К чему приводит скука дьявола

Ичиро-о-о, мне скучно, — протянул брюнет, накрывая старшего брата со спины и закрывая ему обзор своими чёрными крыльями. Ичиро устало вздохнул и оторвался от просмотра документов. Бросив короткий взгляд на младшего, он не смог сдержать лёгкой улыбки. — Рико, если ты будешь так часто приходить ко мне в кабинет, отец тебя накажет, — мягко, но твёрдо произнёс он. — Ты ведь знаешь его политику по поводу нашего общения. Рико закатил глаза и тихо фыркнул, но от брата не отстранился. Слегка покачав крыльями, он буркнул: — Да кому нужен этот старикашка? Почему я должен считать его отцом просто потому, что он появился из греха отца нашего грешника? Он мне никто. Просто придурок, который с самого детства кидает на меня пренебрежительные взгляды и учит жизни. Ичиро промолчал. Отчасти он был согласен с Рико: Кенго действительно не имел с ними ничего общего, но считался отцом из‑за родственных связей грешников. Эта традиция родства демонов была странной и не имела никакого логического обоснования. И всё же Кенго позволял им жить в своём доме, обеспечивал всем необходимым и даже планировал передать своё наследие. Помедлив, Ичиро наконец сказал, осторожно потрепав волосы младшего: — В любом случае будь осторожен. Я не хочу, чтобы нас снова разлучили на месяц. Кенго любил пренебрегать Рико и при любом удобном случае пытался рассорить и разделить братьев. Причиной этому было одно-единственное отличие младшего от остальных — чёрные ангельские крылья. Они служили символом преступления, совершённого человеком, от греха которого появились Ичиро и Рико.

