Падение Империи

Несколько дней спустя.       Стоял погожий день. Алтея впервые за долгое время ступила за пределы башни — не по своей воле, а по «приглашению» Совета, пожелавшего удостовериться, что пленница не чахнет в неволе. Ферн, неотступно следуя за ней, держал над её головой тяжёлый чёрный зонт, отбрасывавший густую тень на золотые волосы. Для стражи он был просто немым великаном в маске, для Алтеи — единственной защитой.       В лабиринте садовых дорожек они столкнулись с Клаудом. Он шёл не один — рядом, жестикулируя и громко смеясь, вышагивал Леон.       — …и тут он как вылетит! А стражник с перепугу в кусты сиганул! — Леон осёкся на полуслове, заметив приближающуюся пару.       Клауд замер. Сердце пропустило удар. Она. Здесь. При свете дня. Та самая девушка из башни, чьего имени он так и не узнал.       Щёки мальчика вспыхнули.       Леон, прищурившись, окинул девушку оценивающим взглядом, и его лицо расплылось в хитрющей ухмылке.       — Ого! Так вот она какая, знаменитая Золотая Ведьма! — Леон шагнул вперёд. — А ничего так, Клауд, тебе повезло с соседк…       — Молодой господин. — Ферн шагнул вперёд, заслоняя Алтею. Голос из—под маски прозвучал глухо, но от него по спине Леона пробежал холодок.       — Ферн, — мягко остановила его Алтея. Она чуть наклонила голову, разглядывая наглеца.       — Вы, должно быть, тот самый друг, который так стремительно покинул нас несколько дней назад. Надеюсь, с вашим здоровьем всё в порядке? Испуг — такая неприятная вещь.       Леон поперхнулся и густо покраснел.       Клауд, чувствуя одновременно стыд за друга и странную гордость за то, как ловко она его осадила, шагнул вперёд и поклонился.       — З-здравствуйте, — выдохнул он. — Мы… то есть я… уже встречались. В башне. Вы пригласили меня на чай.       — Я помню, — в её голосе звучала лёгкая насмешка. — Тот, чей друг так быстро убежал, оставив его наедине с опасной ведьмой.       — Я… я не боюсь, — выпалил Клауд.       Алтея чуть приподняла бровь.       — Это похвально. — Она позволила себе лёгкую улыбку. — Рада видеть вас снова.       — Я тоже… то есть я очень рад, что вы вышли прогуляться. Погода сегодня прекрасная.       — Благодарю. Ваш сад очень красив.       — Не мой, — быстро поправил он. — Он просто красивый.       — Согласна.       Из-за поворота дорожки показалась высокая фигура.       Глава Райотхарт.       Он шёл медленно, но с каждым его шагом воздух словно густел. Леон мгновенно вытянулся по струнке. Клауд внутренне сжался. Алтея осталась неподвижной, лишь чуть сильнее опёрлась на руку Ферна.       — Клауд. Леон. — голос главы семьи прозвучал ровно, но в нём явственно слышался лёд. — Вы здесь не вовремя.       — Отец, мы просто гуляли и случайно встретили… — начал Клауд.       — Я вижу, кого вы встретили. — Взгляд мужчины переместился на Алтею. — Ваше пребывание в саду согласовано с Советом?       Алтея чуть склонила голову в идеальном поклоне, которому её с детства учили приветствовать равных.       — Разумеется, господин Райотхарт. — Её голос звучал спокойно, с оттенком той особой вежливости, за которой чувствовалась порода. — Мы здесь с вашего позволения.       Отец Клауда прищурился. Едва заметно, но Клауд, знавший отца, уловил это движение. «Мы». Не «я». Она сказала «мы».       — С моего позволения? — усмешка тронула уголки его губ, но глаза остались холодными. — Вы ошибаетесь. Мы лишь исполняем решения Совета.       Он сделал ударение на своём «мы». Теперь в его голосе звучала власть — не одного человека, а всего Совета, всей новой власти, свергнувшей Империю. Два «мы» столкнулись в воздухе, как клинки на тренировочном поле, и Клауду показалось, что он слышит их звон.       Алтея не дрогнула. Ни один мускул не изменился на её лице.       — Мы благодарны за разъяснение, — спокойно ответила она. В её голосе не было вызова, но не было и покорности. Только ровное достоинство. — И, если позволите совет, мы ценим заботу о нашей безопасности.       — Забота о безопасности пленницы — обязанность Совета, — отрезал глава Райотхарт. — Не более того.       — Разумеется. — Алтея склонила голову чуть ниже, принимая удар. — Мы это понимаем.       Повисла пауза. Клауд переводил взгляд с отца на девушку и обратно, чувствуя, как между ними пробегает электрический разряд. Он не понимал до конца, что происходит, но кожей ощущал: это не просто разговор. Это битва.       Отец первым отвёл взгляд. Повернулся к сыну.       — Клауд, нам нужно поговорить. Немедленно.       Клауд взглянул на Алтею. Ему отчаянно хотелось спросить её имя, но под суровым взглядом отца слова застревали в горле.       — До свидания, — только и смог выдавить он.       — До свидания, молодой господин. — Алтея кивнула ему с той же загадочной полуулыбкой. Глаза её блеснули. — Империя надеется, что встреча была приятной для обеих сторон.       Ферн бесшумно развернулся и повёл свою госпожу прочь, зонт по-прежнему надёжно укрывал её от солнца. В кабинете главы Райотхарт.       — Ты понимаешь, с кем разговаривал? — голос отца был пугающе спокоен. Клауд помотал головой. Он действительно не понимал.       — Это Алтея Голдвинд, — тихо сказал отец. — Последняя из императорской семьи. Твоя невеста.       