Поверь мне

– Модди! МОДДИ СЛЫШИШЬ!? – вопил Алфедов через решётку в двери палаты – если ты сейчас не явишься, я выломаю эту дверь! Вещи забрали, проволокли сюда против воли, так ещё и отпускать не хотят. Что за чёрт... Перспектива оставаться в дурке была крайне скверной. Но даже шанса на побег нету, уж слишком сильно строитель продумал здание. Козёл Модди, к чёрту его! От злости ни в чём неповинный стул полетел пинком в стену. Алф выглядел крайне недовольным, нет, откровенно говоря разъярённым, ему было некомфортно от осознания, что он не в симуляции, а где-то среди фальшивых друзей. Плана как выбираться нету, за ним следят камеры, к тому же иногда ходит уборщик. Так ещё и забрали вещи, которые могли подсобить в побеге. Перерыв комнату, ни одной полезной вещи или инструмента найдено не было. Он заперт.....кажется надолго.

***

Где-то с неделю снеговик привыкал к новому темпу жизни. Пытался как-то себя занять, принял ту участь, что ему надо пройти лечение. Вроде как оно помогало, а вроде и хуже делало. Приступы паники, галлюцинации и кошмары участились от пребывания в этом месте. Скушно было до невозможности. Одно радовало, редкие появления "друзей" в этой злополучной дурке спустя пару дней.

