Племянник Саладина

Проникнуть во дворец не составило труда. Слуги в оранжево-голубых плундрах поверх белых колгот были слишком заняты. Высокородные гости продолжали прибывать, и появление неизвестного мужчины, одетого более старомодно, чем было принято в нынешнем десятилетии, едва ли кого-то насторожило. Стража в парадных золотых шлемах скучала на посту. Валтор беспрепятственно прошел мимо королевских гвардейцев. Пожалуй, впервые с момента освобождения из ледяного узилища он осознал, насколько долгим было его заключение. Мир сильно изменился, и пока это играло Валтору на руку. Разнеженная мирной жизнью знать Солярии была столь беспечна, совершенно не замечая, как шевельнулись тени. Они, ведомые его темной волей, беспрепятственно шарили по замку, выискивая источник сильных негативных чувств. Может, мир и изменился за время отсутствия Валтора, но люди остались прежними. Старый трюк сработал безотказно. Всего-то и стоило: найти в этом клубке змей, по ошибке названных особами благородных кровей, самую ядовитую. И предложить ей самый лакомый кусок, — подарить силу, сделать короля послушной марионеткой — в обмен на сущий пустяк, луч солнца. Валтор видел, как в графине Кассанде амбиции боролись с убеждениями, впитанными с молоком матери. Допустить чужака к самому сердцу планеты, второму солнцу Солярии — немыслимо! К несчастью для планеты, графиня недолго колебалась. — Поклянись, что выполнишь условия сделки, — потребовала графиня, хмуря тонкие светлые брови. Валтор усмехнулся. Он не хуже дикого зверя чувствовал страх, скрытый за маской аристократического высокомерия. — Только если вы обязуетесь выполнить свою часть, мадам, — ответил Валтор, протягивая графине руку. Немолодое лицо женщины дрогнуло, маска пошла трещинами. Унизанные перстнями пальцы ощутимо подрагивали, когда она протянула руку, магией скрепляя их договор. — Мама, я не понимаю… — несколько плаксиво пролепетала бестолково мнущаяся поблизости темноволосая девица, дочка графини. Валтор успел забыть о ее существовании. Слабая фея, не имеющая даже базового превращения, истеричная и избалованная. Типичная аристократка, которую и замечать лишний раз нет никакого смысла. — Химера, ради света Солярии, помолчи! — шикнула на нее графиня, превратно истолковав косой взгляд Валтора. Графиня неосознанно попыталась прикрыть дочь своей худощавой фигурой. Валтор отмахнулся от сети словесных кружев. На этой планете его интересовал только свет Солярии. Едва он прикоснулся к источнику волшебства и жизни этого мира, как поселившийся в костях холод измерения Омега исчез. Энергия переполняла Валтора, дарила ощущение всемогущества, пьянящее сильнее крепленого вина. Казалось, стоило только руку протянуть, и планета падет к его ногам или обратится мертвой пустыней наподобие погибшего Домино. Великий соблазн сжать в своих руках горячо пульсирующий сгусток чистейшего света едва не взял верх над Валтором. Он отшатнулся, словно обжегшись. На ладонях, лишенных перчаток впервые за пятьдесят с лишним лет, не было даже малейшего покраснения, только зеленоватые линии вен и давно выцветший шрам от старого ожога, еще со времен его «дружбы» с последней принцессой Домино. Валтор вернул перчатки на место. Под напряженно-выжидательными взглядами графини с дочерью он наградил их своей меткой. «Знак Валтора», как окрестили его в новостях, мало чем отличался от рабского клейма, разве что был куда более универсальным. — Ах, да. Мадам, полагаю, вы не откажете мне в еще одном крохотном одолжении? После бесконечной скуки прошлых лет своими глазами увидеть начало триумфального восхождения союзников кажется неплохим развлечением на вечер.

