Замёрзший маяк

      Деревянные ступени жалобно скрипели под ногами, и каждый скрип отдавался эхом где-то в глубине, будто кто-то невидимый повторял каждый их шаг.       Магический огонёк парил над плечом Малены, выхватывая из темноты грубые каменные стены, заплесневелые балки перекрытий, старые бочки, составленные друг на друга. Пахло здесь хуже, чем наверху.       Галл спускался следом, стараясь не слишком налегать на больную ногу и одновременно не выпускать из виду пространство за спиной. Кочерга в руке казалась жалкой игрушкой, но выбора не было. Он поймал себя на мысли, что впервые за многие годы по-настоящему боится. Не за себя — за эту светловолосую девушку, которая тащит его в самое пекло, и за тех детей, которых они, возможно, уже не застанут живыми.       — Знаешь, — шепнул он, стараясь разрядить тишину, — если бы мне кто сказал неделю назад, что я буду лазить по подземельям с красивой колдуньей-воительницей, я бы подумал, что перепил в таверне.       — Тсс, — Малена даже не обернулась, но в голосе послышалась тень усмешки. Через ещё пару осторожных шагов Галл снова подал голос:       — А ведь ты могла пройти мимо.       — Что? — она не поняла.       — Там, во вьюге. — Он кивнул куда-то назад. — Я почти замёрз, сидел под деревом, как куль с картошкой. Ты могла просто пройти. Не заметить. Решить, что не твоё дело.       Малена помолчала.       — Могла, — согласилась она.       — Но не прошла. Почему?       Она остановилась. Огонёк осветил её лицо — серьёзное, задумчивое.       — Потому что я знаю, каково это — когда никто не приходит на помощь, — тихо сказала она. — Когда ты один, и тебе кажется, что весь мир отвернулся.       Галл не нашел подходящих слов и был рад, что через секунду раздался новый стрекот и       Малена отвернулась, вскидывая меч.       Огонёк метнулся в сторону и осветил подвал. То, что они увидели, заставило Галла инстинктивно вжаться в стену.       Пол был залит кровью. Лужи — человеческой и зеленоватой, хитиновой — смешались на каменном полу в липкое месиво. У стены, лицом вниз, лежала женщина. Хозяйка маяка. Мать. Длинные тёмные волосы разметались по камням, рука была неестественно вытянута, будто она пыталась куда-то ползти, но не успела.       Рядом с ней — и это зрелище было не менее жутким — валялось тело коруса. Но не просто мёртвое. Оно было яростно порублено на куски. Хитиновый панцирь разлетелся на осколки, внутренности вывалились наружу. Оружия поблизости не было.       Из темноты раздалось повторное стрекотание, а следом за ним ещё одно и тихое клацанье ножек. Ещё шаг, и огонек Малены осветил причину трагедии: в дальней стене зиял пролом — груда камней была разворочена изнутри, словно здесь поработал великан ломом. За проломом чернел зев пещеры, уходящей глубоко под землю. Галл перехватил кочергу поудобнее.       Первая тварь выскочила примерно такая же, как и повстречавшаяся им наверху: щёлкая жвалами, она целилась ядовитым хвостом прямо в Малену. Девушка не дрогнула. Меч описал сверкающую дугу, и голова коруса покатилась по полу, забрызгивая стены зеленью.       — Ещё! — крикнул Галл, разворачиваясь.       Второй корус лез из пролома, следом за ним третий — поменьше, но не менее шустрый. Галл встретил первого ударом кочерги, целя в уязвимое место, и тварь заверещала, забилась, но не сдохла. Пришлось снова добивать — ещё два удара, пока зелёная слизь не залила ему сапоги.       Малена тем временем разобралась с третьим. Её меч работал как кирка о камень — чётко, сильно, безжалостно. Корус дёрнулся и затих.       Но четвёртый, самый мелкий и юркий, проскочил мимо неё и бросился прямо на Галла.       — Ах ты ж! — рявкнул он, отмахиваясь кочергой, но промахнулся. Корус вцепился ему в голень, прямо в больное место, и солдат заорал — не столько от боли, сколько от неожиданности.       — Галл! — Малена метнулась к нему, но тварь уже впилась жвалами в ногу, прокусывая толстую кожу на сапоге. Галл, недолго думая, схватил коруса свободной рукой прямо за хитиновый загривок и с силой оторвал от ноги. Тварь извивалась, щёлкала, пыталась достать его хвостом, но он держал крепко.       — Получи, гад! — Он шмякнул коруса об стену. Раз. Два. Три. Тот обмяк, и Галл отбросил его в сторону. — Чтоб вы все сгорели в Обливионе!       — Дай посмотрю, — Малена поспешила к нему, убедившись, что тварей поблизости больше нет.       — Я в порядке. Повезло, — ответил Галл, нарочито бодро выставляя руку. — Я везучий. Особенно на неприятности, — чуть тише проворчал он.       Они двинулись в пролом. Их вел кровавый след по полу пещеры, как путеводная нить. Галл прокомментировал первый:       — Ты же понимаешь, что того, кто мстил за ту женщину, утащили не корусы?       Малена напряжённо кивнула.       Пещеры оказались настоящим лабиринтом из спрессованного льда и древнего известняка, источенным ходами, словно гигантскими червями.       Галл ковылял за Маленой, периодически опираясь на кочергу, как на трость. Девушка уже несколько минут как погасила магический огонёк — он был не нужен: причудливые ледяные сталактиты и хрусткий под ногами нарост освещали голубые флюоресцирующие грибы. Галл притормозил, с интересом разглядывая наполовину вмерзший в стену череп.       — Слушай, — начал он вполголоса, стараясь ступать как можно тише. — Я всё думаю, кто же их утащил. Ну, семью эту.       Малена на мгновение остановилась, прислушиваясь к темноте, потом двинулась дальше.       — Зачем-то они им нужны, — продолжал рассуждать Галл.       — Жертвоприношения. Или как рабы. Или еда про запас, —предположила Малена. От её слов веяло холодом.       — Ты говоришь так, будто уже с таким сталкивалась.       Малена помолчала.       — В шахтах рассказывали, — ответила она наконец. — Старики. Говорили, что под горами есть целые города. Там живут те, кто когда-то был эльфами. Снежными эльфами. Они ушли под землю тысячи лет назад, спасаясь от первых людей.       — Фалмеры, — кивнул Галл. — Я о них тоже кое-что слышал. В тавернах искатели приключений травят байки. Говорят, они ослепли под землёй. Но зато слух у них — звериный.       — Не только слух, — Малена понизила голос. — Они научились выживать там, где не выжил бы никто. У них сохранились способности к магии. Они широко используют яды. И людей они всё также ненавидят.       — Можно понять, — хмыкнул Галл. — Говорят, ещё до своей деградации снежные эльфы в качестве рабов строили Виндхельм. Не знаю, насколько это правда. Мои родители считают их просто полумифическими вредителями. Пропал скот? Фалмеры. Каша убежала — они же. Не задался день…       Малена вдруг вскинула руку, призывая остановиться. Тишина стала другой — настороженной, выжидающей. Галл чувствовал, как воздух становится тяжелее, словно пещера дышала им в лицо.       Впереди, в узком проходе, маячила сгорбленная фигура. Бледная, почти прозрачная, с длинными руками и пустыми глазницами. Снежный эльф. Разведчик. Он двигался бесшумно, поводя головой из стороны в сторону, прислушиваясь. Длинные пальцы сжимали грубое копьё из хитина, а на поясе болталась связка амулетов — человеческих зубов, позвонков, высушенных пальцев.       Галл задержал дыхание. В полумраке было слышно только собственное сердцебиение. Фалмер замер впереди, прислушиваясь — уловил что-то? И вдруг солдат почувствовал — кожей, затылком, инстинктом. Сзади кто-то был.       Он обернулся: из узкой щели, всего в нескольких шагах, выскользнули ещё две тени. Бледные, выжидающие. Они подобрались бесшумно, как призраки. Засада.       — Малена, — выдохнул он одними губами, дёрнув её за рукав.       Она поняла без слов. В то же мгновение фалмер впереди дёрнулся — уловил-таки звук.       — Держись ближе к стене! — крикнула Малена, взмахивая мечом.       Но в узком коридоре её двуручник ударился о каменный выступ, сбивая замах. Фалмер впереди метнулся к ним, копьё свистнуло в воздухе. Малена едва успела отшатнуться — остриё пропороло воздух в дюйме от её груди.       — Тесно! — прорычала она, пытаясь развернуть меч. — Я не могу нормально работать!       Сзади набегали двое. Галл видел их краем глаза, слышал нечеловеческий шепот — они переговаривались.       — Я займусь теми! — крикнул он, выхватывая кинжал левой рукой, а правой перехватывая кочергу. — Держи переднего!       Он развернулся как раз вовремя — первый из засадников уже заносил меч. Галл нырнул под его руку, пропуская удар над головой, и всадил кинжал фалмеру под рёбра, оставив его там. Тварь захрипела, дёрнулась, но второй уже был рядом.       — Получи! — Галл выставил кочергу, принимая удар на металл.       Глухой звон разнёсся по коридору. Фалмер налетел, прижимая Галла древком к стене, и яростно зарычал, обдавая солдата смердящим дыханием.       — Ты когда в последний раз чистил зубы? — с усилием в голосе поинтересовался он, упираясь здоровой ногой и пытаясь сбросить тварь.       Но тут он заметил за спиной Малены ещё одного. Четвертого.       — Сзади! — крикнул он и изо всех сил вытолкнул налегавшего на него фалмера, опрокинув на спину. Недолго думая, тот сделал кувырок и ловко поднялся на ноги, угрожающе шипя и потрясая оружием.       Малена услышала. Полыхнув в переднего огнем, она развернулась так резко, насколько могла, но тот успел отскочить, уклоняясь от выпада. В напряжённой когтистой руке четвертого засветился слабый голубоватый огонёк. Через мгновенье эльф вскинул руку и от его магии потянуло обжигающим холодом. Малена вскрикнула, инстинктивно прикрываясь рукой. Магия мгновенно леденила кровь, сковывая движения — спрятаться было некуда.       Галл рванул к телу первого фалмера, у которого из-под ребра всё ещё торчал его кинжал. Выдернул оружие, перехватил поудобнее и швырнул в стремительно несущегося на него эльфа, который недавно давил его древком. Попадание вышло удачным, в сердце — очевидно, твари чувствовали вибрацию шагов и прочих движений, но против летящего кинжала у них не было шансов. Не успела тварь коснуться земли, как Галл поднял короткий хитиновый меч рядом с трупом и бросился к ледяному магу. Врезавшись с разбега плечом, он повалил фалмера и занес над ним меч. Но тот вцепился в его запястья и по телу Галла прокатила леденящая волна магии. Он ощутил, как стынет кровь, словно снова очутился заложником той злополучной вьюги. Пальцы онемели, и Галл выпустили меч, следом выскользнула и кочерга. Дышать стало невероятно тяжело, но солдат собрал всю волю в кулак для борьбы: он ударил фалмера головой в лицо, а через мгновение оказался под ним. Но холод продолжал разливаться по телу, сковывая движения и заставляя всё темнеть перед глазами. Малена в этот момент вовремя пришла в себя.       — Берегись! — крикнула она и тяжело качнувшись, вонзила меч в мага. Кровь брызнула на Галла, и он с отвращением скинул с себя пронзенную тварь, которая ещё несколько секунд барахталась и клокотала.       — Живой? — выдохнула она, и в голосе слышалась не столько вопрос, сколько облегчение.       — Всё ещё да, — Галл принялся нащупывать выпавшее оружие. — А ты?       — Тоже, — ответила девушка и развернулась туда, где опалила первого разведчика. Тела на земле не оказалось, но она успела увидеть, как его фигурка становится всё меньше и меньше, растворяясь в темноте.       — Если он приведёт остальных, мы все умрём! — она сорвалась с места и, не слушая предостережения Галла, бросилась в темноту.       — Малена! — стараясь не слишком кричать, позвал солдат, но она уже исчезла.       Он поспешил следом, насколько позволяла больная нога, но понимал — не догонит. Оставалось только ждать.       Секунды тянулись бесконечно. Галл сжимал хитиновый меч, прислушиваясь к звукам. Шаги Малены отзывались впереди эхом и вдруг затихли. Потом раздался вскрик — не человеческий, фалмерский — и тишина. Галл замер, не зная, чего ждать. Он опёрся на меч — нога горела огнём, но не переставал напряжённо вглядываться в темноту, готовый среагировать в любой момент. Наконец, через минуту, послышались шаги. Галл сжал рукоять, переводя вес на здоровую ногу, но выдохнул, когда слабый свет грибов обрисовал силуэт стройной воительницы, а не сутулой, тощей твари.       Малена приблизилась, тяжело дыша, с окровавленным мечом и побелевшим лицом. В свободной руке она сжимала оторванный амулет — позвонки на кожаном шнурке.       — Догнала? — хрипло спросил Галл.       — Догнала. У входа в какой-то грот. Хотел поднять тревогу. Не успел.       Галл подошёл ближе, вглядываясь. На щеке девушки алела свежая царапина — неглубокая, но заметная. Она покачнулась, но Галл тут же подставил руку, помогая ей присесть.       — Большая? — спросила Малена, видя на лице спутника беспокойство.       — Ерунда, — сказал он, улыбнувшись, и вытер её кровь рукавом. — Заживёт.       — Чему ты улыбаешься?       — Просто подумал… есть что-то, чего ты боишься?       Малена достала из кармана платочек и устало провела платком по лезвию, размазывая тёмную кровь.       — Все чего-то боятся.       — Я серьёзно, — Галл принялся осматривать свой новый меч, крутя им и взвешивая в руке. В его голосе звучало уважение. — Ты выглядишь так, будто тебя ничем не проймёшь. Мечом машешь, магией жжёшь, в темноту лезешь без раздумий. Есть хоть одна вещь, от которой у тебя поджилки трясутся?       Малена задумалась. По-настоящему, не для вида.       — Мыши, — сказала она наконец.       — Чего? — Галл аж поперхнулся воздухом. — Мыши?!       — Тише ты! — она обернулась и зыркнула на него. — Да, мыши. Маленькие, серые, с длинными хвостами. В шахте их было много. Я их ненавижу.       Галл смотрел на неё с открытым ртом. Девушка, которая в одиночку зарубила трёх корусов и браво сражалась с фалмерами, боится мышей.       — Ты... это сейчас серьёзно?       — Абсолютно, — холодно ответила Малена и отвернулась. — Будешь ржать — поджарю.       — Я не ржу, — Галл давился смехом, но держался. — Я... я просто... мыши, боги...       — Заткнись.       — Молчу-молчу, — он прикусил губу. — Мыши, надо же...       — Пошли, — сказала Малена. — След там. Надо спешить, пока они не хватились своих.       Галл весело кивнул и, прихрамывая, двинулся за ней. Ни он, ни Малена не заметили, как чуть замедлились её движения. Как она на мгновение прижала ладонь к виску, прогоняя туман перед глазами. И как края царапины на щеке стали чуть темнее, чем должны были быть.       — С приобретением, кстати, — кивнула она на хитиновый меч. — Хоть теперь не с кочергой.       — Эй, кочерга меня не подводила, — для порядка возмутился Галл, но меч не выпустил.       Впереди их ждала темнота. И где-то в ней — девочка и её родные, которых нужно было спасти.       Через сотню шагов коридор вывел их к краю огромного грота, и то, что они увидели, заставило Галла замереть.       