Синяя, но стараюсь

И опять то же действие, то же состояние, что и вчера. Если так будет продолжаться постоянно — я предпочту выпить яду. От мысли, что придётся проводить время под одной крышей с агрессивно настроенным Нором, снова крутило. Вина от взрыва не душила, только потому, что я видела улетающие оттуда вертолёты. Что спастись могли не все… я отрицала. Трусливо, неправильно и лицемерно, но отрицала. Единственное, на что у меня хватило сил — ввалиться на базу. Я, лично, хотела пойти мыться. Солек посмотрел так, что я без слов поняла: сначала стоит показаться «руководству», хотя… это было не очень понятно зачем. Пока мы возвращались, дождь кончился. Смыть основную массу грязи я смогла возле ручья, который внезапно стал рекой. Но я хотела мыться! У меня грязь везде! Даже там, где у любой уважающей себя девушки грязи быть не должно. Дверь шлюза закрылась за спиной, отрезая вой сирен где-то далеко в джунглях. Внутри было светлее. И слишком людно. Ну почему я пошла, а кто-то просиживал попу в тепле, уюте и чистоте. Я даже примерно понимаю, почему станция у водопада. Единственный способ попасть сюда — пройтись по воде. Ноги всегда чистые — соответственно, полы мыть не надо. — Чилчи, Со’лек… вы в порядке? Нор с Ри’нэлой и Ченом ещё не вернулись… — Альма оторвалась от планшета и подскочила, протягивая руки. У меня глаза чуть не выпали от такой скорости. Она, видимо, восприняла это по-другому и нервно отдёрнулась. Я неуверенно кивнула. Со’лек прошёл внутрь молча, стряхивая с плеч дождевую воду. — Как всё прошло? Ты не ранена? Может, к… — Альма. — голос мужчины на’ви как скрежет по металлу, усталый и намекающий. Я прижала уши. — Она не ребёнок. Хотела издать звук несогласия, но вовремя заглохла. Огляделась в поисках таких же синекожих, как я, ещё раз. Наткнулась на младшенького, задорно сидящего на ящиках. Язык прошёлся по клыкам. У меня значит попа в грязи, горит от страха, а он тут… Когда Тайлан посмотрел на меня, его лицо сначала вытянулось, потом расплылось в широкой улыбке. — Ты это сделала… и — наконец заметил, как я выгляжу. — Ты что… в грязи ползала? — и рассмеялся. Заливисто. Безмятежно. Абсолютно бесяще. Я поджала губы, глядя на мелкого. Подошла ближе, осматривая стоящего рядом с ним мужчину в халате. Завидев меня, он сделал шаг назад, кивнув. Ну хоть кто-то настрой чувствует. Тайлан рассмеялся сильнее. Где там у меня больше всего грязи? Перекинула косу вперёд и смачно собрала грязь с нейро-провода на ладонь. — Ты что де… Пока он не успел сообразить — отпечатала на его лице две грязные ладони. Тайлан замер. — Поздравляю. Теперь мы выглядим одинаково. Мужчина рядом хрюкнул. Чуть улыбнулась, отворачиваясь. Посмотрела на Альму, что, кажется, смягчилась и чуть засияла… Странная. Неоднозначная. Потом на Солека… Он стоял у стены, стряхивая воду с косы. Чистый, идеальный… Спокойный, как будто ничего особенного не произошло. Мой хвост раздражённо мотнулся по полу. То ли хвататься за него всеми руками, то ли плеваться от зависти… Хм, странные мысли в голове, будто расслабилась… — Я пошла. Никто не возражал. И зачем заходили? Отчитаться, что все конечности на месте и меня не прикопали за кустом? Развернулась и ушла по коридору обратно на улицу. Надо постирать одежду… а как она высохнет? Голой походить? … Кажется, у меня в корзинке была набедренная повязка… Ох, это же костёр разжечь нужно… Остановилась. Постояла секунду. Не знаю как. Камушками ударить? Плевать. Разберусь. Пока нет ни Ри’нэлы, ни Нора… Добралась до заводи почти на автомате. Вода здесь хорошая. Тёплая. Поставила корзинку на камень и просто села рядом с водой. База стояла на скале, и поток, падающий в водопад, собирался выше в широкую чашу между камнями. Ночью здесь становилось чуть уютнее. Но всё равно невероятно красиво. Потрогала листья, цветок. Даже