ПОП-ЗВЕЗДА

      Как бы я не был зол на Брикса за то, что он не рассказал мне о слежке за Билли Уэббером, когда Трэв спускается вниз, понимаю, что у нас есть проблемы посерьезнее. Например, секрет, который мы скрывали от всех.       - Привет, Гид, нам нужно поговорить, - говорит Трэв.       Ох, блядь. Да, он знает.       Гидеон идет за своим кузеном в дом, а Айрис остается со мной.       - Как ты держишься? - Спрашивает Айрис, отвлекая мое внимание от того, куда исчезли Трэв и мой менеджер. - Хочешь, я отведу тебя внутрь или куда-нибудь, где ты будешь чувствовать себя в безопасности?       Я дрожу, но не знаю, из-за фальшивой бомбы это или из-за того, что произойдет, когда Гидеон узнает, что я переступил черту, которую не должен был переступать. Снова.       Это у меня реально хорошо получается.       Он не был моим менеджером, когда я начал спать с Джеем, но он все об этом знает.       - Я в порядке. Это фальшивая бомба. - Я в порядке? Думаю, я все еще в шоке. - Брикса могут забрать у меня из-за этого?       - Забрать? Он вообще может потерять работу. Очевидно, что вы, парни, встречаетесь, и я не понимаю, почему Брикс так рискует работой. Особенно когда... - Он захлопывает рот.       - Особенно когда, что?       - Ничего.       - Ты, правда, знаешь о нем больше, чем показываешь.       Айрис закатывает глаза.       - Конечно, мы все знаем. Он думает, что он такой скрытный, но, похоже, забывает, что сбор информации - то, чем мы зарабатываем на жизнь. Никто из нас не обращается к нему с этим, потому что это его бремя, и он явно не хочет нашей помощи. Мы продолжаем спрашивать в надежде, что он расскажет, но он не рассказывает. Он никогда не рассказывает.       Я думал, что со мной по-другому, но это не так. Брикс мне тоже ничего не говорит.       Возможно, я вижу нечто большее, в том, что на самом деле между мной и Бриксом.       Он удивительный мужчина - единственный в моей жизни, который не заставляет меня чувствовать, будто мне нужно быть чем-то большим. Больше для публики, больше для лейбла, больше для всех остальных.       Он напоминает мне, что я значим. Что мои мнения и помыслы важны и не должны подвергаться цензуре из-за статистики продаж и мнения фанатов.       Но что я могу сделать для него?       Я даю ему секс, а ему приходится иметь дело с надоедливой, ноющей поп-звездой. Отличный компромисс. Удивительно, что он до сих пор не сделал предложения.       - Эй, - говорит Айрис. - Не думай, что из-за того, что он не сказал тебе, зачем ему нужны деньги, у него нет к тебе чувств. Брикс из тех парней, что ни за что не рискнут своей работой. Чтобы он рискнул своим положением в «Майк Браво», ты должен быть кем-то особенным.       Мне от этого не легче.       Вообще.       Что будет, если он потеряет работу? Он возненавидит меня.       Эта мысль пугает даже больше, чем самодельная бомба.       - Айрис, - рявкает Трэв с порога. - Мы выезжаем. - Он поворачивается ко мне. - Я прослежу, чтобы мои люди нашли Билли Уэббера.       - Разве полиция не арестует его? Это уже второй раз, когда он нарушает судебный запрет.       - На этот раз мы не можем доказать, что это был он, - говорит Айрис.       - У него нет серебристой машины, - добавляет Трэв. - Мы следили за ним несколько недель. Он водит дерьмовый красный «Шевроле».       - Как будто он не может одолжить машину? Угнать? Сделать что-нибудь, чтобы сбить с толку копов? – говорю я.       - Мы не утверждаем, что это был не он, - говорит Трэв. - Просто мы не можем этого доказать. Полиция, очевидно, захочет с ним поговорить, но раз он исчез...       - По сути, мы беспомощны. Понял.       