Племянник Саладина

Здесь, у самых врат портала в измерение Омега, порывы ветра были особенно сильны. Гелия повыше поднял воротник темно-синего сюртука. Шелковый шейный платок слабо защищал от буйства стихии. Пришлось стянуть волосы в тугую косу, лишь бы выбившиеся пряди не так сильно лезли в глаза. Низкое небо затянули красно-коричневые ржавые облака. Где-то далеко внизу у подножия скалы стражники пытались обороняться, защищая сбитый патрульный корабль от выбравшихся из Омеги преступников. После того, как Валтор заставил русалок держать врата открытыми, такие «гости» стали частыми визитерами на Андросе. Они даже пытались прорваться в логово Валтора, стремясь достичь портальной арки на другие планеты. Пока у Трикс неплохо получалось выпроваживать нежеланных гостей из жизни. Жалкие остатки не заклейменных русалок-стражниц не высовывались из мутной воды. На днях Валтор как раз похвастался тем, что ему покорилось морское чудовище глубин, а королева русалок заточена в подводной тюрьме собственного замка. Подводному народу стало совсем недосуг обращать внимание на беды поверхности. Гелия повернулся спиной к острову, чувствуя, как поднявшийся порыв ветра ощутимо подталкивает в спину. Низкий непрерывный гул воронки, пронзающей облака столпом голубоватого света, заглушал даже звук собственных мыслей. Никто не услышит, решись Гелия разбежаться и прыгнуть. Не в портал, он еще не совсем спятил, чтобы добровольно сунуться в ледяную тюрьму, а туда, к низкому небу и пенящимся волнам бескрайнего океана. Валтор занят воронкой. Раздает последние команды своим монструозным слугам. Трикс же вовсе который день подряд рыщут на землях Королевского архипелага. Гоняются за свитками первого триумвирата, что бы это ни значило. Валтор упустил свитки из-за необходимости вмешаться в жестокую забаву ведьм. Никто не остановит Гелию, надо только решиться, закрыть глаза и позволить ветру трепать волосы и длинные полы сюртука. Все закончится быстро. Однако вместо движения вперед, в отчаянном порыве рукой дотянуться до ржавых облаков, Гелия только дальше отступает от края. Какой бы притягательной ни казалась идея оборвать все, последний шаг не будет совершен. По крайней мере, здесь и не сейчас. — Хотелось бы мне посмотреть на то, как отразится на этом лице осознание, насколько близка была желанная свобода. Гелия зябко передернул плечами. Новый костюм куда лучше подходил нынешней ветреной погоде, но он не мог защитить от мерзкого холодка, пробежавшего по спине, стоило голосу мага прозвучать в его мыслях. Валтор потерял интерес к безобразным русалкам с затупившимися трезубцами и щербатыми костяными клинками. В голубоватых отсветах портала светлые волосы мага казались покрытыми серебром седины. Осколок былой жестокой эпохи. Гелия сам приблизился к Валтору, не дожидаясь понуканий, замер на почтительном расстоянии в пару шагов. Так близко к воронке, что ее ледяное дыхание миллиардом невидимых игл впивалось в лицо. — Не похоже, чтобы твой дядюшка как-то особо обеспокоен пропажей племянника. Говорят, недавно провел ежегодный праздник в Красном Фонтане, — продолжил Валтор с непонятной укоризной в голосе. — Газеты особо нахваливали показательные поединки укротителей драконов. — Красный Фонтан всегда славился подготовкой драконьих всадников. А что до Саладина… — Гелия проглотил непрошенно подкатившую к самому горлу горечь, растягивая губы в подрагивающей улыбке. — Он был директором Красного Фонтана куда дольше, чем моим дядей. Видимо, не успел так сильно привязаться к своей роли. Грустный смешок заглушил гул воронки, через которую на Андрос пытались проникнуть другие узники измерения Омега. Валтор раздраженно взмахнул рукой. Луч темного проклятия расколол голову