***

Дело было около двадцати пяти лет назад. В состоянии алкогольного опьянения человек по имени Якичиро Морияма с особой жестокостью зарезал жену и троих своих детей, после чего сжёг дом, оставив на его месте лишь пепелище. На утро Якичиро плакал и рассказывал всем, что с его семьёй произошёл несчастный случай. Люди поверили ему и начали жалеть — кто‑то даже подкинул денег. Якичиро не раскаивался и не винил себя в смерти семьи — напротив, он был счастлив, что всё так обернулось. И тогда в аду, в фамильном доме семьи Морияма, на свет появился Ичиро. Волосы его были подобны углям, которые остались от того дома. Глаза напоминали бездну, в которую Якичиро погрузил всю свою семью. На голове красовались багровые рога — напоминание о пролитой в тот день крови. А за спиной были демонические крылья, свойственные почти всем демонам. Маленький демон уже тогда обладал довольно мощной магией огня, а также способностью создавать демонические клинки. Кенго сильно обрадовался появлению будущего наследника и тут же принялся обучать его. Однако история Якичиро на этом не заканчивалась. Мужчине захотелось измениться: он переехал в другой город, отрёкся от буддизма и перешёл в христианство, думая, что это поможет ему отпустить прошлые грехи. Более того, он стал священнослужителем в местной церкви и занялся благотворительностью. Но грязные мысли не покидали его. Тогда Якичиро стал убивать животных — чёрных воронов, которых многие считали порождением дьявола. Он отрезал им крылья, выдёргивал перья и мучительно убивал. Через его руки прошли сотни птиц, но пропажу животных связали с очищением местности от злых сил. Якичиро утопал в безнаказанности. Люди доверяли ему, даже отводили детей на обучение. Все видели в нём хорошего человека. И тогда Якичиро перешёл на людей — точнее, на безнадёжно больных детей. Родители в ожидании чуда оставляли их в церкви. Но Якичиро не собирался молиться за них: вместо этого он медленно убивал их, вводил различные яды и наблюдал за их мучительной смертью. Родителям он говорил, что Бог сжалился над ними и забрал их ребёнка к себе в лучший мир. Наивные и необразованные люди верили и благодарили его за помощь. Через некоторое время ему даже поставили памятник в честь его «добрых дел». Из его грехов на свет появился Рико — с виду полная копия Ичиро, но с более тонкими чертами лица. Волосы цвета вороньего крыла напоминали о сотнях воронов, убитых рукой мужчины. Глаза отдавали багровым, а за спиной красовались чёрные ангельские крылья — символ духовного падения Якичиро как священнослужителя. Крылья Рико не были украшением, как у других демонов: он мог летать и щелчком пальца отравлять противника. Но, пожалуй, главной его особенностью были вороны, которые сопровождали его повсюду. Увидев его в первый раз, Кенго испугался. Новорождённый демон улыбался, расправив свои крылья и отсвечивая тёмно‑багровыми глазами. Но потом взгляд Кенго зацепился за ангельские крылья, и страх уступил место гневу — гневу за то, что потомок его грешника посмел перейти в другую религию и стать священнослужителем. — Что ещё за уродец попал в наш дом? — прорычал Кенго. — Уберите его в какую‑нибудь коморку, с глаз долой! Слуги тут же подбежали и увели Рико в самую далёкую и маленькую комнату в доме. В ней были только кровать, стол, стул и окно, выходящее во внутренний сад. Мальчик, который только начал осознавать, что произошло, медленно опустился на кровать, погружаясь в тяжёлые мысли. «Кто я? Кто этот мужчина? Почему он назвал меня уродом? Зачем меня привели сюда?» — проносилось в его голове. Казалось, он мог вечно задаваться этими вопросами, если бы в дверь не постучали. — Рико? Можно я зайду? — раздался чей‑то мягкий, успокаивающий голос за дверью. Рико вздрогнул и поднял глаза. — Рико? — переспросил он, растерянно хмуря брови. Дверь слегка приоткрылась, и в проёме показался юноша с багровыми рогами и демоническими крыльями. Он улыбнулся и терпеливо пояснил: — Это твоё имя. Отец сказал, что назвал тебя так. — Отец? — в голосе Рико прозвучало неподдельное недоумение. Он сжал край одеяла, будто ища в нём опору. — Да, мужчина, которого ты видел, — наш отец, — подтвердил собеседник, делая осторожный шаг внутрь комнаты. — Почему он?.. — тихо спросил Рико, всё ещё не понимая. Его голос дрогнул. — Потому что Кенго появился из греха отца грешника, от которого родились мы, — пояснил юноша, подходя ближе. Он присел на край кровати, стараясь выглядеть как можно более дружелюбно. — А ты? — с надеждой в голосе спросил Рико, поднимая глаза на незнакомца. — Я — Ичиро, твой старший брат, — мягко произнёс тот и протянул руку. — Не бойся, я здесь, чтобы помочь тебе разобраться во всём этом. Рико на мгновение замер, затем осторожно вложил свою маленькую ладонь в руку брата и тихо, почти шёпотом, спросил: — Ичиро… А почему он назвал меня уродом? Ичиро на мгновение замер, глядя в широко раскрытые глаза младшего брата. Он мягко сжал руку Рико и тихо, но очень твёрдо произнёс: — Не слушай его, ты прекрасен. Отец просто консервативен и не хочет принимать твою красоту. Но это не значит, что её не будут видеть и другие. Глаза Рико загорелись надеждой. — Правда? — с лёгким трепетом переспросил он. — Правда, — подтвердил Ичиро, потрепав мальчика по волосам. Они просидели так ещё десять минут. Рико задавал вопросы, а Ичиро терпеливо на них отвечал, но вскоре их идиллию прервал грубый голос, донёсшийся из-за двери: — Ичиро! Бегом сюда! Я не разрешал тебе общаться с этим отбросом! Ичиро вздрогнул, но не отпустил руку брата. Он наклонился к самому уху Рико и прошептал: — Прости, мне нужно идти. Отец не любит, когда я не выполняю его приказы... Рико с неохотой кивнул, понимая. — Мы ещё увидимся? — неуверенно спросил он. — Обязательно, — твёрдо пообещал Ичиро, хотя в груди предательски кольнуло. — Я приду, как только смогу. — Я буду ждать... Ичиро кивнул, последний раз потрепал Рико по волосам и выбежал в коридор. — Я буду ждать... — повторил Рико в пустоту.

