Свет, который не греет

Воздух под куполом USJ мгновенно пропитался запахом озона и первобытного страха. Пока класс 1-А в оцепенении наблюдал за прибывающими из портала фигурами, Айзава-сенсей уже принял решение. — Тринадцать! Начинай эвакуацию! Попробуй связаться со школой! — рявкнул он, натягивая на глаза свои желтые очки. — Сенсей, а вы?! — выкрикнул Изуку, его голос дрожал от ужаса. — Вы собираетесь сражаться с ними в одиночку? Их же целая армия! Даже если вы сотрете их причуды... Ваш стиль боя основан на скрытности и внезапном захвате после нейтрализации сил противника. В открытом бою, против такого количества... — Герой не может ограничиваться лишь одной уловкой, — отрезал Айзава. Его взгляд на секунду зацепился за Хикари — бледную, едва стоящую на ногах, но не отрывающую глаз от врага. — Номер 13, я оставляю их на тебя! И он прыгнул. Словно черная лента, он скользнул вниз по лестнице, в самую гущу врагов. Битва внизу напоминала смертельный танец. Айзава двигался с невероятной скоростью. Трое злодеев с мутационными причудами бросились на него первыми, но их силы мгновенно испарились, едва сенсей взглянул на них. Его ленты-шарф взмыли в воздух, как живые змеи, обвивая шеи врагов и сталкивая их лбами. — Вперед! Убейте его! — вопили злодеи, но Сотриголова был неуловим. Он бил точно и жестко, используя инерцию самих нападавших. Сломанные руки, выбитые зубы, оглушенные тела — он прокладывал себе путь к лидеру с руками на лице, оставляя за собой гору поверженных врагов. Но на периферии этого хаоса возвышалась неподвижная, пугающая гора мускулов. Громила с обнаженным мозгом даже не шелохнулся, пока Айзава раскидывал мелкую сошку, и эта неподвижность была страшнее любого крика. На верхней платформе Хикари чувствовала, как мир вокруг неё начинает вибрировать. Её лихорадка не утихла — напротив, от адреналина свет внутри пульсировал с такой силой, что кости ныли, словно по ним пропускали ток. Она крепко обхватила себя руками, стараясь унять дрожь, которая сотрясала всё тело. Успокойся... Хикари, дыши... Герои здесь. Айзава-сенсей справится. Всемогущий скоро придет... — заклинала она себя, но её взгляд метался от сражающегося учителя к огромному черному порталу. В этот момент она заметила Мину. Всегда весёлая, неугомонная Ашидо сейчас стояла, сжав кулаки так сильно, что костяшки побелели. Её розовые плечи мелко подрагивали, а взгляд был прикован к злодеям внизу. Она старалась казаться храброй, не подавать виду, но Хикари видела — за этой маской скрывается такой же ледяной ужас, какой сейчас сковывал и её саму. Хикари непроизвольно протянула руку, желая коснуться плеча подруги, передать ей хоть немного того тепла, которое бушевало у неё в венах. Но она замерла в паре сантиметров от ткани костюма Мины. Она медленно опустила руку. Вместо этого Хикари сделала шаг вперед, перехватывая взгляд Ашидо. В её ярко-зелёных глазах, вопреки внутреннему шторму, зажглась холодная, стальная решимость, которую в неё годами вбивал отец. В этот момент она была похожа на Люмена больше, чем когда-либо, но это была не ярость, а обещание. — Мина, — твердо произнесла она, заставляя свой голос не дрожать. — Посмотри на меня. Ашидо вздрогнула и посмотрела. — Всё будет хорошо, — Хикари смотрела на неё серьёзно, почти властно. — Слышишь? Мы — студенты UA. Здесь лучшие герои. И никто здесь не умрёт. В этот момент за спинами ребят пространство начало искажаться. Черный туман, словно густая смола, начал подниматься прямо за их спинами, отрезая путь к выходу. — Какая трогательная уверенность, — пророкотал темный вихрь. — Но боюсь, у Символа Мира сегодня выходной... а у вас — последний урок. Черный туман мгновенно разросся, превращаясь в гигантскую стену, которая отрезала класс от выхода. Тринадацать попытался активировать свою «Черную дыру», но злодей действовал на опережение. ​— Я не позволю вам уйти. Мы — Лига Злодеев. И наше призвание — заставить Символ Мира испустить последний вздох. Но сначала... я разделю вас и подвергну мучениям, которых вы заслуживаете. В этот момент Бакуго и Киришима одновременно рванули вперед. Кацуки выставил ладони, создавая мощный направленный взрыв прямо в центр туманного существа. ​— Сдохни, туманный придурок! — Бакуго вместе с Киришимой бросились вперед, выбрасывая руки для атаки, но их взрывы и удары просто прошли сквозь эфирное тело врага. ​— Ваша самонадеянность похвальна, — спокойно произнес злодей, и тьма резко рванула вверх. Черная субстанция, начала стремительно разрастаться, обволакивая учеников. Хикари видела, как Тринадацать пытается активировать свою причуду, и как Бакуго с Киришимой бросаются в атаку, но всё это казалось бесполезным. — Вас всех разделят, будут пытать и убивать! — пророкотал голос из тьмы. Хикари лихорадочно пыталась найти лазейку, её руки вспыхнули ярким светом, когда она попыталась ударить по наступающей тени. Она надеялась, что фотоны её причуды смогут рассеять этот плотный мрак, но свет просто поглощался бездонной пустотой. Она чувствовала, как ледяные щупальца тумана касаются её кожи, вытягивая тепло и надежду. Она видела испуганные лица одноклассников, чувствовала, как пространство вокруг сжимается. Хикари ударила еще раз, вложив в этот выпад всю свою волю, но её кулак лишь провалился в вязкую, холодную нематериальность. Тьма была повсюду — она забивалась в легкие, ослепляла и лишала опоры. Сопротивление было бессмысленным: портал злодея был не просто препятствием, а неизбежностью, которая в следующее мгновение поглотила её целиком, вырывая из реальности USJ.