корни, оплетающие скалу, были мягкими от мха. Склонилась стараясь увидеть лицо. Бесполезное занятие. Грязь на лице, на плечах, на хвосте. Я вся из грязи. Но мысли стали настолько простыми и спокойными, что было хорошо. И даже думать о бытовых вещах и обычных потребностях хотелось. Скинула топ и штаны. Бельё… Наушник… полетели в корзину. Нашла палку, продела в неё одежду и положила у ручейка, который убегал вниз к водопаду. Прижала всё камнем, чтобы поток не утащил. Довольная своим гениальным мини-полоскательным устройством, наконец, сползла в воду. Тёплая. Вода стала мутной, потом течение утащило грязь дальше к водопаду. Руки бродили по телу, отмывая и отскребывая грязь. Выдохнула. Кажется, я не выдыхала нормально последние… сутки? Или три. Мышцы сразу стали мягче. Спина перестала зудеть. Вода тихо колыхнулась вокруг, смывая остатки грязи. Сколько я так отмывалась — не уверена, но стала прозрачной везде, кроме… волос. Провела руками по лицу. Устало погрузилась в воду по шею. Руки сами нашли тяжёлый, спутанный жгут волос и начали медленно соскабливать с него грязь. Вот это была настоящая проблема. Они были замурованы. Где-то пели птицы, стрекотал кто-то. А мне было так кайфово… Прикрыла глаза. По сравнению с тем, что было час назад — рай. Повернулась лицом к обрыву, распутывая пряди. Посмотрела на верхушки деревьев, на базу, что пряталась за ними. Потрясающее зрение. Как будто увеличили восприятие пикселей, и дождь не мешает. Маленькие люди, которых здесь человек двадцать. А где-то там… буровая, которая… взорвалась. Отвернулась спиной к лесу. Надо что-то решить. Прийти к какому-то выводу. Понять, что делать дальше и за что держаться… Хвост елозил по кромке воды. Сказать, что я «не забыла», а что я «не Чалчи» — ни за что. Меня убьют. Нор будет делать это с безграничной жестокостью. Уйти — не вариант: я здесь никто, зовут меня никак. Ни культуры, ни обычаев, ни языка — не знаю. Защищаться не умею, оружие тоже не использую. Стану ужином за следующим поворотом. Получается… — учиться. И учиться. Потерла лицо снова. Не знаю, что делать дальше. Какие перспективы? Пока оставим так. Вытащила из волос какой-то ком с какой-то мерзостью — вроде травы или мха. И как он туда попал? Дрожь отвращения побежала по телу. Бе-е-е. Брезгливо выкинула подальше. Коса постепенно распадалась на тяжёлые мокрые пряди. Жгут намотала на шею — показалось, что змея. Мыло… Потянулась к корзинке, нащупала кусок скользкого бруска. Опустила волосы в воду и начала медленно промывать. Расчесала пальцами, выскабливая ошмётки. Грязь расползлась по воде с новой силой. Солнце начало садиться, когда я закончила с мытьём головы. Ополоснув их ещё раз, замерла — дыша. Взгляд цапнул стрелу возле корзинки. Мгновение тишины в голове — и вот она уже у меня в руках. Пальцы чуть дрогнули. Странно. Это так странно. Неужели всё происходит взаправду? Я — синекожая на’ви с четырьмя пальцами и проводком в затылке, а люди — это пришельцы, которые захватывают место, где я могу жить… Я бегала от людей, в меня стреляли, и вот… я ведь тоже сегодня стреляла. Настоящей стрелой. Не тренировочной палкой. Не где-то в безопасном месте. На чужой планете. В, по сути, устройство захватчиков… Тихо выдохнула и снова опустилась глубже в воду, чтобы плечи расслабились. Полежу ещё. Повернулась, упёрлась спиной в камень. Положила стрелу на ладони, начала рассматривать. Она выглядела как музейный экспонат древних племён. Но… качественнее. Убойнее. Сначала — древко. Очень ровное. Идеально прямое. Осторожно провела пальцами по гладкому корпусу. Ни перекоса, ни трещин. Небольшая потёртость — и только. А она — из робота! Слегка нажала ногтем — и почувствовала, как оно пружинит. — Хм. Крепление перьев. Тонкие волокна. Я наклонилась ближе. Попробовала подергать — не вышло. Уткнулась