тайны наших сердец

Парень, не скрывая волнения, сделал шаг ближе и слегка наклонился, пытаясь поцеловать девушку. Но та, на мгновение замешкав, легонько, но твёрдо оттолкнула его, выпрямилась и посмотрела ему прямо в глаза — в её взгляде читались и смущение, и решимость. — Блэк, мы враги. Помнишь? — произнесла она чуть хрипловатым голосом, стараясь говорить строго. Сириус отступил на полшага, но не опустил взгляда. На его лице промелькнула усмешка — наполовину ироничная, наполовину искренняя. — Допустим, — медленно ответил он. — Но ты мне ответила взаимностью, помнишь, Эванс? Лия на секунду опустила ресницы, будто заново переживая тот момент. Щеки чуть порозовели, но она тут же взяла себя в руки и вскинула подбородок. — Помню. И что ты хочешь от меня? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал холодно и отстранённо. Сириус сделал глубокий вдох, внезапно став серьёзным. Он посмотрел на неё так, как раньше никогда не смотрел — без привычной насмешки, без бравады. — Хочу с тобой встречаться. Позволишь? — произнёс он тихо, но твёрдо. Девушка удивлённо приподняла брови, а затем невесело усмехнулась. — Чистокровные волшебники сразу женятся, а не встречаются, — бросила она, пытаясь скрыть, как её тронули его слова. Сириус неожиданно рассмеялся — коротко, звонко, по-мальчишески. — Хорошо, можем пожениться, — сказал он с усмешкой, но в глазах читалась какая-то странная, почти отчаянная решимость. — Ты идиот? Мне 15 лет, — резко ответила Лия, но голос её дрогнул. — Я подожду, — просто сказал Сириус, глядя ей прямо в глаза. — Сколько нужно — столько и подожду. Лия замерла на мгновение. В груди что-то сжалось — то ли от раздражения, то ли от чего-то ещё, чего она боялась назвать. Она сделала шаг назад, потом ещё один. — Блэк, нет, не надо меня ждать, — сказала она уже тише, почти шёпотом. — Найди себе другую, которая будет как ты. Понял? Сириус опустил взгляд. Его плечи чуть ссутулились, а усмешка, которая обычно так легко появлялась на губах, теперь исчезла без следа. Он не ответил — просто стоял, глядя в пол, пока Лия разворачивалась и быстрым шагом уходила прочь. Девушка вернулась в зал, где царила привычная суета: музыка, смех, шуршание платьев. Взгляд невольно зацепился за Малфоя — тот уже о чём‑то оживлённо беседовал с какой‑то светловолосой девушкой, небрежно опираясь на колонну. Лия невольно фыркнула про себя: «Пф, неудивительно… Неудивительно, что Цисси плакала». Она поправила складки платья и направилась к матери, которая увлечённо общалась с отцом Оливера — высоким мужчиной с седыми висками и добродушной улыбкой. Лия остановилась рядом, стараясь не привлекать лишнего внимания. — Мам, когда мы уедем? — тихо спросила Эванс, намеренно игнорируя присутствие отца друга. Женщина резко обернулась, брови сошлись на переносице. — Дочь, кто учил тебя манерам? Поздоровайся, — строго сказала она, слегка кивнув в сторону собеседника. Лия вздохнула, опустила взгляд в пол и едва слышно произнесла: — Здравствуйте. — Здравствуй, — отозвался мужчина, внимательно разглядывая девушку. — Ты почему не с ребятами? Тебе не скучно? Лия пожала плечами, стараясь скрыть горечь за нарочитой небрежностью: — Они меня не звали. Да и вряд ли будут мне рады. Мужчина удивлённо приподнял брови, но прежде чем он успел что‑то сказать, вмешалась мать девушки. Она окинула взглядом зал, нашла глазами старшую дочь и её компанию и с улыбкой произнесла: — Они же твои друзья. Хорошо, если они тебе не рады, то иди к Поттеру, Блэку и Лили. Сириус вон вообще отличным мужем будет — из хорошего рода, перспективный, воспитанный… — женщина многозначительно посмотрела на Лию, будто предлагала ей готовый план на всю жизнь. — Да боже, мама! — воскликнула