СТРАЖ: Плети души

Ⅱ/Ⅲ Голод

Внимание! В данной главе присутствуют интимные, эротические сцены. Читайте с осторожностью. Слегка разлепив глаза, Эван почувствовал пустоту рядом. Сон мгновенно улетучился: он резко вскочил на кровати и осмотрелся. При виде Леонида, замершего у окна, сердце юноши немного успокоилось. Облегченно вздохнув, Эван поднялся с постели. Наставник, уловив движение, оторвал взгляд от пейзажа за стеклом и повернулся. Леонид вел себя как обычно: то же выражение невозмутимости затянуло лицо, словно маску. Эван почувствовал укол боли, будто вчерашняя ночь оказалась лишь сном, а те редкие эмоции — всего лишь его миражами. — Проснулся? — Леонид говорил ровным тоном, снова переводя взгляд на окно. — Нам нельзя здесь задерживаться. — Куда тогда нам пойти? — тихо и устало спросил Эван. Наставник некоторое время молчал. — Спустимся вниз, — наконец произнёс он, развернулся ровным движением и вышел из комнаты. Эван пошёл следом, не отводя глаз от изящной спины и не в силах выбросить из головы прошлую ночь. «Почему он ведет себя как обычно? Мне казалось, мы стали ближе». У массивной металлической двери Леонид остановился. Сердце Эвана забилось сильнее: книга. Вампир что-то произнёс, коснулся железной двери — и она распахнулась, открывая путь вниз по каменной лестнице. Факелы по стенам излучали холодное синее сияние, и каждый шаг отдавался эхом в недрах древнего сооружения. Внизу их встретил знакомый зал с белыми колоннами, в конце которого на постаменте покоился фолиант. Глаза Эвана загорелись. Он взглянул на Леонида с надеждой и беспокойством. Наставник лишь опустил голову и сделал приглашающий жест. Эван подошел. Наконец-то тяжелая книга в руках. Пальцы невольно скользили по массивной обложке темно-фиолетового цвета, по золотой филиграни и изящному замку, который поддался легкому нажатию. Не раздумывая, он раскрыл фолиант, но успел лишь бросить взгляд на первые строки — его резко схватили за руку и потащили к ближайшему стеллажу. — Нас нашли. Леонид нажал на корешок одной из книг. Стеллаж со скрипом отъехал, открыв чёрный проход. Лицо наставника стало серьезным и мрачным. Он остановился и бегло осмотрел юношу, задержавшись взглядом на брюках. Мгновение спустя его рука выудила из кармана ученика сферу. Внутри Эвана всё похолодело. Леонид перевёл на него тяжёлый, хмурый взгляд и сжал артефакт — тот рассыпался пылью. Стряхнув остатки, он стремительно вошел в открытый проход, увлекая за собой растерянного юношу. За ними с гулом стеллаж вернулся на место. — Кто? Из-за сферы? — взволнованно спросил Эван, еле поспевая за ним и прижимая книгу к груди. — Ищейки Брома. Да, — коротко ответил Леонид, не замедляя шага. Эван обернулся: в темноте за спиной зазвучал приглушенный лай. Он крепче сжал руку наставника, мчащегося впереди, и поспешил следом, судорожно обдумывая: «Эту сферу дал Кристоф... Значит, вышли на него? Разумеется — я же ни с кем больше не общался. Ему ничего не оставалось, как сказать правду. Все ли с ним в порядке?» Туннель тянулся бесконечно. Эван не знал пути, но Леонид хорошо ориентировался: на очередном перекрёстке он резко свернул налево. Сердце ученика срывалось от бега и неизвестности. После долгих блужданий они достигли тупика. У Эвана всё внутри оборвалось, но Леонид лишь приложил ладонь к стене. Она засветилась и растворилась. Иллюзия? Они вышли на залитую солнцем поляну, утопающую в лесу. Холодный воздух проникал сквозь одежду, заставляя поежиться. Верхнюю одежду пришлось бросить в особняке, поэтому Эван задрожал. Леонид вдруг остановился и устремил взгляд вперед. Юноша, слегка врезавшись в его спину, проследил за его взглядом — и в ответ прошиб озноб, но уже не от холода. На краю поляны ждала фигура, закутанная в мантию цвета ночного неба. Леонид отпустил руку Эвана, заводя его за спину и преграждая путь, будто защищая. Встал в боевую стойку. Фигура двинулась, откинув капюшон. Эван узнал ее — Леванда. — Так и думала, что наткнусь на вас здесь, — взволнованно сказала она. — За мной, быстрее. Развернувшись, женщина направилась вглубь леса. Леонид снова схватил Эвана за руку и не мешкая последовал за ней. — Ей можно доверять? — тихо спросил ученик. Взгляд наставника был решителен, но он промолчал. Эван успокоился, доверяя выбору учителя. Женщина вывела их на проселочную дорогу к черному седану. — Ксандер предупредил, что такое может произойти, — Леванда слегка опустила голову, в голосе звучала горечь, — но я не поверила. — Где Ксандер? — спросил