Внизу раскинулось настоящее поселение. Юрты из хитина и человеческих костей, тотемы, украшенные черепами, костры, горящие странным голубоватым пламенем. Между юртами сновали фалмеры — десятки, может быть, сотня. Они занимались своими делами: кто-то скрёб шкуры, кто-то строгал копья, кто-то кормил мелких корусов, которые копошились в загонах, словно домашняя скотина.       Галл почувствовал, как по спине побежали мурашки. Он многое повидал на войне, но это было другое. Это был чужой мир, живущий по своим законам, и человеку здесь не было места.       — Сколько же их здесь? — прошептал он.       — Больше, чем мы сможем одолеть в открытом бою, — спокойно ответила Малена. Она не дрожала, не боялась — она оценивала, просчитывала, искала путь. — Нам нужно обойти. Но как? Там же открытое пространство.       — Есть карниз. Слева. Видишь?       Малена присмотрелась. Действительно, вдоль грота тянулся узкий уступ — местами не шире ладони, но кое-где достаточно широкий, чтобы пройти, прижимаясь к камню. Опытный глаз солдата отметил и другое: фалмеры выставили часовых у входа в стойбище, но на карниз никто не смотрел — они не ждали угрозы сверху.       — Но есть одно «но», — вздохнул он. — Я с этой ногой сорвусь на первом же шаге.       — Не сорвёшься. — Малена посмотрела ему прямо в глаза. — Ты же не хочешь упасть в грязь лицом перед девушкой?       — Ты издеваешься надо мной?       — Немного, — она жестом призвала следовать за ней. — Идём.       Они пошли. Медленно, осторожно, прижимаясь спинами к холодному камню. Внизу кипела жизнь фалмеров, и любой неверный шаг мог выдать их.       Девушка шла впереди, и Галл видел, как напряжены её плечи, как она проверяет каждый камень перед тем, как перенести вес. Несмотря на всю свою смелость, она тоже боялась. Просто не показывала этого.       «Только не смотри вниз», — подумал солдат как раз тогда, когда её взгляд направился в сторону невысокого каменного возвышения.       На импровизированном алтаре висело распятое на столбах тело. Тело мужчины. Его голова безвольно повисла на груди, из живота торчала хитиновая рукоять меча, на подобии того, что подобрал Галл. Часть внутренностей свисала до самых ног, у которых валялись светящиеся грибы, круглые яйца корусов и всякий хлам, принесённый с поверхности, среди которого выделялся топор, стоявший на лезвии, застрявшем в каменной щели.       Малена ощутила тошноту и прилив слабости во всем теле, и её нога соскользнула. Совсем чуть-чуть — камень под подошвой предательски дрогнул, и несколько мелких осколков полетели вниз. Она замерла. Галл замер тоже.       Фалмеры внизу зашевелились. Один из них, самый крупный, с тотемным головным убором из черепов, поднял голову и прислушался. Его пустые глазницы смотрели прямо вверх, и казалось, что он видит их, чувствует, слышит биение их сердец.       Галл задержал дыхание. Рядом с ним Малена стояла неподвижно, как изваяние. Секунда. Другая. Третья. Фалмер покачал головой, что-то прошипел своим сородичам и вернулся к прерванному занятию.       Малена беззвучно выдохнула и медленно повернулась к Галлу. Тот вопрошающе смотрел на неё. Девушка медленно моргнула и коротко повела головой, мол, давай уберемся отсюда побыстрее.       Они миновали стойбище и наконец ступили на твёрдую землю. Галл рухнул на колени, тяжело дыша.       — Больше никогда, — прохрипел он. — Никогда не пойду по карнизу над городом слепых убийц.       — Договорились, — Малена протянула ему руку, помогая подняться. Галл встал и окинул её внимательным взглядом.       — Ты в порядке?       — Да. Нет. Не знаю, — девушка провела ладонью по порезу на щеке. Он казался горячим и зудел. — Голова немного кружится. Пустяки. Просто там был тот мужчина и топор…       — Боюсь, ты всё правильно поняла. Тот кровавый след вел нас к отцу, — вздохнул Галл и сжал переносицу. —Но есть ещё дети, — поторопился он добавить своему голосу оптимизма. — Не будем терять время.       