интересно, все вампиры такие? Затем Эван вспомнил вопрос, который его очень волновал, но который он очень боялся задавать. Собравшись с духом, он все таки его озвучил. — Учитель, когда я читал о твоей расе, в книге писали, что у вампиров красные или черные глаза. Почему у тебя другие? Конечно же, он немного опустил момент, что знает ответ, но ему хотелось услышать, что скажет сам учитель. Леонид ответил не сразу, и его ответ смутил юношу до глубины души: — Ты знаешь ответ, Эван. Смущенно он опустил взгляд. «Какой же этот человек проницательный! Значит, не хочет отвечать». Обдумывая, как бы спросить еще, он снова посмотрел на него, но вампир лежал с закрытыми глазами. Какой хитрец! Притворяется спящим? Не сдаваясь, юноша тихо позвал его: — Леонид? Он не отреагировал. «Второй раз я на это не куплюсь!» Слегка разозлившись, Эван думал, что же ему сделать. Затем аккуратно высвободил свою руку из-под одеяла и легонько дотронулся до его мизинца своим. Вампир не шелохнулся. Юноша разочарованно смотрел на него, не убирая руку. Леонид никогда не скажет того, чего не хочет. Такой холодный и скрытный. Хоть они и стали ближе, но он продолжал держать дистанцию. Эвану было ясно, почему он так делал раньше. Но почему он до сих пор так холоден? Продолжая смотреть в это безмятежное лицо, юноша протяжно выдохнул. Леонид сказал, что, возможно, он расскажет когда-нибудь, но точно не сейчас. Эван решил не ложиться спать до утра — ему не хотелось, чтобы наставник ушел так же внезапно, как и появился. Взглянув в окно, он увидел, что там валил снег. Близилась зима, хотя на календаре еще был ноябрь. Обратившись к наставнику, он сплел их мизинцы и закрыл глаза, чтобы просто почувствовать, что он рядом. Какое-то время они лежали не двигаясь, затем Эван ощутил, что рука наставника скользит от него, и распахнул глаза. Леонид перевернулся на спину и положил руки на живот. Эван приподнялся, подперев голову рукой и глядя на учителя. «Наверное, в гробу он спит в такой же позе», — думал юноша. «Правда ли он уснул? Интересно, почему он всегда ходит в костюмах скрывающих шею?» Любопытство Эвана снова одержало верх. Придвинувшись к нему, он легонько отогнул воротник его рубашки, осматривая шею. Эван затаил дыхание, увидев два ровных, старых шрама от укуса. Что? Он обращенный? Значит, он был раньше человеком? От потрясения юноша слегка отстранился, тяжело дыша. Об этом его учитель вряд ли скажет ему добровольно. Нужно поискать информацию в библиотеке. В прошлый раз он слишком бегло пробежал глазами по этим данным. Он был уверен, что Леонид древний вампир, но никоим образом не обращенный. От ужаса, что мог пережить этот человек, его пробил озноб. Ему стало невероятно грустно, и он невольно погладил вампира по голове. Леонид молод. Значит, его обратили совсем юным. По виду, он примерно того же возраста, что и я сейчас. Юноша продолжал машинально гладить наставника по волосам. Такие мягкие волосы… седые. Стоп. Если он обращен в юности, почему его волосы седые? Эван закрыл глаза и помотал головой, отгоняя мысли, от которых его сердце сжималось. Убрав руку, оставшиеся время до рассвета, он просидел, просто глядя на спящего наставника.