Леонид. — Под стражей. Обвинили в заговоре. Вампир лишь коротко кивнул и повернулся к Эвану: — Садись. — А ты? — взволновано произнес юноша, сжав сильнее его руку. Леванда отозвалась раньше, чем Леонид успел ответить: — Вам лучше быть вместе, ты еще не восстановился. Я присоединюсь к вам позже. Леонид постоял какое-то время, взвешивая решение, затем сел на заднее сидение. Эван последовал за ним. Машина рванула с места. Куда их везут — юноша не знал, но учитель рядом, и это главное. Какое-то время ехали в молчании. Наконец Эван нарушил его: — Это тот человек с банкета? Лестер? — Да, — отозвался вампир, не отводя сосредоточенного взгляда от дороги. Эван тоже уставился на мчащиеся пейзажи. — Что будем делать? Молчание. Странное, затяжное. Эван обернулся. На лбу Леонида выступили крупные капли пота, лицо приобрело мраморную бледность. Затем его повело в сторону. Эван успел схватить его за плечо, не давая потерять сознание, коснулся лба. Снова жар. Значит, он еще не восстановился и действовал через силу. Взволнованно юноша посмотрел в окно: раннее утро, солнечные лучи проникали в машину, несмотря на тонировку. Испугавшись, что ослабевший вампир беззащитен перед светом, Эван притянул его ближе к себе. Тот повалился на плечо, тяжело дыша, ресницы его дрожали. Эван кое-как засучил рукав одной рукой и прошептал: — Выпей. Леонид сжал губы в тонкую линию и качнул головой. Черт! Упрямец! Эван расстегнул верхние пуговицы рубашки, оголил шею и строго сказал: — Пей! Глаза вампира вспыхнули алым, дыхание участилось, лицо исказил дикий оскал. Он помотал головой, отгоняя жажду, и прорычал: — Нет! В ушах стучало. Эван не мог его потерять. Сбросив рубашку с левого плеча, он развернулся к Леониду, вцепился в его волосы и рывком прижал к себе: — Пей! Вампир застыл, тяжело дыша в шею. Эван продолжал удерживать его голову, грудь вздымалась в такт дыханию наставника. Тут он почувствовал нежный горячий язык, что прошел вдоль шеи, вызывая ряд мурашек. От этого ощущения юноша замер. Затем острые зубы медленно вонзились в плоть. Наравне с болью Эван ощутил тягучую приторную ноту. Прикрыв глаза, он охнул, сжав волосы наставника, будто пытаясь удержать этот момент. Леонид осторожно провел руками по его обнаженной талии, чуть сжав пальцы, и аккуратно повалил Эвана на мягкое кожаное сидение, продолжая пить. Юноша судорожно выдохнул, сильнее прижимаясь к вампиру; сердце грохотало, а тело пронзало волнами возбуждения. Сознание начало плыть, но он испытывал восторг. Вампир нежно, но настойчиво поглаживал его по талии. Юноша притянул его к себе еще ближе, слегка изогнувшись под его руками, утопая в ощущениях. Тело реагировало на каждое касание, и, не в силах больше сдерживаться, он чувственно простонал. Вампир прекратил пить, слегка отстранившись, перевел на юношу полный желания взгляд. Эван с затуманенным взором, судорожно дыша, посмотрел ему в глаза. От того, как на него смотрел Леонид, его тело пронзило током и очередной волной желания. Он слегка прикусил нижнюю губу — и в этот момент вампир склонился и нежно провел языком по его губам. Глаза Эвана расширились от удивления. Сердце забилось чаще. На секунду задержав дыхание, он выдохнул горячий воздух и прикрыл веки. В этот миг чувства обострились: он слышал учащенное дыхание, чувствовал пьянящий аромат страсти и горячие пальцы, сжимающие кожу. Утопая в океане желаний, вампир проник влажным языком в его рот, и их языки слились в глубоком поцелуе. Внутри все взорвалось — металлический привкус смешался с несказанной сладостью. Более настойчиво, словно жаждущий, Эван толкнулся языком о его. Сердце забилось сильнее, готовое выскочить из груди. Он так мечтал об этой близости, сам не осознавая этого. В течение долгого, безумного мгновения их губы не отпускали друг друга, кусали и щекотали, соединяясь в яркой, неудержимой страсти. Отстранившись, вампир вновь припал к его шее, оставляя горячие поцелуи и узоры на коже. Эван, рвано хватая ртом воздух, не удержался и подался бедрами навстречу, касаясь разгоряченной плотью его ноги. Леонид нежно провел руками ниже по телу, притянул его за бедра, вжимая в себя. Юноша тихо, жалобно застонал, ощущая, как пульсирующая энергия течет по телу. Руки сжали плечи наставника, оставляя на них следы желания. Вампир усилил нажим, заставляя юношу тереться о себя. Не в силах больше сдерживаться, Эван с придыханием простонал: — Да… И тут вампир вновь вонзил клыки в его шею, и сознание окончательно поплыло, унося юношу во тьму.

