Дом, который построил Графф

--- Антон сидел за мольбертом в гостиной, когда в кармане завибрировал телефон. Он отложил кисть, вытирая руки о тряпку, и посмотрел на экран. Неизвестный номер: «Привет! Тоже рисуешь? У тебя очень красивые работы. Я сам художник, увидел твои наброски в соцсетях. Давай общаться?» Антон улыбнулся. Приятно, когда кто-то оценивает твоё творчество. Он ответил: «Привет! Спасибо большое. А ты что рисуешь?» Так завязалась переписка. Неизвестный собеседник представился Александром, художником-любителем из Москвы. Они обсуждали техники, материалы, вдохновение. Александр давал дельные советы, интересовался успехами Антона, хвалил его работы. Всё было очень безобидно и приятно. — С кем это ты переписываешься? — спросил Арсений, заходя в гостиную с чашкой кофе. — Да с одним художником, — улыбнулся Антон. — Из Москвы. Советы даёт, работы мои хвалит. — Из Москвы? — Арсений насторожился. — Малыш, будь осторожен с незнакомцами в сети. — Арс, — закатил глаза Антон. — Ну что ты везде видишь опасность? Человек просто общается. Я же не собираюсь с ним встречаться. — Всё равно осторожнее, — нахмурился Арсений. — Не пиши ничего личного. — Хорошо, мамочка, — фыркнул Антон и вернулся к переписке. Арсений вздохнул, но спорить не стал. Может, он действительно слишком параноидален. --- Переписка становилась всё более доверительной. Александр расспрашивал Антона о его жизни, о том, где он живёт, чем увлекается помимо рисования. Антон, по своей доброте и открытости, отвечал, но старался не вдаваться в детали. Но в какой-то момент Александр написал то, от чего у Антона похолодело внутри. «Ты сегодня был в синей футболке. Очень тебе идёт. И Рыжик опять спал на твоей подушке?» Антон замер, перечитывая сообщение. Сердце пропустило удар. Откуда он знает? Он никогда не писал про Рыжика. Ни про то, что кот спит на подушке. Ни про цвет своей футболки. — Это случайность, — прошептал он себе. — Просто совпадение. Он ответил: «Откуда ты знаешь про Рыжика?» Ответ пришёл почти мгновенно: «Ты сам писал. Или мне показалось? Извини, если перепутал». Антон выдохнул. Наверное, показалось. Он перечитал всю историю переписки, но не нашёл упоминаний о Рыжике. Странно. Он списал на свою забывчивость и успокоился. Но на следующий день пришло новое сообщение: «Ты сегодня грустный. Арсений опять на работе допоздна? Не переживай, он скоро вернётся». Антон выронил телефон. Этого не может быть. Этого просто не может быть. Он никому не писал про то, что Арсений задерживается. Никто не знал, что он грустный. Кроме... — Нет, — прошептал он. — Это просто совпадение. Очередное совпадение. Но внутри уже зарождался холодный, липкий страх. --- Антон ходил по комнате, не находя себе места. Рыжик беспокойно следил за ним, мяукнул, требуя внимания. Антон взял его на руки, прижал к груди. — Рыжик, тут что-то не так, — прошептал он коту. — Он знает то, чего не должен знать. Рыжик фыркнул и уткнулся носом ему в шею. — Может, рассказать Арсу? Но он опять начнёт паниковать, усилит охрану, запретит выходить. А может, я просто схожу с ума? Телефон завибрировал. Антон посмотрел на экран. «Не бойся, вишенка. Я не причиню тебе вреда. Я просто хочу быть рядом». Вишенка. Так его называл только Арсений. И Егор. Тот самый Егор с приёма, который потом исчез. Антон похолодел. Пальцы задрожали. «Кто ты?» — написал он. «Тот, кто видит тебя. Всегда. Даже сейчас, когда ты стоишь у окна с Рыжиком на руках». Антон резко обернулся к окну. За ним была только тёмная улица. Но ощущение, что на него смотрят, стало невыносимым. Он бросился в спальню, захлопнул дверь, забился в угол кровати. Рыжик прыгнул следом, зашипел на