ПОП-ЗВЕЗДА

      Гравий хрустит под почти лысыми шинами. Моя дерьмовая «Хонда» 1999 года издает скрежещущий звук, когда я паркуюсь на указанном месте. Обычно я заезжаю на стоянку и ставлю свой хлам рядом с «Корветами», «Мустангами» с откидным верхом и «Астон Мартинами», но сегодня стоянка пуста.       За работу в спецназе «Майк Браво» хорошо платят - больше, чем зарабатывает сержант армии США, - но медицинские счета обходятся дороже. С этим не поспоришь.       Когда нас всех вызывают и наши машины выстраиваются в очередь, нетрудно сыграть в игру ни одна из них не похожа на другую.       Беру свою сумку, набитую вещами, которых мне хватит на ближайшие несколько недель, достаю кофе из подстаканника и направляюсь в штаб-квартиру.       Новая миссия означает, что в игре нужна моя голова. Я слишком увлечен этим, чтобы заметить приближающегося Айриса. Его «Чарджер» чуть не сбил меня с толку.       Он выпендрежник, но с ним приятно работать, и предполагаю, что он здесь по той же причине.       Его двигатель набирает обороты, когда он на ручнике заезжает на парковочное место рядом со мной, разбрасывая повсюду гравий и пыль.       Ага. Абсолютный выпендрежник.       У него уложенные каштановые волосы, очки-авиаторы и лицо модели, от которого у всех парней и девушек текут слюнки.       На мой вкус, он немного переоценен. Симпатичные парни - не мой конек.       Мне нравятся крепкие парни. Чем мужественнее, тем лучше. Найдите парня, который сможет мной манипулировать, и я буду принадлежать ему. Без вопросов. Без обязательств.       Айрис догоняет меня.       - Есть идеи, что за работа?       - Без понятия. Босс был неразговорчив.        - Ты знаешь, что это значит.       Киваю.       - Ага. Это работа, которую мы возненавидим.       - Думаю, это слежка за каким-нибудь плохим парнем, где нам придется неделями следить за его квартирой.       - Блядь. Это будет хуже всего.       - О, не хочешь проводить со мной так много времени? - Айрис приподнимает очки и хлопает ресницами, глядя на меня.       - Я люблю тебя, брат, но не настолько сильно.       Он даже не обиделся.       - Все в порядке. Я лучше в небольших дозах. Даже мама говорила мне это.       - Это, наверное, самая печальная вещь, которую я когда-либо слышал.       - Правда? Пожалей меня!       Я оглядываюсь на его «Чарджер».       - Да. Мне так жаль тебя.       - Куда уходят все твои деньги? У нас у всех одинаковая зарплата.       - Хорошая попытка.       Парни спрашивают, но я никогда не рассказываю. Мне не нужно, чтобы они вели себя как братья, коими они и являются. Братья по оружию до мозга костей... в профессиональном плане. Что касается моей личной жизни, то это моя забота.       - Ты тайно разведен, у тебя шестеро детей, а твой бывший забирает все твои деньги?       - Ты угадал, чувак. Угадал. Их зовут Брикс-младший, Брикс III, Брикс IV, Бриксли, Бриксани и… Джон.       Он даже не моргает.       - Не зря я считаюсь мозгом этой группы.       Ему далеко до мозга. Он самый проворный из тех, кого мы посылаем на сложные операции. Он настолько скрытен, что может найти цель и убрать трех парней так, что никто не заметит этого несколько часов спустя.       Он самый опасный и наименее здравомыслящий, но, думаю, эти вещи идут рука об руку.       Айрис хлопает меня по спине и ведет в дом.       Особняк Трэвиса Уэста - наша главная операционная база, и за те четыре года, что я работаю в спецназе «Майк Браво», я никогда не видел босса нигде, кроме как в нашем операционном центре. Предположительно, он живет в противоположном конце дома, но я находил его спящим в нашей комнате управления столько раз, что и не сосчитать.       Сегодня он в нашем штабе.       - Присаживайтесь. - Твердый и властный, как всегда.       Мы садимся напротив него, и он пододвигает к нам папки.        Компания выполняет широкий спектр операций, будь то для военных, правительственных или частных клиентов. Это включает в себя операции по извлечению информации, сбору разведданных, а иногда и по устранению плохих людей, которые совершают плохие поступки. Неофициально и все что угодно.       