…

Придя в себя, Эван открыл глаза. Над ним — светлый потолок из деревянных панелей, улавливающих последний солнечный свет. Он приподнялся на локтях, осматриваясь. Небольшая комната. Стены отделаны досками светлого бамбука — весь интерьер дышал простотой, словно стремился подчеркнуть естественность. Над окном легкий тюль из почти прозрачной ткани, мягко раздувало движением воздуха. На полу — джутовый ковер песочного цвета, волокна переплетены волнами. У кровати — низкая тумбочка, на которой стояли кувшин с водой, керамическая чашка и фолиант. В углу — полка, сделанная из бамбуковых палочек, с книгами и зеркалом. Он осмотрел себя: серая футболка, свободные штаны — переодели. Смутившись, вспомнил события в машине и коснулся губ: они саднили. Значит, это было по-настоящему! Сердце зашлось от воспоминаний. Он подошел к зеркалу: два ряда тонких укусов на шее и покраснения. Щеки вспыхнули жаром. Где он? Последнее, что он помнил, то как они прижимались друг к другу. От этого воспоминания его уши сильнее запылали. Не зная, как быть дальше, он вышел из комнаты, стараясь выровнять дыхание. Дом оказался небольшим, одноэтажным. Всего две спальни в одном стиле — бамбук, гармония, умиротворение. В другой части дома располагалась ванная. Те же бамбуковые панели, крупная керамическая плитка с ручной текстурой. В центре широкая деревянная бочка, из которой шли тонкие водостоки. На деревянных полках, находились хлопковые полотенца, масла и травяные отвары. Их аромат в воздухе, создавал атмосферу умиротворения и свежести. Сквозь бамбуковые занавески, проникал рассеянный свет. Уютная кухня, продолжала тему натуральных материалов и естественного стиля. Ее стены были отделаны светлым бамбуком. Пол выложен широкими деревянными досками с живой текстурой и теплыми оттенками. В центре — деревянный стол с круглыми, слегка неровными краями, окруженный плетеными стульями — все простое и аутентичное, словно создано вручную. Камин из серого камня с естественной текстурой, в нем — догорающие дрова, от них шло тепло по всему дому. Леонида нигде не было. Эван задумался, где бы он мог быть, когда дверь с улицы распахнулась от порыва ветра. Наставник вошел, подхватывая охапку поленьев. Они столкнулись взглядами. Леонид замер в дверях. На нем была простая одежда, что резко контрастировало с его прошлым обликом: синяя водолазка, коричневая дубленка с теплыми манжетами, свободные штаны. Сердце Эвана забилось чаще, он задержал дыхание, не отрывая взгляда от наставника. Леонид потупил взгляд и сдержанно произнес: — Рад, что ты очнулся. Вампир вел себя как обычно, будто ничего не случилось. Он подошёл к камину, подкинул дров. Эван в замешательстве смотрел на него: «Почему он себя так ведет?» Закрыв глаза, юноша почувствовал, как предательская горячая влага наполняет их. Сдерживая себя, он тихо сказал: — Спасибо, что позаботился обо мне. Затем развернулся и быстро ушел в комнату. Леонид молча прикрыл глаза, словно пытаясь подавить внутренние переживания. На его лице отразилась тень раскаяния.