***

Бесконечное хождение по тонкой грани между полным растворением во тьме измерения Омега и копанием в собственном утомленном разуме не прошло бесследно. Память подводила, Валтору все казалось, что прошли не годы, а всего лишь месяцы, и еще идет война. Тем страннее было слышать иные имена королей и королев, рассуждения об акциях зенитских техномагических корпораций и еще какие-то совершенно дикие сочетания понятий и названий, звучащих для Валтора как совершеннейшая тарабарщина на другом языке. Сложнее было только осознать, что последние из его врагов, Команда Света, ныне — дряхлые старики, осевшие на планете-перекрестке всех дорог измерения. Ведьмы Трикс показывали ему голограммы фотографий на устройстве, отобранном у одной из русалок. Они все так постарели! Гриффин, как истинная ведьма, выглядела еще ничего, как-то держалась. Пусть и походила на недобитое умертвие — такая же синюшно-зеленоватая кожа и кости с тонким слоем мяса. Фарагонда поседела и сморщилась, как пересушенные фрукты. Но злее всего время обошлось с Саладином. Ничто не напоминало в этом сгорбленном большеухом старике того статного мужчину. Возраст совершенно ему не шел. Валтор рассеянно кивал на реплики случайных собеседников, больше наблюдая со стороны, чем реально участвуя в светских разговорах. Редкие шепотки о недавних событиях на Андросе проходили по толпе редкой рябью быстро растворяющегося беспокойства. Торжество жизни продолжалось. Им всем казалось, что Андрос так далеко, и проблемы чужого королевства их не затронут. Тем интереснее будет проследить в новостях, как им понравится воцарение новой королевы. Пока графиня выжидала удобного момента, объявление о королевской помолвке, которое уже предвкушали в высоких кругах. Кажется, одна только принцесса ни о чем не подозревала. Музыка заиграла громче, сменяясь на более игривые и завлекающие мотивы. После первого танца короля и принцессы, большая часть собравшихся присоединилась к ним. Шелест юбок, блеск и сияние вышивки на лучших одеяниях дам и кавалеров. Атмосфера смутно напоминала торжественные вечера на Домино, разве что в воздухе чуть ли не искрило от скорого предчувствия надвигающейся бури. Если прикрыть глаза, то на месте принцессы Стеллы легко можно было вообразить другую златокудрую принцессу в окружении нимф. Разве что принцесса Домино никогда не любила розовый, отдавая предпочтения пастельным оттенкам зеленого и голубого. — Гелия, племянник Саладина. Валтор отреагировал на имя давнего врага раньше, чем противный голос занудно напомнил бы: наверняка в измерении предостаточно других Саладинов. Взгляд зацепился за длинные темные локоны, собранные в низкий хвост. Лицо юноши едва ли походило на смутный образ еще не успевшего постареть Саладина. Тогда его давний враг был куда старше. Мужчина и воин, а племянничек мало чем отличался от местной молодежи, даже чуть раскосые глаза подвел по местной моде. Светлый костюм, кружева на манжетах и воротнике, ну чисто принц из девичьих грез. Разве что не блондин, но глаза голубые, каким было небо в тот день, когда предательство Гриффин раскрылось. — Разве Саладин не староват для того чтобы у него были… столь юные племянники? — сказал Валтор, и сам себя укорил в том, насколько вульгарно прозвучала фраза. Общество Трикс определенно не шло ему на пользу. Валтор не представился, обратившись к юноше. Выдуманное имя забылось тут же, стоило ему произнести его на балу в первый раз. Его новые знакомые же не посчитали нужным взять этот труд на себя — статус и возраст Гелии их к подобному не обязывали. — Сто двадцать семь для мага — не такой уж и преклонный возраст, — Гелия пожал плечами, растягивая губы в фальшивой светской улыбке. — Впрочем, вам ли об этом не знать? Возможно, то была игра света и тени, но за пустотой делано спокойного взгляда на мгновение мелькнуло нечто куда более живое. Не страх, нет, нынешнее поколение не знало Валтора в лицо, и его имя им ничего не говорило. Скорее это было похоже на то, как настораживается зверь, учуяв поблизости дикого дракона. Гелия скрылся среди других гостей, растворившись за красочным водоворотом кружащихся в танце пар. В течение вечера Валтор время от времени, казалось, замечал в толпе его темные кудри. Мода изменилась, и теперь молодые люди все больше выбирали короткие стрижки, так что заметить практически единственного юношу с длинным хвостом было легко. Едва ли в столь пристальном наблюдении за мальчишкой был хоть какой-то смысл. Магом он явно не был, иначе не брал бы подаваемые слугами напитки и закуски руками, а приманивал их волшебством, так же легко, как кружил своих