Вот почему содержимое папки не имеет для меня особого значения.       - Мы должны убрать поп-звезду? - Спрашивает Айрис.       Трэв ворчит.       - Конечно, ты бы первым побежал. Нет. Вам не надо убирать его. Ваша работа - защищать его.       - От чего? - Спрашиваю я.       - От бешеных фанатов, - говорит Трэв. - Один из них вломился к нему в дом, так что теперь он требует круглосуточной охраны.       - Охраны... - Я перевожу взгляд на него.       - Телохранителя.       - В смысле, пресловутые няньки? - Мой голос становится пронзительным.       - Открываете новое направление в бизнесе, босс? - Спрашивает Айрис. - Мы не защищаем людей.       На самом деле, наоборот.       - Это услуга моему кузену Гидеону. Он менеджер Харли Валентайна.       И тут кое-что в досье привлекает мое внимание.       - С проживанием? Мы будем жить с ним?       - Так и есть. Ты прав. Айрис заменит тебя по воскресеньям, и это будет твой единственный выходной.       Круглосуточное. Проживание. С поп-звездой.       Нет, спасибо.       - Я за что-то наказан? - Спрашиваю я.       - Наказан? - Трэв приподнимает бровь. - Ты видел, сколько платят за эту работу? И ты получишь служебную машину. Не можешь же ты защищать кого-то на этом дерьмовом ящике.       Я опускаю взгляд.       Черт, как много нулей. Я не в том положении, чтобы отказываться от такого.       - Почему так дорого?       - Знаменитостям нужно платить своим сотрудникам значительную зарплату, чтобы они не соблазнились зарплатой в таблоидах.       Имеет смысл.       - Как долго продлится эта работа? - спрашиваю я.       - Шесть месяцев, но может и дольше. Зависит от того, сколько времени займет запись его следующего альбома и захотят ли они, чтобы ты участвовал в его следующем туре и тогда мы еще раз все взвесим.       Постоянно. Минимум шесть месяцев.       - Я не могу, - выпаливаю я. Слишком долго. Затем снова смотрю на цифры. Мне бы очень пригодились эти деньги. Нет, мне нужны эти деньги.       - Не можешь? - Говорит Айрис. - Я могу. За такие деньги я буду его личным мальчиком на побегушках.       - Конечно, ты бы мог, - бормочу я.       - Айрис, дай нам минутку.       Несмотря на то, что мы все больше не военные, Айрис выполняет приказы так же быстро, как если бы он все еще им был. Мы все так поступаем, когда дело касается Трэва.       Он отличный начальник. Его инстинкты всегда на высоте, и мы все доверяем ему свои жизни.       Как только дверь за Айрисом закрывается, Трэв откидывается на спинку кресла.       У него выпирают бицепсы, и для парня, которому чуть за сорок, он в лучшей форме, чем я. Возможно, я был по уши влюблен в этого парня, когда начал на него работать.       - Тебе нужны эти деньги, - говорит он.       Спорить бессмысленно.       - Нужны. Но мне они нужны без необходимости отсутствовать так долго.       - Насколько большая дыра в твоем кармане?       Я стараюсь не показывать своей реакции. Моя личная жизнь - мое личное дело, но всем парням очевидно, что я на мели не просто так. Я просто не знаю, как много известно Трэву.       - Больше сотни штук. - Я понижаю голос. - На самом деле, ближе к двумстам.       - Тебе нужен этот контракт, и он рассчитан на шесть месяцев.       Мое колено подпрыгивает.       - Шесть месяцев никого не убивать. Как я выживу?       - Что ж, этот фанат выпущен под залог, так что, возможно, ты увидишь какие-то действия.       - Тогда надеюсь, что проблем с преследователями будет больше. - Я осознаю свои слова после того, как уже произнес их. - Мне, правда, заняться этим, да?       - Ты можешь сказать «нет».       - За такие деньги я реально не смогу. - Я провожу рукой по своей короткой стрижке.       Многие парни отращивали волосы после того, как уволились из армии, но для меня это в порядке вещей, даже сейчас, спустя годы после демобилизации. Это поддерживает во мне связь с прежней жизнью, от которой я не готов отказаться.        - Есть вопросы? - Спрашивает Трэв.       - Да. Кто такой Харли Валентайн?       

