Сказка лесной девочки

“Папа говорит: “Ты моя девочка”. И я должна быть благодарна. Я должна чувствовать себя защищённой. Но почему тогда мне хочется стать меньше? Почему я замираю, когда он входит в комнату? Почему я считаю секунды, пока его рука лежит у меня на голове? Он не злой. Он просто… тяжёлый. Его любовь - как камень, который нельзя сбросить. А если я скажу, что мне больно, он обидится. И тогда я буду виновата….я всегда виновата…”

Сара, 14 лет

Девочка протянула руку и взялась за ручку. Металл был холодным, но не обжигал. Она толкнула дверь и шагнула внутрь. Шагнув внутрь кабинета, дверь за Сарой закрылась сама собой - без звука, без скрипа, словно она перестала существовать. Кабинет отца всегда казался ей другим миром. Здесь пахло кожей и табаком, старыми книгами и деревом. Большой письменный стол из тёмного дуба, настольная лампа с зелёным абажуром, кресло, в котором Джаред сидел по вечерам, просматривая бумаги. Стены увешаны дипломами и благодарственными письмами - не её, а его. Всё здесь говорило о порядке, статусе и власти. Отец сидел в кресле. Тот же костюм, что и утром. Красный галстук слегка ослаблен, рукава рубашки закатаны. В правой руке была красивая перьевая ручка, доставшаяся в качестве подарка от своего босса, а в левой - стакан с виски. На столе лежала большая стопка документов. Он выглядел уставшим, но довольным, как человек, который только что закончил важное дело. Когда Сара вошла, он поднял голову. Лицо отца сразу озарилось улыбкой Сара, - сказал он, откладывая ручку и стакан с виски, - Иди сюда. Голос был тёплым, но в нём слышалось что-то ещё. То, что Сара не могла назвать. Может быть, ожидание. А может быть, какое-то требование. Она сделала шаг. Потом ещё один. Ноги двигались сами, хотя внутри всё кричало о том, что нужно остановиться. Отец раскрыл объятия. Широко, как делал всегда, когда хотел показать, как сильно любит свою дочь. Иди ко мне, моя девочка. Сара подошла и он обнял её, прижав к себе. Сильно. Слишком сильно. Она чувствовала его руки на своей спине - такие тяжёлые, большие, сжимающие. Она чувствовала запах его одеколона, который всегда казался ей слишком резким. Она чувствовала, как её легкие сжимаются, потому что ей нечем дышать.. Ты же моя девочка, правда? - прошептал он ей в макушку. - Ты же моя умница. Моя гордость. Моя. Сара попыталась выдохнуть. Но не получилось. Попыталась сказать что-то, но слова застряли в горле. Его рука гладила её по голове. Медленно. Тяжело. Как будто она была не дочерью, а вещью, которую нужно полировать до блеска. Я горжусь тобой, - продолжал он. - Ты лучшая. Ты всегда была лучшей. Не подведи меня, слышишь? Она кивнула. Точнее говоря, это её голова кивнула сама. Ты моя девочка, повторил он. - Навсегда. Сара закрыла глаза. Внутри неё что-то сжалось. Не сердце - что-то глубже, там, где пряталось всё, что она не могла показать. Там, где жила злость. Там, где жил страх. Там, где жила она - настоящая. Пап, пожалуйста, отпусти, - прошептала она. Так тихо, что сама не услышала. Но он услышал. Руки разжались. Джаред отодвинулся, посмотрел на неё. В его глазах было удивление. И ещё что-то. Обида? Непонимание? Что с тобой? - спросил он. - Я же просто обнял дочь. Сара сделала шаг назад. Потом ещё один. Сара, - голос отца стал твёрже. - Ты куда? Она не ответила. Развернулась и побежала. К двери. Которая исчезла. Которая не открывалась. Которая должна быть здесь, но её не было. Сара! Она ударила ладонями по стене. По гладкой, тёплой, живой стене, которая не пускала её. Она била по ней, пока ладони не заболели. Сара, остановись! Она закрыла глаза. Сжалась. Вдохнула. Из последних сил. И стена исчезла. Она вывалилась наружу, в темноту, и холодный воздух ударил в лицо, обжёг лёгкие. Она жадно глотала его, стоя на коленях на холодной земле. Ночная рубашка была разорвана на плече. Ноги босиком. Вокруг - темнота. И только свет в окнах дома, из которого она только что выбежала. Сара подняла голову. Дом стоял перед ней. Тот же дом, где она жила каждый день. Но сейчас он казался чужим. Окна горели тёплым светом, из трубы шёл дым. Там было безопасно. Там её кормили, одевали, давали крышу над головой. Но там её не видели. Сара встала. Ноги дрожали, но она удержалась. Она посмотрела на дом, на свет в окнах, на тени, двигающиеся за шторами. Потом отвернулась. И сделала шаг в темноту. Но пола не оказалось. Она летела вниз, в чёрную пустоту. Не было ни стен, ни света, ни звука. Только падение. Бесконечное, как время, которое она провела в этом сне. Она открыла рот, чтобы закричать. Но нечем дышать. А потом - удар Сара села на кровати, задыхаясь. Сердце колотилось где-то в горле. Руки дрожали. Она огляделась. Своя комната. Своя кровать. Свои грамоты и медали на стене. Она дома. Сара выдохнула, провела ладонью по лицу. Сон. Просто сон. Страшный, тяжёлый, но всего лишь сон. Она повернулась, чтобы посмотреть время. Будильник показывал 23:30 Середина ночи. Она проспала всего несколько часов. Сара откинулась на подушку, пытаясь унять дыхание. Сердце всё ещё стучало слишком быстро. Она закрыла глаза, надеясь снова уснуть. Но что-то было не так. Тишина. Не та, что бывает, когда просто тихо. Та, которая дышит. Которая давит на грудь, на горло, на глаза. Сара открыла глаза. Комната была та же. Но стены стали выше. Дверь в коридор исчезла. На её месте была гладкая белая стена. Она не проснулась. Она просто упала из одного кошмара в другой