Сети и Оковы цирка Люцифера.

Глава 3

***

Антрацит на полу

Альберт Лоу всю жизнь мечтал стать журналистом. Как только в его руки попала первая газета, он понял: он хочет не только читать их, но и создавать новости сам. Ему нравилось чувство обладания тайной; когда в его руках оказывался свежий свёрток, Альберт уже знал, какие сенсации ждут читателей. Его ладони вечно были испачканы типографской краской, а скромная одежда с заплатками не могла скрыть весёлый и озорной характер. Этим прекрасным утром он, как обычно, сел на велосипед Raleigh и поехал по давно изученному маршруту. Мальчик обожал предрассветную тишину. Тучи заволокли небо, и туман пробирался сквозь одежду, заставляя его дрожать, но Альберту было всё равно — он резво крутил педали. В этот раз его внимание привлекло нечто необычное. Дом, о котором ходили жуткие слухи, — место загадок и тайн — сегодня казался ещё более притягательным. Альберт слез с верного «коня» и направился к воротам. Сжимая в руках газету, он заметил приоткрытую входную дверь. В душе разыгралась буря: любопытство манило его, словно лакомство. Вот оно! Та самая история, что всколыхнёт город. Тайны семьи Золдик могли прославить его! Переборов страх, Альберт перелез через забор и, словно кошка, прокрался к крыльцу. Нервно сглотнув, он решительно толкнул дверь, надеясь обнажить правду для всех. Но увиденное ввело его в ступор. На полу возле лестницы лежал человек. Его волосы, чёрные как антрацит, спутались и разметались по паркету. Бледное лицо окружала быстро растущая лужа крови. — УБИЙСТВО! УБИЙСТВО! — закричал мальчик, проносясь на велосипеде мимо спящих домов. — УБИЙСТВО В ДОМЕ ЗОЛДИК! Уже через полчаса у злополучных ворот собралась толпа. Соседи в халатах бурно обсуждали происходящее, пока доктор и полицейский осматривали тело. — Я слышала, приехали двое братьев, а один уехал на днях... — шептались в толпе. — Бог мой, как жаль парня! — А я вам говорю: это убийство! — Да кто вам это сказал?! Пересуды прекратились, когда зычный бас полицейского, словно гром, ударил по ушам любопытных: — Господа, прошу вас разойтись! Никакого убийства не было. Многоуважаемый господин Иллуми Золдик всего лишь упал с лестницы и разбил лоб. Он жив и почти здоров. Врач надел шляпу-котелок и отправился по своим делам, недовольно ворча и поражаясь людской глупости. Он бросил грозный взгляд на Альберта Лоу, из-за которого и поднялся шум. По-хорошему, стоило бы надрать уши этому мальчишке. Иллуми проснулся от резкого запаха нашатыря. Перед ним стояли двое: вечно недовольный старый врач и нервно мнущийся полицейский. Последний уже воображал, как влиятельная семья Золдик лишает его должности, а то и жизни. Заметив, что Иллуми открыл глаза, полицейский подлетел к нему, отряхивая его одежду и заискивающе улыбаясь. Он тараторил что-то вроде: «Мы его поймаем! По всей строгости закона!» Золдика не волновали ни эти слова, ни голоса за дверью. Он коснулся пальцами лба и нащупал повязку. — Просто царапина. Паники больше, чем проблем, — выдохнул врач, собирая вещи. — Я упал с лестницы в темноте, — хрипло произнёс Иллуми. — Прошу не беспокоиться и оставить меня одного. Дважды приглашения удалиться никто не ждал. Сидя в кресле, Иллуми пытался вспомнить, что произошло. Он солгал, чтобы избежать чужих носов в своих делах. Голова разрывалась от боли — и не от ушиба, а от попыток пробиться сквозь белую пелену забвения. Он начал собирать улики: синяки на запястьях (значит, его держали), идеальный порядок в доме (противник знал, за чем пришёл). Поднявшись наверх, он оказался в пустой комнате. Дубовая кровать, стол, шкаф... Иллуми долго стоял в проёме, перечисляя имена братьев. Память отказывалась давать ответ, кто здесь жил. «Миллуки нет, его комната внизу... Может, Каллуто? Хмм... Точно знаю, что его комната напротив моей. Остаётся только Аллука, но его сюда никогда не привозили». Сердце всё сильнее сжималось от гнетущих чувств: злобы на себя, отчаяния и боли. Невидимые руки сковали его так, что хотелось вырвать собственную кожу ногтями. «Провал... провал» это слово пульсировало под кожей. В одно мгновение помещение начало скручиваться в тугую спираль, втягивая Золдика в себя. Под обоями зашебуршали маленькие насекомые, их рой подползал к ногам Иллуми. Казалось, если переступить порог, попадёшь в бездну, сравнимую с адом. Но стоило моргнуть, как всё исчезло. Тишина гуляла по дому, изредка скрипя половицами. Войдя в комнату, брюнет поднял кухонный нож, лежавший