вылезшего из портала бугая, как гнилую тыкву. Обезглавленная туша свалилась обратно в воронку под горестные вопли лишившихся легкой добычи русалок. — Думаешь, выставив ваши отношения с Саладином не стоящим медной искры фарсом, ты делаешь ему одолжение? — обманчиво спокойным тоном поинтересовался Валтор. Голосом маг владел куда лучше, чем своим лицом. Меж бровей залегла глубокая складка, весь облик мага напоминал разгневанного дракона: тот же гневный блеск во взгляде и убийственная аура. В первые дни подобные гневные гляделки внушали страх и трепет. Однако, в отличие от непредсказуемой Сторми или совершенно отмороженной Айси, Валтор был намного последовательнее в своих действиях. Саладин пойдет на многое ради живого и здорового племянника, а замученного калеку, жалкую тень прежнего человека, он сам предложит поскорее добить. — А смысл? Я ж не фея, энчантикс за самопожертвование мне никто не выдаст. Валтор глухо рассмеялся, недоверчиво качая головой. Гелия незаметно выдохнул, гроза прошла стороной. Он все еще слабо понимал, когда подобная дерзость, как ответ вопросом на вопрос, будет воспринята благодушно, а когда лучше прикусить язык и молчать. Еще бы с Валтором работала стратегия молчания — он редко позволял такую роскошь. — Тебя точно Саладин воспитывал? — продолжал расспросы Валтор. — Когда вспоминал, что у него на попечении есть не только чужие дети, — Гелия пожал плечами, мол, «что выросло, то выросло». Сам не зная зачем, он вновь обратил взор в сторону горизонта. Солнце не могло пробиться сквозь завесу облаков, затянувших небо всюду, сколько хватало глаз. Из-за горизонта, примерно со стороны Королевского архипелага, появилась маленькая, тускло мерцающая точка. По мере приближения к острову Гелия смог разглядеть отдельные фигуры. Лучше б это были Трикс, возвращающиеся с украденными по указке Валтора свитками. Увы, ошибки быть не могло, к острову стремительно приближались Винкс во главе с принцессой Андроса.

***

Валтор не пожелал случайно столкнуться с феями. Вместо этого он решил вернуться обратно в подводное убежище, предпочтя наблюдать за Винкс со стороны. Происходящее на поверхности острова отображала мерцающая дымка следящего заклинания. Оно слабо передавало цвета, звука и вовсе не было, но само изображение по четкости могло соперничать с зенитской цифровой записью. Валтор переместил их сразу на кухню вместо своебразного тронного зала с ковром, накинутым поверх каменного трона. Бордово-фиолетовое длинное пальто оказалось небрежно сброшенным на обломок колонны, приспособленный под столешницу. Ромбы золотистых пуговиц бликовали на фиолетовом жилете. Ранее Гелия никогда не видел мага без пальто и не осознавал, насколько силен он физически. Белоснежная рубашка не скрывала в полной мере рельеф крепких мышц. Для мага, брезгующего лишний раз прикоснуться к чему-то своими руками, часами сохраняя неподвижность за чтением книг и свитков, Валтор оставался в пугающе хорошей физической форме. Гелия опустил взгляд на свои собственные руки, тонкие и слабые даже под всеми слоями одежды, добавляющих его тощей фигуре хоть немного веса. После отчисления из Красного Фонтана он редко вспоминал о тренировках и несколько запустил себя. Наставники часто ругали его за низкую заинтересованность в тренировках — другие специалисты в подавляющем большинстве чуть ли не жили в залах и на арене. Возможно, наставники были не так уж несправедливы. Последняя мысль отдавала кислым во рту. Гелия тихо фыркнул. Даже знай он о подобном исходе, едва ли за годы спокойного существования он нашел бы в себе желание продолжать опостылевшие тренировки. Да и какой от них прок, если от магии нет иного спасения, кроме другой, более сильной? Рассеянный взгляд Гелии