Глициния снова цветёт

      День стоял ясным. Несмотря на то, что они отправились на задание немного поздно, это не мешало им постепенно приближаться к назначенному месту. Солнце уже поднялось достаточно высоко, мягко освещая дорогу и играя бликами в листве деревьев.       Они шли размеренно — не слишком быстро, но и не медля. Тишина между ними не казалась тяжёлой, но и нарушить её никто не решался. Лишь редкие звуки природы сопровождали их путь: лёгкое покачивание деревьев от ветра да щебет птиц, устроившихся высоко на ветвях. Временами под ногами тихо хрустели сухие ветки, и этот звук казался неожиданно громким в общей тишине.       Хотя хашира Воды — Томиока Гию — временами казался Шинобу раздражающим типом, но не могли же они провести всю миссию в полном молчании. Так, по крайней мере, решила для себя Кочо. Переборов лёгкое упрямство и свою гордость, она всё же решила начать разговор.        Если не получится — это уже не её проблема. Главное, она попыталась. — Томиока-сан, — наконец нарушила она затянувшуюся тишину.       Гию не ответил, но едва заметно насторожился, прислушиваясь. Он ждал: что скажет Шинобу — просто заговорит или снова заденет его колкими словами? — Почему ты стал столпом? — спустя мгновение спросила девушка.       Кочо шла позади него, не отрывая взгляда от его спины. Услышав вопрос, Томиока остановился и резко обернулся, встречаясь с её фиолетовыми глазами. От этого пристального взгляда Шинобу на секунду почувствовала неловкость, но быстро подавила это чувство, привычно скрыв его за спокойствием. — Почему я стал столпом, говоришь? — повторил он.       Шинобу кивнула. На самом деле ей было не так уж интересно услышать ответ — просто хотелось разбавить тишину и, возможно, немного лучше узнать и понять этого человека.       Гию тихо вздохнул: — Это было давно… в детстве.       Он вновь двинулся вперёд. Шинобу последовала за ним и вскоре поравнялась, подстраиваясь под его шаг почти незаметно. — Ух ты, как издалека ты решил начать, — заметила она.       Он никак не отреагировал, продолжив говорить: — У меня была старшая сестра. Родителей я потерял ещё в раннем детстве, поэтому она стала моей опорой. Накануне своей свадьбы Цутако пожертвовала жизнью, чтобы спрятать и спасти меня от демона, напавшего на наш дом.       Гию на несколько секунд замолчал и снова остановился. Его голос оставался ровным, но в этой ровности чувствовалось что-то сдержанное, почти тяжёлое. Он повернулся к Шинобу, которая уже не смотрела на дорогу — её взгляд был опущен вниз, и она внимательно слушала, не перебивая.       Ещё шаг — и она подняла голову, встречаясь с его синими глазами, глубокими, словно океан, в котором можно утонить.  — Именно после её гибели я решил стать охотником, чтобы защищать других, — тихо закончил он.       Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга. Взгляд Шинобу стал мягче, лишённый привычной насмешки. Затем она первой отвела глаза и прошла мимо него вперёд.  — Томиока… извини, что спросила. Наверное, тебе не хотелось снова вспоминать это, — сказала она чуть тише обычного.       Её слова будто вернули его к реальности. Он снова тронулся с места, теперь уже позади неё. — Всё нормально. Я сам решил ответить, — спокойно произнёс он.       Сам не до конца понимая почему, Гию позволил себе рассказать то, о чём обычно никому не поведывал. Он затронул рану, которая долгие годы оставалась внутри него. О Сабито — его лучшем друге , он говорить не стал — к этому он ещё не был готов.       Остаток пути они провели в тишине. Но теперь она уже не была прежней. В ней появилось что-то иное.        Лишь изредка Томиока бросал взгляд за спину, убеждаясь, что Шинобу идёт рядом. Иногда он незаметно подстраивал шаг под её темп, делая его чуть медленнее, чем обычно, чтобы она успевала за ним поспевать.       Уже стемнело. На небе ярко выделялась луна, окружённая россыпью звёзд, которые мягко освещали их путь. Погода изменилась — поднялся холодный ветер.       Шинобу невольно обхватила себя руками, пытаясь согреться, но спустя несколько секунд почувствовала тепло: на её плечи легло хаори Томиоки.       Она аккуратно сняла его и, протянув одежду обратно, произнесла: — Томиока-сан, спасибо, но всё в порядке. Я не замёрзла.       