Обладая уничтожающей силой – не теряй сердце, стремящееся сберечь цветок.

Се Лянь отошёл от Хуа Чэна, позволяя ему выйти. Пока они спускались, демоны восторженно вздыхали и расхваливали облик градоначальника. Завидев Хуа Чэна, Шун Фэн подошёл к нему и кивнул в знак приветствия. – Шун Фэн, – обратился Хуа Чэн к демону, его голос звучал дружелюбнее, нежели, когда он обращался к остальным демонам. – Отведи его в Дом Блаженств.       По рядам демонов прокатился взрыв возмущённых голосов. – Кто он такой, что Градоначальник приглашает его в Дом Блаженств? – Градоначальник никогда никого туда не водит! "Никого не водит? Почему тогда меня он поведёт именно туда?" – задумался принц. – Они… они что, знакомы? – Что за привилегии?!       Шум нарастал, перерастая в ропот. Демоны переглядывались, полные недоумения и зависти. Никто не мог понять, почему Хуа Чэн приказал отвести юношу в свою резиденцию. – Да, гэгэ, – ответил Шун Фэн, совершенно не обращая внимания на возгласы нечисти, окружавшей их. – Прошу проследовать за мной.       Эта реплика была адресована Се Ляню. Тот, узнав демона, кивнул и пошёл за ним, но, пройдя несколько шагов, остановился и обернулся к Хуа Чэну. – А ты не идёшь? – нахмурившись, озадаченно спросил он.       По игорному дому разразился смех. Лишь в тот момент принц понял, как прозвучала его фраза. – Я.. я не.. Хуа Чэн ухмыльнулся. – Нет. У меня есть неотложные дела.       Се Лянь больше не мог оставаться на месте. Прикрыв лицо рукой, он поспешил за уже знакомым демоном, практически убегая. Никто не осмелился вновь начинать шуметь, но глаза всех были до сих пор расширены от удивления.       Покинув оживлённый центр призрачного города, Се Ляню всё больше казалось, что Шун Фэн вот-вот исчезнет в темноте, поэтому он инстинктивно стал идти ближе. "Интересно, как этот юноша связан с Хуа Чэном?" – начал размышлять Се Лянь. – "Они хорошие знакомые, а может, братья?" – Шун Фэн, можно задать вопрос? – спросил Се Лянь, смотря в спину демону. – Задавайте, – ответил тот. – Ке… кхм, куда мы идем? Обернувшись на принца, Шун Фэн сказал: – Гэгэ сказал, чтобы я проводил вас в Дом Блаженств. Это его резиденция. – А… – понимающе кивнул Се Лянь, тихо размышляя про себя. – Интересно, что будет дальше? Я в самом деле буду просто прислуживать ему, или…       Не успел он продолжить свою мысль, как послышался голос Шун Фэна. – Если вы ломаете голову над тем, зачем вы сдались гэгэ, то лучше не стоит. Он непредсказуем, дальше может произойти все, что угодно. – остановившись, он продолжил. – Но не думаю, что произойдет что-то плохое. Кстати, господин Хуа, мы прибыли.       Се Лянь немного смутился. Как теперь ему быть? "Нужно же было представиться именно так," – думал он. Подняв глаза, Се Лянь понял, что оказался у берегов озера в одиночестве. Шун Фэна уже не было, он будто растворился. Множество тихих огоньков играли и прыгали на поверхности воды, а на берегу возвышался роскошный дом, больше похожий на дворец, сверкавший золотом. Над входом красовалась надпись: "Дом Блаженств". "Была не была," – с этими мыслями принц приблизился к двери.       Се Лянь вошел внутрь, приподняв рукой жемчужную занавеску, которая мелодично зазвенела. Ему навстречу хлынул теплый, дурманящий аромат.       Девушки с обнаженными белыми ногами, закручиваясь в танце, напоминали розы с ядовитыми шипами в ночи. Проходя мимо Се Ляня, они бросали на него оценивающие, соблазнительные взгляды. В дальнем конце зала виднелась длинная кушетка, покрытая шкурой какого-то экзотического зверя, на которой могла бы разместиться дюжина человек. Однако на ней восседал лишь один человек в красном – Хуа Чэн. Се Лянь напрягся. Дальше могло произойти что угодно.       