ПОП-ЗВЕЗДА

      Я услышал гораздо больше, чем следовало. Брикс посоветовал Айрису держаться на расстоянии и быть профессионалом. Вот что я делаю. Я заставляю его быть самым внимательным телохранителем, каким он только может быть.       И, ладно, когда он предложил потренировать меня обращаться с оружием, я собирался отказаться от этих глупых требований.       Но потом он посмотрел на меня с чем-то похуже отвращения в глазах. Он смотрел на меня с сочувствием и жалостью на лице. Мой желудок сделал сальто, а это последнее, что мне нужно.       Пожалуйста, без неприятных ощущений.       Так что да, профессиональная дистанция - это хорошо.       Заставлять его делать глупости еще приятнее. Они не только развлекают меня, но и он знает, что это полная чушь.       Может, это избавит его от чувства жалости ко мне.       Кроме того, зная, что он дома, я чувствовал себя в достаточной безопасности, чтобы заснуть и выспаться.       Впервые после взлома я смог наверстать упущенное.       Вероятно, именно поэтому в полдень меня будит мой телохранитель, спрашивая, не умер ли я. Он раздвигает шторы, позволяя солнечному свету обжечь сетчатку моих глаз, пока я пытаюсь как следует проснуться.       Я переворачиваюсь на живот и засовываю голову под подушку.       - Из тебя никудышный телохранитель, если ты спрашиваешь, жив ли я еще.       Глубокий, теплый смешок великана заставляет мой член дернуться.       Черт бы его побрал.       - Я принес тебе буррито на завтрак. Это предложение примирения после того, как вчера все пошло наперекосяк.        Я думал - надеялся - что это от него пахнет беконом.       Им следует выпускать одеколон с ароматом бекона.       Обещания еды достаточно, чтобы я сел. Я смотрю на тарелку.       - Ты еще ни кусочка не съел.       - Я не собираюсь тебя травить. Это было бы нелогично, ведь мне платят за то, чтобы я тебя защищал.       - Может, это и нелогично, но пока не доказано обратное, теперь все в моей жизни -потенциальные психопаты.       Брикс уступает и откусывает большой кусок. Расплавленный сыр стекает ему на подбородок, и я сразу же думаю о том, чтобы слизать его. К счастью, я сижу, а он стоит, и я не могу приблизиться к его рту, чтобы сделать это, потому что это было бы унизительно.       - Знаешь, - говорит он, жуя, - рано или поздно тебе придется преодолеть свои проблемы с доверием. Один взлом еще не делает всех остальных потенциальными злоумышленниками.       - О, наивный деревенский паренек. Думаешь, мои проблемы с доверием связаны со взломом? У меня были проблемы с доверием с тех пор, как моя мама забрала все до последнего цента, что я зарабатывал, пока мне еще не исполнилось и восемнадцати. Все стало еще хуже, когда человек, которого я считал любовью всей своей жизни, сказал, что я скрашиваю одиночество во время гастролей. Все используют меня для чего-то, только теперь у нас появился дополнительный потенциал для расследования убийств. Веселые были времена. - Я запихиваю в рот весь буррито на завтрак, потому что умираю с голоду, а Брикс продолжает наблюдать за мной. - Что? - Кусочек яйца вылетает у меня изо рта. Ой.       Брикс качает головой.       - Прости. Ничего. Это не мое дело.       Я проглатываю кусок.       - Если мы собираемся работать в тесном контакте и мне придется проводить с тобой сто сорок четыре часа в неделю, тебе, черт возьми, лучше высказать все, что думаешь, или нам придется ходить друг перед другом на цыпочках.       - Я просто подумал, что для человека, у которого, казалось бы, есть все, твоя жизнь в некотором роде...       - Грустная. Можешь это произнести. Моя жизнь чертовски депрессивна.       - Извини.       Я пожимаю плечами.       - Эй, я сам это выбрал. И это не так уж плохо. У меня есть деньги, потрясающий дом...       - Эва.       Я перевожу взгляд на него.       - Верно. У меня есть Эва.       - Как вы двое познакомились?        - Это восхитительная история. - Я нацепил на лицо свою обычную улыбку, потому что эту дерьмовую историю я рассказывал прессе тысячу раз. - Когда я жил в Канзасе и пытался стать артистом, она приходила на мои выступления. Была ли это уличная игра или школьные концерты, она всегда была рядом. Она была моей первой поклонницей.       - Ха.       - Ха? И это все, что ты можешь сказать? Всем нравится эта история.       - Все любят художественную литературу.       Я хмурюсь.       - Откуда ты знаешь, что эта история выдумана?       - Не хочу выдавать свои секреты.       - Ты что, ходячий говорящий детектор лжи?       