Клятва спящих стражей

Прошёл месяц. Целый месяц ада, боли, мозолей и бесконечных падений. Рей больше не проклинал Старейшину Линя. Ну, может быть, только по ночам, когда ломило всё тело, а сестра, как ни в чём не бывало, пила чай на кухне и делала вид, что не слышит его страдальческих стонов. Но даже эти проклятия стали какими-то механическими — как чистка зубов или мытьё посуды. Привычка, не больше. Они тренировались каждый день. Даже когда шёл дождь. Даже когда у Рея была температура. Сестра говорила: «Магия не ждёт, пока тебе полегчает. Враг тоже не позвонит и не спросит, готов ли ты». И Рей, скрипя зубами, плёлся за ней на тренировочное поле. Это поле было странным местом. Оно находилось в кармане реальности — сестра открывала портал прямо из кухни, и они шагали в пустое пространство, которое могло менять форму по её желанию. Как объяснила Катя, такие «карманы» могли создавать маги с высоким уровнем контроля — и это было ещё одним доказательством того, что она гораздо сильнее, чем хочет казаться. Вчера там был пустырь, сегодня — скалистый каньон, завтра — густой лес. Рей перестал удивляться. В этом мире правила работали иначе. --- Вторая неделя тренировок. Каньон. Рей стоял на узком каменном выступе, вцепившись пальцами в шершавую скалу. Внизу, метрах в десяти, темнела пропасть — Катя специально создала рельеф посложнее, чтобы он учился держать равновесие. Ветер трепал волосы, солнце било в глаза. — Давай! — крикнула сестра снизу. — Огненный шар в ту стену! И не смотри вниз, смотреть надо на цель! — Легко сказать! — проорал Рей в ответ, чувствуя, как дрожат колени. Он выбросил руку вперёд, концентрируя огонь в ладони. Искра вспыхнула, начала расти... и погасла. Ветер сбил концентрацию. — Я не могу! Тут скользко! — Врагу плевать, скользко тебе или нет! Ещё раз! Рей стиснул зубы, вдохнул поглубже и снова выбросил руку. На этот раз шар получился — небольшой, размером с яблоко, но получился. Он ударился о скалу напротив, выбив облако каменной крошки. — Вот! — выдохнул Рей, оборачиваясь к сестре, и в этот момент потерял равновесие. Нога соскользнула с уступа, и он полетел вниз, даже не успев закричать. Водяной хлыст подхватил его за секунду до удара о землю. Катя опустила его на камни — не грубо, но и не нежно. — Ты отвлёкся, — сказала она, убирая воду. — В бою это смерть. — Я знаю, — прохрипел Рей, лёжа на спине и глядя в небо. Сердце колотилось где-то в горле. — Знал бы — не отвлекался бы. Вставай. Снова наверх. И он вставал. Снова и снова. --- Третья неделя. Лес. — Сегодня работаем над защитой, — объявила Катя. Они стояли на поляне, окружённой густыми елями. Сестра, как всегда, выглядела так, будто только что вышла из дома, а не пробиралась через бурелом. Рей же был весь в хвое и мелких царапинах. — Я буду атаковать водой. Твоя задача — ставить огненный щит. Не шар, не атаку. Щит. Сплошную стену пламени перед собой. Понял? — Понял, — кивнул Рей, хотя на самом деле понятия не имел, как это сделать. — Начали. Она взмахнула рукой — и в Рея полетела струя воды, плотная, как хлыст. Он попытался выставить ладонь, создать пламя, но вода ударила его в грудь, сбив с ног. Он пролетел метра два и шлёпнулся в мох. — Щит, Рей. Не искры. Сплошная стена. Вставай. Он встал. Снова атака — снова удар. Вода была ледяной, затекала за шиворот, пропитывала одежду. Через десять минут Рей промок до нитки, дрожал от холода и злости, но щит не получался. — Достаточно, — сказала Катя, опуская руку. — На сегодня хватит. — Нет! — рявкнул Рей, вскакивая на ноги. — Ещё раз! Сестра приподняла бровь, но спорить не стала. Атака — и в этот