Глициния снова цветёт

      С разговора двух сестер Кочо прошло ровно три года. За это время их жизнь изменилась совсем не так, как они могли бы представить себе в детстве. Судьба распорядилась иначе — жестоко и бесповоротно.       Девочки выросли. Канаэ из девочки-подростка превратилась в настоящую красавицу. Она стала выше, сильнее и выносливее. Каждый день был наполнен тренировками под руководством хашира Камня, после которых она неизменно брала уроки оказания медицинской помощи у Аманэ. А вечерами, перед сном, погружалась в учебники и пособия, продолжая учиться самостоятельно.       Старшей Кочо исполнилось долгожданные восемнадцать лет. Все эти годы она упорно тренировалась, стремясь стать сильнее и крепче. Она брала дополнительные задания, совершенствуя свою силу и дыхание Цветка. Благодаря успехам в уничтожении демонов ей удалось накопить значительную сумму, и при       поддержке семейства Убуяшики она завершила строительство поместья Кочо.       Поместье располагалось в отдаленной местности и теперь было надежно защищено от демонов. Это было уже не просто домом сестер, а настоящим лечебным комплексом, где Канаэ вместе с Шинобу помогали раненым охотникам.       В поместье жило немало помощников — мальчики и девочки, которых называли «какуши». Они помогали сестрам, выполняли поручения и старались быть полезными.       Накануне своего первого серьезного задания Канаэ вместе с Шинобу отправилась на рынок. Нужно было закупить все необходимое для лечебного корпуса: бинты, антисептики и прочие вещи.       Внезапно их внимание привлек резкий крик. Обернувшись, девушки увидели мужчину, который избивал маленькую девочку — ее руки были связаны веревкой.       Сердце Канаэ болезненно сжалось. Не обращая внимания на тревожные возгласы Шинобу, она шагнула вперед. — Привет… меня зовут Канаэ. А тебя как зовут? — мягко спросила она, присаживаясь рядом с девочкой.       Мужчина грубо дернул ребенка к себе и зло бросил: — Нет у нее имени. Иди своей дорогой.       Шинобу тут же подошла ближе. — Мужчина, разговаривайте вежливо в присутствии моей сестры, — холодно отрезала она. — А ты еще кто такая? — огрызнулся он, замечая, как Канаэ вновь приблизилась к девочке. — Прочь отсюда!       Он замахнулся, пытаясь ударить Канаэ.       Но в тот же момент Шинобу перехватила его руку и с силой сжала. — Я вас предупреждала, — тихо, но твердо сказала она.       Отпустив его, она быстро достала из кошелька горсть монет и бросила ему прямо в лицо. Металл со звоном рассыпался по земле. — Думаю, этого достаточно. Сестра, бежим.       Шинобу схватила Канаэ за руку. Та, не раздумывая, подхватила девочку, и все трое поспешили прочь, пока мужчина, озлобленно глядя им вслед, торопливо собирал рассыпанные монеты.       С этого дня у них появилась еще одна подопечная. Сестры дали ей имя Канао — ей было всего одиннадцать лет. Девочка была запугана, сломлена и глубоко травмирована жестоким обращением.       Но забота и тепло постепенно делали свое дело. Канао начала привыкать к сестрам Кочо и понемногу училась доверять им.       Вскоре настал день отъезда Канаэ на финальный этап становления хашира. Шинобу не хотела отпускать сестру, но понимала — иначе нельзя.       Вечером они вместе поужинали, стараясь сохранить легкость момента: смеялись, делились мыслями о будущем, будто оттягивая неизбежное прощание.       Утро наступило тихо. Первые лучи солнца мягко коснулись земли, пробуждая мир ото сна. Канаэ уже не спала — она собирала вещи и настраивалась на предстоящую миссию.       Шинобу же так и не сомкнула глаз. Мысли не давали ей покоя. На кухне она готовила завтрак и собирала контейнер с едой в дорогу.       Увидев это, Канаэ лишь нежно улыбнулась.       Они позавтракали почти в тишине. И вот настал момент прощания.       Во двор уже прилетел ворон и громко каркал: — Кочо Канаэ, пора в дорогу! Впереди сложная миссия против демона двенадцати лун!       Канаэ вышла к воротам поместья — ее провожали Шинобу и Канао. — Желаю вам удачной дороги, Канаэ-сама… Надеюсь, вы вернетесь с победой. Мы будем ждать вас, — тихо сказала Канао.       Шинобу вдруг схватила сестру за руку. Канаэ удивленно посмотрела на нее. Ветер мягко развевал фиолетовые пряди младшей Кочо. — Канаэ… пожалуйста, береги себя…       Это было все, что она смогла сказать.       Сестры крепко обнялись — как будто пытаясь удержать этот момент.       А затем, разжав руки, Канаэ развернулась и, не оглядываясь, покинула дом, направляясь навстречу своему заданию.