немногочисленных партнерш в особо сложных фигурах современных танцев. Все чаще рядом с ним мелькала, по всей видимости, линфейка, вероятно фея. Миловидное лицо, каштановые волосы, золотистая кожа и нежно-розовое платье, напоминающее полупрозрачные лепестки живого цветка. Вместо украшений тонкую девичью шею и руки оплетали стебли живых растений, а в волосах они же поддерживали незамысловатую прическу. На сестру не похожа, быть может, подруга? Рядом презрительно хмыкнула та самая дочка графини. Шелк красного платья не оставлял простора для воображения, открывая не только ноги, но и руки девушки — скучно. Валтор вернулся к своему основному развлечению, наблюдению за перемещениями Гелии по залу. Издалека он больше походил на Саладина — такие же нелепые попытки быть галантным с избранными пассиями. — Не понимаю, в чем интерес смотреть на этих низкородных друзей принцессы Стеллы. Вырядила их, как модисток на подиуме, в смехотворные наряды, будто она - Спелла МакКартни! Валтор окинул выразительным взглядом вызывающе красное платье. Вот кто бы говорил о моде! Девушка намека не поняла, продолжая презрительно кривить пухлые губы, подведенные совершенно не подходящим к ее фарфоровой коже оттенком розового. — Судя по тому, как много взглядов обращено на друзей принцессы, она неплохо разбирается в дизайне, — практически не покривив душой, заметил Валтор. Он просто не удержался от возможности ткнуть в слабое место девицы. Она вспыхнула, гнев придал ей смелости, и она уставилась на мужчину, сверкая глазами. Валтор скрыл жестокую усмешку за приманенным волшебством бокалом с игристым вином. Второй бокал, для «дамы», завис в воздухе, чуть покачиваясь из стороны в сторону. — Конечно все смотрят, она же наследная принцесса! — с досадой процедила девушка, с некоторым сомнением взяв в руки бокал. Она не решалась отпить, возможно, для подобных напитков было несколько рановато, главное событие вечера еще не произошло. Столь яркое проявление злости и зависти смотрелось почти комично. Дочь графини выглядела такой живой и настоящей в проявлениях своей темной стороны. Пожалуй, она могла бы быть почти занятной, если бы не этот истеричный тон. Валтор поморщился, он никогда не выносил истеричных завываний и не нанимался подтирать сопли всяким девицам. — У принцессы без поддержки сильных друзей в королевстве нет будущего, — многозначительно протянул Валтор, лишь бы сменить тему. Девица усмехнулась, скорчив гримасу. Вероятно, так она представляла себе многозначительный взгляд: выпучить глаза посильнее и не моргать. Вскоре король объявил о помолвке с графиней Кассандрой. После скандального развода с королевой Луной аристократия воспринимала новость о королевской помолвке вполне благосклонно. Принцесса Стелла не изъявила желания порадоваться за родителя и королевство. Вот только покинуть зал принцессе было не суждено. Короткая вспышка, и вместо принцессы в расползшемся по швам платье перед ошарашенными гостями предстало зеленое чудовище размером чуть меньше огра. Зеленая чешуя, полупрозрачные перепонки на лапах и то и дело искажающиеся, превращаясь в рычание, вопли ужаса принцессы. Гости ахнули, прежде чем кто-то успел крикнуть о нападении на принцессу, застывший было король отшатнулся от монстра, тянущего к нему свои толстые лапы. — Стража! Схватите это чудовище. Этот монстр - не моя дочь! Пусть оно расскажет, что сделало с принцессой Стеллой! Стоило этим словам прозвучать, как поднялась паника. Друзья принцессы взяли монстра в кольцо, спинами закрывая обезображенную проклятием принцессу. На требование стражи не мешать одна из подружек принцессы волшебством выбила копья из рук стражей. Мгновение, и девушки перевоплотились в обличие фей. — Ваше Величество, это какая-то ошибка. Разве вы не видите, что это и есть принцесса Стелла. Кто-то напал на нее! — попыталась достучаться та самая подружка Гелии. Король остался глух к доводам фей. Вместо этого следующим приказом их объявили преступниками, похитившими настоящую принцессу, врагами короны. Начался хаос. Люди в панике попытались покинуть зал. Феи вместе с монстром скрылись в одном из боковых коридоров. Друзья разделились: парни остались отбиваться от вооруженной охраны, чем пришлось — пронести тайком оружие на праздник они не додумались. И чему их только Саладин в Красном Фонтане учит? Специалистам пришлось спасаться бегством, сиганув в окно, выбитое одним из шальных выстрелов из копий стражников. Как ни странно, Гелии среди них не было. Валтор молча отсалютовал бокалом графине Кассандре. Зрелище и вправду вышло занятным. Он покинул зал так же, как проник на Солярию.