Красавицы танцевали и пели перед ним, но он не обращал на них ни малейшего внимания, сосредоточив взгляд на небольшой позолоченной башенке перед собой. Внезапно он весело улыбнулся, легко щёлкнув по ней пальцем – и маленький золотой дворец рухнул с грохотом. Золотые листья рассыпались по полу, словно дождь. Хуа Чэн небрежно отбросил кусочек золота, с которым играл, и спрыгнул с кушетки. Танцовщицы быстро отступили в стороны, прикрыв рот и замолчав. Хуа Чэн, заложив руки за спину, медленно пошёл к принцу по усыпанному золотыми обломками полу и произнёс: – Раз ты здесь, почему не подходишь, даочжан? Или из-за произошедшего в игорном доме ты теперь сторонишься Сань Лана?       Се Лянь опустил жемчужную занавеску. – Это совсем не так. – проговорил он и шагнул ближе к Хуа Чэну. – Да? Ну хорошо, – ответил демон.– Не стесняйся, проходи.       Хуа Чэн пробежал взглядом по танцовщицам, девушки притворно закричали от испуга и в тот же миг поспешили прочь. В огромном зале остались только двое. Хуа Чэн слегка наклонил голову и сказал: – Подойди сюда, садись.       Они подошли к краю зала, и Се Лянь стал внимательно разглядывать Хуа Чэна. Тот действительно сменил наряд: на нем была белая рубашка с немного открытым воротом, а красная одежда свободно спадала с плеч, создавая более расслабленный и в то же время роскошный вид.       Поскольку Се Лянь рассматривал его слишком долго, Хуа Чэн с хитрой улыбкой спросил: – Гэгэ, а, гэгэ, почему ты так пристально на меня смотришь? Тот, окинув демона еще раз взглядом, ответил: – Так, это и есть тот истинный облик, который ты не хотел мне показывать ранее?       Хуа Чэн, ничего не отвечая, лишь с интересом смотрел на принца. Се Лянь добавил: – Прекрасно. Хуа Чэн удивленно приподнял бровь: – Что именно прекрасно, гэгэ? Мой облик? – В прошлый раз ты говорил так устрашающе, что я был готов к тому, что ты окажешься с зеленым лицом и острыми клыками, но на самом деле ты просто немного выше и крупнее. – чуть помедлив, Се Лянь тихо добавил, не отводя взгляда – И красивее. Градоначальник Хуа прекрасен в любом облике.       Хуа Чэн смотрел на принца с поднятой в удивлении бровью, его губы тронула лукавая улыбка. – О, – сказал он, и на его лице отразилась хищная радость. – Значит, я симпатичен гэгэ? – Именно, – отзеркалив его улыбку, ответил принц, чувствуя, как его щёки предательски заливаются румянцем.       Хуа Чэн сделал шаг ближе, сокращая расстояние между ними. Се Лянь же, решив позволить Князю Демонов вести свои игры, отступил на шаг, упираясь бедрами в мягкую обивку кушетки. Хуа Чэн, увидев, что пока сопротивления никакого нет, сделал еще шаг. Так как принцу некуда было отступать, он лишь сел на кушетку, в которую недавно упёрся.       Хуа Чэн остановился прямо перед ним. Се Лянь немного раздвинул ноги, в немом приглашении подойти демону ближе, что тот и сделал. Он наклонился к принцу, и заговорил, заставляя того покрыться мурашками. – Удобно устроился, гэгэ?       Се Лянь поднял взгляд, встречаясь с его пронзительным взглядом. – Вполне, – усмехнулся он. – А сам-то ? Стоишь между моих ног, так ещё и наклонился. – О, гэгэ, не переживай, – его губы тронула лукавая улыбка. – Я то уж точно не буду жаловаться на неудобства.       Он протянул руку и коснулся кончиками пальцев подбородка Се Ляня, слегка приподнимая его. – Ты же не думаешь, что я позволю тебе отступить после того, что мне наговорил и после этих действий? – прошептал он, указывая на их нынешнее положение. – Не забывай, ты проиграл и теперь я могу сделать с тобой всё, что захочу.       Уверенность Се Ляня дала трещину. Он мог, переступив через себя, плыть по течению, играя в игру Хуа Чэна. Но если тот потребует большего, что ему делать тогда? Заметив напряжение бога, Хуа Чэн, наклонившись к его уху, спросил: – Гэгэ, ты чего так распереживался? – чуть помолчав, он продолжил – Не бойся, я не причиню тебе вреда. У меня сегодня хорошее настроение.       Хуа Чэн отстранился, позволяя Се Ляню прийти в себя от близости. Его взгляд, однако, не отпускал принца. – Даочжан, должно быть, проголодался. Как насчет простой беседы за столом? – предложил он, и в голосе проскользнула нотка заботы, которая показалась Се Ляню подозрительно непривычной.       