***

Леонид открыл глаза, когда первые лучи света коснулись комнаты, и сразу встретил взгляд юноши, который сидел и неотрывно смотрел на него. Вампир вопросительно поднял бровь. Эван тихо сказал: — Доброе утро. Наставник сел на кровати и спросил, внимательно изучая его лицо: — Ты так и не спал? Юноша находился во взволнованном состоянии. Леонид сильнее нахмурился, обдумывая, что могло так вывести его из равновесия. Затем его пальцы инстинктивно коснулись шеи, и он посмотрел на ученика строже. Эван явно испугался этого взгляда, но сделал вид, что не понял его, и, схватив его руку, торопливо сказал: — Давай я сейчас поем, и мы пойдем на тренировку. Хорошо, учитель? Затем, он моментально вскочил и начал одеваться. Леонид молча и медленно следил за его суетой. «Не будет спрашивать? Видимо, сам пойдет искать ответ в библиотеке», — подумал вампир. «Зря остался с ним наедине. Знал же, что этот юнец очень любопытен». Закрывая глаза, он мысленно успокоил себя. «Неважно. Он в любом случае рано или поздно узнал об этом». Леонид встал с кровати и направился к выходу, спокойно бросая на ходу: — Я жду тебя на площадке. Не оборачиваясь, он открыл замок на двери и вышел. В этот момент из своей комнаты выходил Диего, впечатав его взглядом и разинув рот от крайнего удивления. Леонид лишь равнодушно скользнул по нему взглядом и направился к лестнице. Тут Диего схватил его за руку, останавливая и выпалил: — Что, в конце концов, между вами двумя? Что-то ты зачастил в комнату к малому. Что вы делали ночью у него? Я слышал, как он кричал. Леонид немного раздраженно посмотрел на него и холодно ответил: — Этот вопрос я с тем же успехом могу задать и тебе. Диего выпустил его руку и нахмурился, ему нечего было на это ответить. Вампир поправил рукав и спустился вниз, оставляя его наедине со своими мыслями. За ночь навалило много снега, но на тренировочной площадке, как обычно колыхалась магическая трава. Он остановился в кругу светящихся рунических камней, погруженный в размышления.

***

Эван наспех оделся и вышел из комнаты, чуть не столкнувшись с Диего. Мужчина поднял на него взгляд и тихо, с виной в голосе, сказал: — Эван, прости за вчерашнее. Юноша улыбнулся и доброжелательно сказал: — Не переживай, я же говорил, что не сбегу больше. Пойдем есть? Диего кивнул и направился вместе с ним на первый этаж, но остался в задумчивости. Эван шагал впереди и услышал позади себя вопрос, от которого у него мгновенно покраснели уши и шея. — А что Леонид делал у тебя ночью? Стараясь сохранить спокойствие, юноша, не оборачиваясь, пробормотал: — Спал. — Когда я попросил тебя спать со мной, ты отказался, — упрямо произнес мужчина. Эван, пылая, спустился вниз и направился в обеденный зал, плюхнулся на стул и уставился на Диего, который сел напротив, и продолжал «пилить» его взглядом. — Диего, ты же прекрасно знаешь, почему я тебе отказал, — постарался мягко, но твердо объяснить Эван. Тут мужчина нахмурился и взорвался: — Я-то думал, что она просто брешет! Выходит, у вас и правда что-то есть? Юноша округлил глаза в шоке. О чем он только подумал? Нахмурившись, он судорожно соображал, что же Карерра могла наговорить ему такого. Диего продолжал, его голос стал громче: — Я видел, как ты вчера улыбался ему и как смотрел на этого вампирюгу! Он на тебя воздействует аурой, чтобы соблазнить! — Что? Что за бред ты несешь? — вспылил юноша, вскакивая. — Я вчера думал о том, что рад, что он мой наставник! И все! Диего не отступал: — Да? И тогда в машине я тоже заметил. Ты как завороженный смотрел на него. И был еще тот случай, когда ты из комнаты вышел дерганым. Я знаю, как ты выглядишь, когда возбужден. А вчера я слышал, как ты ночью кричал! Эван стоял, пылая от смущения и возмущения, и крикнул: — Что за чушь? Мне вчера снились кошмары! Зачем ты ее вообще слушаешь? — Иногда она оказывается права, — мрачно произнес Диего, не отводя взгляда. Зачем я вообще перед ним оправдываюсь? Отчасти, конечно, Диего был прав насчет его чувств, но Леонид ничего ему не делал! Это только мои чувства, а учитель искренне обо мне заботится. Зачем так очернять его светлый образ? Сгорая от стыда и злости, Эван выпалил: — Вот как раз от твоей «соседки» исходит больше всего подобных фокусов. Каждый судит в меру своей испорченности. А это мерзко по отношению к Леониду! Юноша не стал дожидаться завтрака