***

      С момента отправки Канаэ на задание прошел ровно месяц. За столь короткое время многое изменилось.       Несмотря на то, что сестра до сих пор не вернулась с миссии, Шинобу начала посещать тренировки у Гёмея. К сожалению, физически она не стала значительно сильнее и не могла похвастаться высоким ростом. Однако ее стремление стать истребителем не угасало, и Химеджима решил пойти ей навстречу.       Каждый день, изматывая себя тренировками, она дополняла их упорным изучением ядов. Хашира Камня не раз намекал, что из-за недостатка роста и мышечной силы она не сможет отсекать головы демонам. Но Шинобу решила найти свой путь. Она активно изучала растения и ежедневно вела записи в своем дневнике.       Спустя несколько дней на пороге поместья Бабочек появилась знакомая фигура девушки, на плече которой сидел ворон. Канао сразу узнала в ней Канаэ и поспешила сообщить об этом Шинобу.       Старшая Кочо выглядела измотанной и раненой, но ворон радостно каркал: — Кочо Канаэ в одиночку победила одного из демонов двенадцати лун! После восстановления ей необходимо явиться в поместье главы Убуяшики!       Услышав эту новость, сестры, не сдерживая эмоций, бросились в объятия друг друга.       За восстановление Канаэ тут же взялась Шинобу. За это время она значительно продвинулась в медицине и аккуратно обработала и перевязала раны сестры.       С этого момента жизнь сестер Кочо начала постепенно налаживаться, а их детские мечты — понемногу сбываться.       Когда Канаэ полностью восстановилась, она отправилась в поместье Убуяшики, где лично встретилась с главой корпуса истребителей. Там же состоялась церемония ее назначения новым хашира Цветка. Ей вручили новую форму и именную катану, созданную специально для нее.       В корпусе истребителей на тот момент было не так много хашира: некоторые находились на заданиях, а других уже не было в живых. Смерть истребителей стала печальной обыденностью. И все же Кагая Убуяшики искренне радовался тому, что ряды охотников продолжают пополняться.       Шинобу невероятно гордилась своей сестрой и стремилась быть на нее похожей. Днями и ночами она посвящала себя тренировкам.       Однажды, выйдя за пределы поместья и отрабатывая новые техники в тихом лесу, она услышала приглушенные всхлипы. Подойдя ближе, Шинобу увидела девочку, плачущую возле дома. Еще сильнее приблизившись, она почувствовала резкий запах крови. — Девочка… тебе нужна помощь? — тихо спросила Шинобу, внимательно вглядываясь в заплаканное лицо. — Ночью на мою семью напал демон… он всех убил… — девочка задрожала и заплакала еще сильнее. — Я выжила… но не знаю, как мне теперь жить…       Шинобу не умела утешать словами. Она просто протянула руку. Девочка с недоумением посмотрела на нее и на мгновение перестала плакать. — Ну же… хватит слез. Как тебя зовут? — Я… Аой Канзаки… — тихо ответила она. — А я Шинобу Кочо. Я тоже в твоем возрасте потеряла родителей из-за демона… — спокойно сказала она. — Поэтому не плачь. Пойдем со мной. Я отведу тебя к своей сестре. Она поможет и позаботится о тебе.       Аой колебалась, но все же поднялась с земли и последовала за Шинобу.       С этого дня она осталась в поместье Бабочек. Вместе с Канао она обучалась оказанию медицинской помощи и постепенно начинала тренироваться, чтобы в будущем стать истребителем.

