ПОП-ЗВЕЗДА

      Трэв будит меня ни свет ни заря, стуча в дверь нашей спальни. Я слышал, как они с Айрисом ночью вернулись, и был благодарен, что они дали нам поспать.       Видимо, время сна закончилось.       К счастью, Харли слишком крепко спит, чтобы даже пошевелиться, но, когда я натягиваю кое-какую одежду и следую за Трэвом через весь дом в его комнату, то начинаю беспокоиться, что с арестом Уэббера что-то пошло не так.       Он жестом приглашает меня сесть на стул, а сам облокачивается на свой стол.       - Что не так? - спрашиваю я. – Что-то с Уэббером?       Он отмахивается от меня.       - Все прошло отлично. Мы нашли серебристую машину, на которой он ездил, в нескольких милях дальше по дороге. Она зарегистрирована на какого-то парня из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе. Помимо обвинений в преследовании, мы передали несколько его ноутбуков и все остальное, что нашли в машине. - Серьезное выражение его лица сменяется едва заметной улыбкой.       - Что ты записал на его ноутбук?       Еще одна легкая улыбка.       - На самом деле тебе лучше не знать. То, что Уэббер сказал вчера вечером, правда. Он выйдет на свободу через два года, если мы не предоставим полиции всю информацию. По крайней мере, так он получит еще несколько лет к своему сроку.       - Серьезно, что ты сделал?       - Ничего! - Он кашляет и бормочет что-то о кибер-терроризме.       Лучший. Босс. Из всех.       - В любом случае, зачем я тебя разбудил? Я подумал, что должен тебя предупредить.       - Предупредить? Блядь, теперь что?       - «Майк Браво» не собирается продлевать контракт с поп-звездой, когда он истечет.        Ладно, этого я не ожидал.       - Слишком много работы? – шучу я, но в душе изо всех сил пытаюсь найти способ, как Трэву сохранить его.       - Что ж, мы, конечно, увидели больше действий, чем я ожидал. Но, правда в том, что это было не то дело, за которое мы взялись бы при обычных обстоятельствах. Ты это знаешь.       - Знаю.       Трэв скрещивает ноги в лодыжках, и его устрашающий рост кажется еще больше, чем обычно.       - Итак, вот в чем дело. Тебе нужно принять решение.       Я резко втягиваю воздух. Мое место с «Майк Браво» или Харли. Слова Я ухожу вертятся на языке, и я никогда не думал, что это решение будет таким простым.       Харли захочет оставить меня в качестве своего телохранителя, и хотя я не знаю, как это будет работать, если не буду с «Майк Браво», мы найдем способ.       - Я хочу, чтобы контракт перешел к тебе. - Слова Трэва отвлекают меня от размышлений. - Вступает в силу немедленно, если это устроит Харли. Я говорил об этом с Гидеоном вчера вечером, и он согласен.       - Что?       - Ты сказал, что твое будущее с «Майк Браво» было неопределенным, а я не могу позволить себе постоянно быть в подвешенном состоянии. Если ты согласишься на контракт, то сможешь сам подобрать себе команду парней для охраны Харли.       - А как насчет...       Он указывает на меня.       - Даже не думай переманивать кого-либо из моих людей. Айрис мой, ясно?       Я смеюсь.       - Да, пожалуйста, он бы с ума сошел от скуки.       - Верно. Дело в том, что я не хочу терять тебя, но, думаю, уже потерял.       Я не отвечаю ему. Мне это и не нужно.       - И я знаю, что ты сможешь справиться с этим заданием самостоятельно, с подрядчиками, работающими под твоим началом, на то время, когда Харли будет в разъездах и понадобится больше людей. Тем не менее, с бюджетом на этот контракт трудно расстаться. Только моя доля... - Он колеблется, но, в конце концов, отказывается от нее. - Нет, так будет лучше для всех.       - Итак, ты хочешь сказать, что...       Трэв ухмыляется, Боже, ухмыляется.       - Это значит, Брикс, что ты уволен.       - Думаю, ты получил от этого слишком большое удовольствие, босс.        Он протягивает мне руку для рукопожатия, и когда я беру ее, заключает меня в объятия. Он дважды хлопает меня по спине, а затем отпускает.       - Нам будет тебя не хватать, но уверен, что это правильный выбор для тебя.       - А если мне когда-нибудь понадобится помощь, как в случае с Уэббером?       - Ты отлично справился сам, но если мы тебе когда-нибудь понадобимся, я знаю, сколько тебе заплатят, так что будь готов выложить кругленькую сумму за то, чтобы мы спасли твою задницу.       - Что, никаких скидок для семьи и друзей?       Трэв хлопает меня по плечу.       - Иди, найди своего мужчину и расскажи ему хорошие новости. А потом убирайся нахуй из моего дома.       Я собираюсь уходить, когда вспоминаю о машине.       - О, ммм, а как же твоя машина? Моя...       - Ее нет. Я не хотел, чтобы этот кусок дерьма простоял у меня на подъездной дорожке дольше, чем нужно. Оставь себе «Рэндж Ровер». Считай это прощальным подарком.       Моей первой реакцией было сказать нет. Конечно, нет. Я этого не заслужил, потому что я этого не заслуживаю. Но если общение с Харли чему-то меня и научило, так это тому, что мне нужно принимать помощь от других и впускать людей в свою жизнь.       - С-спасибо, - заикаюсь я.       - Воспользуйся этой возможностью и присмотри за своим отцом, ладно?       Должно быть, мое лицо выдает мое потрясение. Харли сказал, что ребята знают, Айрис так сказал. Слышать, как много им известно, неприятно, но, в то же время, я чувствую облегчение. Меня больше не сковывают секреты. На лице Трэва появляется выражение, в котором смешиваются сочувствие, самодовольство и раздражение.       - Ты знал, что Сэмюэл Рейнз был моим командиром до того, как я стал рейнджером?       Мой отец... был начальником Трэва?       - Ты, правда, думаешь, что выбор времени для твоего найма в «Майк Браво» был совпадением?       В то время, когда я тонул в медицинских счетах и пытался найти место, где мой отец мог бы пройти лечение, я думал, что предложение перейти в частный сектор - это возможность выйти из замкнутого круга. Я не придал этому особого значения.       - Ты все это время все знал и ничего не сказал?       - Делая что-то для того, кто тебе дорог, ты не стремишься к славе или благодарности. Твой отец - хороший человек, и ты тоже, Брикс. Я помог тебе единственным доступным мне способом.       - Спасибо. Огромное. Типа…        - Я только что сказал, что не нуждаюсь в благодарности. - Он исчезает, оставив меня ошеломленным.       К тому времени, как я избавляюсь от беспокойства по поводу того, что вся команда знает о моей ситуации - я знаю, что этого не должно быть, но от старых привычек трудно избавиться - и возвращаюсь в нашу комнату, Харли уже проснулся.       Он садится. Морщинки беспокойства, залегшие у него на лбу, вызывают у меня желание заключить его в объятия.       - Где ты был?       Я начинаю собираться, не отвечая ему.       - Брикс? Что случилось? - спрашивает он снова.       Я улыбаюсь ему.       - Нолан Брикстон Рейнз.       - По-моему, это первый раз, когда ты назвал меня Ноланом. Или полным именем.       - Ты меня пугаешь. Ты заслуживаешь, чтобы тебя называли полным именем.       Я забираюсь обратно в постель и притягиваю Харли к себе. Он без футболки, так что я пользуюсь этим и провожу рукой по его обнаженной спине.       - Привет. Меня зовут Брикс. Например, тупой, как брикет. И я твой новый начальник охраны. Приятно познакомиться.       - Что?       Я смеюсь.       - Трэв только что сказал, что, по его мнению, я должен заключить с тобой контракт.       - Тебя нельзя уволить? Типа, никогда?       - Ты застрял со мной. Я никуда не уйду. Никогда.       - Никогда?       - Я буду защищать тебя ценой жизни. Всю свою жизнь.       - Потому что любишь меня?       - И потому что был рожден для этого.       Харли отстраняется.       - Ты лжешь, да? На самом деле тебя уволили, и я больше никогда тебя не увижу.       - Что заставляет тебя говорить такое?       - Ты... Мистер, я не верю ни в судьбу, ни в родственные души, ни в предначертания… Ты веришь, что был рожден, чтобы защищать меня?       - Ну, черт. Думаю, да.       - Песня о тебе теперь бессмысленна.       Я смеюсь.       - Ты можешь написать мне еще песен. Я ожидаю, что они будут полны любви и взрывов. «Взрывы любви и С4». Хорошее название.       - Конечно, Рэмбо... мой мудазвон безбашенный.       - Никогда не дашь мне забыть об этом, да? Ты все время называешь меня крутым.        - Одно дело, когда говорят другие. Это совсем не круто - заявлять об этом самому.       Я наклоняюсь и прижимаюсь губами к его губам.       - Можешь насмехаться надо мной, когда захочешь, Поп-звезда. Я не стану любить тебя меньше.       - То же самое касается и тебя… Крутой.       Хм, интересно, это прозвище лучше или хуже, чем Рэмбо.       

