нелегкая жизнь ёны

После завтрака все ученики направились на урок трансфигурации. Этот предмет теперь преподавал новый учитель — Андромеда Тонкс. «Ей лет тридцать семь», — подумала Ёна, разглядывая женщину. Андромеда выглядела миловидно: светлые волосы, аккуратно собранные в пучок, мягкие черты лица и добрые глаза за тонкими очками. Её улыбка казалась искренней, а движения — лёгкими и непринуждёнными. Она излучала спокойствие, и это немного успокоило Ёну, которая всегда нервничала на новых уроках. Когда урок начался, Андромеда окинула взглядом класс и тепло улыбнулась: — Всем доброго утра, я ваш новый преподаватель — профессор Тонкс. Вас сегодня мало, но это даже хорошо: успеем получше познакомиться. Она начала обход класса, внимательно разглядывая каждого ученика. Дойдя до Ёны, Андромеда вдруг замерла, вглядываясь в её черты. — Ты случайно не дочь Малфоя? — спросила она мягко, но с явным любопытством. — Очень ты похожа на него. Ёна удивлённо подняла глаза. Это уже второй человек за последнее время, кто говорит ей такое, хотя она и Люциус Малфой были абсолютно разными — и внешне, и по характеру. — Нет, я не его дочь, — ответила она, стараясь скрыть лёгкое раздражение. Андромеда слегка наклонила голову, словно что‑то припоминая, затем кивнула и продолжила знакомство с остальными учениками. После урока Ёна вместе с Тео, Драко и Пэнси шла по длинному коридору замка. Каменные стены, факелы и портреты на стенах создавали привычную атмосферу Хогвартса, но настроение у Ёны было не самым радужным. — Уже какой человек говорит, что ты дочь Малфоя, — заметила Пэнси, бросив на подругу любопытный взгляд. — Мг, — коротко ответила Ёна, глядя прямо перед собой. Тео усмехнулся и, слегка толкнув её плечом, добавил: — Теперь все будут думать, что ты его дочь. — Но это не так, Тео! — возразила Ёна, чуть повысив голос. Пэнси пожала плечами: — Ну, твоя мама хорошо дружила с отцом Драко. Мало ли что могло быть… Ёна почувствовала, как внутри закипает раздражение. Она уже устала от этих домыслов и намёков. — Прекратите этот цирк, — резко вмешался Драко, и его голос прозвучал холодно и твёрдо. — Они ничем не похожи. Все, кто такое говорят, просто идиоты. На мгновение воцарилась тишина. Пэнси слегка покраснела, Тео поднял брови, а Ёна бросила на Драко благодарный взгляд. Он редко заступался за кого‑то, и сейчас это было особенно ценно. — Спасибо, — тихо сказала она. Драко лишь пожал плечами, но в его глазах мелькнуло что‑то вроде понимания. — Пойдёмте на обед, — предложил Тео, пытаясь разрядить обстановку. — Я умираю с голоду. Все согласились, и компания направилась в Большой зал. В большом зале все четверо быстро пообедали и после этого отправились на уроки. День пролетел незаметно — и вот уже наступил вечер. Малфой, как обычно, углубился в чтение каких‑то книг. Пэнси сидела рядом с ним, время от времени бросая взгляды на страницы, а Ёна и Тео беззаботно смеялись над чем‑то своим — им было весело просто находиться рядом, находить юмор в самых обычных вещах. — Давай в коридор сходим? — предложил Тео, слегка толкнув Ёну локтем и подмигнув. — Конечно, пошли, — с тёплой улыбкой ответила Ёна, тут же подхватывая идею. Ребята встали из‑за стола, негромко переговариваясь, и направились к двери. Подойдя, они одновременно потянулись к ручке — и, открыв дверь, заметили под ней сложенный листок бумаги. — Ён, это от Блэка. Тебе, — сказал Тео, наклонившись, чтобы поднять записку, и протянул её подруге. Девочка с любопытством взяла письмо, на мгновение замерла, разглядывая почерк на сложенном листе, а затем быстро развернула его и начала читать: > «Ты, вроде, Ёна. Так вот, Ёна, извини меня, не хотел быть строгим или холодным к тебе. Просто тогда обстановка была не очень. Я думаю, что мы с тобой подружимся. > Сириус Блэк». Ёна на секунду замерла, перечитала строки ещё раз, и на её лице промелькнуло что‑то вроде смущённой радости. Она аккуратно сложила записку и спрятала её в карман мантии. — Что пишет? — спросил Драко, отложив книгу и с интересом глядя на Ёну. — Да так, неважно, — слегка покраснев, ответила она, стараясь скрыть улыбку, и поспешила сменить тему Время проходило быстро, даже слишком быстро. Незаметно наступили летние каникулы — долгожданные, светлые, наполненные перспективой чего‑то нового. В основном Ёна всегда проводила каникулы у Малфоев: дружная компания, просторные комнаты старинного поместья, бесконечные разговоры до рассвета. Но в этот раз всё сложилось иначе — к её удивлению и искренней радости, родители решили забрать её домой. Мысль о том, что она увидит родной Питер, согревала душу всю последнюю неделю учёбы. Когда поезд плавно остановился у перрона в Санкт‑Петербурге, Ёна с нетерпением выглянула в окно. Она быстро собрала вещи, вышла из вагона и стала ждать отца — он должен был приехать за ней на машине. Ровно через пять минут, словно по часам, у обочины остановилась знакомая машина. Ёна поспешила к ней, села на заднее сиденье и подняла глаза на папу. — Привет, — тихо сказала она, чуть улыбнувшись. — Привет, как дела? — с тёплой улыбкой спросил Оливер, поворачиваясь к дочери. В его глазах читалась неподдельная радость встречи. — Всё хорошо, пап, — всё так же тихо, но уже чуть увереннее ответила Ёна. В этот момент она почувствовала, как напряжение последних дней отпускает её. Дорога до дома заняла совсем немного времени. Ёна жила в старинном особняке в одном из тихих районов Питера — с высокими потолками, массивной лестницей и множеством комнат, в которых эхо шагов разносилось по коридорам. Как только девочка переступила порог, она невольно замерла на мгновение, вдыхая знакомый запах дома — смеси старинного дерева, лаванды и чего‑то неуловимо родного. Она хотела было сразу пройти к себе — вряд ли мать была рада её видеть, — но не успела сделать и нескольких шагов, как дверь гостиной открылась, и в холл вошла Лия. — Привет. Как у тебя дела? — холодно спросила Лия, остановившись в нескольких шагах от дочери. Её голос прозвучал ровно, без эмоций, будто вопрос был задан из вежливости. Ёна чуть дёрнулась от звука материнского голоса — настолько неожиданным и отстранённым он показался после тёплой встречи с отцом. — Привет… Всё хорошо. Я скучала, — тихо ответила девочка. Она сделала шаг вперёд и, преодолевая невидимую преграду, подошла к маме, осторожно обняла её за плечи. Лия на мгновение застыла, затем мягко, но решительно отодвинула дочь. — Иди ешь, — отстранённо сказала женщина, едва заметно коснувшись плеча Ёны. — На кухне тебя ждёт ужин. Не дожидаясь ответа, она развернулась и направилась вглубь дома, оставив Ёну стоять в холле