Соседи по несчастью

Вернувшись из школы, последнее, чего хотел услышать Лоэн — это то, что они идут знакомиться с каким-то папиным другом и его сыном. Весь день в школе выдался тяжёлым: контрольная по физике, учительница истории, придиравшаяся к каждой мелочи, и вечная толкотня в столовой. Единственное, о чём он мечтал, — скинуть надоевший рюкзак в углу комнаты, сделать уроки по инерции, на автомате, и наконец-то сесть за компьютер. Там, в виртуальных мирах, всё было понятно и подконтрольно: можно стать кем угодно, победить любого врага, забыть о том, что мама ушла и даже не попрощалась. А теперь — какие-то гости. Папа сказал это таким тоном, словно предлагал сходить в парк аттракционов, но Лоэн сразу почуял подвох. Ещё и этот мальчик, как выяснилось, на год младше. Лоэн мысленно закатил глаза. Наверняка какой-то мелкий, который будет таращиться на него снизу вверх и нести всякую чушь. С таким и поговорить не о чем — ни про игры, ни про музыку, ни про то, что "действительно важно" в шестнадцать лет. Он плёлся за отцом по незнакомому району, пиная носком кроссовка редкие камешки на асфальте. Дома здесь были старые, панельные, с облупившейся краской на балконах и разрисованными лифтами. Двор, в который они свернули, выглядел обычно: пара чахлых деревьев, старая детская площадка с ржавыми качелями, несколько припаркованных машин. Лоэн с тоской подумал о своей комнате, о мониторе, который так и будет пылиться в одиночестве. Подойдя к нужному подъезду, он задрал голову, рассматривая обшарпанную дверь с кодовым замком, и перевёл взгляд на отца, чуть хмурясь. Брови сошлись на переносице, придавая лицу обиженное выражение. — Я не хочу, пап.. — голос прозвучал тихо, почти жалобно. Он сжал лямку своего рюкзака так, что побелели костяшки, а другой рукой ухватился за край рубашки отца, словно это могло его удержать, спасти от неизбежного. — Можно я вернусь домой? Честное слово, я лучше уроки сделаю и спать лягу. Мне не нужны новые знакомые. Варка опустил взгляд на сына и почувствовал, как что-то кольнуло в груди. Лоэн вообще в последнее время стал замкнутым, с тех пор как мать ушла. Раньше мог поворчать, но послушаться, а теперь в каждом жесте читалась усталость и какая-то глухая оборона. Варка мягко, но решительно высвободил рубашку из пальцев сына и приобнял его за плечи. — Тебе понравится. — сказал он как можно увереннее. — Там мальчик твоего возраста, почти ровесник. Мы просто познакомимся, посидим, попьём чаю. Вам обязательно будет весело вместе. — Он поднял руку и постучал в обитую дерматином дверь. Стук получился глухим, приглушённым. Прошло несколько томительных секунд. Лоэн слышал, как за дверью что-то упало, потом послышались шаги, и дверь распахнулась. На пороге стоял Флинс — в домашних тренировочных штанах и растянутой футболке, с фиолетовыми прядями, падающими на лицо. Он выглядел уставшим, но при виде гостей на губах заиграла вежливая, тёплая улыбка. Он отошёл в сторону, пропуская их внутрь. — Проходите, раздевайтесь. — голос у него был хрипловатый, с нотами усталости. В прихожей пахло чем-то домашним — то ли ванилью, то ли просто старым деревом и пылью, но уютно. — А вот и мой сынишка. — Варка слегка подтолкнул Лоэна в спину, заставляя переступить порог. — Флинс, это Лоэн. Лоэн, это Флинс. — Он закрыл за ними дверь, и щелчок замка прозвучал как-то окончательно. Лоэн чувствовал себя неловко. Он быстро, почти испуганно, скользнул взглядом по новому взрослому — фиолетовые волосы, уставшие глаза, приветливое лицо — и тут же уставился в пол. — Здравствуйте. — пискнул он едва слышно, принимаясь стаскивать кроссовки. Носок зацепился за пятку, пришлось наклониться, и это дало возможность спрятать лицо. — Здравствуй, Лоэн. — кивнул Флинс, не переставая улыбаться. Улыбка у него была открытая, несмотря на усталость. — Иллуги! — крикнул он в глубину квартиры. — Гости пришли! Несколько секунд было тихо. Лоэн выпрямился, поставил