***

Алфедов переминался с ноги на ногу, смотря через решётку на Джаста и Секби, он всё ещё не верил им, но отчего-то хотелось разговаривать с ненастоящими друзьями. Вероятнее от той самой скуки. Только вот не с тем, кто его принёс сюда. Возможно, лечение хоть понемногу, но помогает. – Ну что Алф, как ты тут? – начал Ящеролюд, слегка хмыкнув в привычной для себя манере. – Н..нормально, Модди сегодня сказал, что я смогу выйти и прогуляться на улице, под его присмотром – отводя глазки говорит тот. Злость на поступок Чёрта ещё кипела, ведь он его сюда припёр, а сейчас ходит как ни в чём не бывало. Так что снежный почти и не смотрел на него. – О ну это отлично, хорошей прогулки, будете только ты и Модди? – Да, он сказал, никого не будет брать с нами – выдохнул Алф. Он знал, это будет его шанс попробовать сбежать. Секби было ещё хотел что-то спросить, но его окликнули с первого этажа. Эх, этот карта‌вый голосок всем был давно знаком. И отчего-то он часто появлялся в месте, где был Ящер. – Секби! Ты тут? Пошли, мне помощь нужна. Надо там одну хер'ню сделать! – с нижнего этажа кричал Клеш – О Неодаптер...что опять? – хвостатый закатил глаза – ладно ребят...я пойду, Алф выздоравливай. – Секбиииии! – завыл Рейк снизу – Да иду я! – Секби быстро удалился с места встречи, оставив Джаста и Алфа один на один. Рогатый сделал шаг, а снеговик сразу нахмурился и отошёл от решётчатого окошка, не проявляя никакого интереса. Приблизился к окну и стал смотреть куда то за стекло. Чёрту пришлось подойти к самой двери, чтобы нормально разговаривать. – Алф.....пожалуйста поговори со мной – выглядел он жалко, почти умолял. Тишина, никто ему не ответил и даже не повернулся посмотреть в его сторону. – снежок....прошу... – не называй меня так.... – тихо произнёс Алф, белые пальцы сжались на подоконнике. – ч...что? Я не расслышал – осторожно переспросил парень. – Не называй меня так! – снеговик развернулся так резко, что чуть не упал – у фальшивки нет права так называть меня! Как ножом по сердцу... вот что ощутил от этих слов чёрт. Он снова не тот, снова фальшь и замена. Но почему?...что он не так делает? – Алф...я... – замялся тот, стараясь быть осторожным – почему ты не веришь мне? – потому что Джаст...которого я любил давно мёртв... Рогатый отшатнулся от двери. Что он несёт? Вновь бредит, кажется. Чёрт сжал кулаки и вновь сделал шаг к двери. – разве есть другой я? – тёмный хвост нервно метнулся в сторону. – не другой ты, а настоящий ты... тот который... – голубоглазый на секунду замолчал, сделал глубокий вдох и на выдохе продолжил – тот который замёрз. Сердце больно кольнуло, воспоминания о страшной трагедии вновь мелькали перед глазами. Правая рука сжала край рубашки, пытаясь унять начинающуюся дрожь. – Алф...подойди, слышишь? Давай, иди сюда – рогатый сунул руку через решётку в двери, подзывая к себе снежного. Не было никакой уверенности в чужих действиях, и голубоглазый смотрел на протянутую ладонь, как на паука, засевшего в углу, настороженно. Но после, в пару неуверенных шагов, Алфедов встал перед сероглазым. – дай руку – тёмные пальцы дёрнулись, прося взяться за неё. Поколебавшись пару минут, снеговик неуверенно вложил свою руку в чужую. Хвостатый улыбнулся и приложил прохладные пальцы и ладонь к своему лицу. Так он хотел показать, что в замёрзших и мёртвых явно нет жизни и они холодные. – чувствуешь? Мёртвые не тёплые...а я тёплый, значит живой и настоящий. Белый снеговичий палец мягко огладил чужую шершавую, но такую тёплую щёку. В груди что-то ухнуло, бабочки, ожившие в животе Алфа, сразу загнулись, как только он подумал, что это всего лишь имитация того, кого он полюбил. Кисть отдёрнулась от чужих касаний. – нет, ты фальшь...я один....один настоящий.. – паника стала брать верх над парнем. Он отступил, метая взгляд по комнате. Алф снова стал растерянным, даже скорее потерянным. Его приступ вернулся, и всему виной именно чёрт, который сейчас стоял и пытался докричаться до парня, когда тот уже отстранился от него. – Алфедов! Не уходи в себя! Слышишь!? – обхватив пальцами решётку кричал хвостатый – Алфедов, твою мать! – Он врёт....и ты это понимаешь.. Нежный, певчий голосок очень похожий на его собственный, раздался отовсюду. Снеговик никак не отреагировал и, оперевшись о стену, смотрел в пол. Сердце вот-вот выпрыгнет, мысли путались, воздуха стало не хватать. – Посмотри на это отчаянное лицо...он хочет тебя обмануть, жаждет этого. Алф приподнял голову и направил взгляд на Джаста, который уже был готов выломать дверь и кричал. Но ни единого слова или даже буквы до парня не донеслось. Да и сам он не в силах был поднять голову, будто это кто-то рядом стоящий помог ему с этим, придерживая за подбородок. – Как он жалок...ты только глянь) Небольшой смешок со всех сторон, и искушающий голос продолжил. – Ну разве не забавно? То, как он жаждет принять личину твоего любимого, да так, чтобы ты...принял его. Этот незнакомец будто специально настраивал снежного против Джаста, расставляя интонацию так, чтобы парень сам растолковал сказанное по-своему и был убеждён в его словах. – принял... – повторил за неизвестным светловолосый. – Ты единственный настоящий....помни это... В конечном итоге взгляд совсем помутнился, и голубоглазого повело в сторону. Последняя фраза отражалась в голове, пока не стала пронзительным звоном, и он не провалился в обморок. Белое тело глухо упало на пол, с носа шла кровь. Рогатый за дверью будто с ума сошёл и чуть не сорвал её с петель, вовремя появился Модди. Истошные чёртовы крики не услышать было сложно, хорошо, на такие случаи у доктора всегда с собой было пару шприцов с успокоительным, как раз один пришлось израсходовать на взбесившегося Джаста. Крылатый сразу открыл дверь и подошёл к пациенту. Пульс есть, значит живой и жизни его ничего не угрожает. Белокурый хотел подойти к Алфедову вслед за Модди, но тот мягко остановил его крылом, не пропуская. – тебе стоит посидеть, а после уйти – прозвучал строгий мужской голос. – Но... – не успел даже начать рогатый, как его перебили. – Никаких но, Джаст! Я же сказал, не делать глупостей...состояние Алфедова нестабильно. А ты ослушался. – .... – чёрт отвёл взгляд и, не найдя что ответить, ушёл. Чат осторожно поднял снеговика и положил его в кровать полусидя. Кровь ещё капала с носа, и нельзя было допустить, чтобы он захлебнулся. Хвостатый салфетками вытер кровь и вставил в нос ватки, подложил под голову и спину подушку, чуть ниже опустив тело, но всё ещё оставляя голову в одном положении.

