Волчья тропа

Лост-Айленд, настоящее время

— Кто она? — спрашивает Сэди, заставив Тайлера слегка дернуться от неожиданности. Девочка вошла в палату бесшумно. — Сэди! — с улыбкой облегчения говорит он, оборачиваясь к ней, — твои занятия уже закончились? — Я написала контрольную раньше остальных и меня отпустили домой, — она говорит это с особенной гордостью. — Значит, ты гений, Сэди? — Галпин продолжает ей улыбаться. — Возможно. Но не нужно быть гением, чтобы заметить как ты уходишь от ответа, — деловито замечает маленькая девочка, тряхнув головой. Джекилл прав, она очень смышленная. Улыбка Тайлера угасла, сменившись на обеспокоенное выражение. — Это Энид. Она оборотень, — отвечает ей Галпин в надежде, что Сэди этого будет достаточно. — Ты знаешь её, не так ли? Хрена с два ты угадал, Тайлер. Сэди не отступит. — Все верно. Я знаю её, — он склоняет голову над книгой, пытаясь найти строчку, где остановился. «…Общий ген Хайда передаётся от обоих родителей, и мужчина-хайд так же, как и женщина, передаёт его своим детям…» Нет, не то. «…если этот ген наследует мальчик, он чаще всего остаётся в латентном состоянии или проявляется нестабильно, скачкообразно, без встроенного механизма контроля…» Да, вот оно. Тайлер думает, если продолжит читать, то Сэди станет скучно и она сама уйдет. Но ты снова хрена с два угадал, парень. — Она твоя девушка? Галпин давится не то воздухом, не то слюной от вопроса, заставшего врасплох. Женщины-Хайды беспощадны, даже когда они семилетние девочки в розовых костюмчиках с начесом. — Нет, — сдавленным голосом произносит он, откашливаясь в поднесенный ко рту кулак, — Почему ты так решила? — Вчера ты не пришел на ужин, — хмуро бурчит Сэди, — и на каток. Все время проводишь здесь, ждешь, когда она очнётся. Галпин снова расплывается в улыбке. — Но это не значит, что она моя девушка, мы не… — он ищет подходящее слово, — я не… — слова не ладятся. — Мы не вместе, — наконец он находит, что сказать. — Я умная, Тайлер, я лучшая в классе, — говорит его маленькая подруга, подходя ближе к койке Синклер, чтобы получше её разглядеть, — просто знакомым в больницу посылают цветы или фрукты, но не сидят целыми днями в ожидании, когда они очнутся. Против такой бриллиантовой логики аргументов у парня нет. — Подумай об этом, — добавляет Сэди, постукивая указательным пальчиком по виску. Галпин приоткрыл рот, сложно сказать, хотел ли он что-то ответить или от удивления. — Мама с папой просили передать новобранке вот это, — она протягивает ловец снов, яркий и замысловатый, с самоцветами и перьями. — Их делают кри, они чтят оборотней. — Спасибо Сэди, это очень мило. — А это от меня, я сама сделала, — девочка достает из кармана браслет из пластиковых бусин. — Чтобы твоя Энид быстрее поправилась, — добавляет она. Тайлер берет подарки в руки, согретый жестом внимания, рассматривая ловец снов и браслет. Особенно браслет. — Надеюсь, ей понравится, — говорит Сэди, смягчившись. — Ты знаешь, ей очень понравится, — отвечает ей растроганный Галпин. — Не поверишь, но у вас похожее чувство стиля. — Ни у кого нет моего чувства стиля, — с ироничной чванливостью замечает ему девочка, поправляя многочисленные заколочки с блестками на белокурых волосах. — Я пойду, нужно надрать задницы мальчикам в хоккей. Сказав это, она направляется к двери. — Сэди, что за выражения! Что скажет Табита? — Тайлер пытается быть серьезным, не в силах сдержать смех. — Мамы здесь нет, зато есть задницы, которые я должна надрать, — говорит она. — Я понял, ты выучила новое слово, — продолжает смеяться парень. — Все верно, дружище, — улыбается ему Сэди. — В Канаде все играют в хоккей, когда твоя девушка проснется, я научу вас держать клюшки, — говорит она, выходя за дверь. — Она не… — Галпин не успевает ей возразить, — … Моя девушка, — слова повисают в тишине больничной палаты, девочка слишком быстро скрывается в коридоре лазарета.