кроссовки рядом с другими и поднял взгляд. Из коридора, ведя рукой по стене, вышел парень. Одного роста с Лоэном, растрёпанный, в домашних штанах и футболке с каким-то размытым принтом. Его бледно-голубые глаза скользнули по взрослым и тут же остановились на Лоэне. И в этот момент что-то произошло. Лоэн увидел, как глаза незнакомца буквально загораются. Иллуги шагнул вперёд, протянул руку и схватил гостя за ладонь. Кожа у него была тёплая, пальцы чуть влажные — видимо, волновался. — Я Иллуги. — представился он, глядя прямо в глаза. И тут же, без паузы, выдал: — Красивая родинка. Лоэн опешил. Никто никогда не говорил ему, что родинка под правым глазом — красивая. Обычно он её даже не замечал. Он растерянно посмотрел на лицо Иллуги и увидел такую же маленькую, едва заметную точку под левым глазом. — У тебя тоже. — вырвалось у него раньше, чем он успел подумать. И они оба замерли на секунду, словно зеркально отражая друг друга. А потом Иллуги, не отпуская руки, потянул Лоэна за собой. — Пойдём, я покажу тебе свои игры! У меня приставка есть, ты любишь приставку? Лоэн, всё ещё пребывая в лёгком ступоре от такого напора, позволил увести себя в комнату. Только на пороге он обернулся и бросил на отца короткий взгляд — удивлённый, но уже не такой хмурый. Взрослые остались в прихожей одни. Варка проводил взглядом сына и повернулся к Флинсу. В глазах читалось искреннее удивление. — Ого. — выдохнул он, присаживаясь на корточки, чтобы расшнуровать свои ботинки. — Они довольно быстро сдружились. Я ожидал, что Лоэн будет полчаса в углу отсиживаться и молчать, а тут вон как. — Ну, дети, что с них взять. — Флинс усмехнулся и махнул рукой в сторону кухни, приглашая гостя следовать за собой. — У них свои способы находить общий язык. Иногда проще, чем у нас, взрослых. Кухня оказалась маленькой, но удивительно уютной. Старый холодильник тихо гудел в углу, на подоконнике стояли два горшка с геранью, а на столе, покрытом клеёнкой в мелкий цветочек, дымился заварной чайник. Флинс жестом указал на стул и сам сел напротив. — Я купил сладкого и заварил чай. — он подвинул к Варке тарелку с печеньем и конфетами в ярких фантиках. — Надеюсь, ты не очень голодный, потому что кроме сладостей дома ничего нет. — Он слабо улыбнулся своей шутке, разливая кипяток по чашкам. Пар поднимался вверх, смешиваясь с ароматом трав. — Мы с Лоэном поели дома, не переживай. — Варка с удовольствием опустился на стул, чувствуя, как приятно расслабляются ноги после долгой дороги. Он вдохнул запах чая — что-то травяное, с нотками мяты и мелиссы. — Всё отлично. Спасибо. Флинс поставил чашки на стол, одну перед гостем, другую перед собой, и придвинул тарелку с печеньем поближе к Варке. Сам сел, обхватив свою чашку ладонями, словно греясь. — Рассказывай о себе. — предложил он, глядя на собеседника поверх кружки. Глаза у него были уставшие, с красными прожилками, но взгляд оставался живым и заинтересованным. Варка сделал глоток. Чай оказался на удивление вкусным — терпковатым, с лёгкой кислинкой и долгим травяным послевкусием. Он облизал губы, наслаждаясь. — Я в разводе, как ты знаешь. Есть сын, Лоэн. Занимаю должность генерала, но пока взял отпуск на месяц, чтобы решить, что делать дальше. — Он сделал ещё глоток. — А что насчёт тебя? Рассказывай. Флинс коротко рассмеялся — смех вышел хриплым, но искренним. — Ахаха, я тоже в разводе и тоже с сыном. — он качнул головой, словно находя в этом какую-то иронию судьбы. — Работаю ночным сторожем на кладбище. — Он выдержал паузу, наблюдая за реакцией. — Наверное, звучит жутко, но я правда не сатанист и не поклоняюсь тёмным силам. — он провёл рукой по волосам, убирая с лица пряди. В прошлом его часто чурались из-за внешности, нарекая то неформалом, то сектантом. Он привык к этому, но каждый раз приходилось оправдываться. Варка рассмеялся в ответ — открыто, добродушно. — Ты и не похож на сатаниста. Обычный уставший мужик, каких