Однако хашира Воды не прислушался к её словам. Он снова накинул хаори ей на плечи, на этот раз удерживая его чуть крепче. — Не хватало ещё, чтобы ты заболела, не дойдя до основной миссии, Кочо, — спокойно сказал он.       Шинобу на мгновение ощутила раздражение, но быстро подавила его и лишь плотнее укуталась в его одежду. Хаори было ей велико, почти вдвое больше её самой, и едва уловимо хранило его запах — спокойный, холодный, как и он сам. — Вы как обычно, Томиока. Что за привычка — отдавать мне свою одежду? — с лёгкой улыбкой произнесла она.       Гию ничего не ответил. Он и сам не до конца понимал, что чувствует по отношению к этой девушке. Иногда её прямота и колкие замечания раздражали его, а иногда — наоборот — ему хотелось проводить с ней больше времени, узнать её лучше, увидеть настоящую Шинобу и узнать о ней получше.        Они решили найти место для ночлега и с рассветом продолжить путь. Осматривая окрестности, хашира искали дом, где можно было бы переночевать.       Вскоре впереди показалось поместье. С виду дом не казался полностью заброшенным, но и признаков жизни в нём не было.       Томиока подошёл ближе и постучал. Ответа не последовало. Тогда он с силой толкнул дверь — та со скрипом приоткрылась.       Внутри было темно и тихо, почти гнетуще.       Гию вошёл первым, освещая путь фонарём и внимательно осматривая помещение. Шинобу осталась снаружи — она хотела зайти вместе с ним, но он коротко и строго запретил, отправившись внутрь один.       Спустя некоторое время он вернулся. — Всё чисто. Никого нет. Мы можем переночевать здесь и с рассветом отправиться дальше, — сказал он.       Шинобу вошла в дом. Её взгляд сразу зацепился за беспорядок: по полу были разбросаны вещи, повсюду валялись осколки стекла, а на коврах и стенах виднелись засохшие пятна крови.       Она остановилась.       На полу лежала рамка с фотографией. Шинобу невольно наклонилась и подняла её.       На снимке была семья: двое родителей и трое детей — старший мальчик и две маленькие девочки-близняшки. Все улыбались.       Кочо на несколько секунд замерла, всматриваясь в фотографию. Что-то в ней зацепило её — возможно, отголосок собственных воспоминаний, когда и её семья была полной, а жизнь — спокойной и светлой.       Гию заметил, что она задержалась, и подошёл ближе. — Кочо, что такое? — спросил он, направляя свет фонаря на фотографию. — Просто… фотография, — задумчиво ответила она. — Похоже, этот дом принадлежал этой семье.       Она слегка повернула рамку к нему. — Скорее всего, на них напал демон и… — её голос на секунду оборвался. — …и убил их, — спокойно закончил за неё Гию.       Кочо посмотрела на него и молча кивнула. Затем аккуратно опустила фотографию обратно на пол, перевернув её лицом вниз. — Я нашёл спальню. Мы можем переночевать там.       Она последовала за ним.       Комната оказалась относительно целой. В центре лежал двухместный матрас — единственное пригодное место для отдыха. — Остальные комнаты завалены вещами и битым стеклом. Это лучший вариант, — сказал Гию.       «Я думала, самым неприятным будет миссия с ним, но спать на одном матрасе — это ещё хуже», — мелькнуло в мыслях Шинобу. — Кочо? — вырвал её из раздумий голос Гию.       Она вздрогнула и посмотрела на него: — Ой, извини, задумалась… Если другого варианта нет, значит так и быть. — Тогда лучше лечь сразу. С рассветом продолжим путь.       Шинобу на секунду замялась: — Томиока, мне нужно ненадолго отойти… Я скоро вернусь.       Она не стала ждать ответа и направилась к выходу, оставляя его в тишине старого дома. В свою очередь Гию ничего не ответил, лишь коротко кивнул, даже не вдаваясь в подробности.       Шинобу почти сразу вышла из спальни. Быстро пройдя по коридору и освещая путь фонариком, она нашла небольшую комнату — это оказалась ванная. Закрыв за собой дверь, девушка направила свет на себя и, достав из кармана шприц и несколько ампул, принялась готовить раствор яда глицинии.       Её движения были точными и привычными.       Закончив, она без колебаний ввела яд в свой организм.       Сразу же тело охватил жар, по коже пробежали мурашки. Шинобу сжала зубы, стараясь не издать ни звука и удержать себя в руках — она не могла позволить, чтобы Томиока что-то заподозрил.       