лицом в перья, рассматривая едва заметные блестящие полосочки. Чуть покарябала пальцем. Смола? Природный клей? Ниже — верёвка или… точнее, волокно? — Это кто так вяжет…? Узел был очень простой. Но держал так, будто его невозможно развязать. Провела подушечкой пальца по линии обмотки. Ровно. Плотно. Без зазоров. Я видела много старых вещей. Инструменты, украшения, оружие, одежды. Реставрировала их, заменяла максимально предметными материалами, стараясь сохранять конструкции и традиционные способы создания. Иногда им было сотни лет, реже тысячи, на которые лишний раз нельзя дунуть — рассыплются. И это была… очень хорошая работа. Очень-очень. Перевернула стрелу. Наконечник — зазубренный где-то под шестьдесят градусов. Так, чтобы легко войти и больше не выйти… И как я её вытащила-то? Дёрнула плечом. Посмотрела на руку. Это я… сильная, верно? Осторожно коснулась его пальцем. Кость. Светлая, гладкая, тщательно отполированная. Края сходились в тонкое остриё. Очень остро. Такое легко войдёт в плоть. В металл. Повернула наконечник в свете пасмурного дня. Чуть просвечивает. А в углу… резьба. Очень тонкая. Провела по ней пальцем. Линии складывались в знак. Не орнамент. Не украшение. Скорее… метку. — Похоже на клеймо производителя, — тихо пробормотала я. Я не знала символику на’ви. Но это выглядело именно так. Знак клана. Или мастера. Или того, кому принадлежит стрела. Я ещё раз прокрутила её между пальцами. Значит, метка Солека? Странная вещь. Очень простая. Никаких подвесок, украшений, показной красоты. Я поймала себя на мысли, что рассматриваю её так, будто держу в руках артефакт из раскопок. И вдруг тихо фыркнула. — Великолепно. Это великолепно и очень устрашающе. Прямо как её создатель… И вот я сижу голая в воде, посреди джунглей. И анализирую стрелу. Снова провела пальцем по резьбе. Вдохнула, откладывая стрелу. Медленно поднялась из воды, опираясь ладонями о камень. Тело послушно вытянулось вверх. Капли стекали по коже. И вот тут я наконец остановилась, смотря вниз. Грудь у меня была. Такая… небольшая, но, как бы — была. Выпрямилась. Провела ладонью по впалому полосатому животу. Мышцы там были куда крепче. Их видно. У меня таких никогда не было. Ни грамма жира. Стройная, но не хрупкая — все те же мышцы под кожей двигались плавно, как у кошки. Бёдра длинные, сильные. Ноги… Я подняла одну из воды. Кожа не синяя — голубая, с более тёмными полосами. Четыре пальца. Ветерок блуждал по мокрой коже. Ни одного волоска. Вены не видно… Посмотрела на сгиб рук. Неужели настолько толстая кожа? Повертела ладони. Палец всё-таки не отрезанный… его просто никогда не было. Голубые когти. Пальцы сжались. Руки такие же метровые, как и ноги, кажется, будто немного непропорционально длинные конечности. Села, кладя ступню на колено, не решаясь касаться и смотреть на стопу. А вдруг она уродливая и толстая? Или шершавая? Я бегала босиком — и ни камни, ни корни, ни грязь не ощущались болезненно. Не глядя, аккуратно надавила пальцем на пятку, чувствуя гладкую кожу, мягко скользящую под давлением. Фух… Посмотрела вниз. Пятка была гладкой, розовой. Но просто очень толстой. Прикосновения едва ощущались. А сама лапа, по-другому не назовёшь — вытянутая, продолговатая. Подвигала пальцами ног. Их тоже было четыре. Разжались, сжались. Работают. Помыла руки — пощупала щёки. Провела пальцами под глазами. Слева был шрам — как мазок с точками… Наверняка внизу есть зеркала… надо найти. Или попросить. У остальных Саренту тоже есть, но я не очень помню. В лица их смотреть — страшно. Или это вина? Хвост лениво мотнулся за спиной и хлопнул по воде. Поверхность воды осветило солнце. Закончив с осмотром «себя», потянулась к своей импровизированной стиральной конструкции. Штаны и топ болтались в потоке. Ветерок лениво прошёлся по коже, по спине побежали