много. — Он откусил кусочек печенья. — Работа специфическая, но без работы сейчас никуда. — Отпуска у меня нет. — продолжил Флинс, тоже пригубив чай. — Поэтому через восемь часов у меня смена начинается. — Он зевнул, прикрыв рот ладонью, и виновато улыбнулся. — Прости, ночь была тяжёлая. Так о чём я? А, да. Мне тридцать восемь, а тебе? — Сорок два. — Варка внимательно посмотрел на собеседника. — Кстати, выглядишь гораздо моложе. Я бы дал тридцать два — тридцать три, не больше. — Ого, спасибо. — Флинс смущённо улыбнулся. — Ты тоже отлично выглядишь. Я думал, мы ровесники. — Он прикрыл глаза на пару секунд, надеясь, что они не слишком красные из-за хронического недосыпа. Чай приятно согревал изнутри, прогоняя остатки сонливости. На кухне повисла тихая, уютная пауза. Из комнаты, где закрылись мальчики, доносились приглушённые голоса. Похоже, они действительно нашли общий язык. Варка прислушался к этим звукам и почувствовал, как на душе становится спокойнее. Варка тоже не стал нарушать молчание. Он продолжал пить чай и есть сладости, с наслаждением чувствуя, как расслабляются зажатые мышцы. Вкус чая, простого домашнего уюта, присутствие другого человека, понимающего его ситуацию, — всего этого ему не хватало последние недели. Возможно, этот отпуск был нужен ему ещё очень давно, просто он не знал, как его провести. А теперь, кажется, судьба сама подкинула вариант. ~~~ Комната Иллуги оказалась именно такой, какой и должна быть комната подростка: небольшой беспорядок, плакаты на стенах, разбросанные носки в углу и заваленный книгами и тетрадями письменный стол. У окна стоял компьютерный стул, а у стены — кровать, застеленная тёмно-синим покрывалом с выцветшим рисунком. Именно на неё Иллуги и усадил нового знакомого, сам устроившись напротив в позе лотоса — ноги скрещены, колени расслабленно лежат на покрывале. Лоэн, в отличие от хозяина комнаты, чувствовал себя крайне неловко. Он сидел на краю кровати, словно на приёме у строгого директора: спина прямая, плечи напряжены, руки сложены на коленях, пальцы нервно теребят край джинс. Взгляд бегал по комнате, цепляясь за детали, лишь бы не смотреть на нового знакомого. Он пытался успокоиться, но сердце колотилось где-то в горле. Отец где-то там, на кухне, пьёт чай, а он здесь, в незнакомой комнате, с незнакомым парнем. — Ты ведь старше меня на год, да? — Иллуги склонил голову набок, рассматривая гостя с откровенным любопытством. Его бледно-голубые глаза, почти прозрачные, внимательно изучали лицо Лоэна, задерживаясь на родинке под правым глазом. Лоэн молча кивнул, не доверяя голосу. Он чувствовал себя мышью, за которой наблюдает кот. Иллуги дождался подтверждения и продолжил, внезапно понизив голос до заговорщического шёпота, словно собирался поведать величайшую тайну: — Получается... — он сделал драматическую паузу. — Ты уже занимался сексом? Лоэн почувствовал, как краска мгновенно заливает лицо. Сначала щёки, потом уши, затем шея — всё пылало, горело, словно его окунули в кипяток. Он дёрнулся, как от удара током, и резко отвернулся к окну, пряча лицо. — Н-нет! — выдохнул он, чувствуя, как горят кончики ушей. Из всех возможных вопросов, которые он ожидал услышать — про учёбу, про хобби, про музыку — этот был последним. Самым последним! Как можно вообще такое спрашивать при первой встрече?! — А хочешь? — Иллуги подался вперёд, хищно блестя глазами. Он нервно прикусил свои пухлые, чуть обветренные губы, и Лоэн заметил, как дрогнули пальцы, теребящие край футболки. Иллуги волновался, очень волновался. Так вышло, что друзей-ровесников у него практически не было. Разве что пара одноклассников, с которыми он перекидывался парой слов на переменах, но за пределами школы они не общались. А сам Иллуги недавно сделал для себя важное открытие: ему нравятся мальчики, а не девочки. И когда в дверях появился этот зажатый, смущающийся парень с красивой родинкой под глазом, Иллуги