Брикс улыбается, и это смягчает его суровые черты.       - Нет. Но ты говоришь серьезно. Твоя щека слегка подергивается, и на одной стороне лица появляется ямочка. - Его палец почти касается моей щеки, но он отдергивает руку. - То же самое произошло прошлой ночью, когда ты сказал, что Эва храпит. А это не так.       - Откуда тебе знать? - Я повышаю голос.       Брикс поднимает руку, призывая меня успокоиться.       - Перед тем, как лечь спать, я проверил периметр и обошел весь дом. Никакого храпа.       - Стены толстые. Ты, наверное, не слышал ее.       - Ммм. Может быть.       Есть причина, по которой я не хочу, чтобы мои новые телохранители знали правду обо мне и Эве. Я ненавижу опускаться до дешевых рекламных трюков знаменитостей, и больше всего ненавижу то, что мне приходится вести эту борьбу с тех пор, как я подписал контракт с «Джойстар Рекордс».       Часть меня думает, что я должен открыться и рассказать всем, что слухи обо мне правдивы, и позволить картам лечь так, как есть.       Другая часть, ориентированная на бизнес и любящая музыку, напоминает, что без моей карьеры я - ничто.       Я - никто.       Возможно, иногда я ненавижу быть Харли Валентайном, но это все, что у меня есть. Несколько лет назад я думал, что мог бы стать кем-то большим. Иметь больше.       Но вот я здесь, спустя восемнадцать месяцев после того, как моя жизнь должна была как следует начаться, а я все еще стремлюсь к чему-то, чего не могу достичь. Я даже не знаю, что это. Все, что я знаю, это то, что не могу сейчас облажаться.       Что произойдет, когда я откроюсь как гей?       Сейчас в игре есть и другие вещи, кроме меня и моих последствий.        Эва уже воспринимается публикой как, своего рода, знаменитая шлюха. Если выяснится, что все наши отношения были фальшивыми, это уничтожит не только меня, но и ее.       Она была никем, когда моя PR-команда забрала ее из маленького городка неподалеку от того места, где я вырос. Сейчас она влиятельный человек в Интернете и одна из тех людей, которые знамениты в основном тем, что... ну, существуют.       Может, публика и права, и она использует меня ради славы, но и я использую ее не меньше. Вот почему мы так хорошо ладим с тех пор, как познакомились. Мы не лжем друг другу, потому что в этом нет необходимости. Она так же откровенна со мной в том, что ей нужно, как и я с ней.       Может, наш роман и фиктивный, но наша дружба настоящая, и я не хочу все испортить.       У нее выходит новая парфюмерная линия, она работает над тем, чтобы в один прекрасный день стать модельером, и терпит столько дерьма со стороны публики, и все из-за меня.       Наши отношения создали ее, но они же могут и разрушить. Особенно, если выяснится, что она -моя борода.       Так что нет, я предпочту, чтобы мой телохранитель не узнал о моей ориентации. Хотя, учитывая условия ночлега, думаю, он уже подозревает.       - Хорошо, буду с тобой откровенным. - Я встаю с кровати и на мгновение отвлекаюсь на пристальный взгляд Брикса, блуждающий по моей почти обнаженной фигуре.       Он что... изучает меня?       Я прочищаю горло, а затем наши взгляды встречаются.       - Будешь со мной откровенным? - Его голос на удивление хриплый.       - Моя PR-команда свела нас с Эвой. Но это и близко не так романтично, как та дерьмовая история, которую они нам сочинили.       Брикс кивает. Его взгляд снова опускается вниз, но затем он быстро поднимает его. До этого момента я не ощущал ничего, кроме эмоций обычного парня. С другой стороны, я думал, что вчера Айрис флиртовал со мной, а у него есть девушка.       Вот что делает с парнем отсутствие секса. В следующий момент я начну думать, что Эва ко мне пристает.       Брикс берет с кровати пустую тарелку и собирается покинуть комнату, затем оглядывается на меня через плечо.       - Одевайся. Мы сегодня кое-куда идем.       - Что? Нет, не идем. Преподаватель по вокалу придет в три.       - Тогда у нас есть три часа, чтобы вернуться. Все просто.       - Куда мы идем?       - В магазин за продуктами. Мне нужно кое-что, чего нет на твоей кухне.        - О, дай мне список. Я пошлю Джейми.       - Не-а. Пора твоей заднице почувствовать себя нормальной. - Он поворачивается, чтобы уйти.       Не знаю, чувствовать себя польщенным или оскорбленным.       - Значит, так все и будет? - Кричу я ему вслед. - Думал, я твой начальник, а не наоборот.       Он поворачивается в дверном проеме.       - Мне нужна еда. А я не могу оставить тебя одного. Следовательно, ты идешь со мной.       Это плохая идея.       