Спустя несколько минут состояние немного стабилизировалось. Она глубоко вдохнула, привела себя в порядок и, убедившись, что выглядит как обычно, покинула комнату.       Вернувшись в спальню, она увидела, что Томиока уже подготовил место для сна: на матрасе было аккуратно разложено одеяло. Сам он стоял у окна, задумчиво глядя в темноту.       Услышав шаги, он повернулся. — Если ты закончила, можем ложиться, — спокойно сказал он.       Шинобу кивнула и на мгновение осмотрела комнату.       Это было небольшое помещение, в отличие от остального дома — здесь всё выглядело почти нетронутым. Вещи стояли на своих местах, будто хозяева покинули её в спешке. Девушка невольно подумала, что демон, вероятно, сначала напал на детей… поэтому другие комнаты выглядели разрушенными.       Большое окно выходило во двор и было закрыто светлыми занавесками. Справа стоял небольшой стол: на нём лежали книги, контейнер с ручками и разбросанные листы бумаги.       Шинобу подошла к своей стороне матраса. Присев на корточки, она сняла хаори и аккуратно сложила его рядом.       Томиока к этому времени уже лежал с противоположной стороны.       Они отвернулись друг от друга, каждый погружённый в свои мысли.       За окном стояла глубокая ночь. Вскоре послышалось ровное дыхание Гию — он уснул.       Шинобу же не могла сомкнуть глаз.       Она тихо поднялась и посмотрела на него. Его лицо было спокойным, расслабленным — непривычно мягким. На мгновение она даже ощутила лёгкую зависть.       Каждую ночь её преследовали одни и те же мысли — о битве со Второй Высшей Луной, Доумой. Её не покидал страх: что если всё окажется напрасным? Что если её план не сработает?       А когда ей всё же удавалось уснуть, её настигали кошмары. В них Доумa появлялся снова и снова — в разных образах, в разных ситуациях, но конец всегда был один: её смерть или, что ещё хуже, гибель её близких.       На этот раз усталость взяла своё. Шинобу всё же закрыла глаза и провалилась в глубокий сон.       С первыми лучами солнца за окном начало светлеть. Свет медленно проникал в комнату, разгоняя ночную тьму.       Томиока проснулся одним из первых. Он лениво потянулся, стряхивая остатки сна, и окинул комнату взглядом.       Затем его взгляд остановился на Шинобу. Которая спала спокойно, почти безмятежно.       Он невольно задержался на этом зрелище. Сейчас она выглядела иначе — мягче и очаровательнее.        Только сейчас он заметил, что она сняла свою заколку-бабочку. Её короткие волосы были растрёпаны и рассыпались по подушке, несколько прядей падали на лицо.       Неосознанно он протянул руку и аккуратно убрал их за её ухо, взор на её лицо теперь прояснился.        От этого прикосновения Шинобу чуть пошевелилась и перевернулась на другой бок. — «Мы должны были выйти с рассветом.» — мелькнула мысль у Гию.       Ему не хотелось прерывать ее сон, но миссия ведь ждать не будет. Он думал , как же ему разбудить девушку.        В этот момент в комнату через окно влетели вороны. Их громкое карканье нарушило тишину.       Шинобу поморщилась, закрыла уши руками, но вскоре резко открыла глаза, вспоминая, где она находится.       Она приподнялась и огляделась. Перед ней стоял Томиока, а рядом на полу суетились вороны. — Пора на задание! — Кар-рр! Миссия!       Перебивая друг друга, каркали птицы.       Шинобу переместилась в сидячее положение, протирая свои глаза и пытаясь тем самым окончательно проснуться.       Гию на мгновение задержал взгляд на ней. После сна её лицо выглядело растерянным, а распущенные волосы придавали ей непривычный вид. Он никогда не видел её такой. — Доброе утро. Я понимаю, что проспала, но вы сейчас прожжёте во мне дыру, если продолжите так смотреть, — произнесла она. — Доброе утро, — коротко ответил он.       Кочо окончательно пришла в себя, нашла свою заколку и привычным движением собрала волосы, закрепив их бабочкой. Затем надела хаори.       Достав из контейнера онигири, она протянула один Гию: — Угощайтесь, Томиока. Нам понадобятся силы. — Спасибо.       Она отломила ещё по кусочку и протянула воронам. Те довольно закаркали и принялись за еду.       Комната наполнилась молчанием — все были заняты едой. Когда с трапезой было покончено, столпы начали постепенно покидать дом.       