блуждал между размеренными движениями Валтора и происходящим на экране. Здесь, в стылом воздухе подводной пещеры, засушенные листья вперемешку с цветами выплыли из открытых баночек и устремились душистым вихрем в глиняный чайник. Там, на поверхности, принцесса Андроса швырялась клейкими сферами в медведеподобного гуманоида, вооруженного костяными крюками. Ее прикрывали вырывающиеся прямо из земли красноватые корни выращенных Флорой растений. Маг не приказывал Гелии остаться, не требовал ему прислуживать, но и не велел уйти. Трикс на его месте не упустили бы такой возможности, упиваясь каждой крупицей своей власти. Гелия предпочел остаться здесь, чем в одиночестве терзаться в своем углу совсем уж безрадостными мыслями: «Не он ли своим сообщением спровоцировал Винкс на столь отчаянную вылазку?» Один из вооруженных дубиной людей оказался столь удачливым, что сбил особо широким замахом отвлекшуюся на помощь принцессе Андроса фею с голографическим планером за спиной вместо крыльев. Девушка ударилась об землю и, кажется, потеряла сознание, вынуждая подруг прикрывать ее от воодушевленных маленькой победой преступников. — Жалкое зрелище, — негромко прокомментировал Валтор, помешивая заварку в чайнике. Ложечка сама собой совершала круговые движения, маг же на нее только посмотрел, не утруждая себя произнесением заклинаний. — И этой кучке самонадеянных девиц Трикс проигрывают из раза в раз? Гелия в замешательстве уставился на ткнувшуюся ему прямо в руки исходящую белесым паром чашку. Валтор неопределенно дернул плечом и недовольно цыкнул. Взгляд мага прикипел к экрану. Гелия осторожно взял чашку, грея холодеющие пальцы о чуть шершавые стенки. — Странно ожидать побед от воспитанниц ведьмы, не единожды бывшей пленницей в собственном замке. — Их учила Гриффин? — Валтор удивленно посмотрел на Гелию. Похоже, Трикс упустили в рассказах о своих похождениях момент, что они были в фаворе у мадам Гриффин. — Это многое объясняет… Стоило упомянуть директрису Облачной Башни, как тень легла на лицо Валтора. Пожалуй, Валтор никого из Команды Света не презирал так сильно, как Гриффин, предавшую его перед самым падением Домино. Мертвенный холод измерения Омега едва ли погасил пламя ненависти мага, и хватило бы маленькой искры, чтобы оно вновь разгорелось ярким заревом. — Более того, мадам считала их своими лучшими ученицами, закрывая глаза на их откровенно преступные действия, — как бы совершенно случайно припомнил Гелия то, о чем он когда-то слышал от Флоры на их втором или, быть может, даже на первом свидании. — Дядя с мадам Фарагондой по итогу ее все же дожали, и Гриффин отчислила их после очередного инцидента. Валтор отчетливо скрипнул зубами, растеряв остатки благодушия. Если до этого он подумывал о том, чтобы вскоре простить Трикс, то теперь он явно повременит с этим. Гелия спрятал чересчур довольную усмешку за чашкой чая, делая маленький глоток. Горячая жидкость оказалась приятно пряной и в меру терпкой. Повисло молчание, нарушаемое лишь легким шелестом ткани. Сражение на поверхности продолжалось. Принцессы Стеллы с девушками не было. Так и не оправилась от проклятия или не захотела рисковать собой, пока на собственной планете власть захватили чужаки? Валтор никак не прокомментировал это, а больше Гелии неоткуда было узнать о происходящем за пределами водной планеты. Без мощных атак фамильного скипетра Стеллы феи могли полагаться только на прикрытие беснующегося пламени рыжей хранительницы огня дракона. Драконье пламя плохо сочеталось с растениями, и Флора все реже атаковала сама, больше защищаясь, изредка огрызаясь вихрем пыльцы и энергетическими лучами. Другая фея, кажется, с Мелодии, подставилась под удар крюка, в последний момент оттолкнув