момент что-то в Рее щёлкнуло. Он не стал думать. Просто представил, что перед ним не тренировочная площадка, а та пещера. Аргемон. И из темноты на него идёт не сестра, а безмолвная фигура в капюшоне. Пламя вырвалось само. Широкое, жаркое, оно встало перед ним стеной — и водяной хлыст разбился об неё, превратившись в облако пара. Сестра одобрительно хмыкнула. — Вот так. Три секунды продержался. Завтра повторим. Рей стоял, тяжело дыша, и смотрел на свои ладони. Они дымились. --- Четвёртая неделя. Пустырь. — Смотри! — крикнул Рей, отпрыгивая назад, и выбросил вперёд обе руки. Между его ладонями вспыхнула искра, а через секунду она разрослась в огненный шар размером с баскетбольный мяч. Шар полетел в учебную мишень — деревянный столб, обмотанный тканью, — и с глухим хлопком врезался в неё. Ткань задымилась, столб почернел. Сестра, стоявшая в стороне с руками, скрещёнными на груди, прищурилась. — Неплохо. Держишь уже три секунды. В прошлый раз было две с половиной. Рей выдохнул, опуская руки. Ладони горели, но это была хорошая боль — боль прогресса. — Я смог его запустить! И он не взорвался у меня в руках! — Не взорвался — уже достижение, — хмыкнула сестра, подходя ближе. — Но до того, чтобы тягаться с кем-то, кроме столба, тебе ещё как до Луны пешком. Сосредоточить пламя — это одно. А ты сможешь запустить шар, уклоняясь от удара? Сможешь, если тебя оглушили? Сможешь с закрытыми глазами? Рей сдулся. — Ты могла бы просто сказать «молодец». — Я могла бы, — согласилась сестра. — Но тогда ты расслабишься, а расслабленных магов убивают первыми. Давай заново. И запомни: чем сильнее тело, тем больше сосуд для магии. Если ты дохляк — твоя сила разорвёт тебя изнутри раньше, чем ты её применишь. Они продолжили. Рей отрабатывал форму: удерживать пламя в ладонях, сжимать, растягивать, превращать в тонкие нити. Получалось не всегда. Иногда огонь вырывался, обжигал пальцы, и он с досадой дул на покрасневшую кожу. — Водой бы тебя, — усмехалась сестра в такие моменты, вскидывая руку. Тонкая струя воды охлаждала обожжённую кожу — Катя, как оказалось, владела водной магией, и их с Реем тренировки превращались в вечную дуэль «огня и льда», как она это называла. Ближе к вечеру, когда солнце уже клонилось к закату, Рей — совершенно вымотанный — лежал на земле, раскинув руки. Сестра сидела рядом на камне и молча смотрела вдаль. Он повернул голову и вдруг спросил, сам не зная зачем: — Кать, а Линь... он в моём возрасте какой был? Уже сильный? Сестра помолчала, и Рею показалось, что вопрос ей не понравился. — К тому времени он уже два года как пропал, — ответила она наконец. — Никто не знает, каким он был. А когда вернулся... Она не договорила, но Рей понял без слов. Вернулся — и стал таким, что ему не нужны были ни оправдания, ни объяснения. Он закрыл глаза и представил это лицо. Спокойное, отстранённое, с пронзительными серыми глазами. Чашка чая в руке. Равнодушный глоток. И его собственная беспомощность — тогда, на кухне, когда он не смог сделать и двух шагов. В груди вспыхнул огонь. Не магический — обычный. Злость. Та самая, что грела его весь первый месяц. Но он не позволил ей разрастись. Сделал вдох. Выдох. Открыл глаза. «Не сейчас, — подумал он. — Но когда-нибудь. Когда-нибудь я заставлю тебя посмотреть на меня иначе». — Вставай, — голос сестры вырвал его из мыслей. — Последний подход — и домой. Рей встал. Ладони всё ещё горели, ноги дрожали от усталости, но в груди поселилось спокойное, ровное тепло. Он шёл вперёд. Другого пути не было. --- В одно утро всё пошло не по плану. Солнце только-только встало, и Рей, как обычно, дрых без задних