***

      - Это не сработает, - говорю я, надевая очки-авиаторы, что кэп Брикс протягивает мне. - Кто-нибудь меня узнает.       - Нет, если будешь вести себя как нормальный человек.       Я оглядываю его от коротко подстриженных волос до мускулов, обтянутых черной футболкой и тактическими штанами.       - Тебе не кажется, что ты выглядишь так… что привлечешь внимание?       - Тогда все будут смотреть на меня, а не на тебя. - Брикс не дает мне возможности возразить и открывает дверцу своей машины.       Это может закончиться катастрофой. Я уже вижу это.       Если бы я не был Харли Валентайном, все взгляды были бы прикованы к моему великолепному телохранителю, но у меня одно из самых узнаваемых лиц на планете. Вот почему я не ходил за продуктами уже... ну, никогда.       Из дома мамы я перешел к менеджерам и помощницам, которые выполняли за меня всю повседневную работу. Так что мне никогда раньше не приходилось ходить по магазинам за продуктами.       Я встречаю Брикса у его внедорожника.       - Уверен, что делаешь это не потому, что тебе уже скучно и нужно посмотреть на что-нибудь, вызывающее прилив адреналина? Айрис намекнул, что это не совсем обычная для тебя работа.       - Ты, правда, думаешь, что на тебя нападут толпой в «Сейфвее»?       - О-о-о. Это может стать для тебя интересным уроком.       Я направляюсь ко входу, чувствуя, что он следует за мной по пятам на каждом шагу. Двери открываются, и мы переступаем порог.       Я замираю, ожидая неизбежного.       Возможно, я потерял связь с реальностью, потому что, ожидания, что меня сразу узнают, не оправдываются. Никто не приближается.       - Толпы пока нет, - бормочет Брикс, проходя мимо меня. Я догоняю его. - Прости, что разбиваю твои мечты и задеваю твое самолюбие.       - Подожди немного. Эта хитроумная и очень оригинальная маскировка в виде солнцезащитных очков и кепки ненадолго скроет меня.       Брикс берет тележку и направляется прямиком к холодильнику, чтобы достать жидкие яичные белки.       - А ты не мог бы быть еще более стереотипным?       Он фыркает.       - Я - стереотипный? Потому что придерживаюсь высокобелковой диеты? Ты в курсе, что мышцы не появляются сами по себе волшебным образом?       - Эти появились. - Я приподнимаю край футболки и демонстрирую свой подтянутый пресс.       Брикс усмехается.       - О, пожалуйста. - Он приподнимает свою… и святые ебучие наггетсы. У него накачанный пресс.       Супер-кубики-пресс.       Они могли бы сами стать супергероями и носить свои собственные плащи.       Я беру у него из рук яичные белки и читаю надпись на обратной стороне упаковки.       - Как все это работает?       Брикс смеется, громко и тепло, а затем тянется за добавкой.       Мы ходим по прилавкам, Брикс загружает тележку полезными для здоровья продуктами, и удивительно, насколько увлекательным и в то же время скучным я нахожу этот опыт.       - Так вот, значит, каково это - быть нормальным человеком?       - Думаю, настолько нормальным, насколько это вообще возможно для поп-звезды.       - Мне нравится. - Я останавливаюсь у прилавка со сладостями. - Но у меня есть вопрос.       - Пли... нет, подожди, наверное, мне не следует говорить тебе стрелять во что-либо.       - Забавно. Я так рад, что мы уже шутим по поводу моего неудачного выбора. Но нет, мне интересно, когда обычные люди ходят по магазинам, кто может посоветовать им держаться подальше от сладостей? - Мои ноги сами идут к вкусняшкам.       Возможно, у меня небольшая сахарная зависимость. Особенно, когда дело доходит до написания альбома. В первое время в «Одиннадцать» я быстро набирал вес.       Я всегда был пухленьким ребенком, но потом наступил период полового созревания, я вырос на два фута выше и больше никогда не боролся со своим весом, пока мне не давали столько еды, сколько я просил.       Руководству пришлось нанять личного тренера и сказать всем сотрудникам, чтобы они давали мне норму сахара. Только столько-то калорий в день.        Через некоторое время это вошло в привычку, но стоять перед целой стеной из конфет…       Я иду за леденцами, но Брикс хватает меня за руку, прежде чем я успеваю до них дотянуться.       - Нормальным людям нужно держать себя в руках. - Он пытается меня оттащить. - Но, полагаю, в твоем случае все зависит от меня.       Я выскальзываю из его хватки.       - Удачи в этом.       Брикс пытается помешать мне достать еще конфет, но я полон решимости победить. Сахар, должно быть, превращает меня, в своего рода, ниндзя, потому что в тележку забрасывается больше конфет, чем Брикс может положить обратно, а я слишком занят, смеясь над ним, чтобы заметить, что кто-то присоединился к нам в проходе.       Ему удается обхватить меня рукой за талию, и притянуть к себе.       Его большое тело окутывает меня, и, возможно, мне это даже слишком нравится. И в этот момент раздается пронзительный крик.       Я молюсь о неотложной медицинской помощи, как будто кто-то упал замертво посреди магазина, но нет, мы поворачиваемся и видим девочку, лет пятнадцати, она зажимает рот рукой, а у ее ног по полу рассыпана коробка молочных батончиков.       - Э-э, наверное, пора отнести это на кассу, - говорю я и отступаю от него.       - Это одна девушка. Иди, поздоровайся, и она уйдет.       - Это не так работает.       Все больше людей сходятся, потому что чей-то крик - это ненормально.       Честно говоря, это похоже на сцену из фильма о зомби. Только вместо крови у них изо рта текут слюни, и это заразно. Мое имя произносится хриплым шепотом по всему магазину. Когда наступает момент узнавания, лица у всех вытягиваются, и начинается шок.       Это чертова эпидемия.       - Так держать, Рэмбо. Предполагалось, ты должен меня защищать, а ты привел меня в орду зомби.       - Давай убираться отсюда. - Брикс бросает тележку и, взяв меня за руку, ведет сквозь толпу фанатов, пытающихся привлечь мое внимание.       Я улыбаюсь им всем и пожимаю руки, которые тянутся ко мне, хотя из-за того, как быстро Брикс тащит меня, это больше похоже на быстрые прикосновения и «дай пять». Я стараюсь не съеживаться при виде микробов, но стараюсь держать лицо. Все эти люди, делающие фотографии на свои мобильные телефоны, без сомнения, выложат их в социальные сети, и не дай Бог, я буду выглядеть как психопат, уставший, под кайфом или еще как-нибудь не идеально. В противном случае, мне позвонят из PR-отдела «Джойстар».       Все это время Брикс, не отпуская руки, ведет меня через постоянно растущую аудиторию людей, желающих хоть мельком увидеть меня.       Это может быть как горстка людей, так и, казалось бы, все посетители магазина.       Все они хотят увидеть знаменитость.       Некоторые даже загораживают выход, зная, что я должен их обойти, но Брикс проносится прямо сквозь них.       Мы выходим, ничего не покупая, и, оказавшись на улице, быстро бежим к машине.       За нами никто не следит, но есть несколько человек, они стоят у магазина и наблюдают за нами, не выпуская из рук телефоны, пока мы не уезжаем.       - У тебя здесь есть дезинфицирующее средство для рук?       - По нелепому правилу номер шестьсот восемьдесят пять, согласно которому я должен быть в состоянии в любой момент снабдить мистера Валентайна дезинфицирующим средством для рук, я кладу его в бардачок.       - Клянусь, на меня там кто-то чихнул. - Я достаю маленькую бутылочку, которая, как утверждается, убивает девяносто девять процентов микробов, и жалею, что не могу искупаться в этой жидкости.       - Вопрос. У тебя бактериофобия по отношению ко всем микробам или ты просто ненавидишь, когда к тебе прикасаются?       - Я не испытываю отвращения к тому, что люди прикасаются ко мне, - возражаю я. - Это больше похоже на те ситуации, когда я прикасаюсь к рукам людей и не знаю, больны они или нет. Я не гермофоб, на самом деле, я... гриппофоб. Один тяжелый случай оставил у меня шрам на всю жизнь.       - Понял. Теоретически фанат может облизать тебя, если у него не нет симптомов гриппа.       - Э-э-э, нет. Но теоретически... да. Я не педантичен и не одержим этим. Я просто чувствую себя лучше, если могу часто мыть руки. В любом случае, хочется сказать, Я же говорил, потому что это был далеко не удачный шоппинг, но, поскольку ты не получил свой драгоценный протеин, думаю, это говорит само за себя.       