***

Тьма злодея выплюнула Хикари так же резко, как и поглотила. Секунду назад она чувствовала ледяную пустоту портала, а в следующее мгновение её легкие обжег раскаленный, сухой воздух, пропитанный запахом серы и паленой резины. Хикари рухнула не на мягкую землю, а на потрескавшийся асфальт, который буквально плавился под ногами. Она оказалась в Зоне Коллапса — воссозданном секторе города, пострадавшего от мощнейшего землетрясения и последовавших за ним пожаров. Вокруг неё возвышались скелеты многоэтажек, завалившихся друг на друга под неестественными углами. Из-за густого черного дыма небо казалось багровым, а видимость едва превышала несколько метров. Жар в Зоне Коллапса становился невыносимым, заставляя свет внутри Хикари пульсировать в такт болезненным ударам сердца. Опираясь на раскаленный обломок бетонной плиты, она пыталась привести мысли в порядок, пока гарь забивала легкие. Тишина... здесь слишком тихо, — пронеслось в её голове. Хикари лихорадочно оглядывала остовы горящих зданий. Но вокруг был только треск пламени. Рядом не было одноклассников — портал разбросал их слишком далеко друг от друга. Вероятнее всего, каждый из её одноклассников сейчас заброшен в одну из шести симуляционных зон USJ. Мина... она так дрожала. Как она справится одна, если попала в такое же адское место? — мысль о подруге отозвалась резким уколом вины за то, что Хикари не успела до неё дотронуться и поддержать. Если они здесь, чтобы убить номер один... то мы для них — просто расходный материал, на котором они будут оттачивать свои силы, пока ждут его. Она снова услышала скрежет за спиной. Теперь это было отчетливо: шаги нескольких человек. Злодеи в этой зоне явно не собирались ждать, пока она придет в себя после перемещения. Она резко обернулась, гарь забила легкие, когда из багрового дыма начали проступать силуэты. Они окружили её плотным кольцом, отрезая пути к отступлению среди руин многоэтажек. Хикари насчитала пятерых. Сквозь марево пожара она лихорадочно оценивала противников. Прямо перед ней возвышалась массивная фигура, чье телосложение напоминало гору неотесанного камня. Его руки, толщиной с бревна, были обвиты тяжелыми, ржавыми цепями, которые зловеще звякали при каждом движении. На лице застыла тупая, плотоядная ухмылка. Справа заходил невысокий, жилистый тип, чьи движения были неестественно дергаными. Из его пальцев торчали длинные, зазубренные когти, тускло поблескивающие в свете пожаров. Он двигался пригнувшись к земле, словно хищный зверь. Слева зазмеилась фигура с неестественно гибким телом. Её кожа была покрыта мелкой чешуей, а вместо волос на голове шевелились тонкие отростки. В руках она сжимала два длинных ножа. А сзади, перекрывая выход к обрушенному мосту, стояли двое поменьше. Один — худощавый, с причудой, похоже, связанной с выделением липкой слизи, так как его руки были покрыты дурно пахнущей субстанцией. Второй — крепко сбитый, с мутацией лица, напоминающей морду ящера. Хикари почувствовала, как страх, парализовавший её на лестнице USJ, отступает, сменяясь холодной, аналитической яростью. Эти злодеи не выглядели элитой. От них не исходило той концентрированной жажды крови, которую излучал лидер с руками на лице. По-видимому, это были наемники, мелкая сошка, собранная ради численного превосходства. Они неопытны. Двигаются хаотично, без плана. Думают, что числом задавят одну девчонку. Световая лихорадка всё ещё терзала её тело, но слова Айзавы-сенсея — «Герой не может ограничиваться лишь одной уловкой» — внезапно всплыли в памяти. Отец всегда учил её бить ослепительно и жестко, выжигая всё на своем пути. Но сейчас, в условиях истощения, это было бы самоубийством. Ей нужно было экономить энергию, действовать точечно и эффективно, как говорил Сотриголова. Хикари сделала глубокий вдох, пересиливая боль в мышцах. Вместо того чтобы позволить Белому Сиянию бесконтрольно выплеснуться наружу, она сосредоточилась на том, чтобы сжать энергию внутри себя. Она чувствовала, как солнечный импульс бьется под кожей, готовый взорваться, но силой воли удерживала его, превращая в узкий, концентрированный поток. Её ладони начали излучать мягкое, жемчужное сияние — её смешанный свет, стабильный и послушный. Первым бросился Громила с цепями, издав дикий рев. Он замахнулся огромным кулаком, рассчитывая раздавить её одним ударом. Хикари не стала встречать удар в лоб. Используя инерцию его собственной атаки, она резко скользнула вправо, уходя с линии огня. В ту же секунду она вскинула левую руку. Короткая, ослепительная вспышка, похожая на