…

Вбежав, Эван прикрыл пальцами глаза, слегка потерев от жжения. Глубоко вздохнув, он сел на кровать опуская руку. Обидно, что только он испытывает эти чувства. «Давно это начало происходить?» — задавался он вопросом. В какой момент наставник стал для него всем? Эти чувства причиняли боль. Он прикрыл глаза, вспоминая их поцелуй, затем помотал головой: «Нет! Хватит об этом. Сейчас важно, то что делать дальше». Взгляд упал на фолиант. Вот то — зачем он изначально шел, но из-за этих чувств и последних событий, забыл о изначальной цели. Открыв его, он прочел: «Родовые аристократы. Исторический экскурс». Здесь были представлены все кланы аристократических ветвей, в алфавитном порядке, а также их союзы и способности. Слабые и сильные стороны. Усевшись поудобнее на кровати, он прочел начало. «Введение: Значение Родовой Геральдики Маги по Роду, владеют двумя силами, — это редкие и очень сильные личности. Такие маги зачастую считаются опасными и уважаемыми. Часть силы их врожденная способность, часть идет по древнему роду. Сила по Роду, это владение дополнительной силы от союзов (теней, демонов, фей и т.д.)» Сперва Эван поискал информацию по способностям. Пролистав весь фолиант — ничего. Было схожее с кланом вампиров, они могли затуманивать разум, но перехватывать, а тем более управлять чужим сознанием — нет. Способности Эвана по управлению сознанием были уникальны. Их нельзя было отнести к вампирам, еще как минимум потому, что он другой расы. Он нахмурился и ещё несколько раз внимательно пролистал книгу. Ближе к середине книги на букве «S» отсутствовали страницы — кто-то их аккуратно вырвал. Положив книгу на колени, он задумался: «Кто? А главное с какой целью это сделал?» Стук в дверь. Он отвлекся, машинально бросив: — Войдите. Леонид приоткрыл ее: — Есть хочешь? Эван не сразу отозвался. Соскочил с кровати, подошёл к нему, указав на вырванные страницы: — Не знаешь, какая здесь была информация? Здесь вырваны листы. Леонид взял фолиант, внимательно посмотрел, нахмурился. Эван ловил каждое движение его мимики, стараясь поймать его эмоции. Вампир лишь помотал головой, возвращая книгу. — А зачем ты зашел? — немного рассеянно спросил юноша. — Поесть хочешь? — снова спросил он. Какое-то время юноша пребывал в своих мыслях, затем помотав головой переключил все свое внимание на собеседника: — Да, можно. А что есть? — Кролик, — коротко ответил вампир, уходя на кухню. Эван вышел за ним, в нос ударил приятный запах специй. Он остановился в дверях и с удивлением спросил: — Ты умеешь готовить? Леонид молча сел за стол и пододвинул тарелку. Эван уселся напротив, тихо сказал: — Спасибо. Оторвав кусочек, он ощутил вкус сочного, нежного мяса. Травы и специи идеально сочетались. — Вкусно! — Эван улыбнулся, но лицо Леонида не дрогнуло. Улыбка быстро спала. Эван ел молча, чувствуя себя неуютно под пристальным взглядом «ледяной глыбы». — Будешь? — не выдержал он. Вопрос был глупым, но тишина давила. Эван вздохнув, опустил голову мотая головой, произнес: — Ладно, понимаю, что сморозил глупость. Но не мог бы ты поговорить со мной, ну или хотя бы не смотреть так пристально? — Извини, — произнес Леонид. Эван замер. «Что!? Он извиняется? За что?» После небольшой тишины наставник продолжил: — Извини за случившееся. Поперхнувшись, Эван покраснел как рак и опустил глаза в тарелку. Повисла тишина. Прочистив горло, юноша прошептал: — Главное, что ты жив и тебе лучше. Ему было слишком неловко, и он продолжил есть, не поднимая взгляда. Он извиняется конкретно за что? Что я потерял сознание — или за поцелуй… Мысли увели в тот момент. Он робко поднял глаза и округлил их. Леонид сидел, взгляд в сторону, но что больше всего его ошарашило. Уши! Его кончики ушей слегка порозовели! Серьёзно?! Это правда!? Эван замер, а затем расплылся в широкой, победной улыбке. Значит, наставник всё-таки смутился! Эта реакция говорила о многом. Леонид поднял на него взгляд и чуть нахмурился. Но Эван продолжая лыбиться не в силах себя сдержать. — У тебя уши покраснели, учитель, — весело произнес он. Леонид отвел взгляд, а Эван засмеялся. — Хватит, — холодно сказал Леонид. — Почему же, учитель? — чуть игриво ответил Эван, уперся локтем в стол, положив голову на ладонь, любуясь этим редким зрелищем. — Ешь. — Ладно, ладно, — продолжая улыбаться, сказал Эван, убрав локоть со стола, доедая остатки кролика и чувствуя себя счастливым. Покончив с едой, улыбнулся — открыто, тепло: — Спасибо, учитель. Очень вкусно. Леонид посмотрел на него, своим обычным выражением лица, без всяких намеков на смущение. Значит, учитель тоже думал об «этом», просто умело прячет всё под маской. — Мы здесь останемся? Какой план? — Остаемся. Буду обучать тебя здесь. Эван воодушевился в предвкушении. Они будут здесь только вдвоем. Продолжая мило улыбаться вампиру, в его голове возникал план действий. Теперь он знал, как вывести учителя на эмоции. Леонид молча смотрел на него, не подозревая о хитрых мыслях ученика.