Как это стало моей жизнью?        Гидеон присоединяется к нам.       - Харли, нам...       - Нужно поговорить. Знаю.       Я врываюсь в дом, даже не попрощавшись с Айрисом и Тревом.       - Брикс уже в гостиной, - говорит Гидеон.       Я нахожу его сидящим на длинном диване, поэтому подхожу и сажусь рядом с ним. Я знаю, что сейчас произойдет, поэтому нет смысла отрицать.       Брикс тоже это знает и обнимает меня.       - Как долго это продолжается? - Спрашивает Гидеон.       - Достаточно долго, чтобы понять, что я не хочу потерять ни его, ни свою работу, - говорит Брикс.       Я отстраняюсь.       - В самом деле? Я думал...       Я подумал, что, если уж на то пошло, он выберет карьеру. Если ему дадут такую возможность. Возможно, это в прошлом.       Брикс не просто любит свою работу, она нужна ему.       Все это время я думал, что моя карьера в беде, что все может легко закончиться, но дело в том, что я все еще получаю гонорары от бесчисленных хитов «Одиннадцать». Не говоря уже о моем последнем альбоме, который все еще продается. Будущее моей карьеры может быть непростым, но сейчас у меня все стабильно. У меня есть деньги, сбережения и бухгалтер, который может поддерживать меня на плаву долгие годы, даже если я так и не выпущу больше ни одной песни.       У Брикса есть только эта работа.       - Ты не можешь его уволить, - говорю я Гидеону. - Если ты это сделаешь, я снова найму его лично, а не через Трэва.       - Разве это не будет граничить с проституцией?       Не знаю, серьезно Гидеон говорит или нет. Он не шутит.       - Я бы нанял его своим телохранителем, придурок.       Гидеон поджимает губы.       - Мне это не нравится.       - Мы не хотели, чтобы так получилось, - возражаю я. - В первый раз это было...       Брикс прижимает меня к себе.       - Это не было ошибкой. Знаю, ты собирался сказать именно это, и мы говорили, что так и было, но это не так. Это открыло мне глаза и было удивительно, и... и заставило меня понять, что в тебе есть нечто большее, чем ты позволяешь видеть другим. Ты так много даешь мне, просто находясь рядом.       - Я... - Черт, понятия не имею, как на это реагировать. Я провожу рукой по его бедру. - Я не могу позволить тебе потерять работу из-за меня.       - Это всего лишь деньги. Я заработаю еще. На погашение долгов уйдет больше времени. Долг никуда не денется. А тебя не будет, если я тебя отпущу.        - Брикс... - раздается мой плаксивый голос.       Футболка Брикса становится мягкой в руках, когда я сжимаю ее в кулаке. Я придвигаюсь ближе, умоляя его поцеловать меня, но как раз перед тем, как наши губы соприкасаются, нас прерывают.       - Я люблю Эву, - выпаливает Гидеон.       Мы с Бриксом замираем и медленно поворачиваемся к моему менеджеру.       - Э-э, что? - спрашиваю я.       - Я знаю, каково это - пересекать границы дозволенного. Я знаю, как это, - он указывает пальцем между нами, - может произойти. Эмоции и настоящие чувства все портят. Все, что мне нужно знать, это повлияет ли это на вас, парни, в профессиональном плане.       - Пока нет, - отвечаю я.       Одновременно Брикс произносит:       - Этого не случится. И ты знаешь, если что-то пойдет не так, Трэв и Айрис прикроют меня.       Гидеон задумывается об этом и кивает.       - Тогда ладно. А... ммм... у нас все в порядке?       Это, правда, происходит прямо сейчас? Брикс сохранит свою работу?       - Ты влюблен в Эву или ты с ней?       - И то, и другое, - говорит Гидеон.       Я этого не ожидал.       Он на добрых пятнадцать лет старше ее, но в этой отрасли это не имеет особого значения.       