Малена сдвинула брови и решительно кивнула. Они поспешили дальше. Галл искоса поглядывал на девушку. «Перенервничала или переутомилась. А может, и то, и другое», — подумал про себя он, утешаясь этим.       Впереди, за стойбищем, начинались загоны для корусов. Галл содрогнулся, увидев, как фалмеры, словно пастухи, загоняют молодых тварей в хитиновые загородки. Для них это был скот. Мясо, яйца, боевые животные. И люди для них — тоже еда. Но его внимание привлекло другое. Стена, к которой примыкали загоны, была не каменной — ледяной. Огромная глыба древнего льда, уходящая вверх, в темноту. И лёд этот был не монолитным — в нём виднелись трещины, разломы, и оттуда тянуло холодом.       — Там, — Малена указала дальше. Дождавшись, когда эльфы уйдут, она и Галл осторожно выскользнули из-за каменного выступа.       За загонами, в нише, обнаружилась клетка. Грубая, из костей и замёрзших корней, с низкой дверцей, запертой на засов. Пустая.       Малена подкралась ближе, убедилась, что рядом никого нет, и наколдовала огонёк. На полу валялась ленточка — обычная девичья ленточка, когда-то, наверное, вплетённая в косу. Белая, с вышитыми бирюзовыми цветочками. Малена подобрала её, и Галл увидел, как дрогнули её пальцы.       — Зара, — выдохнула девушка. — Она была здесь.       — Была, — Галл помрачнел. Надежды оставалось всё меньше. Неужели всё их предприятие и риск не имели смысла?       Стоило солдату сделать шаг к Малене, как его нога зацепилась за что-то на полу. Раздался тихий треск, похожий на детскую погремушку, но здесь он прозвучал, как гром, эхом отражаясь от стен. Кости. Галл даже не заметил их в полутьме — нанизанные на растяжку, они сливались со светлыми известняковыми камушками.       — Чтоб тебя! — выдохнул Галл, понимая, что натворил.       Малена обернулась. Лицо её выглядело мертвенно белым.       — Сигнализация, — прошептала она. — Они ставят такие, чтобы пленники не сбежали.       Со стороны загонов, оттуда, откуда они пришли, донёсся стрекот. Громкий, быстрый, встревоженный. А следом — фалмерские голоса. Множество голосов.       — Бежим, — сказала Малена, хватая его за руку.       Они рванули в единственный свободный проход впереди — узкий, тёмный, уходящий куда-то вглубь скалы. Галл ковылял из последних сил и каждый шаг отдавался болью во всём теле.       Из темноты доносилось знакомое стрекотание — множественное, злое, голодное. Корусы бежали быстрее своих хозяев, и Галл понимал: далеко им не уйти.       — Быстрее! — голос Малены сорвался от одышки.       — Я не могу быстрее, — прохрипел он, спотыкаясь. — Нога...       — Знаю, — Малена поддерживала его, тащила вперёд, но Галл чувствовал, как её рука дрожит. И вдруг она покачнулась, едва не упав.       — Малена?       — Всё... всё нормально, — выдохнула она, но голос её звучал странно — глухо, словно издалека. — Опять голова… Сейчас пройдёт.       — Пройдёт? — Галл вгляделся в её лицо в прыгающем свете огонька. Оно было бледным. Слишком бледным. И на щеке, там, где её царапнули копьём, кожа вокруг раны потемнела, став синюшно-серой.       — Твою мать, — выдохнул он. — Ты отравлена.       — Что? — Малена непонимающе коснулась щеки. — Но я не чувствую...       — Яд медленный, — перебил Галл. — Или ты просто не замечала. Сейчас некогда разбираться.       Сзади стрекотало уже совсем близко. Корусы нагоняли.       И тут Галл увидел это. В стене слева, почти незаметная в темноте, чернела узкая щель. Проход во льду и камне — достаточно широкий, чтобы протиснуться человеку.       — Туда! — рявкнул он, толкая Малену к щели.       