***

Шло время, Рико рос, а его отношения с Кенго ни капельки не менялись. Они просто игнорировали существование друг друга. Хотя иногда, когда у Кенго было особенно хорошее настроение, он мог позвать его поужинать в семейном кругу. И тогда Рико чувствовал себя частью семьи. Он беседовал с Ичиро, перекладывал ему в тарелку невкусный зелёный перец, выпрашивал дополнительный десерт. Кенго в такие моменты хмурился, но закрывал глаза на излишнюю, по его мнению, близость братьев. В основное время Рико ел один в комнате. Ичиро не мог прийти к нему: в это время он должен был быть рядом с Кенго. Хотя сказать, что Рико был совсем один, будет не совсем верно. С ним были его вороны. Они сидели на подоконнике, сверля его заинтересованными взглядами, и изредка каркали, словно говоря: «Мы здесь, ты не одинок, улыбнись». И Рико действительно чувствовал себя лучше.

***

— Ичиро, ты не знаешь, откуда здесь взялись вороны? — после очередного одинокого ужина спросил Рико, кивая головой в сторону окна. Ичиро, сидевший напротив с чашкой остывшего чая, медленно поднял взгляд на окно. Несколько мгновений он молча изучал воронов, слегка наклонив голову, а затем провёл рукой в воздухе перед собой — едва заметное магическое свечение окутало его пальцы на долю секунды. — Удивительно, — прошептал он спустя пять минут молчания. — Это не живые птицы, они полностью сделаны из магии. Из твоей магии, если быть точнее… Рико поражённо посмотрел на брата. — Из магии? Как это возможно… — выдохнул он, переводя взгляд с Ичиро на воронов и обратно. — Такое бывает, правда очень редко, — Ичиро отвернулся от окна и сел напротив Рико, сложив руки на коленях. Его лицо стало серьёзным, но в глазах читалась искренняя заинтересованность. — Если у демона слишком много маны в теле, её излишки могут уходить в окружающую среду. Обычно это просто рассеивается. Но иногда… иногда демон может непроизвольно создавать магические сущности. Он сделал паузу, подбирая слова, и продолжил: — Эти сущности — как эхо его эмоций, желаний, страхов. Обычно их форма напрямую связана с грехом, от которого родился демон. Рико замер, переваривая услышанное. Он медленно поднялся из‑за стола и подошёл к окну, рассматривая созданий. — То есть… они — это я? — тихо спросил Рико, прижимая ладонь к холодному стеклу. — Не совсем, — покачал головой Ичиро, вставая рядом. — Они — отражение чего‑то внутри тебя. Ты создаешь их неосознанно, когда нуждаешься в поддержке или защите. Они способны касаться других существ или предметов, поэтому ты можешь использовать их как помощников. — Но что будет, если я научусь контролировать ману? — спросил Рико, не отрывая взгляда от ворон. — Они исчезнут? Ичиро положил руку ему на плечо и мягко улыбнулся: — Не обязательно. Ты сможешь продолжить сознательно создавать их. — А ты умеешь их создавать? — с живым любопытством поинтересовался Рико. Ичиро слегка замялся, потёр затылок и тихо рассмеялся: — Честно говоря, нет. Для этого нужен большой талант, который встречается крайне редко. Так что ты настоящее сокровище, Рико. — Правда-правда? — с восторгом залепетал Рико. — Правда-правда, — с улыбкой подтвердил Ичиро, нежно потрепав волосы брата.