И, возможно, меня это должно волновать на личном уровне, но мы с Эвой никогда не были вместе. Единственный риск - если это выплывет наружу, но они явно умеют хранить секреты, иначе мы бы об этом узнали.       Черт, нам с Бриксом следовало бы поучиться у них, но сегодня, когда он вошел в ворота, все, чего я хотел, это оказаться в его объятиях, где, знал, буду в безопасности.       - Э-э-э... - Гидеон проводит рукой по своим темным волосам. - Черт, я что, теперь уволен?       Я смеюсь.       - Считай, что мы квиты? Ты трахаешься с моей бывшей невестой, я трахаюсь со своим телохранителем, и мы все делаем вид, что в этом нет ничего странного.       - Договорились. А теперь давайте отвезем вас двоих в отель, пока не появились другие нежелательные посылки. Или, что еще хуже, папарацци. Я удивлен, что TMZ еще не опубликовал эту историю. Расслабились.       И тут я вспоминаю о серьезности происходящего, и внутри все переворачивается.       

***

       Брикс меряет шагами наш обычный гостиничный номер, что только усиливает мое беспокойство. Мы отказались от номера люкс, зарегистрировались под другим именем, и они тайно поселили меня там, чтобы таблоидам было труднее меня найти.       Я сижу на большой двуспальной кровати, прислонившись спиной к изголовью, и просто наблюдаю, как Брикс делает свое дело.       Он выкрикивает приказы в телефон, как будто он босс Трэва, а не наоборот.       Я не должен находить это сексуальным, но нахожу. Его длинные ноги и мощные руки двигаются туда-сюда передо мной. Его сильный, властный голос не дрожит.       Если бы то, о чем он говорит, не пугало меня до полусмерти, я бы поддался искушению раздеться догола и отвлечь его.       К сожалению, он говорит о ком-то, кто психологически терроризирует меня, так что, знаете ли, мой стояк немного переменчив.       - Держите меня в курсе. - Брикс фыркает и заканчивает разговор. Он швыряет телефон на кровать и ворчит.       - Иди сюда. - Я встаю на колени на матрасе и медленно продвигаюсь к краю кровати.       Он подходит ближе, заставляя меня вытянуть шею, чтобы посмотреть на него.       - Как дела? Ты в порядке?       - В порядке. То, что ты такой крутой, заставляет меня чувствовать себя лучше.       Его большие теплые руки обхватывают мою спину, и он прижимается своим лбом к моему.       - Я никому не позволю причинить тебе боль.       - Я верю.       Он наклоняет голову, его губы приближаются к моим, но я держусь твердо.       - Даже когда ты что-то скрываешь от меня.       - Я ждал этого. - Брикс отстраняется от меня и подходит, чтобы прислониться к комоду.       Я откидываюсь на спинку кровати.       - Я не сказал тебе, что следил за Уэббером, потому что мы не знали, была ли причина следить за ним. Трэв считает, что я слишком опекал его, но это не так, когда дело касается тебя. И, похоже, в ту минуту, когда мы перестали за ним следить, он сделал свой ход. Я не собираюсь извиняться за то, что не сказал тебе, потому что это моя работа - разбираться с таким дерьмом за тебя. Ты не запишешь свой альбом, если будешь слишком сильно беспокоиться о своей безопасности.       Я думаю, в его словах есть смысл.       - Ладно, но ты должен мне что-то говорить. Когда дело доходит до работы, не люблю, когда меня держат в неведении. Я понимаю, к чему ты клонишь, так что оставлю это, но как насчет тебя? Я знаю, что ты что-то скрываешь от меня, как и от всей своей команды. Кстати, они знают твой секрет. Они просто достаточно уважительны, чтобы не давить на тебя.       Губы Брикса подергиваются.       - Полагаю, ты не будешь вести себя так же уважительно, как они.       Я качаю головой.       - Нет. Потому что, что бы ни происходило между нами, это означает, что я должен знать о твоей жизни больше, чем твои коллеги по работе. Ты не рассказываешь мне ничего. Все, что я знаю, это то, что твоя мама умерла, а ты был солдатским мальчишкой. Ты оплачиваешь чьи-то медицинские счета, если только у тебя нет какой-то болезни, которую от меня скрываешь. Ранее я думал о том, что ты значишь для меня, и понял, что, хотя ты, возможно, самый важный человек в моей жизни, не думаю, что ты воспринимаешь меня так же. Жизнь не такая одинокая и изолированная, когда ты рядом и говоришь мне, что не нужно поддаваться тому, чего все от меня ожидают. С тобой я чувствую себя в безопасности. Ты даешь мне... все. Но ты не впускаешь меня.       - Харли...       Я не могу смотреть на него.       - Когда я подумал, что тебя могут сегодня уволить, я был в отчаянии, но предположил, что, если бы у тебя был выбор, ты бы выбрал свою работу. Тебе нужны деньги, и у меня нет других причин полагать, что ты делаешь это ради меня.       Бриксу удивительно удается заставить меня осознать свою ценность и состоятельность, но сегодня я понял кое-что еще: возможно, ему меня недостаточно.       - Мне нужно хоть что-то, Брикс.       - Я привык быть сам по себе. - Его слова звучат тихо и невнятно. - Я не знаю, как это, - он водит пальцем между нами, - делается.       - У меня уже были отношения, в которых я все брал и брал, и не могу делать так снова. Я не могу потерять еще одного дорогого мне человека, потому что слишком эгоистичен, чтобы не обращать внимания на то, что ему нужно. Но я не могу дать тебе то, что тебе нужно, когда ты даже не даешь мне понять, кто ты на самом деле. Глубокие шрамы, секреты и все такое.       - Мне нужен ты. Вот что мне нужно.       - Но я…       - Разве ты не понимаешь? Когда ты улыбаешься мне - по-настоящему улыбаешься, - это самое большое достижение в моей жизни. Я устроился на эту работу, думая, что это будут легкие шесть месяцев с большой зарплатой, но чертовски скучные. Я и представить не мог, что встречу человека, который не только спрашивает моего мнения, но и ценит его. С тобой у меня появляется цель в жизни.       - Как романтично, - сухо говорю я. - Мне нужно, чтобы ты заставил меня чувствовать себя хорошо, чтобы и тебе было хорошо. Это хуйня и созависимость.       - Это не созависимость. И то, что у нас есть, вовсе не хуйня. Мы два парня с совершенно разным воспитанием, совершенно разными жизнями, но мы видим друг в друге то, чего никто другой не видит. Думаешь, что ты поверхностен и что за внешностью поп-звезды и образом, созданным лэйблом, ничего нет, но когда я смотрю на тебя, вижу того, кто хочет, чтобы его ценили. Кто хочет признания и уважения. Я вижу того, кто умоляет, чтобы его любили.       Мои щеки горят. Этот мужчина так хорошо меня понимает. Он видит сквозь всю эту пиаровскую чушь. Но он совсем не позволяет мне увидеть его.       - Ты видишь это во мне, но в том-то и дело. Я позволяю тебе это увидеть. Я открываю тебе свою истинную сущность. Я понятия не имею, кто ты. Не в глубине души.       - Я адреналиновый наркоман, быстро понявший, что в жизни есть нечто большее, чем взрывчатка и стрельба. Из-за тебя. Ты провел почти половину своей жизни, будучи кем-то другим, и не думаю, что ты теперь знаешь, кто такой настоящий Харли Валентайн. Но я вижу его. Я вижу его в том, как ты по-прежнему вежлив со своими фанатами, даже когда они напористы и агрессивны и потенциально могут заразить тебя гриппом. Я вижу его в том, как ты всем сердцем хочешь защитить Эву, хотя вы никогда не были по-настоящему вместе. Ты простил своего менеджера, не задавая лишних вопросов, когда он перешел грань дозволенного. Ты вежлив со своим бывшим, хотя я вижу, что тебе очень больно. Ты - тот, кто заставляет меня улыбаться. Тот, с кем я чувствую себя как дома. Тот, с кем я чувствую себя на своем месте. Ты притупляешь мою жажду действий и адреналина, бурлящую в моих венах. С тобой я верю, что в жизни есть что-то еще, кроме работы в «Майк Браво». Такого у меня еще не было.       - Почему не было?       Брикс долго думает об этом.       - Почему не было? - спрашиваю я снова.       Он складывает руки на груди.       - Ты знаешь, почему многие люди идут в армию?       - Чтобы служить своей стране?       - Мы отказываемся от своих жизней. Они дают нам то, что нам нужно, в обмен на то, что мы добровольно жертвуем собой при исполнении служебных обязанностей. Я уверен, что есть много людей, поступающих так из патриотических побуждений, но большинство из нас поступает так потому, что у нас нет другого выбора. Мы не можем позволить себе колледж. Мы хотим уехать из безнадежного города. Некоторые из нас делают это потому, что жизнь в армии - это все, что мы знали, когда росли. Я записался на службу по многим причинам, но также и потому, что у меня была постоянная потребность в выбросе адреналина. Я никогда не ощущал целеустремленности... пока не начал работать на тебя. Эта работа, защищать тебя - такое чувство, что я впервые в жизни нашел свое истинное место. Я с тобой не из-за того, что ты можешь мне дать. Я с тобой не из-за твоей музыки.       - Это оскорбительно. - Я притворяюсь, что из-за этого у меня слезы на глазах.       Брикс продолжает.       - Я с тобой, не потому что ты Харли-блядь-Валентайн. Я с тобой, потому что жажду увидеть тебя настоящего. Твои настоящие улыбки.       Черт бы его побрал. По сути, он говорит, что я нравлюсь ему таким, какой есть, и как я могу на это злиться?       - Почему ты такой...       - Такой...       - Ты. - Я ничего не могу с собой поделать и улыбаюсь.       - Вот она. - Брикс торжествующе улыбается.       - Не мог бы ты, пожалуйста, подойти и поцеловать меня за это?       Брикс подходит ко мне в два шага. Его присутствие окутывает меня теплом, он опускается на колени, и мы оказываемся лицом к лицу, когда я сажусь на кровать.       - Просто, чтобы ты знал, ответом на этот вопрос всегда будет «да».       Я наклоняюсь вперед и ловлю его губы своими.       То, что начинается с нежности, быстро перерастает в ласку. У нас всегда так. В мгновение ока от нуля до шестидесяти. Брикс забирается на кровать и прижимает меня, пока моя голова не касается мягкой гостиничной подушки.       Он накрывает мое тело, и мы двигаемся как единое целое. Мы целуемся, ощупываем и исследуем друг друга. Мои руки скользят по его мышцам, по твердости, которая олицетворяет не только его силу, но и надежность и стабильность.       Я хочу чувствовать его везде. Рядом с собой. Сверху на мне. Внутри меня.       Я хочу наслаждаться ощущением безопасности, которое он мне дарит, уверенностью, которую внушает его властная манера держаться.       Его губы перемещаются к моей шее, а затем к плечу.       От Брикса у меня перехватывает дыхание, внося свежий воздух в мою удушливую жизнь.       Желание и нужда сталкиваются в смеси эмоций, с которыми, как мне кажется, я не готов справиться. Но они все равно есть, становясь сильнее с каждой секундой, когда он овладевает мной.        Он прокладывает дорожку из поцелуев вниз по моей груди. Его зубы царапают мою кожу, и я издаю гортанный звук.       - Брикс? - выдыхаю я.       - Ммм? - Его голос щекочет мне кожу.       - Я хочу, чтобы ты трахнул меня.       Он внезапно останавливается и пристально смотрит на меня.       - Ты уверен?       Я киваю.       - Хорошо. - Брикс встает и поднимает меня.       - Ммм, что мы делаем? Секс-экскурсия?       Брикс улыбается.       - Я собираюсь подготовить тебя наилучшим известным мне способом. - Он ведет меня в ванную и включает душ.       - Вода не подходит для смазки, - сообщаю я ему. - Мыло тоже.       Брикс смеется.       - Спасибо за урок сексуального воспитания, но я знаю, что делаю.       - Знаешь?       - Поверь мне.       Самое странное в этом то, что я абсолютно верю. Возможно, он что-то скрывает от меня, но в глубине души я верю, что если бы это хоть как-то влияло на меня, он бы не стал мне лгать.       Не знаю, почему так слепо верю ему, но если бы ждал, что кто-то даст повод доверять, я бы никому не доверял.       Мы раздеваемся догола и забираемся в совмещенную ванну с душем. Брикс задергивает занавеску и заключает меня в свои большие объятия.       Я чувствую себя маленьким рядом с ним, но мне это не противно. Как ни странно, это заставляет меня чувствовать себя любимым. Как будто я принадлежу только ему, когда он прижимается ко мне своим большим телом.       - Ты дрожишь, - шепчет Брикс.       - Предвкушение.       - Не нервы?       Я дрожу.       - Может, немного нервов.       - Я с тобой. - Брикс поворачивает меня так, что я прижимаюсь спиной к его груди, а голова оказывается у него на плече.       Это будет не просто секс. Не то чтобы между нами когда-либо было что-то подобное. Но сейчас происходит нечто большее. То, что, как я был убежден, не для меня или чего на самом деле не существует.       Голливудские иллюзии ожесточили меня, заставили думать, что это чувство, которое я испытывал лишь однажды, такое же фальшивое, как и все остальное в моей жизни.        Затем Брикс буквально врывается и возвращает к жизни ту часть меня, которая была так близка к смерти, что, я был уверен, она уже никогда не возродится.       Он заставляет меня верить, что любовь побеждает все.       Руки Брикса блуждают по моим бокам, а губы скользят по плечу.       Мой член торчит вверх, моля о прикосновении.       - Положи руки на стену.       Я вздрагиваю, но делаю, как он говорит.       Вода каскадами стекает по моей спине, когда я наклоняюсь вперед и кладу ладони на плитку.       Брикс набирает в ладони гель для душа и растирает его по моим плечам и рукам. Мои мышцы сокращаются и расслабляются, когда его теплые пальцы впиваются в кожу.       Затем он перемещается ко мне спереди, медленно продвигаясь ниже. Я издаю стон.       Брикс не торопясь моет меня всего, окутывая запахом цветочного гостиничного мыла. Он игнорирует, когда я огрызаюсь, что мой член еще недостаточно чистый, чтобы пытаться заставить его продолжать поглаживать его.       Затем палец, покрытый пеной, скользит в щель между моими ягодицами. Я напрягаюсь.       Либо мое предупреждение это не смазка остается неуслышанным, либо мне действительно нужно ему доверять.       Я оглядываюсь через плечо, что вызывает у него только улыбку.       - Вижу, у нас все еще есть небольшие проблемы с доверием, но я обещаю это исправить.       Единственный палец проникает в мою дырочку, и нервные окончания, которыми пренебрегали почти два года, исполняют счастливый танец.       Я насаживаюсь на его толстый палец, находящийся внутри меня. Он сжимает мое бедро свободной рукой так сильно, что остается синяк.       Моя задница сжимается вокруг его пальца, и я тяжело дышу, пытаясь сосредоточиться на ощущении, пока он проникает все глубже внутрь меня. Я чувствую как туго, но Брикс не торопится, медленно входя и выходя из меня.       Мой разум затуманивается, и все, что чувствую, - это Брикса рядом со мной. Я хочу, чтобы он поглотил меня всего.       