мурашки. Вытащила их. К счастью, задумка удалась — грязи стало гораздо меньше. Намылила, сполоснула. Отжала. Поняла, что удалась только внешне. … чувствуя ещё тонну песка на ладошках. Кинула в воду. Посмотрела на небо, потом на мокрую одежду. Теперь надо перестирывать, да? Вернее — постирать. Дура. Кого обманываю, мне лень. Села рядом. Живот снова напомнил о себе. Сначала просто урчание, неприятное, но терпимое. Теперь он уже откровенно возмущался, сжимаясь и требуя внимания. — Да слышу я тебя… Я потерла живот и огляделась. В лагере еда наверняка есть. Вчера мне же её предлагали? Может, холодильник или корзинка с фруктами? Но до туда надо дойти. А дойти голой… Покосилась на корзинку, где лежала выданная на базе набедренная повязка. В грязном идти — фу. Выдохнула. Значит, повязка… Озарение было похоже на свежесть. А вообще… я же «ничего не помню». Значит, и правила приличия тоже. Отлично. Прекрасное алиби. Глупая улыбка налезла на лицо. И слезла так же. Или это будет — слишком? … Но ведь в фильмах все на’ви ходят едва одетые, женщины грудь прикрывают еле-еле… Опять посмотрела на повязку. Грудь волосами прикрою. Эти самые волосы, неприятно лили воду на спину, попу и ноги. Присела у корзинки. Вытащила тряпочку для бёдер. Смотрелось… вроде просто. И чего я переживала? Вот трусики, вшитые в юбку. И дырка для хвоста… Ммм… а это что за верёвочки? Ай, разберусь. *** Разобралась, не разобралась, главное делать вид что все нормально и так и должно быть, пока кто-то не скажет. Взяла корзинку под мышку, стрела торчала не очень красивая и почти побежала вниз перепрыгивая с уровня на уровень. Голод был сильнее страха поскользнуться, упасть и разбиться. Идти в повязке оказалось... странно. Непривычно. Ветерок гулял где хотел, и каждый раз, когда он забирался чуть выше колена, хотелось дёрнуться и одёрнуть то, чего нет. Но хвост, гад такой, наоборот радовался. Размахивался как маятник, то влево, то вправо, будто пританцовывал. — Радуешься? — буркнула я, не оборачиваясь. Хвост дёрнулся особенно сильно. Я же говорю - он сам за себя. Тропа вилась между корнями, потом нырнула в расщелину скалы. Здесь было темнее, прохладнее. Стены пещеры влажно поблёскивали. Где-то капала вода. Я вышла к тому самому месту, где вчера они сидели у костра. Гамаки. Угли. Тишина. И Тайлан. Он сидел на камне у потухшего костра и что-то сосредоточенно разглядывал в руках. Какая-то железяка. Услышав шаги, поднял голову. Замер. Я замерла тоже. Его взгляд неловко прошёлся по мне. Будто он сначала просто хотел понять, кто вошёл. Но остановился где-то на уровне груди, прикрытой волосами. — Ты... — начал он и мои уши дернулись, когда его лицо...пофиолетовее? Посмотрела. Он молчал. Моргал. Краснел. Я тоже молчала. Не услышав продолжения решительно направилась к тому месту, где вчера стояла корзинка с фруктами. Или чем они тут питаются. Присела. О тут что-то желтое. Взяла несколько плодов и сразу же впилась зубами в мякоть. Я прям вампир. Почти хрюкнула от этой мысли. — Ты в повязке. — стоило еде начать поступать в пищевод, уже более довольно посмотрела на на'ви. Отвернулся и мотыля хвостом. — Тоже считаешь что ... мы не должны пользоваться людскими вещами? — громко хрустнула косточкой. Ой. Провела языком по твердому кусочку внутри. Прикольно. А тут есть что-то похожее на хурму? Синяя спина вздрогнула и ссутулилась еще больше. Думаю откровения у меня должны быть, а не у него. — Нор говорит, что я позорю наш клан… одеждой… устройствами… и тем, что я почти не знаю язык на’ви. — Умеешь заплетать косы? — выплюнула косточки в ладонь и вбросила в щель где виднелась трава. —А? — парень обернулся тряхнув волосами. Что? Ожидал сочувствия и понимания? Хрен тебе. Мне бы, кто посочувствовал. — Умеешь? — наклонила голову, беря второй фрукт. — Эм… нет. Мне