ног, когда в его комнату ворвалась сестра. Шторы были раздвинуты с такой силой, что карниз жалобно звякнул. — Подъём! — рявкнула она голосом, не терпящим возражений. Рей застонал и натянул одеяло на голову. — Ещё пять минут... Мы же сегодня тренируемся в девять, сейчас только... — Завтра первый учебный день, — перебила сестра. — В школе. Рей замер. Потом медленно спустил одеяло и уставился на неё. На его лице читалось искреннее непонимание. — В какой школе? Ты говорила, что я уже не учусь! Что документы... — В обычной школе. В нашем мире. — Сестра говорила спокойно, но в её тоне чувствовалась сталь. — Ты теперь не маг-беглец, а обычный старшеклассник, которого перевели в новую школу из-за переезда. Легенда готова, документы у меня. Их пришлось делать через знакомых Линя, между прочим. Так что будь благодарен. Рей сел на постели, хлопая глазами. — Ты серьёзно? — Никогда не была серьёзнее. — Сестра кинула в него свёртком одежды. — Одевайся. Идём по магазинам. — По магазинам? — повторил он, как попугай. — Ты глухой? Учебники, форма, тетради. Всё, что нужно для обычного школьника. И, Рей... — она уже выходила из комнаты, но задержалась в дверях. — Никакой магии. В школе. Вообще. Если кто-то из Стражей или Охотников почувствует пробуждение — они вычислят тебя за день. А нам этого не нужно. Понял? Рей сглотнул, вспомнив фигуры в капюшонах. — Понял. Она вышла, а он ещё минуту сидел, переваривая информацию. Школа. Обычная школа, в обычном мире. Никаких порталов, никаких кристаллов, никаких охотников. Только парты, доска и домашние задания. «Странно, — подумал он. — После всего, что было... вернуться в школу. Это как-то... неправильно». Но спорить с сестрой было бесполезно. Он встал, умылся, оделся и вышел на кухню, где она уже пила кофе и листала список на телефоне. — План такой, — сказала она, не поднимая головы. — Сначала канцелярия. Потом — форма. Потом — рюкзак, сменка и прочая ерунда. Денег в обрез — я, знаешь ли, не миллионер в этом мире, так что без истерик и просьб купить айфон. — А я и не просил, — обиженно пробурчал Рей, хотя на самом деле подумывал. — Потому что знал, что я скажу. Поехали. --- Они потратили на магазины целый день. С утра и до самого вечера. Первая ссора случилась уже в канцелярском отделе. — Я возьму вот этот, — Рей потянулся к рюкзаку с крупным логотипом какой-то популярной игры. Сестра перехватила его руку. — Нет. — Почему?! — Он красный. С картинкой. С надписью. Ты хочешь, чтобы тебя запомнили как «парня с рюкзаком из игры»? Идеально для конспирации. Бери чёрный. Без принтов. — Я что, должен теперь как ниндзя ходить? Весь в чёрном, лица не видно? — Именно, — отрезала сестра, и по её тону Рей понял: спорить бесполезно. Рюкзак взяли самый неприметный — чёрный, без надписей, без картинок. Рей надулся и молча шёл следом за сестрой, пока она набирала остальное: тетради, ручки, карандаши. Циркуль, который Катя потребовала взять «на всякий случай», хотя Рей заверил её, что ни разу в жизни не пользовался этой штукой по назначению и не собирается начинать. — В школе заставят, — сухо ответила она. Второй конфликт разгорелся в отделе одежды. Рей стоял перед зеркалом в тёмно-синих брюках и белой рубашке, вертел головой и мрачно разглядывал своё отражение. — Я похож на офисного планктона, — заявил он. — Ты похож на обычного парня, — поправила сестра. — Что нам и нужно. Берём. — Подожди! — он схватил с соседней вешалки серый джемпер. — Можно хотя бы это? Вдруг холодно будет? — Не будет. — Откуда ты знаешь? Ты что, теперь и погодой управляешь? Катя выразительно закатила глаза — этот жест Рей видел раз