Но затем его тепло внезапно исчезает с моей спины, как и его палец.       Неееет.        Вода стекает по мне. Я наклоняюсь вперед и кладу руку на стену, еще больше выпячивая свою задницу.       Дело не в том, что я хочу большего. Мне нужно больше.       Мне нужно почувствовать его всего.       Затем большое тело Брикса прижимается к моей спине, и он протягивает руку, чтобы выключить воду.       - Подожди, что?.. - Я пытаюсь выпрямиться, но Брикс удерживает меня.       - Терпение, Поп-звезда. Научись терпению.       - Это произойдет не скоро.       Он хватает меня за плечо, чтобы удержать на месте.       - Стой на месте.       В следующую секунду он опускается на колени позади и раздвигает мои ягодицы.       Если раньше он думал, что я дрожу, то теперь это ничто по сравнению с этим. Мои ноги угрожают подкоситься.       Я беззащитен и уязвим, прохладный воздух обдувает мою дырочку, но стоит мне оглянуться через плечо, и я понимаю, что Бриксу нравится.       - Так горячо, - бормочет он.       Кажется, прошла целая жизнь до первого прикосновения его языка, и когда это происходит, я невольно извиваюсь.       Брикс хихикает, и теплое дыхание на моей чувствительной коже только усиливает новые ощущения.       - Не двигайся, - наставляет он.       - Ничего не могу с собой поделать. Это... странное чувство.       Он поднимает на меня взгляд.       - Ты что, никогда...       - Нет. Бывшему это не понравилось. С другим парнем так и не получилось.       Брикс вздыхает.       - Ты столько всего упустил.       - Собираешься обучить меня риммингу?       - Обучить? Нет. Сделать культ? Черт, да.       - Очень самоуверен…       Брикс ныряет прямо в меня, и тело загорается, как рождественская елка.       - Охуеть!       Он мычит, как будто хочет что-то сказать, но сейчас слишком занят.       Ощущения в моей заднице совершенно ошеломляющие. Я хочу одновременно сжать и раздвинуть свою задницу еще больше.       Как бы мне ни хотелось продолжить наблюдать за Бриксом через плечо, когда его лицо оказывается между моих ягодиц, я шатаюсь и не могу оставаться в таком положении. Я отворачиваюсь к стене перед собой и опираюсь на руки, пока Брикс дразнит и исследует меня.        Я понимаю, почему это лучший способ подготовить кого-то. Как только я привыкаю к прикосновениям его языка, задница расслабляется под его ртом.       Он добавляет пальцы, и я не думаю, что когда-либо раньше принимал два без помощи смазки.       По спине и в животе пробегает жаркое покалывание. Член все еще стоит торчком, нетронутый и ноющий, но я не хочу, чтобы Брикс останавливался, и не хочу убирать руку со стены, потому что не хочу удариться головой о кафель.       Его пальцы дотрагиваются до простаты, и снова и снова меня накрывает волна ощущений, к которым я не привык.       Мои бедра подаются назад.       - Нужно. Больше.       Вместо того чтобы дать мне то, чего я хочу, он полностью отстраняется.       - Нет! - Я тяжело дышу.       Тело уже словно выжато, а я еще даже не кончил.       Он встает и проводит кончиком своего твердого члена по моей заднице.       - Думаешь, готов принять всего меня?       - Смазка.       Брикс смеется.       - Конечно. - Он шлепает меня по заднице. - В постель.       Он помогает мне вылезти из ванны, и на дрожащих ногах я, спотыкаясь, добираюсь до кровати в гостиничном номере.       Я падаю на четвереньки.       - Не-а. На спину.       - О, слава Богу. - Я переворачиваюсь, едва не задев бутылочку со смазкой, которую Брикс бросает рядом со мной. - Не знаю, как долго я смог бы продержаться.       