пустоту. — Арс, — прошептал Антон, набирая номер дрожащими пальцами. — Арс, приезжай, пожалуйста. Что-то случилось. --- Егор сидел в кресле, глядя, как Антон мечется по комнате, как прижимает к себе кота, как трясущимися руками набирает номер. — Бедный мой вишенка, — прошептал он, проводя пальцем по экрану, по лицу Антона. — Ты так испуган. Но не бойся. Я не сделаю тебе больно. Я просто хочу, чтобы ты знал: я всегда рядом. Всегда смотрю на тебя. Ты никогда не один. Он улыбнулся, чувствуя, как внутри разливается тёплое, сладкое чувство власти. — Скоро ты привыкнешь ко мне. А потом... потом я заберу тебя. --- Арсений влетел в квартиру, едва не снося дверь. Антон сидел на кровати, обхватив колени руками, и смотрел в одну точку. — Малыш! — Арсений рухнул рядом, схватил его в охапку. — Что случилось? Что с тобой? — Арс, — Антон прижался к нему, зарылся лицом в его грудь. — Арс, за мной следят. Он знает всё. Где я, что делаю, во что одет. Он называет меня "вишенка". Это Егор. Я знаю, это Егор. — Что? — Арсений напрягся. — Покажи. Антон протянул телефон. Арсений прочитал переписку, и с каждым сообщением его лицо становилось всё мрачнее. — Ты никому не писал про Рыжика? — спросил он жёстко. — Нет! — Антон покачал головой. — Я вообще почти никому не пишу, кроме тебя и Олеси. — Тогда откуда он знает? — Арсений встал, прошёлся по комнате. — Это не совпадения, Антон. Он реально видит тебя. Но как? В этот момент в комнату влетела Олеся — Макс привёз её, как только узнал, что что-то случилось. — Тоша! — она подбежала к нему, обняла. — Что стряслось? Макс сказал, ты в панике. — Олесь, — Антон шмыгнул носом. — Мне пишет какой-то псих. Он знает про меня всё. Даже что Рыжик на подушке спит. Олеся замерла. Потом медленно повернулась и посмотрела на стену, на бра над кроватью. — Тоша, — сказала она тихо. — А можно я сейчас карты раскину? Прямо здесь? — Олесь, ну какие карты... — начал Арсений. — Дай, — перебила она. — Я чувствую, что-то не так. Карты не врут. Она достала колоду, разложила прямо на кровати. Водила руками, шептала что-то, потом резко подняла голову и посмотрела на бра. — Там, — сказала она, указывая пальцем. — В этом светильнике. Что-то есть. Я чувствую взгляд. Он идёт оттуда. Арсений рванул к стене, сорвал бра с крепления. Внутри, среди проводов, блеснул крошечный объектив. Камера. — Твою мать, — выдохнул Арсений. Антон побелел. Он вспомнил, сколько раз он был в этой комнате. Сколько раз они с Арсением... — О боже, — прошептал он, закрывая лицо руками. — Он видел всё. Всё. Рыжик зашипел на бра, выгнув спину, словно чувствуя исходящую от него угрозу. — Не трогайте ничего, — рявкнул Арсений, выхватывая телефон. — Серёжа, поднимай всех. У нас в доме камеры. Ищите везде. В каждой комнате. В ванной, в туалете, везде. Олеся прижалась к Антону, гладя его по спине. — Тише, Тоша, тише. Мы найдём его. Арс найдёт. — Как он мог? — Антон дрожал. — Как он мог войти сюда? — Подкуп, — жёстко ответил Арсений. — Кого-то из обслуги. Я найду их. Всех. И Егора найду. И убью. Он обнял Антона, прижимая к себе, чувствуя, как тот дрожит. — Я рядом, малыш. Я никому не дам тебя в обиду. Но в глазах Арсения горела такая ярость, что Олеся невольно отодвинулась. Таким она Граффа ещё не видела. Это был взгляд человека, готового на всё. --- Егор наблюдал, как Арсений срывает бра, как Антон закрывает лицо руками, как Олеся обнимает его. — Олеся, — прошептал он. — Ты всё испортила. Ты и твои дурацкие карты. Он выключил мониторы и откинулся в кресле. — Но ничего. Я знаю, где вы теперь будете. На базе. Туда тоже можно проникнуть. Нужно только время. Он улыбнулся в темноте. — Ты мой, вишенка. Скоро ты будешь моим.