***

      Прошло еще два года. Сестры Кочо стали еще взрослее. Канаэ исполнилось двадцать лет — она стала еще красивее и сильнее, брала множество миссий и неизменно возвращалась с победами.       Тренировки Шинобу проходили в привычном ритме, но к семнадцати годам она так и не стала выше и не могла сравниться с сестрой. Ее рост составлял всего 151 сантиметр, а маленькие ладони лишь усиливали ее раздражение и злость на саму себя.       Аманэ Убуяшики познакомила Шинобу с Тамаё. Хотя та и была демоном, она находилась на стороне охотников, являлась первоклассным врачом и прекрасно разбиралась в ядах. Именно благодаря ей Шинобу смогла найти свой собственный стиль боя. Она начала наполнять свою катану ядом глицинии — тем самым веществом, которое демоны не переносят и которое при правильной дозировке способно их уничтожить.       Шинобу была на седьмом небе от счастья. С этого момента она начала постепенно выходить на небольшие миссии и уничтожать слабых демонов. Канаэ сильно переживала за сестру, но при каждой ее победе искренне гордилась ею и поддерживала.       Ряды истребителей заметно поредели — многие хашира погибли в боях с высшими лунами. В то же время в корпус прибыло множество новых охотников, которые изо всех сил тренировались, доводя себя до изнеможения.       Среди хашира был истребитель с дыханием ветра — Шинадзугава Санеми. Он был наслышан о поместье Бабочек, но ни разу лично не встречал его хозяек. И вот настал день, когда ему, вопреки своему упрямству, пришлось обратиться к ним за помощью.       Санеми прибыл после боя с одной из двенадцати лун. Битва, конечно, закончилась его победой, но оставила после себя серьезные ранения. Убуяшики настоял, чтобы он немедленно отправился в поместье Кочо. Сам он ни за что бы не пошел, но уважение к главе заставило его изменить решение.       Перед его взором предстал большой дом. Он постучал в ворота — и те с шумом распахнулись. Перед ним появилась Аой. — Добрый день. Можете пожалуйста представиться и с чем вам нужна помощь ? Я доложу о вас госпоже Канаэ.  — Шинадзугава Санеми, хашира ветра, — коротко ответил он, даже не поприветствовав.       Лицо Аой тут же изменилось. Она почтительно поклонилась: — Я сейчас же позову госпожу. Пожалуйста, проходите, Шинадзугава-сан.       Санеми оказался во дворе поместья , а Аой мигом понеслась в дом , чтобы оповестить Канаэ. Он на мгновение задумался, но его мысли прервал силуэт, появившийся в дверях. Вскоре на крыльцо вышла девушка.       Сердце Санеми вдруг ускорило ритм. Он не смог оторвать от нее взгляд. Ее длинные темные волосы мягко развевались на ветру, а сама она легкой походкой подошла к нему. — Добро пожаловать в наше поместье, Шинадзугава-сан. Я Кочо Канаэ. Прошу прощения за ожидание. Вы после миссии?       Ее голос был мягким и спокойным.Канаэ повторила вопрос, заметив его замешательство. — Д-да… добрый день, Кочо-сан! Я… с миссии… там был демон… я получил ранения, но они не очень серьезные…       Слова путались, и он мысленно проклинал себя за это. — Все хорошо. Пойдемте, я осмотрю вас, — улыбнулась Канаэ.       Она направилась внутрь, а Санеми, тихо ударив себя по голове, последовал за ней.       Внутри дом оказался еще просторнее. Длинный коридор вел в разные комнаты. В помещении было светло и уютно. Вскоре они вошли в большую комнату с несколькими кушетками, освещенную мягким солнечным светом. — Пожалуйста присаживайтесь Шинадзугава-сан и говорите , какие ранения получили и что вас беспокоит, — сказала Кочо и начала бегать по комнате, чтобы подготовить все нужное для оказания помощи.  — Я был на миссии и победил демона из двенадцати лун, — пытаясь произвести впечатление на девушку , упомянул эту часть парень и продолжил свое повествование.        Во время боя демон не просто ранил Санеми — он схватил его за руку в момент атаки. Шинадзугава замахнулся мечом, но демон резко перехватил его предплечье, сдавил с нечеловеческой силой — раздался глухой хруст.        Но в привычном для Санеми характере , он не остановился и не обращал внимание на усилие боли в правой руке и продолжал наносить удары демону.        Даже после возвращения домой он не придал травме значения. Однако боль усиливалась, и во время доклада Убуяшики тот приказал ему немедленно отправиться на лечение.       Закончив рассказ, Санеми замолчал. Канаэ внимательно его выслушала и осторожно осмотрела руку. — Трещина в кости, частичное повреждение мышц, — спокойно произнесла она.       Санеми же в это время не сводил с нее взгляда. — Удивительно, что вы вообще могли двигаться с такой травмой, — мягко добавила Канаэ. — Сейчас я приложу лед.       Парень слегка кивнул , и вскоре почувствовал неприятную боль и прикосновение холодного льда его тела , даже через ткань одежды , он чувствовал боль.  — Отлично , теперь я наложу шину , а поверх бинт , так кости смогут быстрее срастись. Только пожалуйста ,сидите неподвижно, чтобы мне было удобнее работать , а тебе менее больно.       