почувствовал что-то особенное. Интерес. Притяжение. Желание узнать его ближе. Гораздо ближе. — Наверное... — еле выговорил Лоэн, чувствуя, как предательский голос срывается на писк. Он слабо кивнул, словно тело говорило что-то иное, чем слова. Пальцы сильнее вцепились в джинсы. — Ты совсем не умеешь фильтровать речь, не так ли? — Умею! — Иллуги вдруг рассмеялся — звонко, открыто, совсем по-детски. Ему нравилось, как Лоэн смущается, как прячет взгляд, как краснеет до корней волос. Это было... мило. Очень мило. — Мне просто интересно узнать мнение старшего! Ты же опытнее! — Ну, допустим, хочу... — Лоэн всё ещё отводил взгляд, но голос зазвучал увереннее, словно он сам себя убеждал. — И это абсолютно нормально! Я растущий организм, мне должно хотеться подобного. У меня гормоны, вообще-то! — Он начал оправдываться, и от этого краснел ещё больше, попадая в замкнутый круг. Иллуги долго не думал. Он вообще был человеком действий, а не долгих размышлений. В следующий миг он уже прижал нового друга к кровати, ловко усевшись между разведённых ног Лоэна. Его бёдра плотно прижались к чужим бёдрам, руки упёрлись в матрас по обе стороны от головы гостя. — Хочешь сделать это вместе? — выдохнул он прямо в лицо Лоэну. Глаза горели решимостью, но в голосе слышалась мольба. — Я обещаю никому не расскажу! Ни одной живой душе! Иллуги положил руку на плоский живот Лоэна, чувствуя сквозь тонкую ткань рубашки, как напряжены мышцы. Пальцы чуть надавили, поглаживая, и от этого прикосновения по телу Лоэна словно разряд тока прошёл. — Н-но мы оба парни... — Лоэн затравленно смотрел на нависающего над ним Иллуги. Сердце колотилось где-то в горле, дыхание сбилось. — И я не хочу быть снизу! — выпалил он, но попыток отпихнуть Иллуги не сделал. Руки безвольно лежали вдоль тела, пальцы вцепились в покрывало. — И что? — Иллуги усмехнулся, качая головой. Русые пряди упали на лицо, пришлось мотнуть головой, отбрасывая их назад. — То, что мы парни, не запрещает нам заниматься сексом. Вообще ни капельки не запрещает! — Он ловко, словно делал это сотни раз, принялся расстёгивать джинсы парня под собой. Пуговица, молния — и вот уже пальцы касаются тёплой кожи через ткань боксеров. — А в следующий раз сверху будешь ты. Я уступлю, честно. Обещаю! Лоэн потерял дар речи на пару секунд. Воздух застрял в лёгких. Он смотрел в эти бледно-голубые глаза, горящие азартом и желанием, и чувствовал, как внутри поднимается что-то тёплое, тягучее, пугающее и манящее одновременно. А потом, словно его тело отделилось от разума, он сам приподнял бёдра, позволяя стянуть джинсы. Прохладный воздух комнаты коснулся оголённых ног. — Следующий раз?... — переспросил он, сглатывая. Голос прозвучал хрипло, незнакомо. — Ты хочешь снова сделать это? — Почему бы и нет? — Иллуги улыбнулся, и улыбка вышла почти нежной. — Тем более, ты милый. — Он наклонился ниже, почти касаясь губами губ Лоэна. Их дыхание смешалось. — А ты уже целовался? — Нет... — Лоэн понял, к чему всё идёт, и зажмурился. Ресницы затрепетали, как крылья бабочки. — Только не суй язык мне в рот... умоляю... — пискнул он, чувствуя, как горят щёки. — Да ну тебя! — Иллуги тихо засмеялся, но смех вышел с хрипотцой. — В поцелуях это самое горячее! Без языка вообще не поцелуй, а так, губами почмокать. Он тем временем окончательно избавил друга от штанов, стянув их вместе с носками и отбросив на пол. Опустил взгляд на длинные, стройные ноги Лоэна, и удовлетворённо хмыкнул. — Ты бреешь ноги! — заявил он тоном, не терпящим возражений. — Да ты стопроцентный гей! — Мне просто жарко с волосами! — воспротивился Лоэн, дёрнувшись, но Иллуги надавил на его бёдра, удерживая на месте. — Летом вообще кошмар, ноги потеют! И вообще, это гигиена! — Такие сладкие мальчики, как ты, не могут быть натуралами! — хихикнул Иллуги, ловко стаскивая с парня и кофту, оставляя его в одних боксерах. Теперь Лоэн лежал перед ним почти полностью обнажённый, и это