Клауд почувствовал, как земля уходит из—под ног.       — Но… почему вы не сказали мне раньше? — выдохнул он.       — Потому что это ничего не меняет. — Отец подошёл к окну. — Она заложница. И ты должен держаться от неё подальше.       — Но если она моя невеста…       — Именно поэтому, Клауд. — Отец повернулся к нему. — Ты слышал, как она говорит? «Мы здесь», «мы благодарны». Она не считает себя пленницей. Она считает себя законной правительницей. И каждый её шаг — часть игры.       Клауд молчал.       — Пять лет назад, в ночь падения Империи, она должна была погибнуть, — продолжил отец. — Вместе с матерью, с отцом, со всеми, кто носил золотую кровь. Но она бежала в катакомбы. А когда её нашли…       Отец замолчал.       — Когда её нашли, вокруг неё лежало полтора десятка трупов. Наших людей. А рядом с ней стоял он. Тот, в маске. Демон.       — Откуда он взялся? — прошептал Клауд, и его голос дрогнул от ужаса.       — Из катакомб. Под нашим дворцом — древняя темница. Её построили ещё первые императоры, чтобы заточить существо, которое не могли уничтожить. Демона крови. Веками Голдвинды были его тюремщиками. Где именно он заточён, знала только императорская семья.       Отец сделал паузу.       — А в ту ночь Алтея спустилась в катакомбы. И вышла оттуда с демоном. Мы не знаем, что произошло между ними. Но с тех пор он неотступно следует за ней и защищает её.       — И… он ей управляет?       — Защищает, — поправил отец. — С того самого дня ни одна попытка приблизиться к ней не увенчалась успехом.       Клауд вдруг понял. Те странные слухи, которые ходили среди стражи: «ведьма проклята», «кто войдёт в башню — не вернётся». Он думал, это сказки.       — Вы пытались её убить, — выдохнул он.       Отец не ответил. Его молчание было красноречивее любых слов.       — Но… зачем? Она же ребёнок!       — Она — Голдвинд, — жёстко сказал отец. — Пока она жива, жива и память об Империи. Пять лет мы держали её в башне, делая вид, что заботимся о пленнице. Кормили, одевали, охраняли. А она всё это время ждала. Ждала, охраняемая демоном, которому служили её предки. И теперь она выходит в сад. Случайно встречает тебя. — Он сделал паузу. — Ты правда думаешь, что это случайность?       Клауд молчал.       — Тогда зачем вы вообще оставили её в живых?       Отец усмехнулся, но усмешка вышла горькой.       — Затем, что у нас не было выбора. Когда мы нашли её в катакомбах, она была в сознании. Сидела на полу, прижимая к груди окровавленные руки, и смотрела на нас. Не плакала. Не кричала. Просто смотрела. А над ней стоял он. Демон. И вокруг — полтора десятка трупов. Наших людей.       Он помолчал.       — Мы хотели добить её. Но демон… он заговорил. Сказал, что она под его защитой. Что любая попытка причинить ей вред обернётся смертью для всех, кто находится в этом зале. А затем… затем он назвал условия.       — Условия? — переспросил Клауд.       — Она будет жить в башне. Мы будем обеспечивать её едой, одеждой, всем необходимым. А взамен… она не покинет башню. И демон не тронет никого из нас.       — И она… согласилась?       Отец покачал головой.       — Она не говорила ни слова. Просто сидела и смотрела. Но когда демон замолчал, она… кивнула. Один раз. И снова уставилась в пустоту.       Клауд представил эту картину: маленькая девочка, вся в крови, среди трупов, кивает демону, потому что у неё больше нет никого и ничего.       — И вы согласились?       — А что нам оставалось? — отец развёл руками. — Мы не могли её убить. Демон был сильнее. Мы не знали, что еще может скрываться в этих катакомбах. И мы только что свергли Империю — народ и так был на грани. Ещё одна резня, и нас бы прокляли все.       Он покачал головой.       — Так мы и заключили эту сделку. Не с ней — с ним. А она… она просто была там. Ребёнок, который потерял всё и чудом выжил. Мы думали, она сломается. За пять лет в башне можно сойти с ума.       — Но она не сошла.       — Нет. — отец посмотрел на сына с мрачным уважением. — Она ждала. Пять лет она ждала, копила силы, а теперь вышла в сад. И первым, кого она встретила, стал ты.       Клауд молчал, переваривая услышанное.       — Она не предлагала сделку, — тихо сказал он. — Это демон всё решил. Она просто… согласилась.       — Да. И это делает её ещё опаснее. — отец положил руку ему на плечо. — Потому что мы не знаем, что у неё в голове. Помнит ли она ту ночь. Ненавидит ли нас или просто ждёт своего часа. И пока мы не узнаем — держись от неё подальше.       Клауд вышел из кабинета с тяжёлым сердцем. Алтея Голдвинд. Демон. Трупы. Месть. И она — его невеста.       Он должен был бояться. Но вместо страха в груди росло что-то другое. Ему хотелось увидеть её снова. Поговорить. Понять.       Алтея, вернувшись в башню, села у окна. Ферн бесшумно застыл за её спиной.       — Моя леди, — подал он голос. — Сегодняшняя встреча…       — Была удачной, — перебила его Алтея. Она смотрела в сад, туда, где скрылась фигурка Клауда. — Мальчик не знает моего имени. И это замечательно. Он будет мучиться вопросом, искать ответы. А когда узнает…       — Он будет искать встречи снова.       — Обязательно. — Она чуть улыбнулась. — Империя умеет ждать.       Она протянула руку, и Ферн опустился на колено, снимая маску.