***

К сожалению, наивность и добродушность Рико исчезли стоило ему вступить в переходный возраст. В то время Рико как раз изучал территориальное устройство Ада. И теперь он отчётливо понимал: он находится в Восточном Аду — бескрайних землях, где над бесчисленными легионами духов и демонов правили десять великих демонов. И всё же, как бы ни была велика их власть, главным тут был его «отец» — Кенго. Именно он контролировал все отделения, следя за порядком в каждом. Сами же демоны Восточного Ада представляли собой причудливый бестиарий, сотканный из азиатских мифов и легенд. Здесь можно было встретить кицунэ с горящими глазами и пушистыми хвостами, в которых прятались молнии; огромных они, чья чешуя переливалась всеми цветами радуги, и гордых кирин, попирающих копытами облака. Но больше всего Рико заинтересовался тэнгу, которых ещё ни разу не видел. Брат о них почти не рассказывал, лишь изредка упоминал какие-то мелочи: что они искусные воины, что их веера могут управлять ветром, что они делятся на два клана — карасу-тэнгу, похожих на воронов, и куби-тэнгу с длинными носами и красными лицами. Но всё это была лишь сухая информация, не дающая представления об истинной их природе. Однако по описанию из книги крылья этих были очень похожи на его собственные. И тогда Рико задумался, быть может, его настоящее место среди них? Среди тех, кто понимает, каково это — иметь настоящие крылья. Среди тех, кто понимает, каково это — отличаться от других. Эта мысль надолго засела в голове юного демона, не давая спать и спокойно заниматься учёбой. И уже через несколько дней Рико сбежал из дома и полетел к окринам Восточного ада, где, по слухам из разных источников, проживали эти демоны. Встретили его холодно. Десятки глаз уставились на него с недоверием из тени скал и древесных крон. Тэнгу выходили из укрытий медленно, окружая чужака плотным кольцом. Их крылья — и Рико наконец смог разглядеть их вживую — всё-таки сильно отличались от его крыльев. Они были меньше, почти декоративные, и едва ли позволяли им летать по-настоящему. Скорее планировать, скользить с возвышенностей, но не парить в небесах часами, как это делал он. — Ты не похож на тэнгу. Откуда ты, мальчик? — из толпы вышел довольно крупный мужчина с мечом и веером. — Убирайся, пока мы даём шанс. — Я не уйду, — голос Рико дрогнул от обиды. — Я просто хотел узнать... Договорить ему не дал внезапный удар меча. Тело Рико успело увернуться. Но часть крыла всё-таки попала под удар. Брызнула кровь. — За что... — тихо прошептал Рико, шипя от внезапной боли. — Я же просто хотел... На него обрушился ещё один удар, который, к удивлению, не достиг своей цели и был заблокирован одним из воронов Рико. А тэнгу с мечом внезапно замерел, падая на колени. Из-за рта пошла белая пена. Окружающие демоны в страхе заахали. Рико же воспользовался моментом и изо всех сил помчался в сторону дома. В его сердце что-то треснуло.

***

— Рико, где тебя ангелы носили? Я не припоминаю, чтобы разрешал тебе выходить за пределы особняка, — холодно возмутился Кенго, встречая его у ворот дома. Рико поднял на него свои теперь уже холодные глаза, в которых уже не было ни грамма доброты. — Мне плевать, что ты там разрешал. Я делаю, что хочу, и иду, куда хочу. А сейчас я хочу пройти в свою комнату. Так что будь добр, закрой пасть. Не меняя шага, он двинулся мимо отца. Кенго на мгновение опешил от такой откровенной наглости, но быстро взял себя в руки. — Ах вот как? — в его голосе зазвенела сталь. — Тогда из комнаты можешь вообще не выходить. Ты под домашним арестом. И не смей даже думать о том, чтобы ослушаться. — Мне плевать. Рико даже не обернулся. Его шаги эхом разнеслись по мраморному полу холла, когда он скрылся в глубине особняка. Кенго проводил его тяжелым взглядом. Что-то было не так. Этот холодный взгляд, эта отстраненность… Сына будто подменили... — Рико, всё хорошо? Я очень волновался за тебя, — произнёс Ичиро, входя в комнату брата. Рико даже не отреагировал. Он лежал на кровати, уткнувшись лицом в подушку. — Уйди, я не хочу тебя видеть. Ты солгал мне... — донёсся до Ичиро приглушённый голос. В его глазах вспыхнуло. Он подошёл к Рико и медленно опустился на кровать. — О чём ты, отото? Я никогда не врал тебе... — мягко произнёс он, осторожно положив руку на плечо брата. Рико резко дёрнулся, сбрасывая ладонь, и ещё глубже уткнулся в подушку. Его плечи слегка подрагивали. — Ты говорил, что другие демоны смогут увидеть мою красоту, но они напали на меня. Тэнгу даже не поговорили со мной... Ичиро тихо рассмеялся, понимая, что произошло. — Не смейся надо мной! — Рико резко сел, и в его глазах полыхнула обида пополам с гневом. — Думаешь, это смешно? Думаешь, мне было весело?! — Нет-нет, подожди! — Ичиро поднял руки в примирительном жесте, но улыбка всё ещё пряталась в уголках его губ. — Я смеюсь не над тобой, отото. Я смеюсь над собой. Каким же я был дураком. Нужно было рассказать про них полностью... Рико нахмурился, не понимая. — О чём ты? Ичиро вздохнул, на мгновение прикрывая глаза, а затем посмотрел на брата с непривычной мягкостью. — Тэнгу живут в уединении на окраине ада не просто так. Они не хотят видеть других демонов и полноценно присоединиться к Восточному аду. Поэтому Кенго выделил им небольшую территорию, куда очень тяжело добраться и где никто их не потревожит. Рико моргнул, переваривая информацию. — Подожди... Ты хочешь сказать, что отец... То есть Кенго... Он специально поселил их подальше ото всех? — Именно. — Ичиро откинулся назад, опираясь руками о кровать. — Они — изоляционисты. Фанатики чистоты крови. Они считают, что любой контакт с другими видами оскверняет их. — Нужно было с самого начала сказать мне об этом... — Нужно было, но я не думал, что ты решишь навестить этих дикарей... В комнате повисла неловкая тишина, которую довольно быстро прервало урчание живота Рико. — Ты, наверное, голоден, подожди, я распоряжусь, чтобы тебе принесли что-нибудь перекусить, — тут же оживился Ичиро, выбегая за дверь. Больше в тот вечер они не разговаривали.