Брикс переключает передачу. Он выглядит таким крутым с поджатыми губами и сосредоточенной морщинкой на лбу.       - Я не понимаю этого.       - Не понимаешь чего?        - Мании. Не похоже, что ты «Битл».       - Я думаю, тебе лет на тридцать меньше, чем нужно, чтобы понять битломанию, а не фэндом «Одиннадцать». Когда Айрис сказал, что ты не знаешь, кто я, я подумал, что он издевается надо мной.       Брикс искоса смотрит на меня.       - Я знаю о вас... ну, об «Одиннадцать». Я не мертв. Я просто не знал ни ваших имен, ни...       - Ни одной из моих сольных песен.       - Извини.       Как бы ни было приятно находиться рядом с кем-то, кто даже не подозревает о моей славе, не могу избавиться от небольшого разочарования - как будто всей работы, что я проделал за последние восемнадцать месяцев, направленной на расширение горизонта и завоевание новых поклонников за пределами двенадцати-семнадцатилетних девушек и их мам, было недостаточно.       Что является полной чушью, потому что Брикс даже не является моей целевой аудиторией. Женщины двадцати с небольшим лет? Конечно. Сообщество гомосексуалистов? Определенно. Крутые парни из бывших военных, которые выглядят так, будто могут разорвать человека пополам голыми руками? Не так уж и много.       - Ты не должен обижаться, - говорит Брикс.       - Я не обижаюсь. - Ладно, прозвучало как оправдание.       - Когда ты только стал знаменитым, у меня была первая командировка за границу. Музыка - последнее, о чем я думал. Первым было - не умереть.       Ух ты. Точка зрения.       - Когда ты уволился со службы? Дай угадаю. Ты был морским пехотинцем. - По какой-то причине все в нем кричит о морском пехотинце.       - Вооруженные силы. Хотел стать рейнджером.       - Что случилось?       - Завербовался сразу после окончания средней школы и отслужил шесть лет. Меня вот-вот должны были повысить до старшего сержанта, я был почти готов морально и физически поступить в школу рейнджеров, а потом... - Он замолкает, словно погруженный в воспоминания. - Потом мне предложили работу в «Майк Браво», так что я не стал возвращаться. Но хочу сказать, что после шести лет службы в армии и еще четырех, работая на Трэва, вся моя жизнь сосредоточена на этом. Все мои представления о поп-культуре восходят к тому времени, когда я был подростком.       Не могу удержаться от колкости.       - А «Битлз» играли, когда ты был подростком?       Брикс смеется.       - Отъебись.       - Не думаю, что ты должен говорить такое своему боссу.        - Мой босс ты или Гидеон?       - Я плачу тебе. Значит, я твой босс.       - Но ты можешь уволить меня, не обращаясь сначала к Гидеону?       Я колеблюсь, потому что не знаю. Конечно, если бы я был непреклонен и сказал Гидеону, что он должен избавиться от Брикса, он бы это сделал, но мне пришлось бы проявить твердость и назвать подходящую причину. Сказать «потому что он послал меня на хуй», вот смеху-то будет.       - Ты ведь не знаешь наверняка, да?- насмехается Брикс.       - Не могу решить, ненавижу ли я тебя больше сейчас или за то, что ты набросился на меня вчера.       - Я продолжу со вчера. Потому что теперь пожалей меня. Как я могу получать свою норму белка?       - Если ты не соблюдаешь дневную норму, бицепсы за ночь сдуваются, как воздушный шарик?       - Именно так это и работает.       Я достаю телефон.       - Не возражаешь, если теперь я все сделаю как знаменитость?       - Непременно.       Одна пробка на дороге, и час спустя мы подъезжаем к дому, где моя ассистентка выгружает из багажника пакеты с жидкими яичными белками.       - Думаю, мне больше понравился способ знаменитости, - говорит Брикс.       - Да, но не привыкай к такому образу жизни, иначе тебе никогда не захочется уходить.       Брикс смеется.       - О, нет никакой опасности, что это когда-нибудь случится. Может, в реальной жизни мне и приходится самому ходить за продуктами, но, по крайней мере, я могу взрывать разное дерьмо.       - Ладно, серьезно. Какой «охранной фирмой» руководит двоюродный брат Гидеона?       В ответ раздается еще больше смеха.