пятьсот за последний месяц и каждый раз он означал «боже, дай мне терпения с этим ребёнком». — Бери джемпер, — процедила она. — Но не ной потом, что форма не по уставу. Иди на кассу. У кассы они поругались в третий раз. Рей увидел на витрине наушники — хорошие, с шумоподавлением, явно дорогие. — Слушай, а может... — Нет. — Я даже не договорил! — Ты хотел попросить наушники за пять тысяч. Нет. У тебя есть старые. Они работают. — Они проводные! В школу с такими только лузеры ходят! — Значит, будешь лузером с отличным музыкальным вкусом, — отрезала Катя, расплачиваясь за форму. — Всё, идём. У нас ещё сменка. — Ты невозможна! — выпалил Рей громче, чем хотел. Пара человек у соседней кассы обернулись. Катя медленно повернулась и посмотрела на него своим коронным взглядом — тем самым, от которого ему всегда хотелось провалиться сквозь землю. — Я невозможна, — согласилась она ледяным тоном. — А ты жив. И до сих пор не пойман Охотниками. Хочешь обсудить дальше, какая я плохая сестра — можем прямо здесь. При всех. Давай. Рей сдулся и промолчал. Но всю дорогу до отдела обуви он демонстративно отставал на три шага и смотрел в пол. В последнем магазине, когда они брали сменную обувь, он краем глаза заметил странное движение за окном. Тень. Быстрая, резкая, непохожая на обычного прохожего. Сердце ёкнуло, и он уже потянулся к своему огню, но сестра, даже не обернувшись, легонько стукнула его по затылку. — Расслабься. Это просто голубь, — сказала она тихо, но твёрдо. — Здесь ничего сверхъестественного не происходит. Запомни: в этом мире ты никто. Обычный подросток, который идёт в новую школу. Без магии. Без прошлого. Понял? Рей сжал кулаки, заставляя огонь внутри угаснуть. Сделал глубокий вдох. — Понял. Они вышли из магазина с полными пакетами. Солнце уже клонилось к закату. В воздухе пахло осенью и чем-то будничным. Дойдя до остановки, они молча сели в почти пустой автобус. Катя смотрела в окно, Рей ковырял ценник, прилипший к пакету с формой. В автобусе было тихо, только тихо играло радио над кабиной водителя. Где-то на середине пути сестра вдруг повернулась к нему и спросила — уже без металла в голосе, почти по-человечески: — Есть хочешь? Рей удивлённо моргнул. После их стычки в торговом центре он ожидал, что она не заговорит с ним до самого дома. — Вообще-то да. Катя молча достала из своего пакета шоколадный батончик — тот самый, который Рей просил купить ещё утром и получил категоричный отказ — и сунула ему в руку. — Только молча. Без благодарностей. Рей развернул батончик и отвернулся к окну, пряча улыбку. Иногда сестра удивляла. Не часто, но метко. Когда они поднялись в квартиру, Катя, бросив ключи в миску на тумбочке, устало выдохнула: — Всё. Сегодня можешь отдыхать. Завтра встаём рано — провожу тебя до школы, покажу дорогу. Рей кивнул и отправился в свою комнату — разбирать вещи, раскладывать по полкам. Тетради — в стопку, ручки — в пенал, форма — на плечики. Уже собрав рюкзак, он остановился и посмотрел на него. Чёрный, скучный, без единой наклейки или значка. Идеальный рюкзак для человека, которого не должны запомнить. «Всё по-настоящему, — подумал он. — Завтра первый день. Как у обычного человека». Он умылся и рухнул в кровать. В темноте комнаты, уже проваливаясь в сон, он вдруг вспомнил сегодняшний разговор на тренировке. Свой вопрос о Лине. И короткую паузу сестры, прежде чем ответить. С этой мыслью он уснул. Никаких кошмаров про охотников, никаких фиолетовых кристаллов. Только ровная, спокойная темнота — и где-то глубоко внутри, под слоем усталости, тёплый, уютно тлеющий уголёк. Его собственный. Никому не отдам.