Принц сглотнул, ощущая сухость во рту. – Я не голоден, но не против беседы, – пробормотал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно.       Хуа Чэн отдал короткий приказ слугам, чтобы те всё же принесли пару тарелок с угощениями, мало ли принц передумает. Сам он занял место справа от Се Ляня. – Я хотел поблагодарить тебя… за подарок, – тихо произнес Се Лянь, коснувшись пальцами шпильки, украшавшей его волосы. Взгляд Хуа Чэна смягчился, но лишь на мгновение. – Хоть и не знаю, чем его заслужил… – Я просто подумал, что это украшение будет тебе к лицу, – небрежно пожал плечами Хуа Чэн, сердце принца словно пропустило удар. – Разумеется, я был прав.       Се Лянь привык к комплиментам, его красота была общеизвестна. Но словам Хуа Чэна… хотелось верить, он хотел принять их. – Что привело даочжана-гэгэ в Призрачный город? – спросил Хуа Чэн.       Се Ляню потребовалось время, чтобы собраться с мыслями. Он не мог сказать правду, не мог признаться, что прибыл сюда по приказу Небесного Императора. Даже если он сам вызвался на это задание, чтобы предотвратить распространение слухов о Хуа Чэне… – Что ж, в любом случае я рад тебя видеть, – добавил Хуа Чэн.       Слова Хуа Чэна застали Се Ляня врасплох. Он ожидал враждебности, презрения, но никак не радости. И он солгал бы, если бы сказал, что не рад видеть его. – …У тебя чудесный дом, – попытался поддержать разговор Се Лянь, надеясь сгладить неловкость. – Это резиденция, а не дом, – тут же поправил его Хуа Чэн. Принц приподнял бровь. – А есть разница? – Есть. Дома есть домашние, – ответил Хуа Чэн, слегка пожав плечом. – Место, где ты живешь один, домом не назовешь. "Если так рассуждать, то я бездомный уже восемьсот лет," – промелькнуло в мыслях Се Ляня. – Так ты живешь здесь совсем один? – Нет… не совсем, – уклончиво ответил Хуа Чэн, когда Се Лянь бросил на него любопытный взгляд. – Здесь иногда бывает еще один человек, но в основном я один.       К этому времени слуги поставили на небольшой рядом стоящий стол несколько тарелок с угощениями. Между принцем и демоном повисло молчание. – Ты оставил мне подарок, меня это удивило. Потом сказал, что рад меня видеть, – перечислял принц, нарушая молчание. – Мне казалось, после того разговора в храме, ты не захочешь иметь со мной ничего общего. – М? – Хуа Чэн посмотрел на принца. – Почему ты так думал? Се Лянь чуть опустил голову, пальцы нервно теребили край рукава ханьфу. – Ты сказал, что мы не друзья. Я думал, что противен тебе, поэтому ожидал враждебности, после того, как ты бы узнал о моём нахождении здесь. Я… я был готов к тому, что ты отвернешься или даже… – он запнулся, не в силах продолжить свою мысль.       Хуа Чэн молчал, внимательно наблюдая за Се Лянем. Его лицо оставалось невозмутимым, но Се Лянь чувствовал на себе его пристальный взгляд. Наконец, Хуа Чэн медленно приподнял бровь. – Противен? – переспросил он, в его голосе звучала легкая насмешка. – Ты действительно думал, что ты мне противен, гэгэ?       Се Лянь покраснел. Он знал, что звучит глупо, но как по другому ему узнать об отношении Хуа Чэна к нему. – Я знаю, что это звучит глупо, но я думал..просто, мы и до этого не так хорошо ладили, а потом ты сказал те слова… Хуа Чэн усмехнулся. – Мы в самом деле не друзья, но это не значит, что ты мне противен. – лицо Се Ляня озарила лёгкая улыбка – Поверь, если это было так, то сейчас ты бы тут не сидел. И уж точно не получил бы от меня подарка. После чего, он указал пальцем на шпильку в волосах принца. – Я рад, что ты не поставил её в виде ставки.       На мгновение губы Хуа Чэна скривились в улыбке, обнажив острые клыки. Но выражение тут же исчезло, словно его и не было. – Градоначальник Хуа, мне показалось… ты что-то в себе изменил? Хуа Чэн склонил голову, отрицательно качая ей. – Нет, Ваше Высочество. Это мой истинный облик.       