Кочо начала затягивать бинты , Санеми чувствовал боль , но она была не такой сильной, или он просто под ударом влюбленности , забыл какова боль на самом деле.  — Готово , думаю еще пару недель вам будет нельзя  тренироваться, и приходите хотя бы раз в пару дней ко мне на осмотры , хорошо ? — сказала девушка и складывала все свои медицинские принадлежности обратно по шкафам.  — Хорошо, я обязательно приду , благодарю за помощь Кочо-сан! — Санеми слегка опустил свою голову и хотела было подняться с кушетки , но Канаэ его быстро остановила.  — Вы можете остаться и на некоторое время отдохнуть, а если голодны я скажу девочкам принести еды, — парень несколько секунд молчал , не найдя подходящих слов.  — Буду признателен, — всё что смог выговорить Санеми, — Канаэ поспешила выйти из комнаты , чтобы оповестить Аой о приготовлении порции обеда.        Оставшись один, Санеми задумался. В его мыслях была только Канаэ — ее голос, взгляд, мягкий аромат. «Беда…» — подумал он.       Он никогда не испытывал ничего подобного. Всегда резкий и холодный, он вдруг почувствовал, как внутри становится теплее. Даже к своему брату, Генье, он не был так мягок.        Тем временем Канаэ тихо вошла на кухню, где Аой и Канао вместе готовили еду. Девочки сами попросили разрешения помогать таким образом, стараясь быть полезными поместью. Аой по-прежнему боялась крови и честно призналась, что не хочет в будущем становиться хашира из-за своего страха — сестры Кочо отнеслись к этому с пониманием и не стали ее принуждать. Канао же была еще слишком мала, поэтому занималась тренировками лишь понемногу, осторожно делая свои первые шаги на этом пути. — Аой-чан, приготовь, пожалуйста, обед для хашира ветра. Я попросила его остаться ещё на пару часов, чтобы он смог отдохнуть после лечения, — мягко произнесла Канаэ.  — Хорошо, госпожа Канаэ, — откликнулась её подопечная. — Канао-чан, а Шинобу ещё не приходила? — Нет, Канаэ-сама, госпожа Шинобу ещё не возвращалась, — ответила Канао, помогая Аой нарезать овощи.  — Как странно… обычно к этому времени она уже дома, — задумчиво произнесла Канаэ и вышла на крыльцо.       Мысли её невольно вернулись к Санеми. От других хашира она слышала, что он груб и резок, не задумывается о чувствах окружающих. Но ей он показался совсем другим. Не сказать, что он сразу произвёл на неё хорошее впечатление, но в глубине души она чувствовала — он не такой, каким кажется.       Канаэ всегда придерживалась одной позиции: «истинная ценность человека — в его сердце и намерениях, а не во внешнем поведении или репутации». Она оставалась доброй и сострадательной ко всем, даже к демонам — ведь когда-то и они были людьми.       Из размышлений её вывел голос Аой: — Госпожа Канаэ, обед для Шинадзугавы-сана готов. — Отлично, спасибо, Аой-чан, — Канаэ поспешила отнести еду.       Когда она вновь вошла в лазарет, хашира сидел в той же позе, в какой она оставила его ранее. — Шинадзугава-сан, приятного аппетита, — девушка поставила перед ним поднос с едой. — Благодарю, Кочо-сан, — коротко ответил он и принялся за еду.       В этот момент в комнату вошла  Шинобу. Она выглядела уставшей: дыхание сбивалось, волосы растрепались, а её любимая заколка в виде фиолетовой бабочки едва удерживала пучок из волос. — Шинобу, милая, ты уже вернулась, — с тёплой улыбкой сказала Канаэ. Она давно привыкла видеть сестру в таком состоянии — ведь та на тренировках выкладывалась до предела. — Да, я дома. Немного задержалась — отрабатывала новый стиль боя. У нас новый раненый, сестра? — ответила Шинобу, поправляя волосы. — Да. Познакомься: это Шинадзугава Санеми, хашира ветра. Шинадзугава-сан, это моя младшая сестра — Кочо Шинобу. — Приятно познакомиться. — Взаимно.       Обмен словами вышел коротким и сдержанным. Шинобу перекинулась с сестрой парой фраз и вскоре покинула комнату. — Я ни разу не слышал о вашей сестре в корпусе истребителей, — заметил Санеми. — Она ещё не хашира… но, думаю, скоро сможет им стать. Она очень усердно тренируется, не жалея себя. Я верю в неё, — мягко улыбнулась Канаэ.       Её улыбка вновь выбила Санеми из равновесия. Сердце забилось быстрее — так сильно, как не бывало даже в бою с демонами высших лун. — Думаю, мне стоит оставить вас, чтобы вы могли отдохнуть. Не буду мешать, — сказала Канаэ, собираясь уйти. — Нет, вы вовсе не мешаете… — неожиданно для самого себя ответил он. — Я хотел ещё раз поблагодарить вас за помощь.       Если бы кто-то из знакомых услышал его сейчас, они бы не поверили — настолько непривычно звучала его вежливость. Да и сам Санеми был поражён этим не меньше. — Не стоит благодарности, это мой долг. Но вам действительно нужно отдохнуть. Если что-то заболит — обратитесь к моим подопечным, они позовут меня, — спокойно ответила Канаэ.       С этими словами она покинула лазарет.       Оставшись один, Санеми раздражённо продолжил есть, мысленно коря себя за то, что, возможно, сказал что-то не так.       Ближе к вечеру Санеми всё же покинул поместье сестер Кочо. Но напоследок Канаэ попросила его обязательно приходить на осмотры, чтобы следить за состоянием его руки и ходом восстановления.