зрелище заставляло сердце Иллуги биться быстрее. — По себе сужу! — добавил он, проводя ладонью по груди Лоэна, чувствуя, как под пальцами вздрагивают мышцы. Он опустил ладонь ниже, на пах Лоэна, и сжал ещё вялый, мягкий член через ткань боксеров. — А у тебя большой? — Ну... нормальный... — Лоэн судорожно вздохнул, чувствуя тепло чужой руки в таком интимном месте. Удивительно, но он не хотел, чтобы эту руку убирали. — А у тебя? Сопротивление исчезло. Подростковые гормоны, бушующие в крови, оказались сильнее его желания сохранить девственность, сильнее страха, сильнее смущения. Любопытство и разгорающееся желание взяли верх. — У меня двенадцать сантиметров. — с гордостью заявил Иллуги, не убирая руки. — Но мой член ещё вырастет! Он растёт до двадцати вообще-то. — Тогда и мой вырастет! — тут же добавил Лоэн, чувствуя неожиданный укол соперничества. — У меня пятнадцать... — уже более победно добавил он. Целых три сантиметра отрыва! Это не шутки. — Ого! — Иллуги уважительно присвистнул, чуть сильнее сжимая пальцы. — Круто! — Он убрал руку и принялся стаскивать с себя домашнюю футболку, потом штаны, оставшись в одних боксерах. — А ты хочешь прелюдии или что-то такое? — деловито осведомился он, кидая одежду на пол. Теперь они оба были почти голые, и воздух между ними словно наэлектризовался. — Нет... пока что не хочу... — отрицательно качнул головой Лоэн, не сводя глаз с фигуры Иллуги. У того было стройное, поджарое тело с едва наметившимися мышцами — обычный подросток. — А это будет больно? — Не-а. — уверенно ответил Иллуги, стягивая с парня последний барьер — боксеры. Лоэн наконец-то остался полностью голым, и Иллуги с интересом разглядывал его, заставляя того чувствовать себя неловко под этим откровенным взглядом. — Я как-то пытался растянуть себя пальцами, и это совсем не больно. Просто нужно аккуратно и медленно. — Он нахмурился, глядя на всё ещё вялый член Лоэна. — У тебя всё ещё не стоит... — как-то грустно подметил он, разочарованно глядя на безжизненную плоть. — Я очень нервничаю... — Лоэн тяжело выдохнул, запрокинув голову и уставившись в потолок, лишь бы не видеть, как его разглядывают. — К-конечно, он не встанет, дурак... Иллуги потянулся к подушке и с видом фокусника вытащил из-под неё небольшой тюбик смазки. Помахал им перед лицом Лоэна. — Прикинь, родители никогда не додумаются проверять под подушкой. — Он выдавил прозрачную, тягучую жидкость себе на пальцы. — Что угодно можно там спрятать! Хоть смазку, хоть чипсы! Лоэн не успел ответить — прохладный, скользкий палец коснулся самого чувствительного места, мягко надавил и протолкнулся внутрь. Лоэн забыл всё, что хотел сказать. Он вскрикнул, вцепившись в простыни так, что костяшки побелели, и зажмурился. Ощущение было странным, чужеродным, но не болезненным. — Э-это член?... — выдохнул он, боясь открыть глаза. Иллуги замер, на миг усомнившись в своих действиях. Опустил взгляд, убеждаясь, что всё делает правильно, и только потом ответил: — Нет, это палец. Ты чего... расслабься. Если будешь вот так сжиматься, я не смогу ничего сделать. Там мышцы, понимаешь? Дыши глубже. Лоэн кивнул, закусил губу и попытался думать о чём-то хорошем. О море. О лете. О чём угодно, лишь бы расслабиться. Он старался дышать глубже, чаще, и постепенно напряжение уходило. Иллуги терпеливо ждал, массируя изнутри, а когда почувствовал, что мышцы поддаются, протолкнул второй палец, аккуратно растягивая, разводя в стороны, как ножницами. — От тебя очень вкусно пахнет... — выдохнул Лоэн, даже не подумав, что говорит вслух. Слишком расслабился, слишком ушёл в ощущения. — Это смазка. — хихикнул Иллуги. — Она с запахом клубники. Я специально такую купил, чтобы не противно было. — Он вынул пальцы, решив, что достаточно подготовил партнёра. Той же рукой провёл несколько раз по своему напряжённому члену, щедро смазывая его. — Готов? Лоэн сглотнул, посмотрел в глаза напротив и кивнул. — Да, готов. Иллуги