Клятва спящих стражей

Они упали на мягкую землю. Лес. Светлый, солнечный, непохожий на тот мрачный, где Рей когда-то бежал от погони. И непохожий на Аргемон с его фиолетовыми кристаллами. Здесь пахло мхом и цветами, где-то пели птицы. Высокие сосны уходили в небо золотыми стволами, а между ними пробивались косые лучи — утро здесь только начиналось, хотя по ощущениям должна была быть глубокая ночь. Дима лежал без сознания. Обычный человек, не маг — переход через портал вырубил его, как выключателем щёлкнули. Дышал ровно, но глаза закрыты, лицо бледное. Губы едва заметно шевелились — кажется, даже в отключке он пытался что-то сказать. — Он жив? — спросила Катя, уже снова обычная — каштановые волосы, невзрачная внешность. Только дыхание сбитое, и руки всё ещё дрожали после боя. — Жив, — ответил Рей, проверяя пульс на шее друга. — Просто в отключке. Как я в первый раз, когда ты тащила меня через портал. — Тащи его, — кивнула Катя куда-то в сторону, вглубь леса. — Нужно укрытие. И подальше от места выхода — охотники могут попытаться пройти по нашему следу. У них есть свои способы отслеживать порталы. Рей взвалил Диму на плечи. Тот был тяжёлым — без сознания тело обмякло, стало ватным, неудобным, голова болталась, руки свисали и цеплялись за кусты. Рей шёл, спотыкаясь о корни, и проклинал всё на свете. И себя — за самоуверенность. И охотников — за то, что напали. И сестру — за то, что не сказала, насколько он на самом деле слаб. Они шли долго. Катя вела, Рей тащил. Она шла быстро, но то и дело оглядывалась — проверяла, не отстал ли, не упал ли. Дима иногда стонал во сне, но не просыпался. Один раз его рука дёрнулась и задела ветку — с дерева посыпалась хвоя. Наконец, они нашли дерево. Огромное, старое, с дуплом, которое оказалось не дуплом, а входом в пещеру. Не такой, как Аргемон — маленькую, сухую, защищённую корнями, словно природный бункер. Корни свисали с потолка, как занавес, и внутри пахло землёй и чем-то сладким — может быть, диким мёдом. — Здесь, — сказала Катя, пропуская Рея вперёд. Он затащил Диму внутрь, уложил на подстилку из сухих листьев — Катя набросала их заранее, быстро, по-хозяйски. Сам сел рядом, обхватив колени руками. Руки дрожали. Всё тело дрожало — то ли от усталости, то ли от пережитого страха. Катя села напротив, у входа. Смотрела на брата долгим, тяжёлым взглядом. — Ну что, сильный? — спросила она тихо. — Всё ещё можешь за себя постоять? Рей промолчал. Потому что ответ был очевиден. — Я же говорила, — добавила Катя, и в голосе её не было злорадства. Только усталость. — Ты не готов. Я учила тебя скрывать след, но ты не научился. Я учила тебя контролировать огонь, но в бою ты просто швыряешься шарами, как ребёнок снежками. А теперь у нас нет дома, и Дима знает слишком много. — Он не расскажет, — хрипло сказал Рей. — Он даже не поймёт, что видел. Решит, что кошмар. — Дай-то бог, — вздохнула Катя и отвернулась к выходу, всматриваясь в светлеющее небо. А Рей сидел в темноте пещеры, смотрел на бледное лицо спящего друга и впервые за долгое время чувствовал себя не сильным, а маленьким. Очень маленьким и очень глупым. «Кобанчик, — вспомнилось ему вдруг. — Шион назвал меня Кобанчиком. Наверное, он прав». Он опустил голову и закрыл глаза. --- Дима очнулся не сразу. Сначала дёрнулись веки — мелко, как от яркого света. Потом пальцы царапнули землю, сжались в кулак, будто хватаясь за реальность. И только затем он резко вдохнул — глубоко, судорожно, словно вынырнул из глубокой воды, — и распахнул глаза. — Где... что... — прохрипел он, пытаясь сесть. Голова кружилась, перед глазами всё плыло, пещера качалась. — Рей? Рей! — Я здесь, — Рей опустился рядом, поддерживая друга за плечо. — Тихо-тихо. Дыши. Всё