Шинобу напоследок оглядела помещение и вскоре присоединилась к Гию.       Им предстояло идти ещё несколько часов. По расчётам Томиоки, они должны были добраться до назначенного места к вечеру или даже ближе к ночи — идеальному времени для демонов. — Томиока, — спустя некоторое время произнесла Кочо. — Слушаю, — коротко ответил он. — У тебя есть цель в жизни?       Этот вопрос выбил Гию из привычного спокойствия. Он посмотрел на напарницу чуть дольше обычного, будто пытаясь понять, с чего вдруг она это спросила. — Цель? Кочо, у тебя в последнее время странные вопросы. С чего вдруг такой интерес? — спросил он в ответ. — Чтобы разговор поддержать. Ты вообще умеешь вести беседу? — с лёгким упрёком произнесла Шинобу. — Во время нашей первой встречи ты не была так заинтересована в общении. Что-то произошло, Кочо?       Шинобу на несколько секунд замолчала, собираясь с мыслями. Затем спокойно ответила: — Просьба Канаэ. Она хочет, чтобы я  была улыбчивой и более общительной с людьми. Воспоминания       В медицинском кабинете резко чувствовался запах спирта. На кушетке сидел молодой охотник — примерно пятнадцати-шестнадцати лет. Он без остановки плакал и всхлипывал от боли. — Хватит уже реветь, успокойся, — раздражённо говорила Шинобу. — К-к-кочо-сан… я н-не м-могу… б-больно… — задыхаясь, произнёс парень. — Терпи. С таким поведением и криками ты никогда не станешь столпом, — продолжала она, обрабатывая раны спиртом, отчего тот закричал ещё сильнее.       В этот момент в комнату вошла Канаэ — взять кое-какие вещи. Она случайно стала свидетельницей происходящего. — Г-госпожа Канаэ… — закричал охотник, увидев её. — Что здесь происходит, Шинобу? — мягко спросила она. — Я просто обрабатываю ему раны, а он орёт так, будто я его режу, — ответила Шинобу.       Канаэ подошла ближе, ласково погладила мальчика по голове и сама принялась обрабатывать раны. Боль никуда не исчезла, но её спокойный голос и мягкие движения немного успокаивали охотника.       Когда она закончила, парень поблагодарил её и ушёл. — Шинобу, — спустя паузу произнесла Канаэ. — М? — Не нужно так разговаривать с людьми. Мне гораздо больше нравится когда ты улыбаешься, хочу, чтобы ты была добрее и чаще улыбалась. Пообещай мне, сестрёнка, — сказала старшая Кочо.        С этого дня поведение Шинобу начало постепенно меняться. Она не могла стать такой же тёплой и жизнерадостной, как Канаэ или Мицури, но старалась. Конец воспоминаний — Просьба сестры? — уточнил Томиока. — Да. Поэтому не удивляйтесь моей манере поведения, Томиока-сан, — улыбнулась Шинобу.       Гию некоторое время молчал, задержав взгляд на её лице дольше обычного. — Ты не обязана заставлять себя, — тихо сказал он.       Кочо слегка приподняла бровь: — О? Неожиданно слышать это от тебя. — Улыбка… должна быть настоящей, — после паузы добавил он.       Она тихо усмехнулась: — Тогда тебе стоит начать с себя.       Всё же её излюбленное дело , а именно — подкалывание людей никуда не исчезло.  Гию отвёл взгляд. — У меня нет цели, — внезапно выпалил он.       Шинобу на мгновение перестала улыбаться. — Нет? Как же так , Томиока-сан? — Да. Я просто убиваю демонов, и всё. Тебя это так волнует? — произнёс он, возобновляя шаг.       Кочо тоже пошла рядом. — Нет. Просто интересуюсь. — А у тебя? Какую цель преследуешь, Кочо? — спросил он. — Моя главная цель — убить Вторую Высшую Луну, Доуму. — Вторую Высшую?.. Ты понимаешь, что в одиночку не сможешь его одолеть? — У меня есть план, — тихо ответила она.       Гию резко остановился и повернулся к ней. — Даже не смей. Это будет для тебя смертью. Ты что, с ума сошла?       «Непривычно видеть его таким… он что, переживает за меня?» — мелькнуло в мыслях Шинобу. — Почему вы так разволновались, Томиока-сан?       Гию на секунду замолчал, затем, успокоившись, ответил: — Ояката-сама готовит план уничтожения Короля демонов. В нём будут задействованы все столпы. Твоя помощь тоже понадобится, Кочо. — А… вот оно что. Спасибо, что объяснил.       Спустя несколько часов они сделали небольшой привал, доели остатки онигири и нашли рядом горный родник с чистой водой. Вдоволь напившись, они продолжили путь, а солнце тем временем медленно опускалось к горизонту.