Хэдканоны, зарисовки про отношения с Леоном С. Кеннеди

Утро на базе пахло крепким армейским кофе и дезинфектором. Ты сидела в самом углу столовой погруженная полностью в свои глубокие размышления о том, что могло Леона подтолкнуть начать избегать тебя? И что именно тогда все таки произошло. Ты на протяжении пары дней каждый раз пыталась найти причину своих доводов, и приятная мысль о том, что твои догадки могли бы подтвердится приятно грела сердце. Ты подозревала что можешь не просто нравится Леону как напарник, а как девушка? И те моменты когда он поправлял твое снаряжение, может это был не просто товарищеский жест? Ведь ты профессионал и полтора года находишься в строю с лучшим агентом правительства и мысль о том что ты могла допустить такую глупую оплошность как плохо закрепить лямку набедренной сумки казалась абсурдной. Но ведь, если не смотреть только на тот момент, он ведь часто подходил что либо поправить. Полностью сконцентрировавшись на своих размышлениях ты прикусила губу. Если же Леон тогда заметил это , почему его пальцы так медлили? Почему вместо военного рывка ремня, ты чувствовала почти нежное, тягучее скольжение ткани по бедру. Слишком обходителен он тогда был, что весьма казалось странным для него. Он не был раньше таким сентиментальным в движениях. А его взгляды? Скорее всего просто случайно мог засмотреться, задуматься. Вдруг резкий звук отодвинувшегося стула напротив вытянул тебя из гущи размышлений. Леон невозмутимо садится на него и начинает есть свой паек, молча. Ты удивлена такому повороту, потому что столы в столовой свободны на 2/3 и он мог сесть просто на любое место, но почему-то сел именно рядом с тобой, напротив. Ты смотришь на него и вдруг чувствуешь, как его колено «случайно» задевает твое под столом. Он не убирает ногу. Ты чувствуешь тепло его тела через ткань брюк и видишь, как он чуть крепче сжимает вилку, но взгляд его остается прикованным к чашке кофе. Ты замерла с ложкой в руке. Последние дни он обходил тебя по такой широкой дуге, что можно было подумать будто у тебя в кармане активированная биограната. Ты не выдержала и сказала: — Я думала, ты меня избегаешь. Или мне стоит проверить не завалялся ли у меня в кармане Т-вирус? — ты приподняла бровь, глядя на него в упор. Леон даже не вздрогнул, его взгляд с тарелки медленно и лениво переместился на тебя, а его лицо было абсолютно непроницаемым. Голубые глаза смотрели в твои не отрываясь. Каких же усилий ему стоило сохранять эту хладнокровность. Он подался чуть вперед и дистанция между вами сократилась. — Избегал? — он повторил твое слово будто пробуя его на вкус, в его голосе проскользнула тонкая и ироничная нотка. — Поверь, если бы я действительно хотел тебя избегать то ты бы даже не вспомнила как выглядит мой затылок. Просто... штабные проверки и новые отчеты по Амбрелле высасывают больше сил, чем марш-бросок по болотам. И поэтому я решил что тебе не помешает немного тишины от моих «неуместных» комментариев по поводу твоего снаряжения. Он сделал паузу, и его взгляд на мгновение соскользнул к твоим губам, которые ты только что кусала, а затем снова вернулся к твоим глазам. — Ты ведь так профессионально его крепишь, что мне скоро станет нечего поправлять. А это, знаешь ли, бьет по моему эго напарника, — Леон криво усмехнулся и в глубине его зрачков на долю секунды промелькнула тонкая искра. — Так что не ищи заговоров там, где их нет. Я просто давал тебе возможность соскучиться. Кажется, план сработал? Тебе стоило больших усилий не отвести взгляд и не раскраснется от его резкой прямолинейности, взяв себя в руки ты решила идти на опережение. — Твой план сработал, Леон. Но для лучшего агента ты паршиво врешь, — ты чуть склонила голову набок и накрыла его ладонь своей прямо на столе. — Если хочешь чтобы я соскучилась , просто скажи. Не надо разыгрывать драму с моим