нормально. — Нормально? — Дима обвёл взглядом пещеру — тёмные стены, корни, свисающие с потолка, приглушённый свет из входа. — Где мы? Что это за место? И что... что это было? Те люди? Та женщина? Это была твоя сестра? У неё волосы... Он замолчал, потому что воспоминания нахлынули разом: огненные шары, ледяные иглы, рыжеволосая красавица, которая разметала людей в чёрном как тряпичных кукол. Дима побледнел ещё сильнее и схватился за голову. — У меня галлюцинации? Я сплю? Катя, сидевшая у входа, обернулась. В её руке была маленькая фляга с водой — она протянула её Диме. — Пей. И постарайся не паниковать. Дима взял флягу дрожащими руками, сделал глоток, поперхнулся, но всё же проглотил. Вода была холодной, с лёгким привкусом трав. Она немного прояснила голову, но не прогнала страх — он всё ещё сидел в глазах, глубоко, затаившись. — Объясните мне, — попросил он, глядя то на Рея, то на Катю. — Пожалуйста. Что происходит? Кто вы? Катя переглянулась с братом. В её глазах читалась усталость, но ещё и расчёт — она прикидывала, сколько можно рассказать, а о чём лучше умолчать. — Слушай внимательно, — начала она, усаживаясь поудобнее. — И постарайся не перебивать. --- Она говорила недолго. Отобрала факты, как хирург скальпель — остро, точно, без лишнего. — Мы — маги. Не из этого мира. Точнее, из этого, но не совсем. Есть люди, у которых внутри живёт сила. У меня — вода и огонь. У Рея — огонь. Он пробудил его недавно, и до сих пор не научился как следует контролировать. Сила просыпается не у всех, и не всегда. Но она есть. — Маги... — потрясённо повторил Дима. — Как в книгах? — Как в книгах, — кивнула Катя. — Только в книгах всё красиво. В жизни — жестоко. — Те люди в плащах... они кто? — Охотники, — голос Кати стал жёстче. — Они истребляют магов. Отлавливают, забирают силу, делают из неё артефакты. Убивают. У них есть артефакты — сделанные из силы тех, кого они уже поймали. Поэтому с ними трудно сражаться. Поэтому мы... — она запнулась, — мы ушли. — Ушли? — Дима перевёл взгляд на выход из пещеры, на светлый лес за ним. — Куда ушли? — В другой мир, — ответил Рей. — Сестра открыла портал. Это... ну, дыра между пространствами. Мы прыгнули, чтобы спастись. Такое уже было — в первый раз, когда я от них убегал. Дима закрыл глаза и несколько секунд просто дышал. Рей видел, как ходят желваки на его скулах — он пытался переварить услышанное, и это давалось ему с трудом. Он хотел закричать, что это бред, что магов не бывает, что всё это — сон. Но он посмотрел на усталые лица Рея и Кати — на их спокойную, тяжёлую усталость людей, и понял: они не шутят. И от этого стало ещё страшнее. — А я? — голос Димы сорвался. — Почему я с вами? — Потому что ты был рядом, — тихо сказал Рей. — Я не мог оставить тебя там. Они бы тебя убили. Ты видел их, ты был свидетелем. Охотники не оставляют свидетелей. Дима замолчал. Переваривал. Его лицо менялось — от шока к страх, от страха к отчаянию, от отчаяния к какой-то странной, нервной усмешке. — То есть я теперь... беглец? В другом мире? Потому что заночевал у друга? — Извини, — Рей опустил голову. — Не извиняйся, — Дима провёл ладонью по лицу. — Ты меня спас. Наверное. Я не умер. Это уже плюс. Он вдруг поднял голову, и в его глазах мелькнула тревога — новая, острая, не за себя. — А мама? Серафима? Они в безопасности? — Они далеко, — ответила Катя спокойно. — Охотникам нужны маги, а не обычные люди. И они не станут преследовать твою семью — им не нужны лишние следы. С ними всё будет в порядке. — Точно? — Дима посмотрел на неё с надеждой, в которой было больше мольбы, чем уверенности. — Точно, — сказала Катя, и Рей не мог понять, врёт она или говорит правду. Но Диме этого хватило. Он выдохнул и снова опустил плечи. Рей хотел