выстрел, — не для урона, а чтобы ослепить. Громила взвыл, закрывая глаза руками, и Хикари, не теряя ни мгновения, нанесла точный удар правой ладонью прямо в открытое солнечное сплетение. В этот удар она вложила сжатый импульс Белого Сияния. Энергия прошла сквозь его плоть, вызывая шок и паралич нервных окончаний. Огромное тело Громилы обмякло и рухнуло на плавящийся асфальт. — Ах ты, тварь! — Юркий с когтями метнулся к ней, целясь в шею. Хикари, ожидая этой атаки, резко присела. Когти пронеслись в сантиметрах над её головой. Она перехватила его запястье, чувствуя, как её ладони, все еще излучающие тепло от смешанного света, действуют как успокоительное, на мгновение сбивая его с толку. Используя его же вес, она резко дернула его на себя, заставляя врезаться в Женщину-змею, которая как раз готовилась нанести удар ножами со спины. Оба злодея спутались в клубок и покатились по земле. Хикари резко развернулась к двоим позади. Тот, что со слизью, попытался выстрелить в неё липкой субстанцией, но она была быстрее. Вскинув руки, она выпустила широкий, веерный луч света. Это было Белое Сияние в его чистом виде, но Хикари контролировала интенсивность, делая акцент на тепловом излучении. Раскаленный свет мгновенно высушил слизь прямо на лету, превращая её в безвредные хлопья. Слизень вскрикнул от неожиданности и боли — жар опалил его руки. Второй, ящероподобный, попытался протаранить её головой. Хикари, тяжело дыша, но удерживая контроль, отступила на шаг назад. Она сфокусировала свет в одной точке на обломке бетонной балки прямо над головой злодея. Световой луч, сжатый до предела, сработал как лазерный резак. Балка треснула и с грохотом рухнула вниз, погребая под собой ящера. Битва длилась не более тридцати секунд. Хикари стояла среди поверженных врагов, тяжело дыша. Её тело всё ещё сотрясала дрожь, а в голове царил хаос, но Белое Сияние внутри неё больше не бушевало. Оно было стабильным, сжатым, словно ядро звезды. Она послушала совет Айзавы. Она не выжгла всю энергию в один момент. Она действовала точечно, используя окружение и ошибки врагов. Хикари стояла среди тлеющих обломков Зоны Коллапса. Глядя на поверженных злодеев, Хикари осознала пугающую истину. Тот злодей не просто раскидал их по USJ — он стремился изолировать учеников друг от друга, чтобы подавить числом. Разделить и убить поодиночке... — эта мысль эхом отозвалась в её сознании. Оглядывая тех, с кем она только что расправилась, Хикари пришла к выводу, что большинство этих нападавших — обычная «шелуха». Это просто кучка отморозков, которые едва справляются с собственными причудами. Если Всемогущего нет, значит, мы — единственное, что стоит между этими монстрами и концом академии UA. Хикари медленно двинулась вперед. Она подошла к одному из поверженных злодеев — тому самому жилистому типу с когтями, который все еще пытался отползти в сторону. Хикари присела рядом с ним на корточки. На ее лице застыла вежливая, пугающе спокойная улыбка, которая совершенно не сочеталась с полыхающим вокруг адом. Несмотря на внутренний шторм и световую лихорадку, ее голос звучал чисто и ровно. — Знаешь, я очень стараюсь быть прилежной ученицей, — тихо произнесла она, глядя ему прямо в глаза. — И раз уж я хочу стать настоящим героем, мне бы очень хотелось избежать... скажем так, ужасных вещей. Крови, криков, долгих допросов. Это ведь так утомляет, правда? Злодей, чье лицо было испачкано сажей, оскалился, обнажая гнилые зубы. — Да пошла ты, мелкая дрянь! — выплюнул он, пытаясь замахнуться уцелевшей когтистой лапой. — Думаешь, посветила фонариком и стала крутой? Ты просто кусок мяса, который мы скормим Ному! Улыбка Хикари не дрогнула, но взгляд мгновенно заледенел. Прежде чем он успел закончить фразу, она перехватила его запястье. Она направила всю накопленную энергию Белого Сияния в одну точку — в нервные узлы его предплечья. Это не было ожогом. Это был чистый энергетический шок, прошивший тело злодея до самого позвоночника. — А-А-А-А-А! Прекрати! Убери руки! — истошно закричал он, выгибаясь на земле. Боль от концентрированного света была настолько острой, что он мгновенно потерял ориентацию в пространстве. Хикари отпустила его руку так же внезапно, как и схватила. Она снова выпрямилась, сохраняя ту же безмятежную улыбку, хотя кончики ее пальцев мелко подрагивали от напряжения. — Я же просила обойтись без этого, — вздохнула она, склонив голову набок. — Давай попробуем еще раз. Вы проделали огромную работу: украли расписание, собрали эту армию, пробрались в сердце UA. Вы явно не идиоты. Она сделала шаг ближе, и свет в ее глазах на мгновение вспыхнул ярче пламени вокруг. — Так в чем именно заключается ваш план? Как вы собираетесь убить Всемогущего? Что это за существо там, внизу? Злодей, тяжело дыша и всхлипывая от пережитого шока, задрожал. Он понял, что эта девочка гораздо опаснее, чем кажется на первый взгляд. Скорчившись на асфальте и прижимая к груди онемевшую руку, злодей заговорил прерывистым шепотом. Он был слишком напуган контрастом между её вежливой улыбкой и той