***

С того дня Рико стал меняться. Его детская наивность уступила место хитрости и коварству, а доброта превратилась в жестокость, от которой страдали низшие демоны, которым не повезло встретить Рико в плохом настроении или в минуту скуки. Особняк стоял на ушах. Слуги шептались по углам, разбегаясь при звуке шагов младшего сына главы. Те, кто помнил его прежним — тихим, застенчивым мальчиком, который извинялся, если случайно толкал кого-то в коридоре, — теперь не узнавали Рико. Вместо мягкого взгляда — холодная сталь. Вместо робкой улыбки — кривая усмешка, от которой у демонов пониже рангом поджимались хвосты. Повар как-то пролил горячий бульон ему на рукав. Случайно. Рико тогда просто посмотрел на него — долгим, тяжёлым взглядом — и ничего не сказал. Но на следующее утро повара нашли в кладовке с вырванными клыками. Он до сих пор не мог объяснить, что произошло — просто потерял сознание от страха, а очнулся уже без зубов. Кенго метал громы и молнии. Наказания следовали одно за другим. Домашний арест. Лишение совместных ужинов. Запрет на выход в город. Рико воспринимал всё с ледяным безразличием, словно его это не касалось. Он просто ждал, когда срок наказания истечёт, и снова выходил на охоту. Низшие демоны научились обходить его стороной. По коридорам особняка, стоило появиться Рико, мгновенно становилось пусто. Даже стража предпочитала делать вид, что не замечает, как младший сын главы выходит в сад затемно и возвращается только под утро с довольной улыбкой на красивом лице. Только с Ичиро Рико проявлял остатки светлых чувств. Они встречались тайно, чаще всего по ночам, когда особняк затихал. Ичиро приходил в комнату брата или наоборот Рико приходил к нему, и они сидели в темноте — иногда молча, иногда разговаривая о всякой ерунде. — Ты сегодня опять наказан? — спрашивал Ичиро, разглядывая брата в тусклом свете луны. — Как всегда, — усмехался Рико. — Кенго сказал, что если я ещё раз трону кого-то из прислуги, он закроет меня в подземелье на месяц. — И? — И я спросил, хорошее ли там отопление. Потому что зимой в моей комнате дует из окон. Ичиро фыркнул. — Ты невозможен. — Знаю. Тишина, повисшая в воздухе, казалась довольно уютной, но Рико быстро прервал её неожиданным вопросом: — Ичиро, а сколько живут демоны? Глаза старшего сузились, он был очень удивлён подобным вопросом. — Демоны живут до тех пор, пока память об их грешнике жива в мире людей. А зачем тебе? — Просто хотел прикинуть, сколько осталось жить нашему старику, — с невинным видом пожал плечами Рико, но в уголках его губ пряталась холодная усмешка. Ичиро на мгновение замер, а затем тихо рассмеялся. — Отото, ты меня пугаешь. В хорошем смысле, но пугаешь. — Это взаимно, — парировал Рико. — Ты меня тоже пугаешь. Просто я лучше это скрываю. Но в один из дней Рико, который шёл к себе в комнату после очередной ночи с Ичиро, попался на глаза Кенго. И братьям запретили общаться на целый месяц. Даже редкие совместные ужины прекратились. Это было очень тяжёлое время для обоих братьев...