и, развернувшись, направился на тренировочную площадку. Внутри него все кипело. Он был слишком смущен тем, что Диего все таки увидел, то как он относился к наставнику. Значит, и Леонид все видит? Ну и что! Это неважно. Я не переступлю черту. Укутавшись в куртку, он почти выбежал на тренировочную площадку. Увидев наставника, Эван подбежал к нему и взволнованно, запыхавшись, выдохнул: — Я готов, учитель. Леонид обернулся, внимательно посмотрел на его раскрасневшееся лицо и слегка нахмурился. — Что-то ты быстро. Эван, все еще пребывая в разрозненном состоянии, пробормотал: — Я не хочу есть. — Что-то случилось? — спросил наставник, и в его обычно бесстрастном голосе послышалась легкая тревога. Юноша мягко и слегка расстроено сказал: — Из-за Карерры. Давай уже потренируемся, я не хочу об этом говорить. Леонид тактично кивнул и произнес: — Тогда покажи свои новые способности. Эван выдохнул, сосредоточился и призвал тонкую вязкую пыль с белым оттенком — споры Клернистебло. Они начали распространяться, как морская пена, волнами, и вскоре окутали наставника плотным облаком. Эван внимательно следил за Леонидом. Какое-то время он стоял неподвижно, затем на его идеально гладкой коже, выступила испарина. Юноша понял, что учитель видит галлюцинации ужасающих образов. Испугавшись, он резко ограничил заклинание и хотел было подойти к нему, но… Леонид с молниеносной скоростью, направил в его сторону острый шип. Эван еле успел отбить его древесной магией, и понял, что наставник всё ещё полностью под иллюзией и воспринимает его как врага. Лучше к нему не лезть. Как долго будет действовать Клернистебло, он не знал, так же как не знал, что именно видит Леонид. Пребывая в несколько взволнованном состоянии, он мог только ждать, когда действие спадет. Благо, это продолжалось недолго — около двух минут. — Учитель, как ты? — тревожно спросил Эван, когда действие спор окончательно рассеялось. Леонид учащенно дыша, закрыл глаза и не отвечал. Затем, успокоив дыхание, он открыл их и посмотрел на ученика: — Опасная вещь. Я тебя не поранил? — Нет, со мной всё хорошо! А как ты? — Эван сделал шаг поближе, внимательно осматривая его. — Со мной всё в порядке. Действие недолгое, но действенное. Используй эти споры крайне осторожно, — предупредил Леонид своим спокойным, ровным тоном, — если, конечно, не хочешь, чтобы жертва умерла от остановки сердца. Эван с ужасом посмотрел на него и схватил за руку, горячо выпалив: — Прости меня! Поэтому я и не хотел использовать ни на ком из вас эти способности. Леонид опустил взгляд на его руку, что сжимала ладонь, но ничего не сказал. Эван проследил за его взглядом и тут же отпустил его, смущенно отводя глаза. — Прости… я просто испугался за тебя, — пробормотал он в оправдание. Леонид глубоко вздохнул и произнес: — Показывай следующую способность. Темные споры Дарксейса действовали так же недолго. Как сказал Леонид, они вызывали появление двойников, которые нападали на него. «Это может хорошо дезориентировать», — отметил про себя Эван. Затем он решил закончить на позитивной ноте и призвал золотые, светящиеся нити Грифиннии, вызвав умиротворенное, мирное видение. Под их воздействием вампира слегка повело в сторону. Сонный паралич? Эван успел его подхватить и, чтобы учитель не упал, осторожно усадил на спонтанно созданное из лоз сидение, больше похожее на импровизированный трон или кресло. Не имея возможности просто оставить его в таком беспомощном состоянии, Эван положил голову наставника себе на колени, и терпеливо ждал, пока действие спор не прекратится. Это состояние длилось дольше предыдущего — около десяти минут. Юноша, стараясь не шевелиться, наслаждался редкой возможностью быть так близко к учителю. Когда Леонид, наконец, открыл глаза, его взгляд был сначала отсутствующим, а затем медленно сфокусировался на лице ученика, который в этот момент невольно, почти машинально, аккуратно перебирал его волосы пальцами, внимательно и с уважением рассматривая его черты. Осознав, что делает, Эван смущенно и поспешно отдернул руку, ожидая вердикта. — Грифинния — самая безобидная из всех. Старайся использовать в основном эти споры. Остальное — только в крайних случаях, — заключил Леонид и встал. — Хорошо, учитель. Спасибо, что помогли мне понять их действие, — с облегчением сказал Эван. — Давай на сегодня закончим, — произнес наставник, поправляя свой вид.