острой, парализующей болью, которую она причинила. — Мы... мы не всё знаем, — прохрипел он, не смея поднять глаз. — Нас просто наняли. Но тот парень с руками... Шигараки... он сказал, что Ному — это идеальное оружие. Оно создано, чтобы выдержать 100% мощи Всемогущего. У него несколько причуд, понимаешь? Поглощение ударов, регенерация... Всемогущий просто расшибется об него, как об стену! Хикари почувствовала, как внутри всё похолодело. Поглощение ударов? Если это правда, то даже его невероятная сила может оказаться бесполезной. — Какой самый кратчайший путь к центру или другим зонам? — отрывисто спросила она, не давая ему прийти в себя. — Туда... — злодей махнул дрожащей рукой в сторону, где багровое зарево пожаров сменялось серыми контурами обломков. — Если пройдешь через технический тоннель под тем рухнувшим зданием, выйдешь прямиком к границе Зоны Руин. Это самый быстрый путь, чтобы не попасться на глаза другим. Хикари сорвалась с места. Она сконцентрировала Белое сияние в ступнях, используя импульсную отдачу света для реактивного ускорения. Каждое её движение сопровождалось коротким, мощным хлопком энергии, который толкал её вперед, позволяя перепрыгивать через завалы и проноситься сквозь завесу дыма. Световая лихорадка жгла её изнутри, но решимость была сильнее боли. Примерно через 10 минут бега на пределе возможностей, пейзаж резко сменился. Огонь остался позади, уступив место безмолвному кладбищу серых зданий. Она оказалась в Зоне Руин. Тишина этой зоны была обманчивой. Как только Хикари выскочила на открытое пространство между двумя полуразрушенными домами, из тени первого этажа на неё набросился злодей с причудой частичной трансформации в зверя. — Поймал! — взревел он, занося когтистую лапу. Хикари, чей адреналин зашкаливал, среагировала мгновенно. Она ушла в низкий перекат, чувствуя, как когти прорезают воздух над её головой, и, не вставая на колено, нанесла ответный удар ладонью прямо в челюсть противника, вложив в него ослепляющий разряд. Злодей отлетел, врезавшись в кирпичную кладку. Но она не учла одного. — Твоя очередь умирать, девчонка! — раздался голос прямо над ней. Второй злодей, скрывавшийся на козырьке здания, камнем падал вниз, выставив вперед зачарованное лезвие. Хикари была в неудобной позиции после броска, ноги заскользили по крошке бетона. Она понимала — увернуться она не успевает. Свет внутри неё протестующе вспыхнул, готовясь к последнему, отчаянному щиту. — СДОХНИ, МУСОР! — оглушительный рев перекрыл свист падающего злодея. Яркая, оранжевая вспышка на мгновение затмила всё вокруг. Мощная взрывная волна буквально смела нападавшего в воздухе, отшвырнув его на добрый десяток метров, где он рухнул без сознания. Среди дыма и искр, тяжело приземлившись на одно колено прямо перед Хикари, возник Кацуки Бакуго. Его ладони дымились, а на лице блуждал оскал, полный ярости и триумфа. Он медленно обернулся к Хикари, и на его лице заиграла та самая дерзкая, хищная ухмылка, полная превосходства. Хикари замерла, глядя на него снизу вверх. Её глаза расширились от искреннего изумления. Она привыкла полагаться только на себя — ведь ещё вчера отец холодным тоном вбивал ей в голову, что на поле боя ей никто не поможет и никто не прикроет спину. Помощь со стороны одноклассника, особенно такого взрывного, как Кацуки, была последним, чего она ожидала. — Спасибо, Кацуки... — тихо произнесла она, всё ещё приходя в себя от неожиданности. Бакуго лишь фыркнул, его ухмылка стала ещё шире, обнажая зубы. Он окинул её пренебрежительным взглядом, задерживаясь на дрожащих руках. — Если не можешь постоять за себя, так не лезь в пекло, — отрезал он, сложив руки на груди. — Ты просто слабачка, раз позволила этому мусору прыгнуть тебе на голову. Сидела бы в углу и не отсвечивала своей лампочкой. Оскорбление, которое должно было задеть её, разбилось о стену её спокойствия. Она выдержала его взгляд, не выказав ни капли обиды или злости. — Я бы всё равно нашла выход, Кацуки, даже если бы ты не появился, — спокойно ответила она, поправляя рукав формы. — А насчёт «не лезть»... сложно оставаться в стороне, когда злодеи сами липнут со всех сторон. Я не собираюсь сидеть на месте, пока другие могут быть в опасности. Бакуго лишь раздраженно дернул плечом, но в его глазах на мгновение промелькнуло нечто похожее на признание её упрямства. Хикари бросила быстрый взгляд на Бакуго, стараясь унять внутренний жар, который всё настойчивее напоминал о себе. — Здесь есть кто-то ещё из наших? — Только Дерьмоволосый где-то тут за углом околачивается! — огрызнулся Кацуки, раздраженно встряхивая кистями рук. — Наверняка наткнулся на кучку слабаков и застрял! В ту же секунду из-за ближайшего полуразрушенного здания донесся оглушительный грохот падающих балок и победный клич. Не сговариваясь, Хикари и Бакуго сорвались с места. Хикари использовала короткие световые импульсы в стопах, чтобы не отставать от взрывных прыжков Кацуки. Вылетев на небольшую площадь, они увидели Эйджиро Киришиму. Он стоял в самом центре круга из семи или восьми злодеев. Его