В тени старого особняка

Мы с Александром жили в одной комнате. Но я предусмотрительно оставила за собой отдельную — для вещей, которых у меня всегда было в избытке, да и раздельные ванные комнаты не раз нас выручали. Вот и сегодня, уставшая и пропылённая после чердачных раскопок, я мечтала только об одном: набрать полную ванну, забраться в горячую воду и хотя бы полчаса ни о чём не думать. Я так и сделала. Горячая вода смывала усталость, ароматная пена пахла лавандой и чем-то уютно-домашним. Я закрыла глаза и позволила телу расслабиться, мысленно перебирая вещи в гардеробе. Что надеть на сегодняшний ужин? Сэм, конечно, свой человек, но всё-таки хотелось выглядеть хорошо. Не вычурно, но уютно. И тут я вспомнила. Неделю назад купила замечательный брючный костюм — свободного кроя, с мягкой белой рубашкой. Он сидел идеально, не сковывал движений и при этом выглядел стильно и женственно. То, что нужно для тёплого семейного вечера в кругу самых близких. Выйдя из ванны, я закуталась в пушистый халат и принялась за укладку. У меня давно была своя техника — простая, но надёжная. Кажется, я могла бы делать эту укладку с закрытыми глазами: лёгкие движения щёткой, несколько взмахов феном, пара невидимок там, где нужно, — и волосы ложились именно так, как я люблю. Закончив с ними, я взялась за макияж. Хотелось чего-то лёгкого, почти невесомого, что подчеркнёт глаза, но не сделает образ тяжёлым. К костюму, который я присмотрела, лучше всего подходили бежевые оттенки — мягкие, тёплые, естественные. Я уже приступила к оформлению глаз, аккуратно растушёвывая тени, когда в дверь тихо постучали. Я замерла с кисточкой в руке. — Да? — отозвалась я, чуть повернув голову к двери. За дверью послышался знакомый голос, от которого внутри всегда теплело: — Можно войти? Или ты там колдуешь над своей красотой и вход посторонним воспрещён? Я улыбнулась, узнав голос Александра. — Входи, колдовство почти закончено. Дверь приоткрылась, и в зеркале заднего вида я увидела его отражение. Он уже успел принять душ и переодеться — на нём были тёмно-синие брюки и свободная светлая рубашка с закатанными рукавами, открывающими его сильные предплечья. Влажные после душа волосы ещё не до конца высохли и слегка вились на концах. Александр подошёл ближе и остановился у меня за спиной, положив руки на мои плечи. В зеркале встретились наши взгляды. — Красивая, — тихо сказал он, и от этого простого слова по коже побежали мурашки. — Я ещё не закончила, — попыталась возразить я, но он лишь усмехнулся. — Имею я право любоваться своей невестой в процессе? Я закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку. Развернулась к нему, насколько позволяло сидячее положение, и шутливо ткнула его кисточкой в нос. — Если будешь отвлекать, рискуешь увидеть меня с размазанными тенями. Александр рассмеялся и чмокнул меня в макушку. — Ладно, колдуй. Я просто хотел сказать, что уже накрыли в малой гостиной. Рейчел спустилась и помогает Мей с сервировкой. Сказала передать, что если ты не поторопишься, она съест все пирожные без нас. — О, только не это, — притворно ужаснулась я. — Передай ей, что за пирожные я готовлю карательные меры. — Уже бегу, — усмехнулся он, но с места не сдвинулся. Я вопросительно подняла бровь, глядя на него в зеркале. — Ты ещё здесь, Александр. — Любуюсь, — просто ответил он. — Знаешь, я иногда смотрю на тебя и думаю: как мне повезло? Я почувствовала, как щёки заливает румянцем. Вот ведь умеет же сказать так, что сердце замирает. — Иди уже, — мягко сказала я. — Я скоро спущусь. И тогда ты сможешь любоваться мной сколько угодно. Он вздохнул с комичной обречённостью: — Придётся потерпеть. Но я буду считать минуты. И вышел, оставив дверь чуть приоткрытой. Я проводила его взглядом и снова повернулась к зеркалу. Бежевые тени легли идеально, осталось только добавить чуть-чуть туши и блеск для губ. Я работала быстро, но тщательно — привычка, выработанная годами. Через десять минут я стояла перед зеркалом в полной готовности. Брючный костюм сидел безупречно: свободные брюки, простая белая рубашка. Волосы мягкими волнами спадали на плечи. Макияж получился именно таким, как я хотела — лёгким, естественным, чуть подчёркивающим глаза. Я окинула себя последним взглядом, осталась довольна и вышла из комнаты. Внизу уже слышались голоса. Рейчел звонко смеялась над чем-то, Александр ей вторил более низким, бархатистым смехом. Где-то на фоне звякала посуда — Мей, видимо, заканчивала сервировку. Я спустилась по лестнице и вошла в малую гостиную. Рейчел сидела на диване с чашкой чая, Александр стоял у окна, поглядывая на подъездную аллею. При моём появлении они оба обернулись. — Вау, — выдохнула Рейчел, отставляя чашку. — Агата, ты шикарна! Александр ничего не сказал. Он просто смотрел на меня с той самой улыбкой, от которой у меня до сих пор подкашивались колени, даже спустя столько месяцев вместе. — Я же говорил, — наконец произнёс он, подходя ко мне и беря за руку. — Ты красивая. Всегда. — А пирожные? — лукаво спросила я, переводя взгляд на столик, где действительно красовалась тарелка с миниатюрными пирожными. — Я слышала, кто-то собирался их съесть без меня? Рейчел картинно прижала руку к груди: — Я? Да ни за что! Я только чай пью. Пирожные свято берегу для тебя. — То-то же, — рассмеялась я, садясь рядом с ней. Александр опустился в кресло напротив, и мы втроём продолжили вечер в ожидании Сэма, болтая обо всём на свете и ни о чём конкретно. Где-то на подъездной аллее послышался шум машины. — А вот и наш полицейский, — улыбнулся Александр. — Вечер начинается.