Лия, чувствуя, как к щекам приливает жар. Она резко развернулась и отошла в сторону, не дожидаясь ответа. Девушка нашла укромный уголок у окна, за тяжёлой бархатной шторой, и прислонилась к стене. Здесь было тише — звуки бала доносились приглушённо, а свет люстр едва пробивался сквозь плотную ткань. Лия скрестила руки на груди и уставилась в окно, за которым темнела ночь. «Просто подождать, пока это всё закончится», — мысленно повторила она, пытаясь унять раздражение и странное, колючее чувство в груди. Где‑то там, в гуще праздника, смеялись, танцевали и строили планы те, кому она, похоже, была не нужна. А ей оставалось лишь стоять здесь, считать минуты и надеяться, что этот вечер когда‑нибудь закончится. Вдруг Лия услышала шаги за спиной. Она невольно напряглась, но не обернулась — пока не уловила знакомый тембр голоса. К ней подошёл Поттер. «Да боже, что они все ко мне пристали?» — мысленно вздохнула девушка, чувствуя, как раздражение снова подступает к горлу. — Что тебе? — спросила Эванс, по‑прежнему не глядя на собеседника. Взгляд её был прикован к танцующим парам, кружащимся в центре зала. — Да так, хотел тебе про твоих друзей рассказать, — спокойно ответил Джеймс, слегка наклонив голову. Лия наконец повернулась к нему, приподняв бровь: — Что с ними не так? — Ты сейчас только не оправдывайся, я тебе помочь хочу, — быстро добавил Поттер, предупреждая возможную резкость. — С чего вдруг? — с искренним интересом спросила девушка, скрестив руки на груди. — Просто… Ты скоро будешь моей родственницей, — Джеймс слегка улыбнулся, но взгляд остался серьёзным. — Не хотел бы я портить с тобой отношения. Лия на мгновение замерла. Она всё понимала: у её сестры и Джеймса скоро должна была состояться свадьба, и это, видимо, пробудило в нём желание наладить контакт. Взвесив всё, она решила не прогонять его. — Я слушаю тебя, — сдержанно произнесла она. — Тебя Сириус любит, и ты его тоже, — прямо сказал Джеймс, глядя ей в глаза. Лия открыла рот, чтобы что‑то возразить, но Поттер продолжил, не дав ей и слова вставить: — Кто‑то из твоей компании это узнал. Да, я думаю, ты и сама знаешь, кто. Эванс невольно перевела взгляд через зал — к группе у колонны. Оливер о чём‑то оживлённо беседовал с Люциусом и Рудольфусом, жестикулируя и время от времени бросая взгляды в её сторону. — Примерно знаю, — тихо ответила Лия. — И что с этого? — Неттли всех против тебя настроил, — понизив голос, сказал Джеймс. — Ты мне не веришь. Я знаю. Но поймёшь скоро сама. — Он слегка коснулся её плеча. — Просто будь осторожна. Не дожидаясь ответа, Поттер развернулся и ушёл, растворившись в толпе. Лия осталась стоять на месте, погрузившись в раздумья. «Не может Оливер настроить всех против меня. Как минимум ему никто бы не поверил», — убеждала она себя, но в груди нарастало тревожное чувство. Решившись, девушка направилась к группе у колонны. Подойдя ближе, она постаралась придать голосу лёгкость: — Привет, — начала Лия, но все трое одновременно отвернулись, будто её и не существовало. Она замерла на мгновение, ошеломлённая. «Ладно эти двое, но Малфой… Он же был мне как брат», — пронеслось в голове. — Малфой, вы совсем уже все? — голос дрогнул, но Лия постаралась говорить твёрдо. Рудольфус Лестрейндж медленно повернулся к ней, его губы скривились в холодной усмешке. — Мы с предателями не общаемся, — тихо, почти шёпотом произнёс он, но слова прозвучали как удар хлыста. Кровь прилила к лицу Лии. Внутри всё вскипело — от обиды, от несправедливости, от ощущения полного одиночества. Не успев даже осознать, что делает, она резко вскинула руку и влепила Лестрейнджу звонкую пощёчину. В зале на мгновение повисла тишина. Несколько пар глаз обернулись в их сторону.