ослепленную гневом за родной мир принцессу Андроса. Винкс все же сообразили разорвать дистанцию, поднимаясь выше в воздух, но даже на взгляд мало понимающего в магических боях Гелии их действия походили на беспорядочные метания между противниками. У фей, получивших преимущество в виде большей дистанции, все же получилось одолеть своих противников. Гелия уже собирался по-тихому убраться в свой угол, пока в голову не начали лезть глупые идеи о побеге. Вдруг ему перепадет немного удачи фей, и они смогут покинуть планету вместе? А там, может, и придумают способ, как снять с него метку. Чем Феникс не шутит? Стоило ему так подумать, тихо отставив опустевшую чашку в сторону, как к феям на огонек заглянули Трикс, вернувшиеся с задания Валтора. Не успели Винкс перевести дух после прошлой битвы, как новое сражение переместилось с суши на воду. Феи и ведьмы кружили в воздухе, перебрасываясь мерцающими заклятиями. Хранительница огня дракона увернулась от града ледяных осколков, пущенных Айси, заходя на крутой вираж. Рыжие волосы развевались по воздуху подобно языкам пламени. Иллюзии Дарси в виде множества двойников самой ведьмы морочили голову принцессе Андроса. Стоило разбить одного двойника, как на его месте появлялось два других. Принцесса злилась, слепо атакуя смеющихся двойников. — Эта девчонка, Блум, она не такая, как другие. — Валтор махнул в сторону пошедшего мелкой рябью изображения рыжей феи, — она как раз огненным шаром испарила особо крупную сосульку, брошенную ей в лицо. — В ней столько огня! У меня такое чувство, будто я уже встречал ее… Гелии совершенно не понравилось то, как прозвучала последняя фраза. В ней слышалось странное восхищение на грани с чем-то куда более темным и жаждущим, хотя фея не успела сделать ничего особенного. Она просто была такой, как есть: отчаянно храброй девушкой, стремящейся помочь друзьям любым доступным способом. Могла ли Блум посчитать Гелию своим другом? Вопросы только множились, оставаясь без ответов, так необходимых сейчас. Гелия зажмурился, взбесившееся воображение и не думало успокаиваться, подкидывая новые версии, одна другой тревожнее. — Если ты выжидал момент, чтобы начать умолять о пощаде для твоей подружки, то сейчас самое время, — сказал Валтор, понижая голос до доверительного полушепота. Гелия непонимающе моргнул, растерянно хмуря брови. Общий смысл предложения вроде и был понятен, но суть ускользала от понимания. Айси, балансируя на дрейфующей в океане льдине, отбивалась от четырех фей. Дарси и Сторми оказались связаны волшебными путами, забавно пихая друг друга острыми локтями в тщетных попытках выбраться. Трикс явно проигрывали! — Винкс не всегда будет сопутствовать удача. Увы, даже среди фей энчантикс получают далеко не все. Слова Валтора отчасти повторяли те фразы, которыми сам Гелия пытался оправдать причину разрыва толком не начавшихся отношений с феей природы. В прошлом году Флора и слушать не хотела о том, как опасен путь, на который тянут ее друзья и «добрая» мадам Фарагонда. Вознамерившись стать новым поколением Команды Света, феи рисковали повторить и их горькую участь. — На все воля Дракона, — пожал плечами Гелия, невольно цитируя Флору. — Они сумели победить Трикс, когда те обладали огнем дракона и ручной Армией Тьмы. И лорда Даркара они победили. — Трикс — самонадеянные соплячки. Их победила собственная же гордыня и три школы Магикса, а не только Винкс. А что до Даркара… — Валтор рассмеялся, его смех подхватило эхо, превращая в рокот камнепада в горах. — Полубезумный скелет с прожаренными мозгами! Он спятил еще до окончания войны. К тому же Трикс нехотя признались, что помогли феям спровадить его на тот свет. Ах, да! Как же я мог забыть. Старушки-директрисы