Она не стала спорить. Протиснулась первой, царапая плечи о лёд. Галл втиснулся следом, затаскивая её глубже, в самую темноту. Секунда — и мимо защелкали тонкие лапы корусов. Твари пронеслись дальше по коридору. Герои замерли, прижавшись друг к другу в ледяной тесноте. Дышать было трудно, холод пробирал до костей, но они не смели шелохнуться.       Шум стихал. Корусы и фалмеры уходили всё дальше, в другую сторону. Галл посмотрел на Малену. В полумраке рана на щеке выглядела ещё страшнее — тёмные нити тянулись от неё к виску и к шее.       — Надо выбираться, — сказал он. — Теперь тебе нужна помощь.       — Сначала посмотрим, куда мы попали, — лицо девушки выглядело озабоченно, но она не паниковала.       Щель вела дальше. Они двинулись по ней, и через несколько десятков шагов она расширилась, выводя в огромное пространство. Галл вышел первым — и замер.       Каверна была огромной. Свод терялся где-то в вышине, стены светились тысячами голубых грибов, а пол был устлан костями. Человеческие черепа, рёбра, позвонки, тазовые кости — всё это перемежалось с хитиновыми останками корусов, создавая жуткий ковёр, уходящий в темноту. Повсюду, насколько хватало глаз, белели груды яиц — влажных, пульсирующих, готовых вот-вот лопнуть.       В центре этого кошмара, на самой высокой груде костей, возвышался ОН. Корус-жнец. Тварь была размером с небольшой дом. Его панцирь блестел в свете грибов, толстый, как крепостная стена, покрытый шрамами и наростами. Жвала ритмично двигались, перемалывая остатки трапезы, а длинный хвост с ядовитым жалом подрагивал в такт дыханию.       Галл перевёл взгляд ниже и почувствовал, как к горлу подступает тошнота. Под лапами чудовища, на окровавленных плитах, лежало то, что ещё недавно было мальчиком. Малик. Галл узнал его только по остаткам одежды — от тела почти ничего не осталось. Жнец уже начал пир, и брат Зары был мёртв, страшно, необратимо мёртв.       А в двадцати шагах от чудовища, прижавшись спиной к каменной стене, сидела девочка. Живая. Она сжалась в комок, зажмурилась и мелко дрожала, прижимая к груди руки. Рядом с ней валялись обрывки верёвок — видимо, успела перетереть их о камень, но бежать было некуда.       — Она жива, — выдохнул Галл.       — Тихо, — Малена прижала палец к губам, кивая назад.       Галл обернулся. Там, откуда они вышли, в проходе маячили тени. Фалмеры. Они стояли у входа в каверну, и Галл видел их бледные лица, пустые глазницы, длинные копья и мечи. Но никто не заходил внутрь.       — Чего они ждут? — прошептал он.       Малена всмотрелась в толпу преследователей. Они молча наблюдали.       — Боятся, — поняла она. — Они боятся заходить сюда.       — Из-за меня?       — Из-за него, — она кивнула на чудовище в центре зала. — Для них он бог. Или демон. Они приносят ему жертвы, но сами не приближаются.       Галл перевёл взгляд на девочку, на жнеца, на фалмеров у входа.       — Значит, мы в ловушке, — сказал он тихо. — Если выйдем — убьют они. Если останемся...       Галл смотрел на эту картину и чувствовал, как внутри всё холодеет. Чем быть сожранным заживо этой тварью, лучше бы он тогда замёрз под тем деревом. Спокойно, тихо, без всей этой суеты из слепых убийц и гигантских насекомых.       — У нас нет выбора, — сказала Малена.       — Ты что задумала?       — Мы зайдём туда, — она кивнула в сторону жнеца. — Вытащим девочку. А затем пробьёмся. — Она обернулась на фалмеров, — других вариантов у нас нет.       Галл хотел возразить. Хотел сказать, что это безумие, что он травмирован, а Малена и вовсе еле держится на ногах. Но слова застряли в горле — девушка была права. Он посмотрел на неё — в полумраке каверны её лицо выглядело мертвенно бледным, а глаза то и дело слово затягивались дымкой. Она не жаловалась, но Галл видел, как она борется, пытаясь справиться с дурнотой.