толкнулся вперёд. Медленно, осторожно, задавая темп бёдрами, чтобы войти до конца. Головка коснулась входа, надавила, и горячая, тугая плоть начала принимать его в себя. Перед глазами Иллуги словно звёздочки замелькали — это было гораздо приятнее, чем кулак или подушка. Гораздо, гораздо лучше. Живое тепло, живой человек под ним, живые ощущения. Он чувствовал, как внутри нарастает что-то горячее, готовое вот-вот взорваться. — Агхм... — первый стон сорвался с губ Лоэна. Он вывернулся, уткнувшись лицом в подушку Иллуги, вдыхая запах парня — смесь пота, дезодоранта и чего-то ещё, неуловимого, личного. — Давай поменяем позу. — предложил Иллуги, вынув член из парня. Тот жалобно всхлипнул от потери ощущений. Иллуги развернул его, поставив на четвереньки, и подтянул бёдра к себе. Теперь Лоэн стоял на коленях, уткнувшись лицом в подушку, и эта поза открывала Иллуги потрясающий вид. — Только не дёргай меня за волосы! — сразу предупредил Лоэн, поворачивая голову набок, чтобы видеть краем глаза. — Договорились. — выдохнул Иллуги, снова входя в него. Теперь движения стали смелее, ритмичнее. Туда-сюда. Туда-сюда. Бёдра хлопали по ягодицам, в комнате раздавались влажные звуки. И наконец он вошёл полностью — вся длина оказалась внутри. Иллуги замер, наслаждаясь ощущением, глядя на спину друга, на изгиб позвоночника, на то, как подрагивают лопатки. А потом не удержался и звонко шлёпнул Лоэна по правой ягодице. Ладонь оставила розовый след на бледной коже. — Ай! — вскрикнул Лоэн, дёрнувшись, но это только заставило Иллуги войти глубже. — Пообещай, — начал Иллуги, возобновляя движения, ударяясь бёдрами о мягкие ягодицы друга. — Что не будешь заниматься сексом ни с кем, кроме меня. — О-обещаю-ю! — простонал Лоэн, чувствуя, как каждое движение отзывается во всём теле сладкой, тягучей волной. Простыни скомкались в кулаках, дыхание сбилось, мир сузился до этих толчков, до этого жара, до этого парня сзади. Он и сам не понял, как так вышло, что через пятнадцать минут знакомства он лежит голый в чужой постели и позволяет делать с собой это. Но как же ему это нравилось... — Ещё! — выдохнул он, сам удивляясь своей смелости. — Пожалуйста, ещё! Иллуги только ускорился, чувствуя, как приближается кульминация. Всё было правильно. Всё было хорошо. И этот парень, этот милый, зажатый, краснеющий парень с родинкой под глазом, теперь принадлежал только ему. Он обещал. ~~~ Варка сидел за кухонным столом, лениво листая ленту телефона. Какой-то смешной ролик с котами, потом парень разбил яйцо о голову друга, потом женщина показывала лайфхак с огурцом. Обычная бессмысленная вечерняя пролистывашка, когда мозг уже устал, но рука сама тянется к экрану. Он машинально тянулся к печенью, откусывал маленькие кусочки, запивал остывающим чаем и снова скроллил. Тишина в квартире стояла уютная, почти домашняя, только изредка где-то за стеной соседи начинали долбить стену дрелью, и этот звук раздражал, выбивал из расслабленного состояния. Флинс сидел напротив, подперев щеку рукой. Сначала он ещё пытался поддерживать разговор, вставлял короткие фразы, но потом его веки начали тяжелеть, голова клониться, и вот он уже спал. По-настоящему, по-детски беззащитно: рот чуть приоткрыт, фиолетовые пряди упали на лицо, грудь равномерно вздымалась. Варка покосился на него и улыбнулся уголком губ. Будить не стал. По Флинсу с самого начала было видно, что он держится из последних сил, что глаза слипаются, а организм требует законного отдыха. Ночная смена, недосып, развод — всё это выматывает похлеще любой физической работы. Варка бы, конечно, предложил ему пойти прилечь в кровать, но он уже примерно понял, какой Флинс человек. Тот бы точно отказался, застеснялся, начал бы извиняться и стараться не спать ещё больше, только бы не показаться негостеприимным. Поэтому пусть спит. Так хоть немного отдохнёт. Варка снова уткнулся в телефон, но через минуту его внимание отвлекло