сказать, что именно из-за него охотники вообще пришли. Что это его магический след привёл их. Но слова застряли в горле. Катя внимательно посмотрела на Диму. Парень держался лучше, чем она ожидала. Не истерил, не кричал, не требовал вернуть его домой. Просто сидел, сжимал флягу и дышал. Она видела таких раньше — тихих, сдержанных, которые ломаются не сразу, а позже, когда опасность уже миновала. Но пока он держался. — Ещё кое-что, — добавила она. — Не всё, что я знаю, я тебе рассказала. Иногда незнание чего-то может спасти жизнь. Не обижайся. — Не обижаюсь, — Дима кивнул. — Мне и этого хватит, чтобы не спать месяц. Рей посмотрел на сестру и вдруг задумался: о чём именно она умолчала? О Стражах? О Лине и Шионе? О том, что это она когда-то просила их о помощи? Вопросов было много, но он знал — сейчас не время их задавать. --- Они решили переночевать в пещере. Катя наколдовала небольшой источник света — шарик, похожий на маленькую луну, который завис под потолком и мягко освещал пространство тёплым, чуть золотистым светом. Дима смотрел на это с открытым ртом, но ничего не сказал — только покачал головой, будто всё ещё не веря. — Утром будем разбираться, — сказала Катя, устраиваясь у стены и подкладывая под голову свёрнутую куртку. — Нужно понять, что это за мир, кто здесь живёт, есть ли магия, есть ли охотники. И как нам отсюда выбираться. — А домой мы вернёмся? — спросил Дима тихо. Катя помолчала. — Вернёмся, — сказала она наконец. — Когда станет безопасно. Охотники умеют заметать следы — к утру наша квартира будет выглядеть так, будто ничего не случилось. Новая дверь, чистый пол. Даже соседи ничего не вспомнят — у них есть для этого специальные средства. Но это не значит, что они перестанут искать. Мы им нужны — особенно теперь. Никто ей не поверил до конца. Но никто не спорил. Рей сидел рядом с Димой, чувствуя плечом его плечо. Друг всё ещё дрожал — то ли от холода, то ли от пережитого ужаса. Рей хотел сказать что-то ободряющее, но слова застревали в горле. Как он мог утешать того, кого сам втянул в эту историю? Охотники пришли из-за его следа. Из-за того, что он не послушался сестру. — Рей, — вдруг тихо позвал Дима. — М? — А та штука... ну, с волосами... у твоей сестры. Это маскировка? — Да, — удивился Рей. — Как ты догадался? — Я всегда был внимательным, — Дима слабо усмехнулся. — Не зря же меня старостой выбрали. И потом — когда ты смотрел на неё в той драке, у тебя был такой взгляд... будто ты впервые её видел. А потом, когда она стала обычной, ты выдохнул с облегчением. Рей не нашёлся, что ответить. Дима был прав — он не умел врать. И сейчас, сидя в чужом мире, в холодной пещере, он понял, что друг знает о нём больше, чем он сам. — Ложись спать, — сказал он наконец. — Завтра будет тяжёлый день. — Они все теперь тяжёлые, — вздохнул Дима, закрывая глаза. Светящийся шарик погас — Катя уснула первой, и её магия ослабла. В пещере стало темно. Только где-то далеко, сквозь корни и землю, пробивался лунный свет — тонкий, серебряный, как лезвие. Рей долго не мог уснуть. Он смотрел в темноту и думал о том, что втянул друга в эту историю. О том, что сестра устала. О том, что охотники теперь знают их лица. О том, что они в чужом мире, без дома, без денег, без плана. И о том, что Линь и Шион — те, кто могли бы помочь — остались где-то там, в их мире, и даже не знают, что случилось. «Но мы живы, — подумал он. — Пока мы живы, всё остальное поправимо». Он закрыл глаза и попытался заснуть. И, кажется, ему это удалось — потому что следующий раз он открыл их уже от света, льющегося в пещеру снаружи. Наступило утро нового дня в новом, незнакомом мире. Сквозь корни пробивались золотые лучи. Птицы пели где-то высоко в кронах. Лес просыпался.