снаряжением. Он замер и ты четко увидела как на его шее резко дёрнуся кадык, когда он сглотнул подступивший ком в горле. Он опустил взгляд на руку, а потом снова поднял на тебя, посмотрев пристально и оценивающе он сжал твою ладонь в ответ , а затем мягко убрал руку. Он встал из-за стола, оставив поднос не тронутым. — увидимся на брифинге. — сказал Леон и направился к выходу из столовой. Выйдя за дверь он пристально уставился на свою ладонь, его пальцы все еще помнили мягкость твоей кожи и тот едва уловимый трепет, который он почувствовал, когда ваши взгляды пересеклись. Леон сжал ладонь в кулак и прижал его к губам так сильно, что костяшки побелели. Он корил себя за то, что потерял контроль и повел себя как мальчишка поддавшись инстинкту уйти от проблемы, которая так долго терзала его сердце. Ему буквально сносило крышу от того, что ты разделяла его чувства и он планировал сегодня поставить все точки над и. Смена наконец закончилась. Ты вышла на парковку и в сумерках послышался знакомый низкий гул мотора. Черный «Порше» плавно затормозил прямо перед тобой. Стекло медленно опустилось и ты увидела Леона сидящего за рулем, он лениво положив одну руку на руль, а другой устало потирал переносицу. — Садись, — бросил он, даже не глядя на тебя. — Хватит на сегодня пеших прогулок. Ты заслужила нормальную поездку. В салоне пахло кожей и дорогим парфюмом с нотками сандала. Леон вел машину агрессивно, резко переключая передачи. Тишина в машине сильно давила, но тема для разговора так и не лезла тебе в голову. Каждый раз, когда его рука ложилась на рычаг переключения передач, она казывалась опасно близко к твоему колену. Ты старалась смотреть в окно на огни города, но краем глаза замечала каким напряжённым был Леон. На одном из светофоров он на мгновение задержал руку на рычаге, почти касаясь твоей ноги. Эта близость сводила его с ума и он резко нажал на газ как только загорелся зеленый. Было видно как сильно он сжал руль, будто пытался сдержать желание свернуть к обочине прямо сейчас. Через некоторое время он подъехал к твоему подъезду и заглушил мотор. Тебе не хотелось уходить, хотелось подольше остаться и ещё больше погрузиться в эту оглушающую тишину слушая его дыхание. — Спасибо. — тихо бросила ты, чувствуя, как дрожит голос, и потянулась к ручке двери. — Постой. — прозвучал его голос очень тихо и хрипло. Ты замерла и обернулась. Леон сидел не шевелясь, глядя прямо перед собой в темноту лобового стекла. Он молчал будто долго размышлял над чем-то очень важным и сжал руль так, что кожа на нем жалобно скрипнула, а затем резко выдохнул. — К черту всё... — процедил он сквозь зубы. Леон резко обхватил твоё лицо ладонями и впился в тебя жарким, почти отчаянным поцелуем. В этом поцелуе чувствовалось всё: как долго он сдерживался, как сходил с ума от желания и ждал хоть какого-то знака взаимности. Ты ответила, углубляя поцелуй, и услышала его приглушённый стон, когда его язык настойчиво проник в твой рот. Ты сама не сдержала тихого стона, когда он слегка прикусил твою нижнюю губу. От твоего стона Леон издал низкий, гортанный рык. Твои пальцы запутались в его волосах, притягивая его ещё ближе. Ты упёрлась ладонями в рычаг коробки передач и край приборной панели, приподнимаясь. Леон, словно почувствовав твоё намерение, мгновенно перехватил тебя за талию. Сильные руки одним резким, точным движением перенесли тебя через центральную консоль. Ты оказалась у него на коленях. Спинка водительского сиденья жалобно скрипнула под вашим весом, когда он откинулся назад, освобождая пространство, но и не прерывая поцелуя. В салоне стало невыносимо душно и жарко. Его левая рука осталась на твоём затылке, пальцы глубоко зарылись в волосы. Правая ладонь сорвалась с талии вниз, жадно сжимая бедро и сминая ткань брюк. Он прижимал тебя к себе так сильно, что ты чувствовала холодную