то, что дрель наконец-то заткнулась. Он облегчённо выдохнул, радуясь, что закончилась эта главная боль вечера. Тишина обрушилась на уши благословенным покоем. И тут же он напрягся. Из-за стены, той самой, за которой только что сверлили, донеслись звуки. Сначала Варка не поверил своим ушам. Тихие, ритмичные постанывания. Потом отчётливый шлепок. Ещё один. И снова стон — приглушённый, но вполне различимый. Варка замер с чашкой в руке, не донеся её до рта. Он удивлённо уставился на стену. Неужто у Кирилла настолько громкие соседи, что их слышно аж на кухне, сквозь две стены? Но звук шёл не откуда-то издалека, а совсем близко, буквально из-за обоев. Он напряг память, вспоминая планировку квартиры. Если он правильно запомнил, когда они проходили в кухню, то за этой стеной не соседская квартира, а одна из комнат. Кажется, та самая, куда ушли мальчишки. Комната Иллуги...? Варка почувствовал, как внутри всё похолодело. Нет. Бред. Лоэн не стал бы заниматься таким. Его Лоэн — послушный мальчик, который любит уроки и компьютерные игры, который краснеет, когда при нём говорят про девочек, который ещё вчера, кажется, бегал во дворе с палкой, изображая рыцаря. Он бы ни за что не позволил себе прыгнуть в постель с первым встречным, с парнем, которого видит первый раз в жизни! Но звуки не прекращались. Наоборот, они становились громче, ритмичнее. Варка услышал отчётливое «быстрее!», произнесённое срывающимся голосом, и ему показалось, что он узнаёт этот голос. Сердце ухнуло куда-то вниз. В этот момент зашевелился Флинс. Он вздрогнул, проморгался, потирая глаза кулаками, и поднял мутный со сна взгляд на Варку. — Что за звук? — голос хриплый, спросонья. Флинс прислушался, и с каждой секундой его лицо вытягивалось всё больше. — Ты слышишь эти... — он не договорил, потому что из-за стены донеслось особенно громкое «Ах!», от которого оба взрослых синхронно вздрогнули. — Стоны? Ага. — Варка кивнул на стену, за которой происходило нечто, явно не предназначенное для родительских ушей. Голос у него сел, пришлось откашляться. — Там соседи, да? Не повезло с такими громкими... Флинс посмотрел на него так, словно Варка только что предложил выпрыгнуть в окно. — Там комната Иллуги. — выдохнул он, и глаза его стали размером с чайные блюдца. Широко раскрытые, неверящие, полные ужаса. Варка почувствовал, как пол уходит из-под ног. Он схватился за край стола, чтобы не упасть. — Чего? — переспросил он, надеясь, что ослышался. Но Флинс уже простонал в голос: — Господи... — Он уронил голову на сложенные на столе руки, пряча лицо. Плечи его поникли. — За что мне это... — глухо донеслось из-за локтей. — Жена ушла, сын там... — он не договорил, лишь мотнул головой, словно отгоняя страшные мысли. Из-за стены донеслось особенно ритмичное пошлёпывание и приглушённый вскрик. Варка сидел ни жив ни мёртв. В голове не укладывалось. Его Лоэн, его мальчик, который ещё недавно учился завязывать шнурки, который боялся темноты до десяти лет, который приносил из школы пятёрки и гордо показывал дневник — сейчас там, за стеной, с чужим парнем... Он не мог, просто не мог закончить эту мысль. — Я надеюсь, Лоэн сверху... — выдавил он, практически не дыша. Голос прозвучал глухо, словно издалека. В его глазах Лоэн всё ещё был малышом. Он помнил, как сын делал первые шаги, держась за его палец. Помнил, как у Лоэна выпал первый молочный зуб, и тот положил его под подушку, веря в зубную фею. Помнил, как водил его в первый класс за руку, и Лоэн сжимал его ладонь так крепко, словно боялся потеряться. А теперь... теперь он слышит, как его ребёнок вступает во взрослую жизнь. Совсем не так он представлял себе этот момент. — Мне плевать, кто сверху. — простонал Флинс, не поднимая головы. Голос звучал глухо, приглушённо. — Я надеюсь, они просто смотрят порно... или играют в игру, где такие звуки... что угодно, лишь бы не это. Иллуги же ещё совсем ребенок... ну какой ему секс? — Он