кожа была полностью покрыта твердой, как скала, броней, а на лице сияла широкая, бесстрашная улыбка. Он только что отправил в полет одного из нападавших мощным ударом плеча. Заметив друзей, Киришима на мгновение просиял ещё ярче. — О, Хикари! Рад, что ты цела! — он весело помахал рукой Хикари, совершенно игнорируя хаос вокруг. В этот момент один из злодеев с длинным костяным лезвием вместо руки извернулся и нанес резкий удар Киришиме в незащищенный бок. Лезвие свистнуло в сантиметрах от него, но прежде чем враг успел коснуться Эйджиро, Бакуго буквально впечатался в него со стороны. — КАКОГО ХЕРА ТЫ ОТВЛЕКАЕШЬСЯ, ДЕБИЛ?! — проорал Бакуго, в упор подрывая злодея мощной вспышкой. Киришима лишь весело рассмеялся, снова активируя «Укрепление» на максимум. — Да ладно тебе, Бакуго! Я знал, что вы прикроете! Хикари плавно скользнула в самую гущу боя. Когда двое злодеев попытались зажать её в клещи, она не стала ждать. — Белое Сияние: Сжатый Импульс! — негромко произнесла она. Вместо ослепляющей сферы, она выпустила тонкие, как иглы, лучи света из кончиков пальцев. Эти иглы ударили точно в сочленения доспехов одного из нападавших, вызывая мгновенный болевой шок. Пока тот падал, Хикари резко развернулась на каблуках, её тело окутал мягкий жемчужный ореол. Она перехватила руку второго злодея, и в момент контакта произошел контролируемый тепловой выброс. Злодей вскрикнул, отпрянув с обожженным предплечьем. Рядом Бакуго создавал настоящий ад, используя цепные взрывы, чтобы дезориентировать толпу. Киришима же работал как нерушимый таран, принимая на себя самые тяжелые удары и отвечая сокрушительными выпадами. Хикари двигалась между ними как живая молния. Она видела каждую брешь в обороне врага. Когда на Киришиму со спины прыгнул злодей с причудой парализующего плевка, Хикари вскинула руку. Короткая, яркая вспышка прямо перед глазами врага заставила его промахнуться и врезаться в каменную стену. — Отличная работа, Хикари! — крикнул Киришима, разбивая очередную преграду. Она не ответила, лишь сосредоточенно кивнула. Световая лихорадка пульсировала в висках, но видя, как слаженно работают её одноклассники, Хикари впервые почувствовала: слова отца о том, что ей никто не поможет, были ошибочными. Казалось, что здесь, в этом хаосе, они были единым механизмом. Когда последний злодей в Зоне Руин рухнул на землю, пыль начала медленно оседать на обломки зданий. Киришима, чей боевой азарт еще не угас, широко улыбнулся и, не скрывая восторга, притянул Хикари и Кацуки к себе, по-дружески приобнимая их за плечи с обеих сторон. — Мы сработали просто супер! — воскликнул он, сияя от гордости за их слаженность. — Настоящая мужская командная работа! Хикари замерла, чувствуя тепло руки Эйджиро на своем плече. В голове пронеслась растерянная мысль: «Наверное, у героев так принято проявлять поддержку, а я просто не знала об этом...» Она не отстранилась, но стояла совершенно неподвижно, широко открытыми глазами глядя перед собой. Кацуки же отреагировал мгновенно. — ОТВАЛИ ОТ МЕНЯ, ДЕРЬМОВОЛОСЫЙ! — взревел он, извиваясь и пытаясь сбросить руку Киришимы. — Живо убери свои клешни, пока я не превратил их в уголь! Сдохни! Когда Киришима, посмеиваясь, наконец отпустил их, и обстановка немного разрядилась, он посерьезнел. — Ладно, ребята. Какой у нас дальше план? Бакуго хищно ухмыльнулся, выбивая искры из ладоней. — План? Я просто взорву каждого ублюдка, который посмеет встать у меня на пути, пока мы не доберемся до главного. — Подождите, — Хикари сделала шаг вперед, её голос звучал отрывисто. — Злодей в Зоне Коллапса проговорился. Их цель — Всемогущий. Они создали какое-то существо по имени Ному, специально чтобы убить Символ Мира. Похоже, оно может поглощать удары. Киришима нахмурился, осознавая масштаб угрозы. — Если это так, то Айзава-сенсей в огромной беде в центре площади. Слушайте, давайте допросим вон того типа, — он указал на злодея, который всё еще валялся в сознании неподалеку. — Пусть скажет кратчайший путь к учителю, чтобы мы не плутали в этих руинах. Бакуго, услышав о сильном противнике и возможности поскорее вступить в настоящую драку, предвкушающе оскалился. — Без проблем. Я выбью из него направление за секунду, — он с азартом направился к поверженному врагу, а в его глазах вспыхнул опасный огонек. Кацуки не собирался тратить время на вежливость. Он навис над ним, и от его ладоней начал исходить едкий запах нитроглицерина, смешанный с угрожающим потрескиванием. — Слушай сюда, кусок дерьма! — прорычал Бакуго, схватив бедолагу за воротник и притянув его лицо почти вплотную к своему. — Ты сейчас выложишь мне всё: где ваш главный, какой путь к центру самый быстрый и как прикончить ту тварь, о которой болтала Искристая! Злодей задрожал, глядя в полные ярости алые глаза Кацуки. — Я... я не знаю... мы просто... — заикаясь, начал он. — ОШИБОЧНЫЙ ОТВЕТ! — Бакуго произвел небольшой, но оглушительный взрыв прямо перед носом врага, обдав того искрами. — Если я еще раз услышу «не знаю», я поджарю тебя так, что твоя собственная мамаша тебя не