Срок годности тишины

Темная комната. Напротив сидит человек. Сет вываливает всё. Всю подноготную. Имена, схемы, маршруты, контакты. Вся его прошлая жизнь ложится на стол грязной стопкой. Перед началом операции Дэйви ставит единственное условие: Эву и ребенка нужно спрятать. Максимально надежно. Утро понедельника. Последний день из тех, что дала Триада. Время истекло. Сет бросает чемоданы в багажник. Глухой стук. Он должен отвезти своих девочек в назначенное место. Там их перехватит патруль и увезет под защиту. Салон машины. Воздух густой, дышать тяжело. Малышка хнычет на руках у Эвы. Всегда молчаливый ребенок словно впитывает кожей тревогу, исходящую от матери и отца. Сет сжимает руль, контролируя дыхание. Глаза непрерывно сканируют зеркала. Переезд. Движение резко перегораживает черный седан. Встает поперек дороги, отрезая путь. Сет бьет по тормозам. Шины скрежещут по асфальту. Тонированное стекло седана медленно ползет вниз. Из темного проема показывается черное дуло. — Вниз! Педаль газа впечатывается в пол. Правая рука рвет «Беретту» из кобуры. Автоматная очередь вспарывает кузов. Грохот. Заднее стекло разлетается в пыль. Стеклянная крошка бьет по салону, оседает на спине Эвы. Она уже на полу. Свернулась в тугой узел, накрыв собой дочь. Живой щит. Ни звука. Трасса. Ревущий мотор. Сет ломает траекторию, бросая тяжелую машину из полосы в полосу. Уворачивается. Задний бампер сносит ограждение. Толчок. Левый рукав куртки мгновенно набухает красным. Пуля прошивает предплечье навылет, разрывая мышцы. Кровь заливает приборную панель. Руль становится мокрым и скользким. Хватка слабеет. Черный седан равняется с ними. Сбоку блестит металл. Времени на маневр нет. Резкое движение. Эва поднимается с пола. Волосы в стеклянной пыли. Тонкие пальцы выхватывают пистолет из ослабевшей руки Сета. Взгляд на цель. Выдох. Плавный нажим. Выстрел. Седан дергается. Колеса теряют сцепление с асфальтом. Машина уходит в неконтролируемый занос и остается позади, превращаясь в груду искореженного железа на обочине. У водителя аккуратная дыра во лбу. Точно по центру. Эва тяжело дышит, сжимая в руках ствол. Ученица превзошла учителя.

龍

Федералы перехватили на развилке. Короткие команды, лязг затворов. Эву и дочь пакуют в бронированный фургон. Минимум слов. Максимум защиты. Сет стоит у обочины, глядя на габаритные огни уходящей машины. В груди тянет, но времени на сантименты нет. Перед тем как захлопнулась дверь, он успел притянуть Эву к себе. Коротко, почти грубо. — Я люблю тебя. Первый раз. Возможно, последний. Она не успела ответить — фургон тронулся. Его латают в полевом штабе, прямо в кузове грузовика. Быстрые швы на предплечье. Вместо дренажа в свежую рану вгоняют «жучок». Маленькая холодная капсула садится прямо в мясо. Теперь Сет — ходячий маяк и микрофон. Игра началась.

龍

Назначенное место. Старый портовый склад. Запах мазута и гнилой воды. Сет заходит один. Тени отделяются от стен. Бойцы Триады работают профессионально — удар под дых сбивает дыхание, заставляя согнуться. Вкус железа на языке. Его вяжут, ломая суставы. «Директор» выходит на свет. Безупречный костюм среди ржавчины. В руках четки. Лицо — пустая маска. — Ты заигрался, Сетти. Отсюда живым не выходят. Сначала ты расскажешь всё, а потом мы обнулим твою учительницу. Внутри шевелится фантомный страх: «Тебя кинули. Подмоги не будет». Плевать. Эва и дочь в безопасности. Это всё, что имеет значение. Сет скалится, сплевывая кровь на ботинки азиата. Огрызается. Каждое слово — провокация. Он вскрывает их схемы, называет имена, тянет время. «Жучок» в ране послушно транслирует каждое слово в эфир. «Директор» теряет терпение. Рукоятка пистолета дробит скулу. Нож пробует на вкус ребра. Сет хрипит, продолжая давить на нервы. Грохот. Светошумовые выжигают сетчатку. Стекло разлетается в пыль. Спецназ ФБР заходит через крышу и двери. Короткие очереди, крики, запах жженого пороха. Сет пытается откатиться, но он в самом эпицентре. Свинец режет воздух. Тело прошивает первая пуля. Плечо. Вторая в грудь, чуть ниже сердца. Третья сносит его с ног, впечатывая в бетон. Удара о пол уже не чувствует. Грохот боя превращается в глухое, ватное эхо. Температура падает. Сет лежит навзничь, глядя в дырявый потолок склада. Перед глазами только одно. Темные пряди. Запах ее кожи. Лицо Эвы. Дальше — тишина. И полная, тяжелая тьма.