Ри'нэла… заплетала… — концу фразы голос стал тише, будто признавался в ещё одной собственной беспомощности. Парень уставился в пол. — Понятно. Я тоже. — пожала плечами. Остановилась. Черт. Безысходно посмотрела на корзинку. Мокрые, все еще грязные вещи. Уууу. Не хочется. Но надо. Ещё раз посмотрела на корзину, словно надеясь, что вещи сами каким-то чудом станут чистыми. Не стали. Тяжело вздохнула, взяла корзинку и поплелась к водопаду. Хорошо он ступенчатый... и есть разлив... Но наверняка не теплый как наверху. — Ты куда? — осторожно спросил Тайлан. — Стирать. У небольшого металлического настила остановилась. Поставила корзинку. Опустила руки в воду. Нет. Не ледяная. Нормальная. Но из-за того, что стоячая. Волосы мешали... Опять вздохнула. Пыхтя, зашла в воду глубже, но так чтобы не намочить полу-юбку. Кажется было проще стирать наверху, можно было не мучаться ни с волосами ни с повязкой. Шаги за спиной мялись. Посмотрела за спину. Тайлан стоял наверху тропы и выглядел удрученно. —Не хочешь стереть с лица грязь? — Эм...я уже. — Нет. Все еще грязный. Он пару секунд поколебался. Потом всё-таки спустился к воде, зашел в воду совсем чуть чуть. Будто она его сожрет. Закатила глаза. — Зачем ты вообще меня измазала? — бурканье рассмешили, за ними шлепки о воду и я принялась намыливать топ. — Потому что я устала. А тебе было с этого смешно. — минуту мы молчали. Оглянулась, когда за спиной стихло и вышла из воды, посчитав что топ - чистый. Взяла штаны. Чужой хвост ударился о землю. — Мне тоже стало смешно после твоей грязной мордахи. Парень смутился и принялся с двойным усилием, еще раз, отмывать лицо. Я бы предложила ему мыло, но... оно у меня одно и оно мне нужно. Штаны было стирать тяжелее, руки покраснели, но непонятного даже от чего конкретно. Спина тоже давала о себе знать. На корточках было бы удобнее. На'ви сидел рядом на камне и что-то увлеченно ковырял отверткой иногда виляя хвостом. Смахнув пряди с глаз, я наконец вышла из воды. Камень под ногами оказался холодным. Пошевелила пальцами ног, разгоняя грязь. Казалось бы - камешки должны впиться в ступню и доставить дискомфорт - но нет. Вот правильно мама всегда говорила: хочешь престать думать - начни что-то делать руками. Работает. Еще раз прошлась глазами по парню направилась обратно. — Тайлан, — подождала пока он мявкнет переведя потерянный для этого мира взгляд с устройства. — Огонь разжечь сможешь? В этот раз энергично закивал вскакивая и подвигая мору прям к уху, и прикрывая зону ладошками. Вселенский секрет мне выдать собрался? Парень, оказалось, был выше меня почти на голову. — Мне Алекс дал зажигалку, только Нору не говори. — медленно повернулась. Улыбка очень хотела наползти на лицо. Мы короче с ним тут отсталые? Приблизилась, смотря в живые светло-жёлтые глаз. — Ни-за-что. — максимально серьёзно кивнула и фыркнула отворачиваясь. Надо тоже попросить зажигалку. Будем вместе прятать от Нора... Эта нервная мысль, заставила икнуть.—Только нам все равно придаться научиться разжигать огонь без помощи зажигалки. —таким же сакральным шёпотом протянула. Тень пещерки накрыла быстро. Если что-то пойдет не так, я должна уметь выживать в этих местах. Даже, не выживать... Пока парень разжигал огонь, разложила одежду на камнях рядом. Хотелось бы жить, а не мучаться. Стоило попе коснуться плетёной ткани, как стало безумно хорошо. Отвернулась от огня, подтягивая колени к груди.  Отлично. Один штрих... Проводочек перекинула в руки, волосы вытащила из-под попы, укутываясь как одеялом и ласково коснулась оголенных розовых ниточек, что мягко обвили пальцы. Показалось что он засветился чуть-чуть ровненьким... Мило. Прижала его ближе к груди и прикрыла глаза. Провод был теплый и казалось чуть грел. Приятно Черканите пару строк по сюжету🙏🙏🙏 Продолжение будет выходить каждый четверг