возле кровати, и вгляделся в лезвие, не понимая, как он здесь оказался. Вскоре он продолжил искать ответы, изучая родное место, ставшее сплошной тайной. В конечном итоге он остановился возле карты, торчавшей из стены, — шестёрка червей. Стоило Иллуми коснуться предмета, как в памяти вспыхнул образ фокусника и роза с биркой: «От Моро». Зацепка! Спрятав карту в карман, он отправился туда, где расположился цирк. Цирковая площадь встретила его суетой. Люди в гриме таскали тюки, пахло опилками и зверинцем. На высоком столбе, лениво покачивая ногой, сидел блондин в ярком жилете. Завидев Иллуми, он спрыгнул вниз с кошачьей грацией. — Прости, дорогуша, антракт затянулся, а повторных шоу мы не даём, — Шалнарк улыбнулся, но его глаза оставались холодными и оценивающими. — Касса закрыта. — Мне нужен фокусник, — голос Иллуми прозвучал как удар хлыста. Шалнарк наигранно вздохнул, потирая затылок: — Какая жаль. У нашего маэстро слишком плотный график: жена, трое детей, долги по ипотеке... Боюсь, ты не в его вкусе. Иди домой, пока не началось представление, которое ты не сможешь оплатить. Иллуми едва заметно прищурился. Атмосфера вокруг него начала тяжелеть от жажды крови, но в этот момент из-за фургонов донёсся отчаянный крик: — Шалнарк! Курапика! Скорее, у него снова приступ! — Опять? — лицо Шалнарка мгновенно стало серьёзным. — Курапика, займись этим! Люцифер ясно дал понять: мы не можем терять «материал». Из тени фургона выскочил мальчик с колючими зелёными волосами. Гон подлетел к Золдику и, прежде чем тот успел среагировать, железной хваткой вцепился в его рукав. — Идём со мной! Курапика не удержит его энергию в одиночку! — Гон... — сорвалось с губ Иллуми. Имя отозвалось в груди странным уколом. — Откуда я тебя знаю? В вагончике, раскрашенном в зелёные и жёлтые цвета, Иллуми увидел мальчика с белыми волосами, играющего с йо-йо. — Гон, ты вернулся? — Киллуа повернул голову и замер, увидев брата. Иллуми коснулся белых волос, шепча: — Киллуа... Воспоминания хлынули лавиной. — Немедленно уходим, — скомандовал Иллуми. — Не получится, — ответил брат. — Что за бред? Я не намерен потакать твоим капризам! — Дело не в том, что я не хочу. Я не могу! — воскликнул Киллуа. Гон устало сел на сундук и забарабанил пальцами, отбивая цирковой марш. — Гон, прошу, объясни ему... — С удовольствием! — Гон вскочил. — Вы попали в таинственный цирк. Его хозяин демон, и это не метафора. Он ищет отчаянные души и дарует им силу в обмен на службу. Мы похищаем людей, стираем память им и всем, кто их знал больше нет вещей что таят в себе память о тех кого выбрали жертвой. Так говорит Куроро. Либо тебя используют как «батарейку», либо ты становишься частью труппы навсегда. Иллуми молча вывел брата на улицу, решив, что бедный мальчик Гон просто повредился рассудком. Но стоило им дойти до края площади, как Киллуа стал неподъёмным. Иллуми рухнул, не в силах сдвинуть его ни на сантиметр. — Киллуа, прекрати эти фокусы! — Поверь Гону. Это бесполезно. Спустя некоторое время и море попыток им пришлось возвратиться назад. Вернувшись, они увидели, как Хисока трясёт Гона за воротник. Лицо фокусника исказила гримаса ядовитого восторга и ярости. — М-м-м, маленький воришка... — прошипел Хисока. — Если бы я этого не сделал, Киллуа был бы мёртв! — закричал мальчик, пытаясь вырваться. — А так ты обрёк его на вечное гниение в этой клетке! — Хисока расхохотался, и этот смех больше походил на стон. — Какая трагедия... Какая восхитительная, безнадёжная безвкусица! Иллуми выступил вперёд, перекрывая собой обзор: — Неужели нельзя разорвать эти цепи? Хисока медленно обернулся. Его глаза вспыхнули золотым огнём, а на губах заиграла опасная улыбка. Он плавно, почти танцуя, подошёл к Иллуми, коснувшись двумя пальцами его подбородка. — О-о-о, Иллуми... Твой взгляд... Он стал таким острым. Неужели ты нашёл мою крошечную подсказку и всё вспомнил? — Он вытащил из воздуха туз червей и провёл им по щеке Золдика. — Твоя память, как разбитое зеркало. Столько осколков... и в каждом я вижу себя. — Твоя карта помогла, — холодно бросил Иллуми. — Что ж... — Хисока прищурился, облизнув губы. — Раз уж ты так жаждешь ответов, я мог бы проводить тебя к выходу. Считай это нашим «третьим свиданием», Иллуми. Но ты ведь понимаешь... за каждый трюк нужно платить. Чем ты готов пожертвовать ради этой сломанной куклы? — он небрежно указал на Киллуа. — Нет, — отрезал Иллуми, оттолкнув руку фокусника. — Я иду к Куроро. Я стану частью этого цирка.