узнает! ГОВОРИ, ЖИВО! Пока Бакуго «проводил допрос», Хикари подошла к Киришиме. Она заметила, что на его предплечьях, там, где броня «Укрепления» на мгновение дала слабину под градом ударов, виднелись довольно глубокие порезы. Кровь проступала сквозь лохмотья его геройского костюма. — Эйджиро, постой, — мягко окликнула его Хикари. — У тебя раны. Позволь мне помочь. Киришима удивленно посмотрел на свои руки, словно только сейчас заметив повреждения. — А, это? Да ерунда, Хикари! Обычные царапины, это же по-мужски! — он попытался отмахнуться с привычной улыбкой, но поморщился, когда попытался сжать кулак. — Глубокие раны — это не «по-мужски», это риск занести инфекцию или потерять скорость в бою, — Хикари подошла ближе, игнорируя его протесты. — Отец говорит, что герой должен быть в идеальной форме. Дай руку. Она осторожно коснулась его предплечья. В этот раз она не сжимала свет, а позволила ему течь плавно и мягко. Из её ладоней разлилось теплое, золотисто-белое сияние. Киришима завороженно наблюдал, как края рваных ран начинают стягиваться, а боль сменяется приятным покалыванием. — Ого... — прошептал Эйджиро, чувствуя, как силы возвращаются к нему. — Твоя причуда... она такая теплая. Спасибо, Хикари! Теперь я точно готов всыпать этим злодеям по первое число! Хикари лишь едва заметно улыбнулась, хотя легкая бледность выдавала её усталость. — ЭЙ, ВЫ ДВОЕ! — крикнул Бакуго, отшвыривая окончательно запуганного злодея в сторону. — Хватит миловаться! Эта шелуха сказала, что за тем тоннелем — прямая дорога к площади. Погнали, пока Айзава не растерзал их всех без нас! Они бежали тоннелю, который вел прямиком к Центральной площади. Киришима, чей порез на руке уже полностью затянулся, не переставал бросать на Хикари любопытные взгляды. — Слушай, Хикари, — тяжело дыша, начал он. — То, что ты сейчас сделала... Это ведь не просто часть твоего света, да? Это как будто совсем другая особенность. — Это и есть моя вторая причуда, Эйджиро, — ответила она, стараясь сохранять ровный темп бега. Киришима чуть не споткнулся от неожиданности. Его глаза округлились. — Вторая?! Серьезно? Ничего себе! Я и не знал, что у тебя их две... Это же нереально круто, прямо как у Тодороки! Хикари едва заметно улыбнулась, глядя под ноги. — Она досталась мне от мамы. С её помощью я могу быстро затягивать порезы, царапины или лечить ожоги. Но... — она на мгновение замялась. — Если дело касается переломов или действительно серьезных повреждений внутренних органов, одной её силы мало. Приходится смешивать обе причуды, создавая резонанс. Киришима выглядел так, будто услышал о восьмом чуде света. — Обалдеть... Смешивать две разные силы? Как ты вообще додумалась до такой сложной механики? Это же какой контроль нужен! Хикари почувствовала, как к щекам приливает жар. Она неловко отвела взгляд в сторону темных труб тоннеля. Не говорить же ему, что она специально наносила себе травмы и даже ломала мелкие кости, чтобы на практике проверить, при какой частоте светового импульса костная ткань срастается быстрее. Она была собственным подопытным кроликом. Бакуго, бежавший чуть впереди, даже не обернулся, но по тому, как он на мгновение сбавил шаг, было ясно — он впитывает каждое слово. Его привычная ухмылка на секунду исчезла, сменившись выражением сосредоточенного анализа. Он явно не ожидал, что у неё есть такой скрытый козырь. — А... — Киришима на секунду замолчал, обдумывая масштаб её силы. — А как насчет чего-то совсем масштабного? Ну, ты понимаешь... Смогла бы ты воскресить кого-то? Или вылечить того, кто уже буквально одной ногой в могиле? Хикари почувствовала, как внутри всё сжалось от этого вопроса. — Я не знаю, — честно ответила она, и её голос прозвучал тише. — Я никогда не пробовала заходить так далеко. Но даже если это теоретически возможно... цена будет огромной. Чтобы вернуть кого-то с того света, мне наверняка придется отдать почти все свои силы. А может, и больше. Тоннель закончился, и впереди появился яркий свет выхода на Центральную площадь. — ХВАТИТ ТРЕПАТЬСЯ! — рявкнул Бакуго, вылетая из проема первым. Хикари выбежала следом за ним и замерла. То, что они увидели внизу, у фонтана, заставило их сердца пропустить удар. Перед ними открылась картина истинного отчаяния. Всемогущий, израненный и истощенный, был прижат к земле Ному, в то время как чёрный туман пытался сомкнуть свои порталы, чтобы разорвать тело Символа Мира пополам. Неподалеку на земле лежал учитель Айзава — его лицо было разбито, а руки неестественно вывернуты. — Вы только посмотрите на это... — прошептал Киришима, его кулаки непроизвольно затвердели. — Учитель Айзава... Всемогущий... Это не просто драка, они всерьез собираются их прикончить! — Это чудовище... оно создано, чтобы сдерживать его. Если мы не вмешаемся прямо сейчас, всё будет кончено, — голос Хикари дрогнул, когда она увидела состояние Сотриголовы. Бакуго не стал дослушивать. Его алые глаза вспыхнули неистовой яростью, а от ладоней повалил густой дым. — Заткнитесь и смотрите! — рявкнул он, оскалившись в своей самой