***
На следующее утро она чувствовала себя разбитой. И речь не о милом беспорядке, как в романтических комедиях, когда волосы искусно взъерошены, а из‑за усталости девушка выглядит очаровательно неуклюжей. Нет. Андреа выглядела так, будто сначала проиграла в аэродинамической трубе, а потом её ещё и сбил грузовик. Её глаза опухли, кожа приобрела нездоровый оттенок, а кофеин в организме никак не помогал. Она подумывала о том, чтобы сказаться больной. Просто лежать в постели и хандрить. Но это было бы слабостью. Это означало бы, что Миранда победила. Поэтому вместо этого она потащилась на работу, насыпала в кофе откровенно безответственное количество сахара и села за стол, сверля взглядом свой почтовый ящик, как будто он её лично обидел. От Миранды ничего не было. Очевидно. Ей должно быть всё равно. Действительно должно быть. Она двигалась дальше. Таков был план. Она не собиралась тратить время на мысли о женщине, которая ясно дала понять, что Андреа не место в её жизни. И тут, конечно же, зазвонил её телефон. Она схватила его так быстро, что её коллега вздрогнул. Одно новое письмо. От: Миранда Пристли Кому: Андреа Сакс Тема: (без темы) Ты оставила своё пальто у меня дома. Андреа нахмурилась. Её сердце совершило что‑то очень неловкое. Одна строчка. Андреа уставилась на экран. Не успев себя остановить, она напечатала ответ. От: Андреа Сакс Кому: Миранда Пристли Тема: Re: (без темы) О. Точно. Забыла. Я заберу его. Она почти нажала на кнопку «Отправить». Затем, немного помедлив, удалила последнее предложение и напечатала что‑то другое: Сожги его. Затем она нажала кнопку «Отправить». И тут же пожалела об этом. Ещё больше она пожалела об этом пять минут спустя, когда её телефон снова зазвонил. От: Миранда Пристли Кому: Андреа Сакс Тема: Re: Re: (без темы) Драматично. Оно будет у меня в кабинете. Заберёте, когда будет удобно. Андреа ударилась головой о стол. — О боже… Её коллега, который с нарастающим беспокойством наблюдал за происходящим, осторожно пододвинул к ней чашку кофе. — Тебе это нужнее, чем мне? Андреа застонала. — Возможно. Значит, вот и всё. Она собиралась в «Подиум», она собиралась увидеть Миранду, и она собиралась забрать своё пальто, как нормальная, функционирующая взрослая женщина, которая определённо не накручивала спираль. Легко. Вот только с Мирандой Пристли никогда ничего не было легко.***
Чем ближе Андреа подходила к Элиас‑Кларк, тем хуже ей становилось. Всё её существо кричало: «Разворачивайся, иди домой, найди новое пальто и новую жизнь в новом городе». Но нет — вот она стоит у этих нелепых вращающихся дверей и смотрит на стеклянную башню, внутри которой когда‑то провела слишком много часов. Глубокий вдох. Ещё один. И она вошла. Вестибюль был всё таким же — отполированным, безупречным и чертовски пугающим. И каким‑то образом, несмотря на то, что её не было несколько месяцев, охрана пропустила её, даже не взглянув в её сторону. Мышечная память вела её к лифтам, на знакомый этаж, по коридорам, где пахло дорогими духами и едва скрываемой тревогой. И вот, не успев толком собраться с мыслями, она уже стояла у кабинета Миранды. Эмили подняла глаза от стола, удивлённо посмотрела на неё и расхохоталась. — О, ради… — Она провела рукой по лицу. — Невероятно. Я так и знала. Андреа нахмурилась. — И я рада тебя видеть, Эмили. Эмили преувеличенно тяжело вздохнула. — Ты хоть представляешь, сколько всего мне пришлось сделать за время твоего отсутствия? Я должна была умереть. Я должна была скончаться от полного изнеможения. И вот ты тут как тут, явилась, как блудный помощник. — Она кивнула в сторону двери кабинета. — Ну что ж, иди. В пекло. Андреа расправила плечи и постучала, прежде чем войти. Миранда едва взглянула на неё. — Андреа. — Миранда. Миранда указала на пальто, аккуратно накинутое на стул. — Ваше пальто. Можете идти. Руки Андреа сжались в кулаки. — И это всё? После… Миранда наконец встретилась с ней взглядом, холодным и непроницаемым. — Если это тот разговор, о котором я подозреваю, то мне неинтересно вести его здесь. Андреа резко выдохнула. — Конечно, неинтересно. Пауза. Затем Миранда спокойно, как будто обсуждая погоду, произнесла: — Встретимся в семь. В «Gramercy». Андреа моргнула. — Что? Миранда вернулась за свой стол. — Если ты собираешься закатить истерику, я бы предпочла, чтобы это происходило в месте, где есть приличное вино.