***

Очнуться Алфедову удалось спустя два дня. Эта ситуация стала сильным потрясением, и он вновь закрылся в себе, не идя на контакт даже с Модди Чатом. Посещения к нему запретили, а Джасту даже к дурке подходить — слишком уж много от него проблем. В таком темпе прошла неделя, и в дурку наконец подселили ещё одного съехавшего. Звали его Санчез. У парня были галлюцинации, слышал какие-то голоса, говорил сам с собой ни с того ни с сего. В общем, типичный пациент дурдома. – иди давай – пихая в спину новенького говорил Жираф. Снеговику стало интересно, что происходит, и он, поднявшись, выглянул в окошечко двери. Его сразу заметил красноволосый и, мягко улыбнувшись, помахал. – Не толкайся, я иду! – на очередной толчок в спину оскалился тот. Голубоглазый непонимающе смотрел за тем, как новенького заводят в соседнюю палату и запирают. Интересная он личность, да и какое-то новое лицо, тот, кого раньше он видел лишь на первоначальном берегу, много месяцев назад. Уборщик, убедившись, что дверь заперта, ушёл в подсобку на первом этаже, оставив этих двоих одних. – Привет, я Санчез – заговорил за стеной тот. – А...привет? Я Алфедов – не совсем уверенно ответил снеговик. – Да ну! Тот самый Алфедов?! – ахнул парень. – В каком смысле тот самый? – не понимая спросил снеговик. – Ну тот! Который псих, закрывшийся на своём острове. Который считает всех ненастоящими...пх – прыснул в конце тот. – Я не псих! – возмутился белокурый. – Отчего же ты тут тогда? Если не псих – даже так ощущалось, что красноглазый говорит с улыбкой. – меня сюда против воли привели, я не сам пришёл... – уууу, досадно. Меня тоже. Получается, мы братья по несчастью – я тебе не брат.. – сказал как отрезал! Ты делаешь больно моему ранимому сердечку! – ну каков актёр. Алфедову стало забавно от новенького, и он слегка посмеялся. Всё же он и вправду был интересным.