Матрас прогибается, когда колени Брикса касаются кровати. Я поднимаю голову и наблюдаю, как его большое тело ползет ко мне.       Касаясь кожи, он опускается на меня, его твердый член оказывается рядом с моим. Его губы оставляют легкие поцелуи на моей шее, спускаются по груди, а затем он захватывает сосок.       Как бы это ни нравилось, он меня завел, и теперь пытается нас замедлить.       - Брикс. Ты нужен мне внутри.       Брикс тянется за смазкой.       - Подними ноги.       - Да, - шиплю я и, обхватив колени, отрываю задницу от кровати.       Его скользкие пальцы проникают в меня, прежде чем он добавит на них еще смазки и снова протолкнется внутрь. Мысль о том, чтобы принять его толстый член, заставляет меня нервничать, но когда он растягивает и подготавливает меня, все эти опасения забываются.       До тех пор, пока я не чувствую головку его члена у своего входа.       Блядь, эта штука вот-вот разорвет меня надвое.       - Не, не напрягайся сейчас, - шепчет Брикс. - У тебя так хорошо получается.       Я приказываю себе расслабиться.       Его веки трепещут, когда он медленно проникает внутрь.       Меня пронзает жжение, но знаю, что скоро оно пройдет. Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох.       Брикс замирает.       - Посмотри на меня. - Когда я смотрю, то таю под его глубоким карим взглядом. - Я с тобой, ладно?       - Ладно.       Желание кончить немного утихает, пока он проникает в меня по самое основание, и когда погрузился, он останавливается.       Мы полностью связаны, на совершенно новом уровне, и пока он двигается внутри меня, медленно входя и выходя, я не могу оторвать глаз от его выразительного лица.       Брикс обычно мало чем делится, но сейчас он отдает мне все.       Беспокойство за меня читается в выражении его лица. В теплых глазах сквозит привязанность. В его тяжелом дыхании всеобъемлющая потребность, как будто он напрягает все свои силы, чтобы не зайти слишком далеко.       - Ты чувствуешься потрясающе. - От резкости в его голосе мой член подпрыгивает.       - Ты тоже, - тихо говорю я.       Я поднимаю руку и провожу пальцем по его твердым чертам. Он закрывает глаза и прижимается к моей руке.       Жжение проходит, и теперь я начинаю легче принимать его.       - Как бы мне ни хотелось, чтобы это продолжалось вечно, не думаю, что продержусь долго. С тобой мне слишком хорошо. Это... - Он вздрагивает.       Я опускаю ноги и обхватываю ими его зад, принимая глубже.       - Ох, блядь. - Мягкий, ласковый взгляд его глаз становится темным и тяжелым. Толчки Брикса усиливаются, и, кажется, что он вот-вот сорвется.       Это возбуждает меня больше, чем все, что он делал со мной раньше. И, в том числе, открывающий-глаза римминг.       - Мне нравится делать это с тобой, - говорю я.       - Я... - Он не заканчивает предложение.        Я чувствую, что он близок. Я обхватываю член рукой и двигаю по нему сильно и быстро.       Брикс повторяет мои действия, покачивая бедрами.       Я подхожу к краю, ожидая взрыва. Его твердый член входит и выходит и, кажется, становится все тверже и тверже внутри меня.       Он теряет себя и свой ритм, начиная трахать меня всерьез.       У меня кружится голова, с каждым ударом по простате я теряю все больше и больше мозговых клеток.       Он весь в поту, и я наклоняюсь, чтобы лизнуть его солоновато-сладкую шею.       - Брикс, - шепчу я, касаясь его кожи. Или, может быть, я бормочу: «Блядь». Уже не знаю.       И когда он входит в меня и замирает, я распадаюсь на части вместе с ним.       Мы смотрим друг другу в глаза, и я испытываю самый сильный оргазм в своей жизни, но это не имеет никакого отношения к сексу.       Это все Брикс.