не постеснялись приложить к падению темного владыки руку. Гелия оценил иронию ситуации. Валтор невольно стал его искаженным отражением, с тем же обжигающим жаром стремящимся убедить собеседника в своей правоте. Гелия покачал головой, растягивая губы в подрагивающей улыбке. Если он выберется из этой передряги, то обязательно извинится перед Флорой за свои жестокие слова. — Дракон милостив к своей хранительнице и ее подругам. — Милость Дракона не уберегла Домино, королевство возлюбленных детей великого творца пало, — кажется, Валтора только сильнее распаляло нежелание Гелии заткнуться и прекратить спор. — Герои прошлого — ныне немощные старики, а их замена слишком юна. У них не получится во второй раз заточить меня в ледяную клетку. Так что подумай дважды, Гелия, стоит ли тебе беспокоиться за жизнь своей милой феи природы. Гелия упустил момент, когда расстояние между ними сократилось настолько, что он отчетливо ощущал жар, исходивший от тела мага. От Валтора и в более спокойном состоянии веяло жаром негасимого пламени, а сейчас он и вовсе мог заменить собой печь. Интуиция выла тревожной сиреной: «Хватит, пора отступить!». Спорить с ней казалось неразумным, но как погасить так беспечно разожженный костер, Гелия не знал. — Вероятно, но мне в любом случае нечего предложить взамен, — после короткой паузы произнес Гелия. — Даже пытаться не буду. Все равно никто такую сделку не оценит. — Неужели? — протянул Валтор, окинув Гелию многозначительным взглядом. — Некоторые активы невозможно отнять. До Гелии смысл сказанного дошел далеко не сразу. А когда дошел, он тихо хмыкнул, неверяще покачал головой. Быть такого не может! Улыбка Валтора с каждым мгновением выглядела все более неприятной. Маг откровенно насмехался над ним, донельзя довольный произведенным эффектом. — Нет, это… Зачем магу вроде тебя нечто… подобное?! Далеко на поверхности Айси подло ударила Блум в спину, сбив фею обломком своей льдины. Бесчувственное тело рыжей упало в воду, медленно погружаясь все глубже и глубже. — Все просто. Нет ничего скучнее зрелища покорной марионетки в руках, — негромко произнес Валтор. Его пальцы резко сжались в темных волосах, заставляя Гелию запрокинуть голову. Корни натянулись на грани боли. Гелия ощутимо напрягся, крупные мурашки всполошенным табуном диких коней пробежали по спине. Любые надежды на превратную трактовку рассеялись, как дым под яростными порывами ветра. Он понял правильно, о какой именно плате идет речь. — Не думаю, что тебе действительно интересен мой ответ. Будто рабское клеймо позволит отказать, — выдохнул Гелия, сдерживая болезненное шипение. Серые глаза мага недобро блеснули. Нарочито ласковое движение пальцев по коже головы так мало вязалось с оттянутой до боли косой. От Валтора пахло солью, гарью драконьих стойл и едва уловимой сладостью. Тяжелый аромат, от которого становилось трудно дышать. — Дракона ради! Какая часть во фразе «это слишком скучно» тебе непонятна? Гелия моргнул, ощущая, как по щеке сползают невольно выступившие слезы. Как же он ненавидел в тот момент и себя, и эту идиотскую ситуацию! — Допустим, — медленно произнес Гелия, тщательно подбирая слова. — Я даже мог бы согласиться на… подобную сделку. Но только ради чего-то действительно уникального, практически невозможного! Гелия улыбнулся. Едва ли Валтор согласится. Напротив, пусть отвергнет желание зарвавшегося юнца. Он заставил себя снова посмотреть магу в глаза. — Всегда было любопытно, каково это — быть способным на нечто большее, чем оживление бумажных птичек. Маг медленно провел большим пальцем по коже, не скрытой шелком шейного платка. Он медлил с ответом, задумчиво поглаживая покрывшуюся мурашками кожу. Предвосхищенное «нет» так и не прозвучало.