***

— В любом случае будь осторожен. Я не хочу, чтобы нас снова разлучили на месяц. — Не волнуйся, я больше не попадусь так легко. Но, похоже, сегодня здесь мне веселья не видать. Поэтому я пошёл, говорят, люди сегодня решили устроить зачистку от демонов и злых духов. Хочу просмотреть, — с почти мечтательной ухмылкой прошептал Рико. Не дожидаясь ответа старшего, он быстрым шагом подошёл к окну. — Бывай, Нии-сан. Ещё увидимся, — с этими словами он с лёгкостью открыл окно и выпрыгнул, моментально расправляя крылья. Ичиро вновь тяжело вздохнул. Он всё ещё не привык к таким выходкам Рико. — Надеюсь, он не устроит очередную резню... Иначе проблем не оберемся...

***

Рико парил над адом с небывалой лёгкостью. Разговор с старшим братом немного поднял ему настроение. Он направлялся к выходу в мир людей, как внезапно его внимание привлекла небольшая группа высокоранговых демонов, столпившихся на земле. — Интересно, — с ухмылкой произнёс Рико, начиная снижаться. — Похоже, нужно устроить небольшой привал... Рико плавно снизился и завис в нескольких шагах от группы высокоранговых демонов. Те переглянулись и расхохоталась — их мрачные, скорченные лица исказила насмешка. — Гляньте‑ка, кто к нам пожаловал! — хрипло расхохотался один, с багровой кожей и рогами. — Это же наш маленький король, Рико! Смотрю, крылья у тебя всё ещё на месте, а я так обрадовался, когда услышал, что Кенго пообещал их тебе вырвать, если ты ещё раз тронешь его прислугу. Рико невозмутимо сложил крылья, аккуратно приземлился и отряхнул костюм, будто не замечая враждебных взглядов. Его улыбка, холодная и расчётливая, ничуть не дрогнула. — О, Грейсон, — протянул он, слегка склонив голову. — Как мило, что ты помнишь про мои крылья. Жаль, ты забыл про слух, что я ненавижу, когда меня оскорбляет всякий мусор. Демоны на мгновение замерли, их ухмылки сменились гримасами ярости. — Как ты смеешь?! — взревел Грейсон, сжимая когтистые кулаки. — Мы — элита преисподней! Нас боятся даже ангелы. — Не хочу ничего слышать от мусора, который родился из похоти и гордыни. Вы меня даже поцарапать не сможете, — Рико слегка наклонил голову, в его глазах вспыхнула усмешка. Лицо Грейсона исказилось от ярости. — Замолчи! — взревел он, бросаясь вперёд. Остальные демоны последовали за ним, обнажая когти и начиная создавать огненные шары. Но Рико даже не сдвинулся с места. Он лишь слегка взмахнул рукой, и демоны замерли на полушаге, их движения стали судорожными, а лица исказились от боли. — Что… что это? — прохрипел Грейсон, хватаясь за грудь. Его кожа начала сереть, а рога трескаться, словно старый камень. — Это карма, — холодно произнёс Рико. — Наслаждайтесь последствиями своей гордыни. Возможно, в следующий раз вы подумаете, прежде чем открывать рот. Он развернулся и взмыл ввысь, оставив демонов корчиться на земле. Их крики постепенно затихали, заглушаемые гулом преисподней. «Какие же они скучные», — подумал Рико, уже входя во врата в мир людей.