безумной улыбке. — Больше никаких штучек-дрючек! Я разнесу это облако газов в клочья! Не дожидаясь команды и не заботясь о тактике, Бакуго первым ринулся в самый эпицентр ада. Используя мощнейшие взрывные импульсы, он пролетел над площадью, словно пушечное ядро. Его целью был не Ному, а чёрный туман — он понял, что именно порталы злодея представляют главную угрозу для скованного Всемогущего. — ВАЛИ С ДОРОГИ, ДЕКУ! — проорал Кацуки, проносясь мимо ошеломленного Мидории. С оглушительным взрывом он обрушился на материальное тело злодея, впечатывая его в бетонную плиту и прерывая активацию портала. В ту же секунду ледяная стена Тодороки вырвалась из земли, замораживая правую сторону Ному и давая Всемогущему шанс вырваться из смертельного захвата. Вслед за Бакуго, не раздумывая, в гущу сражения бросился и Киришима. Хикари рванулась было за ними, но внезапно замерла, пригвожденная к месту ледяным ужасом. Аура, исходящая от Ному и главаря злодеев, была настолько тяжелой и противоестественной, что воздух казался осязаемым. Силы девушки были почти на исходе; световая лихорадка и недавнее лечение Киришимы истощили её резервы до предела. Она видела, как Кацуки прижал тёмного злодея к земле, и как лед Тодороки сковал монстра. Но вскоре, в этом хаосе Хикари заметила, как Изуку сорвался с места и на полной скорости побежал прямо к главному злодею, дабы спасти Всемогущего. Какой же он глупый идиот... он же убьет его! — пронеслось в её голове. Она лихорадочно пыталась придумать план, просчитать траектории, но разум отказывался слушать. Когда злодей, чьи глаза безумно горели сквозь пальцы отрубленной руки на лице, протянул свою ладонь к лицу Изуку, тело Хикари сработало раньше мысли. Забыв о боли и усталости, она буквально взорвалась световым импульсом. Хикари подлетела к ним в ослепительной вспышке и, не целясь, выпустила поток чистого Белого Сияния издалека. Луч света обжег кисть злодея в миллиметрах от лица Мидории, заставив того на мгновение отпрянуть от неожиданности. Не теряя ни секунды, Хикари схватила Изуку за шкирку и, вложив всю оставшуюся инерцию в бросок, оттолкнула его в сторону. Они оба повалились на бетон, тяжело дыша и поднимая облако пыли. Злодей медленно перевел взгляд на новую помеху. Его рука, задетая светом, дымилась, а единственный видимый глаз сузился, фокусируясь на Хикари с нескрываемой, болезненной ненавистью. — Опять... ещё одна... — прохрипел он, и его голос звучал как скрежет металла по стеклу. — Вы, героические детишки, так любите мешаться под ногами. Ты... ты только что испортила мне момент расправы. Пыль еще не успела осесть после падения, когда Хикари, пошатываясь, поднялась на ноги. Мидория мгновенно вскочил, заслоняя её собой; его тело била дрожь, но во взгляде читалась отчаянная решимость. Злодей стоял в нескольких шагах от них, почесывая шею и глядя на них с той самой аурой разложения, от которой по коже пробегал мороз. — А-а-а... как же вы все надоели... — прошипел Шигараки, фиксируя взгляд на Хикари. — Я просто сотру вас обоих... Хикари чувствовала, как световая лихорадка разрывает её изнутри. Каждая клетка тела кричала от боли, а перед глазами плыли черные пятна. Но, несмотря на истощение, она начала концентрировать остатки энергии в ладонях. Она знала: если она не ударит сейчас, злодей просто распылит их. Она собиралась выплеснуть всё «Белое сияние» до последней капли, даже если это означало потерю сознания или что-то похуже. Злодей сделал резкий рывок вперед, протягивая руку с растопыренными пальцами — пять касаний, и всё закончится. Мидория приготовился к удару, а руки Хикари вспыхнули ярким, светом... БА-БАХ! Оглушительный грохот выстрела разорвал воздух USJ. Пуля впилась в землю прямо перед ногами Шигараки, заставив его отпрянуть. В следующую секунду вершину парадной лестницы залил яркий солнечный свет, и на ней возникли те, кого так долго ждали. Это была армия спасения — профессиональные герои, которых привел за собой Иида Тенья. — ЗАДАНИЕ ВЫПОЛНЕНО! — прозвучал громовой голос Ииды, стоявшего во главе отряда. — Староста класса 1-А вернулся с подкреплением! Хикари завороженно смотрела вверх, чувствуя, как напряжение медленно отпускает её тело. Она обессиленно опустилась на колени прямо на бетон. Свет в её руках погас, сменившись едва заметным жемчужным дымком. Мидория обернулся к ней, его лицо было залито слезами облегчения. Они выжили. Профессионалы прибыли, и USJ перестал быть кладбищем для первокурсников. ​— А-а-а-а, они пришли! Для нас это конец игры! — вопил Шигараки, когда пули Снайпера начали находить свои цели. — Опять планировать с чистого листа! Эй, Черный Туман... — прохрипел лидер Лиги, понимая, что их силы слишком малы против прибывших профессионалов. Чёрный туман, понимая, что его тело — единственный путь к отступлению, начал быстро расширять портал, поглощая раненого Шигараки. Несмотря на попытки героев их задержать, злодеи начали растворяться в черном тумане. И перед тем как окончательно исчезнуть, Шигараки бросил полный ненависти взгляд на Всемогущего и