металлическую пряжку его ремня и горячее, твёрдое давление его возбуждённого члена сквозь одежду. Ты обхватила руками его шею, притягивая ещё ближе. Леон оторвался от твоих губ, чтобы жадно глотнуть воздуха, и тут же уткнулся лицом в изгиб твоей шеи, покрывая кожу обжигающими поцелуями и влажными следами. — Ты не представляешь, как я сходил с ума… — прохрипел он тебе в ухо, голос дрожал от напряжения. — Каждый день видеть тебя… и не иметь возможности прикоснуться, обнять, прижать к себе… Его рука нырнула под твою футболку. Пальцы медленно, но жадно скользили по коже, пока не нашли грудь. Он сжал её, довольно сильно, до сладкой боли, проводя большим пальцем по уже затвердевшему соску. — Может, поднимемся ко мне? — выдохнула ты, едва дыша. — До квартиры я тебя не донесу, — хрипло ответил он, и его горячее дыхание обожгло ухо. — Сорвусь на первой же ступеньке. Твои пальцы, всё ещё немного дрожащие, спустились к его поясу. Леон резко выдохнул, когда услышал щелчок расстёгивающегося ремня. Он смотрел вниз, вцепившись пальцами в твои бёдра так сильно, что завтра там точно останутся синяки. Ты почувствовала под ладонями горячие, напряжённые мышцы его пресса. Он подался бёдрами вперёд, навстречу твоим рукам. Когда твои пальцы наконец обхватили его член, Леон запрокинул голову и издал низкий, вибрирующий стон. Он приподнял тебя за талию. Ты почувствовала как широкая, горячая головка его члена раздвинула твои влажные складки и медленно, но уверенно вошла внутрь. А потом одним мощным толчком он вошёл до самого основания. Ты резко выдохнула, впиваясь ногтями в его кожаную куртку: ощущение было почти болезненным — он был толстым, длинным и заполнял тебя полностью, упираясь в самую глубину. Кожаные сиденья громко скрипели под каждым его резким, глубоким толчком. Его таз с глухим шлепком впечатывался в твои ягодицы, выбивая из лёгких воздух. Леон впился в губы, заглушая твой крик жадным поцелуем. В какой-то момент его локоть случайно задел кнопку аварийной сигнализации. Резкий, громкий писк заполнил салон, а на приборной панели замигали все аварийные огни. Леон выругался сквозь зубы, не прекращая двигаться в тебе: — Чёрт… — он неловко дотянулся и вырубил аварийку, но красные огни всё равно продолжали медленно мигать. Его свободная рука проскользнула между вашими телами. Пальцы нашли твой набухший, скользкий от возбуждения клитор и начали жёстко, уверенно растирать его в такт толчкам. Ощущения стали невыносимыми. Запах его пота, кожи, лёгкой нотки сандала и металла кружил голову. Леон не успел убрать кобуру пистолета, которая осталась на ремне. Жёсткая кожа и холодный металл то и дело врезались тебе в бедро при каждом его толчке, оставляя неприятные, но возбуждающие ощущения. Леон заметил, как ты вздрагиваешь, и хрипло усмехнулся: — Извини… сейчас… — он попытался одной рукой сдвинуть кобуру в сторону, но получилось только частично. В итоге он просто прижал тебя сильнее к себе, чтобы металл не так сильно давил. Когда он сильнее надавил на клитор, тебя буквально разорвало. Белая вспышка перед глазами, тело выгнулось, внутренние стенки сильно и ритмично сжали его член. Ты задрожала в его руках, не в силах сдержать громкий стон. Леон издал низкий, почти звериный рык и его накрыло следом. Он сделал последний, самый мощный толчок, вжимаясь в тебя очень глубоко. Мужчина содрогался вцепившись пальцами в твои бёдра до белых костяшек, и хрипло дышал тебе в шею. В салоне повисла тяжёлая, липкая тишина, которую нарушало только тихое потрескивание остывающего мотора и редкое мигание аварийных огней. Леон не спешил выходить. Он уткнулся лбом тебе в плечо и тяжело переводил дыхание. Его пальцы, всё ещё дрожащие, лениво гладили твою кожу под футболкой. Он тяжело дышал тебе в шею, постепенно возвращаясь в реальность. — Это было охуенно, — выдохнул он наконец хриплым, довольным голосом.