***

За прошедшие дни снежный стал доверять Санчезу намного больше, чем всем остальным. Он был новым лицом для него, в той трагедии его не было, а значит был шанс, что он настоящий. Между их комнат появился проход, который самолично за два дня выкопал красноволосый и закрыл его картинами со стен обоих комнат. Что вообще в таком месте забыли картины? Хотя не важно, им же на руку. Всё шло своим чередом, пока к Алфедову вновь не разрешили посещения. Даже чёрту. Именно из-за Санчеза это произошло, он хорошо влиял на снеговика, приступы которого почти сошли на нет. Тем более наладить контакт между этими двумя надо. Сегодня должна была состояться та самая прогулка Алфедова, которая сорвалась пару недель назад. Как назло, чёрту разрешили идти с ними. Но Модди сказал, что они будут строго под присмотром. У Джаста не было выбора, и он согласился. Выйдя на улицу, снеговик улыбнулся и огляделся. Привычного вида домики и строения почти не изменились, редкие деревья и природа. А главное — он вышел на солнце, которое не видел уже достаточно давно...или ему так казалось. Чёрт, который ушёл в себя, вспоминая моменты минувших дней, мотнул головой, отгоняя мысли. Взгляд упал на худощавого снеговика, которому стало лучше, и он даже стал ярче улыбаться. На душе было спокойнее от его вида. Голубые глазки бусинки обернулись, смотря на Джаста. Хотел поговорить. Модди кивнул, напоминая указ, и просто шёл сзади, наблюдая за двумя. – Забери меня из дурки а.... – сказал снеговик, топая по каменистой тропинке. Он хотел любыми способами покинуть это место, даже если этот любой способ — это Джаст. Понял что попытка побега сейчас будет крайне неудачной, а с базы рогатого сбежать бдует проще. – я не могу....ты ещё не до конца оправился. Всё ещё считаешь, что я ненастоящий? – вопрос был резким, но ответа на него не последовало. –...ну ладно – томно выдохнул Алфедов, остановился, глянул на Модди через плечо и снова заговорил с чёртом – Модди странный...вы все странные.... Алф пожал плечами, а потом быстро перевёл тему разговора, будто и не было того, что он только что сказал. На удивление прогулка прошла спокойно. Снежный вернулся к себе в комнату, а рогатый ушёл по делам. Стоит ли говорить, что у обоих остался неприятный осадок после этого. Джаст живёт с чувством того, что тот, кого он любит, не воспринимает его и считает ненастоящим. А Алфедов живёт с тем, что тот, кого он любил, больше не настоящий. Они оба терзают себя, не находя истинной причины всего этого.

***

Снеговик сидел на кровати, уставившись куда-то в стену или на окно в решётке, обдумывая одни и те же мысли снова и снова. Тонкая кисть легла на его плечо, знатно напугав снежного. Заставляя его вскрикнуть – Совсем уже?! Пугать так! – бледная рука ударила по чужой, отдаляя её от себя – до приступа меня доведёшь! Конечно, Алфедов не имел в виду обычные приступы, он говорил про сердечный. Но Санчез, который появился в его комнате по лазу, совсем не хотел пугать. – прости, прости...не кричи, Модди вернётся – потирая руку сказал красноволосый – как ты? Хорошо погулял? – вполне, только..."Джаст" был со мной. Точнее с нами, надеялся, что Модди не разрешил ему идти. Но нет... – уставившись в пол и разглядывая каждый бугорок сказал тот. – так скажи Чату, чтобы он не пускал никого, раз не хочешь видеть его – пожимая плечами сказал Санчез и уселся на единственный стул в комнатушке. – да нет, я хочу чтобы он был...но я же знаю что он не настоящий... – парень вновь схватился за голову, скрючиваясь пополам. – Нет! Нет! Нет! Не думай об этом, всё нормально, так ведь? Всё наладится, нас заберут отсюда те "настоящие" друзья – замахал руками тот, пытаясь отвлечь друга. Само собой, Санчез не верил в то, что всё вокруг не те, за кого выдают себя, просто Алфедову нужна поддержка и тот, кому он может доверять, тот, кому он может рассказать мысли. В отличие от других. Подыграть ему — дело пустяковое, главное не запнуться где-нибудь и не выдать себя. В голове красноглазого зазвенело, кто-то из коридора что-то сказал, вновь заиграла назойливая музыка. – ты слышишь это? – отвлёкся парень. – нет...у тебя снова галлюцинации – предупредил друга снеговик. Такое уже было обыденным делом. – верно...я тогда к себе пойду, зови если что – сказав это, красноволосый залез к себе в комнату через лаз и прикрыл его картиной. Компания этого странно покрашенного парня помогала, отвлекала от дурных мыслей, давая повод думать о чём-то другом. Руки сами отпустили белёсые волосы, перестав их дёргать, и легли на кровать. Снеговик зевнул и сам лёг, день был насыщенным, стоило поспать перед ужином. Тем более снеговичьи глаза уже слипались от усталости.