***

      Мы вернулись в Лос-Анджелес неделю назад, и я почти не видел Харли.       Он ни на шаг не приблизился к заключению соглашения о выходе из лейбла, и у него нет реальных планов на случай, если он выиграет эту битву. Или если проиграет.       Он был занят Бог знает чем - думаю, сочинением новых песен, - но в основном я видел его, только когда мы ложились спать, каждый вечер.       В нашей постели.       Это первое, что мы сделали, когда вернулись домой. Мы перенесли мои скромные пожитки в его комнату и превратили мою спальню в мой кабинет.       Вот почему, когда он появляется, усаживая свою задницу на мой стол с широкой улыбкой на лице, я начинаю напрягаться.       - Что ты сделал? - Я откидываюсь на спинку кресла и притворяюсь раздраженным.       - Нет. Не-а. Ты не можешь вникнуть, уже возненавидев саму идею, прежде чем я расскажу тебе о ее великолепии.       - И теперь я боюсь.       - Давай, Крутой. Клянусь, это хорошая идея.       - Хорошая идея, которая мне понравится или не понравится?       Харли колеблется. Отводит взгляд. Поджимает губы.       - Верно. Вот и ответ на этот вопрос, - говорю я. Мне это точно не понравится.       - Может, тебе это и не понравится, но как только ты справишься с собой, ты полюбишь меня за это. Или возненавидишь. Я еще не решил.       - Я уже люблю тебя, так стоит ли так рисковать?       Харли с энтузиазмом кивает.       - Конечно. - Он берет меня за руку. - Пойдем со мной.       Я совершенно сбит с толку, пока он не привел меня в комнату, которой почти не пользуется. Нет, подождите, я все еще в замешательстве.       Комната обычно устроена как библиотека со встроенными книжными полками вдоль стен и удобными диванами. Которые были вынесены во внутренний дворик, ведущий на задний двор.       - Пустая комната? Спасибо?       - Я подумал... ну, я думал... и планировал. И провел все исследования о том, сколько это будет стоить… Ладно, если говорить о технических аспектах, то большую часть работы проделала Джейми. Она пытается завоевать твое расположение, потому что боится, что ты захочешь ее уволить.       Я вроде как понимаю, но продолжаю убеждать себя, что она не могла знать, что ее мастер по ремонту Айфона - психопат.       - Ты хочешь превратить эту комнату в студию или нечто подобное? - спрашиваю я.       - Нет. Я хочу превратить ее в комнату твоего отца.       Моргаю, глядя на него. Затем еще раз.       - Выслушай меня. Я хочу сделать это для тебя. Я хочу нанять двух медсестер круглосуточно, чтобы они менялись сменами. Ты сможешь видеться с ним ежедневно, если только мы не в туре. Но, может, мы могли бы организовать так, чтобы ты прилетал раз в две недели или еще как. Я еще не знаю всех деталей, но подумал, - он выходит на середину комнаты, - мы могли бы поставить кровать здесь. Все медицинское оборудование должно поместиться, а если его немного приподнять, то у него будет прекрасный вид на бассейн...       - Харли, я не могу… Я не могу принять это. Я хочу. Блядь, я, правда, этого хочу, но… ты ведь понимаешь, как это выглядит, не так ли?       Харли делает рассчитанные шаги в мою сторону.       - Я знал, что ты так отреагируешь, и это единственная причина, по которой не стал действовать заранее и организовывать все за твоей спиной. Но ты сам сказал, что мы теперь команда. Мы с тобой в этом участвуем, и я хочу сделать это для тебя и твоего отца. Потому что я люблю тебя больше всего на свете и хочу дать тебе все, что ты даешь мне.       - Что даю?       - Такую любовь, какую я заслуживаю. Несмотря на все мое дерьмо, мой багаж и карьеру, которая пытается меня удержать, ты рассеиваешь туман всего этого и даешь мне надежду. И ты всегда даешь мне ощущение нормальности. Ты заставляешь меня чувствовать себя любимым. Пожалуйста, впусти меня. Пожалуйста, позволь мне сделать это для тебя.       Слезы застилают глаза. Я не плакса. Я не плакал, когда умерла моя мама. Я совсем не плакал после того, как у папы случился инсульт. Но наблюдать, как он увядает в той коробке, в которую я его поместил... Да, я плачу из-за этого.       - Ладно.       Лицо Харли светлеет.       - Все в порядке?        Мне удается слегка кивнуть.       - Медсестры, как и твоя новая команда охраны, нуждаются в проверке. Ты осознаешь, что сейчас делаешь, а? Ты приглашаешь незнакомцев в наш дом. Они узнают, что мы вместе...       Харли подпрыгивает на месте.       - Для этого и нужны соглашения о неразглашении. Я ненавижу эти соглашения, но ради этого, они того стоят.       - А что произойдет, если папарацци или таблоиды пронюхают, что ты приютил старика, который является отцом одного из твоих сотрудников? Это не вызовет подозрений?       - Ты мой постоянный телохранитель. Ты живешь со мной. Они будут думать, что я потрясающий и заботливый начальник.       Я на это не куплюсь.       - Или они точно поймут, что мы вместе, но мне уже давно наплевать на то, что произойдет, если этот ящик Пандоры когда-нибудь откроется.       - Тебе, правда, все равно?       - Я не собираюсь кричать о наших отношениях с крыш домов или еще как. Я понимаю, почему это все еще нужно держать в секрете, но я больше не боюсь того дня, когда мои продажи упадут из-за того, кем я являюсь. Если так случится, значит, так случится. У меня есть самое важное, что есть, прямо здесь. - Он прижимает меня к себе. - Я извлек уроки из прошлых ошибок и больше не повторю их.       Я наклоняюсь, чтобы поцеловать его, но он отстраняется и снова начинает возбужденно подпрыгивать.       - О, я еще не рассказал тебе самую лучшую часть.       Мне нравится видеть эту сторону Харли. Мне нравится, что он рад сделать что-то для меня, и что этот жест - нечто большее, о чем я мог когда-либо мечтать. Я слишком долго занимался этим в одиночку, и когда кто-то рядом со мной... к этому трудно привыкнуть, но я хочу.       Невозможно любить этого человека больше, чем я люблю его в этот момент.       - Что за самая лучшая часть?       - Ты знаешь, у них есть компьютерные программы для азбуки Морзе? Если твой папа может сжать твою руку, думаю, он сможет постучать по ней пальцем. У них есть блокнот, подключенный к компьютеру, и он может печатать то, что говорит. Я знаю, что общаться нелегко, особенно между твоим отцом и его медсестрами, и...       Я больше не могу. Мое сердце переполнено, но если он не замолчит, я зарыдаю во все горло.       Я сокращаю расстояние между нами и прижимаюсь губами к его губам.        Он удивленно хмыкает, но затем растворяется в поцелуе и позволяет мне взять контроль в свои руки. Я пытаюсь завладеть им своими губами так же, как его сердце завладевает моей душой.       - Я пиздец, как сильно люблю тебя.       Он отстраняется и смотрит на меня с самодовольным выражением лица.       - Я знал, что, в конце концов, тебе понравится эта идея. Я был готов убедить тебя минетом.       - Я могу взять свои слова обратно? Ты не можешь сделать еще лучше, чем кто-либо когда-либо делал для меня. Я тебе не позволю!       - Никаких отступлений, - поет Харли. - Я собираюсь пойти и начать процесс. - Он целует меня в щеку и убегает.       Я даже не могу расстроиться из-за минета.