поднял голову, провёл ладонями по лицу, словно пытаясь стереть с него реальность. В его глазах Иллуги всё ещё был тем малышом, который сидел у него на коленях и пытался самостоятельно есть ложкой, размазывая кашу по щекам. Тем, кто засыпал под его рассказы. Тем, кто бежал к нему обниматься, когда разбивал коленку. — Может, просто зайдём?.. — неуверенно предложил Варка, но в голосе не было решимости. Он и сам понимал, что это плохая идея. Флинс резко вскинул голову и уставился на него с ужасом. — Ты что? — зашипел он, понижая голос до шёпота. — Это же подростки! Они потом нас до конца жизни ненавидеть будут. Представляешь: мы врываемся, а они там... — он не договорил, лишь развёл руками, но этого было достаточно. Флинс встал из-за стола, отодвинув стул так резко, что тот противно скрипнул по линолеуму. Начал ходить по кухне — туда-сюда, как маятник. Руки то сжимались в кулаки, то разжимались. Лицо то бледнело, то краснело пятнами. — Нужно будет просто поговорить. — забормотал он, словно убеждая сам себя. — Они рано или поздно выйдут к нам. Мы им спокойно объясним, что так нельзя. Что они ещё маленькие... что надо подождать... что предохраняться надо... — Он запнулся на последнем слове и схватился за голову. — Господи, я не готов к этому разговору! — Да, да, точно. — закивал Варка, хватаясь за предложение, как утопающий за соломинку. Он даже улыбнулся — натянуто, неестественно, но хоть что-то. — Подождём. Поговорим. Всё объясним. Они оба прекрасно понимали, что никакого «спокойно объясним» не получится. Что это будет самый неловкий разговор в их жизни. Но другого выхода не было. Повисла тишина. Тягучая, неловкая, заполненная только звуками из-за стены. А звуки эти становились всё откровеннее. Ритмичные шлепки, сдавленные стоны, приглушённые восклицания. Иногда прорывалось отчётливое «быстрее!», иногда «тише, там родители!» — и от этих слов обоим взрослым хотелось провалиться сквозь землю. Варка смотрел в одну точку на стене, боясь встретиться взглядом с Флинсом. Флинс продолжал мерить шагами кухню, пиная ногой несуществующие препятствия. Чай на столе совсем остыл, печенье так и осталось недоеденным. Время тянулось бесконечно. Из-за стены донеслось особенно громкое, протяжное «да!», потом серия быстрых шлепков, и всё стихло. Взрослые замерли, прислушиваясь. Тишина. Только гул холодильника и собственное сбитое дыхание. — По-моему, всё. — прошептал Варка, чувствуя, как отчаянно колотится сердце. — По-моему, да. — так же шёпотом ответил Флинс, останавливаясь посреди кухни. Они переглянулись. В глазах друг друга читалось одно и то же: смесь ужаса, неловкости, отчаяния и — где-то глубоко — иронии судьбы. Два мужика, брошенные жёнами, встретились в суде, решили помочь друг другу с детьми, и в первый же день знакомства их сыновья... — Значит, теперь мы типа сваты? — вдруг выдал Флинс, и в голосе его проскользнули истерические нотки. Варка не выдержал. Он фыркнул, потом засмеялся — тихо, приглушённо, зажимая рот рукой, чтобы не привлечь внимание тех, за стеной. Флинс посмотрел на него, и его тоже прорвало. Они смеялись оба — беззвучно, трясясь от абсурдности ситуации, утирая выступившие слёзы. — Сваты, блин. — выдохнул Варка, отсмеявшись. — Кто бы мог подумать... Они снова переглянулись и снова едва сдержали смех. Из-за стены послышался приглушённый разговор — не разобрать слов, только интонации. Потом шаги. Скрип кровати. Взрослые мгновенно замерли, делая серьёзные лица. Флинс метнулся к столу и сел на своё место, схватив остывшую чашку. Варка уткнулся в телефон, делая вид, что всё это время читал что-то важное. Они ждали. Сердце колотилось где-то в горле. Сейчас откроется дверь, и выйдут ОНИ. И нужно будет смотреть им в глаза и делать вид, что ничего не слышали. Или не делать вид? Как вообще правильно поступать в таких ситуациях? Инструкции к подросткам не прилагалось. В прихожей послышались шаги. Дверь комнаты скрипнула...