учеников, пообещав скорую расправу над Символом Мира. Хикари, наблюдая за этим, чувствовала, как световая лихорадка наконец начинает отступать, сменяясь полным истощением. Она видела, как профессионалы берут ситуацию под контроль, и поняла, что их первый настоящий урок выживания подошел к концу. Но отдых был недолгим. Перед глазами всплыл образ изломанного тела учителя, лежащего в луже крови. Хикари с трудом подняла голову, лихорадочно выискивая взглядом то место у фонтана, где в последний раз видела Сотриголову. — Хикари! Ты как? Жива? — раздался над ухом сорванный голос Изуку. — Всё... в порядке, — через силу выдавила она, стараясь, чтобы голос не слишком сильно дрожал. Услышав ответ, Изуку, чье лицо было серым от шока и боли в сломанных ногах, бросился в сторону Всемогущего. Хикари проводила его взглядом. Ей же нужно было добраться до другой цели. В этот момент к ней подошли Бакуго, Киришима и Тодороки. Они выглядели потрепанными, но стояли твердо, в отличие от неё. Киришима, заметив удаляющуюся фигуру Мидории, недоуменно нахмурился. — Эй, Хикари, а куда это Мидория так припустил? — спросил Эйджиро, переводя взгляд с неё на одноклассника. Хикари ничего не ответила. У неё просто не было сил на объяснения. Она лишь подняла слабую руку, указывая в сторону Айзавы. — Пожалуйста... отнесите меня к учителю, — тихо попросила она. Кацуки, который до этого молча наблюдал за ней, внезапно замер. В его голове всплыли её слова в тоннеле — о маминой причуде исцеления и о том опасном «резонансе», который она создает, смешивая силы. Глядя на её бледное лицо и подкашивающиеся ноги, он мгновенно осознал, что эта Искристая собирается сделать. Она едва дышала, но рвалась лечить того, кто пострадал сильнее всех. Бакуго не стал ворчать или оскорблять её. Молча, с резким, но уверенным движением, он подхватил её, закидывая её руку себе на плечо, чтобы она могла опереться на него всем весом. В его мыслях бился один вопрос: зачем? Зачем она так изводит себя? Хикари и сама не знала ответа. Глядя на свои дрожащие ладони, она понимала, что ей до смерти не нравится всё это: этот тесный костюм, этот запах гари, необходимость сражаться и чувствовать чужую боль. Она никогда не мечтала о славе героя. Но когда она закрывала глаза, то видела, как Айзава-сенсей, несмотря на превосходящие силы врага, бросился в толпу, чтобы защитить их всех. Он почти пожертвовал собой ради того, чтобы они остались живы. Она просто обязана помочь ему. Когда Бакуго довел её до израненного учителя, Хикари едва слышно прошептала: — Спасибо, Кацуки. Хикари опустилась на окровавленный бетон рядом с учителем, и окружающий мир для неё перестал существовать. Она едва чувствовала холод камня, полностью сосредоточившись на остатках энергии, пульсирующей в её венах. Она протянула дрожащие ладони к лицу Айзавы-сенсея. Свет струился мягким, жемчужно-золотистым потоком, обтекая рваные раны и раздробленные кости. Бакуго, а также подбежавшие Киришима и Тодороки стояли чуть поодаль, не в силах отвести взгляд. Это зрелище было пугающе красивым: среди серой пыли и гари USJ тонкая фигура девушки казалась единственным источником чистоты, а сияние её причуды мягко подсвечивало суровые лица парней, застывших в немом благоговении. В этот момент к ним поспешили Полночь и Снайпер, намереваясь оказать учителю первую помощь. Но, увидев ребят и окутанного сиянием Айзаву, они замерли. — Что здесь происходит? — резко спросил Снайпер. — Она лечит его! — быстро объяснил Киришима, преграждая путь героям. — У неё две причуды, она знает, что делает. Просто не мешайте ей! Хикари не слышала их. В её голове была лишь одна отчаянная молитва: Пожалуйста, пусть всё получится. Она закрыла свои глаза, чувствуя, как световая лихорадка достигает пика, обжигая внутренности. Она начала смешивать Белое сияние с материнской исцеляющей силой, создавая тот самый резонанс, который проникал глубоко под кожу, восстанавливая нервные окончания и стягивая края страшных ран на глазницах. Постепенно тяжелое, прерывистое дыхание Айзавы выровнялось. Напряжение, сковывавшее его изломанное тело, медленно уходило, и учитель наконец полностью расслабился под теплом её рук. Когда последние искры жемчужного света растаяли в воздухе, ребята синхронно склонились над учителем. Тодороки первым заметил невероятное: там, где еще несколько минут назад были глубокие борозды и разрывы, теперь была гладкая кожа. Шрамы исчезли, словно их никогда и не было. Кацуки медленно перевел взгляд на Хикари. В его глазах, обычно полных ярости или высокомерия, теперь читалось ничем не прикрытое удивление и тень странного уважения. Хикари, почувствовав его взгляд, с огромным трудом повернула голову к нему. Её лицо было бледнее мела, а по виску стекала капля пота, но на губах заиграла слабая, торжествующая улыбка. — У меня... получилось, — едва слышно прошептала она, глядя прямо в алые глаза Бакуго. В следующую секунду свет в её собственных глазах окончательно погас. Тело Хикари обмякло, и она без чувств повалилась вперед. Она отдала всё до последнего атома.