***

      Как только Трэв справляется со слезами, навернувшимися от смеха над моим предполагаемым невежеством, входит Айрис, и мне достается и от него тоже.       Айрис все еще смеется.       Это не прекратилось, даже когда мы по отдельности едем к Валентайну. Звонит телефон, и в машине сразу включается Bluetooth.       - Эта линия предназначена для экстренных случаев, - ворчу я.       Возьми служебную машину, сказал Трэв. Она лучше, чем твоя, сказал Трэв. У моей даже нет Bluetooth. Я мог бы избежать этого, если бы был в своей машине.       - Твое незнание поп-культуры - это чрезвычайная ситуация, бро… - я нажал «Отбой».       Он перезванивает.       От натиска Айриса никуда не деться. Я не виноват, что живу изолированно.       Айрис все еще качает головой, глядя на меня, когда мы въезжаем на небольшую подъездную аллею, принадлежащую поп-звезде, и подъезжаем к охраняемым воротам.       - Я думаю, что больше всего беспокоит то, что взрослые мужчины разбираются в жизни бойз-бэндов, - замечаю я. - Не думаю, что ты в том положении, чтобы смеяться надо мной.       - Он больше не в бойз-бэнде. Он, типа, настоящий артист. Выиграл две «Грэмми».       - Знаешь, у кого еще есть «Грэмми»? У ребят, что пели эту песенку о собаках. Это не так уж впечатляет.       Айрис начинает петь «Кто выпустил собак», пока нажимает на кнопку звонка, чтобы его впустили в дом.       Что я наделал?       Теперь у меня в голове звучит эта дурацкая песня.       Я прыгаю на Айриса и беру его за голову, закрывая ему рот рукой. Он кусает меня.       - Блядь. - Я стряхиваю боль.       - Все в порядке. У меня нет бешенства.       Невозможно злиться, даже когда на моей ладони темнеет след от укуса. Злиться на Айриса - все равно, что кричать на щенка за то, что он везде мочится.        Он ничего не может с собой поделать.       По крайней мере, Айрис приучен к горшку.       Калитка открывается со щелчком, и я убеждаюсь, что она снова автоматически запрется, когда мы пройдем через нее, что и происходит.       Кирпичный забор надежен, но через него легко перелезть любому, кто в хорошей физической форме. Любой из парней «Майк Браво» мог бы перепрыгнуть через него без разбега.       Дверь открывает мужчина. Он сияет, как и многие голливудские актеры. Темные волосы, сшитый на заказ костюм, напыщенная атмосфера.       Он указывает пальцем между нами.       - Нолан Рейнз?       - Это, должно быть, я. - Я протягиваю ему руку.       - Гидеон. - Он подходит к Айрису.       - Айзек Гриффин. Я «Воскресный папа».       - Заходите, и я покажу вам окрестности.       - Где клиент? - спрашиваю я.       - Харли спит. Наконец-то. После взлома прошло несколько тяжелых дней. Я просил его кое с кем поговорить по этому поводу, но он отказывается.       Нам показали просторный дом, выложенный терракотовой плиткой с испанскими вставками. Здесь много гостиных, оформленных в официальном стиле, и двери, обшитые деревянными панелями, ведут в другие помещения, которые кажутся нетронутыми. Лестница, ведущая на второй этаж, украшена коваными перилами, и Гидеон указывает на спальню Харли, а также на четыре другие пустые спальни.       Все помещение обставлено в испанском колониальном стиле, но выглядит нежилым. Я ожидал, что, возможно, это будет дом для вечеринок с большими звуковыми системами и телевизорами с большими экранами повсюду.       Такое чувство, что я нахожусь в доме не известной поп-звезды, а чьих-то родителей.       - Я покажу тебе твою комнату. - Гидеон ведет меня в скромное помещение для прислуги, пока Айрис проверяет систему безопасности.       Я рассматриваю двуспальную кровать, занимающую большую часть комнаты, и комод под широким окном, выходящим на задний двор и бассейн.       Гидеон наблюдает за моей реакцией.       - Это не так много.       - После жизни в казармах все кажется дворцом.       Черт, это шаг вперед даже по сравнению с той дерьмовой квартирой, в которой я живу сейчас. Я поворачиваюсь к нему.       - Ладно, буду откровенен. Это задание вроде...       - Вроде?        Как правильно сказать, не говоря полная херня?       - Наверное, я просто не понимаю. Ты мог бы нанять любую низкопробную охранную фирму, чтобы она разобралась с этим взломом, следила за парнем и в придачу нанять трех телохранителей на полный рабочий день за те деньги, что ты платишь Трэву. Зачем нанимать бывших военных, преуспевающих в боевых действиях, нянчиться с поп-звездой?       Гидеон засовывает руки в карманы.       - Ну, во-первых, Трэв - мой двоюродный брат, и сначала он собирался назвать мне несколько компаний, которые могли бы мне помочь, но потом сказал, что, возможно, у него есть парень, который заинтересован в деньгах. И, во-вторых, Харли не хочет, чтобы его окружала целая команда. У него проблемы с доверием к людям. Я уверен, что это гораздо более скромно, чем ты привык, но подумай об этом с другой стороны, это легкие деньги.       - Этот взлом. Насколько все было серьезно?       - Парень - помешанный фанат, который понял все по одному взгляду и простой фразе, сказанной ему Харли. Он подумал, что у него есть «связь» с Харли, поэтому последовал за ним домой, перепрыгнул через забор и... Ладно, насчет ножей не все ясно. Харли до сих пор не знает, было ли это тактикой запугивания, угрозами или этот парень действительно искренне восхищался ножами Харли. Никто не пострадал, но Харли до сих пор отказывался от постоянной охраны, потому что всегда чувствовал себя здесь в безопасности. Этот придурок отнял у него это, так что не имеет значения, что на самом деле он не пострадал.       - Понимаю.       Гидеон смотрит с сомнением, как будто не верит мне.       - Харли пытается казаться сильным, но он не выходил из дома с тех пор, как это случилось. Он не спал. Он не из тех парней, что принимают жалость, но и снисхождения он тоже не потерпит.       - Я буду придерживаться нейтралитета и говорить только о фактах, когда дело дойдет до взлома.       - Я бы разбудил его, чтобы встретиться с вами прямо сейчас, но, учитывая, как мало он спал, не хочу. Предполагалось, что он будет писать песни для своего нового альбома, но он не может думать, когда не выспался.       - Все в порядке. У меня в машине есть кое-какие вещи, но я, пожалуй, заеду домой и возьму еще кое-что из одежды. Я взял немного. Айрис... Айзек может побыть с Харли, пока меня не будет.       - Звучит отлично. - Гидеон жестом показывает мне идти первым, и мы возвращаемся в дом.       Мы не доходим до входной двери.        Мы с Гидеоном замираем на месте при виде того, что происходит в холле.       Парень метр семьдесят-семьдесят пять с каштановыми волосами целится в Айриса из пистолета.       Айрис спокоен, его руки подняты, и он, похоже, не волнуется, но Айрис под давлением всегда остается невозмутимым. Это пугает.       Парень стоит к нам спиной, и я не думаю, что он слышал, как мы вошли. Его руки дрожат, что заставляет меня нервничать, учитывая, что его пистолет снят с предохранителя, и он явно не контролирует себя.       Срабатывает тактический инстинкт.       Мое первое предположение - фанат, напавший на Харли несколько дней назад, нарушил судебный запрет и пришел, чтобы завершить начатое.       Все происходит мгновенно.       Я действую быстро и четко.       Громкое «Нет», слетающее с губ Айриса, едва слышно, когда я бросаюсь на нападавшего и валю его на пол.       В мгновение ока я прижимаю парня животом к кафельному полу, упираясь коленом ему в спину и сжимая его руку с пистолетом.       Затем комнату наполняет смех. И Айриса, и Гидеона. Парень подо мной стонет.       - Первый рабочий день, а ты уже сломал человека, которого тебя наняли защищать, - говорит Айрис.       - П-погоди, что? - Я смотрю на парня сверху вниз. Его голова повернута в сторону, щека прижата к полу. Я не могу разглядеть ничего, кроме рыжей щетины на его лице.       Гидеон подходит ко мне.       - Нолан, я хотел бы познакомить тебя с Харли Валентайном.       Ох, блядь.