Се Лянь нахмурился, вглядываясь в лицо Хуа Чэна. Что-то в нём действительно казалось… другим. – Понятно, – вздохнул он. – Просто мне показалось… – Они втягиваются, – тихо заметил Хуа Чэн. Се Лянь удивленно моргнул. – Не знал, что у призраков они есть, – пробормотал он, чувствуя, как глупо звучит этот вопрос. – Есть, но не у всех. – Вот как… – У тех, кто слабее, их нет, – поясняет Хуа Чэн.        Это логично: призраки, в отличие от богов, редко используют духовные орудия. Чаще их тела сами становятся оружием. Как, например, длинные когти Сюань Цзи.       Эта мысль заставила Се Ляня машинально потянуться к Хуа Чэну и взять его за руку – просто чтобы проверить. Но пальцы Хуа Чэна были обычными, с короткими, гладкими ногтями, как у любого человека.       Се Лянь снова взглянул на демона и почувствовал, как уши начинают гореть от его ухмылки. Хуа Чэн наклонился к небожителю. – Они тоже втягиваются, гэгэ, – ответил Хуа Чэн, мгновенно уловив направление мыслей бога.       Се Лянь кивнул и отпустил руку Хуа Чэна, поняв, что и так слишком долго за неё держался. Но демон так и сидел, наклонившись к нему, из-за чего принц вновь смутился. Пока Се Лянь пытался собраться с мыслями, Хуа Чэн задал ещё один вопрос: – Гэгэ, почему ты зовёшь меня градоначальником, неужто Сань Лан и в самом деле стал тебе чужим? –Нет-нет, что ты. – заверяет его принц. – Просто тут все зовут тебя градоначальником, вот я и.. Губы Хуа Чэна трогает довольная улыбка: – Именно, все зовут меня так, но гэгэ может звать Сань Ланом. – Хорошо. – согласился принц, после чего погрузился в раздумья. Из мыслей его вывел голос Хуа Чэна. – Даочжана-гэгэ, о чём ты задумался? – Эм.. – Се Лянь сухо сглатывает, широко распахнув глаза. – …Сань Лан, мне нужна помощь, если тебе не трудно… – О, – проговорил Хуа Чэн – То есть после того, что в игорном доме учинил Лан Цяньцю, ты просишь у меня помощи? Се Лянь стыдливо опустил голову. – Кстати говоря, прости за это, если нужно мы возместим убытки.       Хуа Чэн смотрел на него оценивающим взглядом, словно пытался понять правду ли говорит бог. Немного помолчав, Се Лянь продолжил: – Его Высочество Тайхуа не собирался устраивать беспорядки, просто, увидев ситуацию с игроком, посчитал, что не вмешаться нельзя. – Всё дело в том, что он слишком мал опытом, – бесстрастно произнёс Хуа Чэн, сложив руки на груди. – Тот, кто из двух вариантов – прибавить десять лет жизни себе или отнять десять лет жизни своих врагов – выберет последнее, как раз и зовется человеком. Такова людская природа. Если такой дурень, как Лан Цяньцю, смог вознестись, значит, на Небесах и впрямь нехватка служащих. Се Лянь немного расстроенно потер точку между бровей. – А такой как я… вознесся целых три раза… Хуа Чэн бросил на него взгляд. – Как я и говорил, на Небесах и впрямь нехватка служащих. "Может и так" – пронеслось в мыслях Се Ляня. Поразмыслив немного, принц произнес: – Сань Лан, возможно, мои слова выйдут за рамки дозволенного, но я все же скажу. Твой игорный дом – весьма опасное место. Не принесет ли он тебе когда-нибудь неприятности? Услышав вопрос, Хуа Чэн посмотрел на принца и ответил: – Даочжан задавался вопросом, почему Лан Цяньцю решил вмешаться? Се Лянь удивленно замер. Хуа Чэн добавил: – Думаю, он бы наверняка сказал, что если бы не он, то никто бы не сделал этого. Се Лянь, вспомнив характер Лан Цяньцю, кивнул. – Полагаю, он бы так и сказал. – В моем случае ситуация совершенно иная, – проговорил Хуа Чэн. – Лучше я возьму контроль над этим заведением в свои руки, чем позволю ему попасть в чужие, некомпетентные. Се Лянь кивнул. – Я понимаю. Чуть помолчав, Хуа Чэн вдруг произнёс: – Ладно, в чём же Его Высочеству нужна моя помощь?       Се Лянь, на мгновение растерялся, но вспомнил, что совсем недавно просил у собирателя цветов помощи. –…Я встретил мальчика, – пробормотал принц. – У него шрамы от Поветрия Ликов.       Се Лянь не заметил, как на мгновение взгляд Хуа Чэна стал острым и опасным. – Удивительно, – коротко ответил Хуа Чэн. Се Лянь кивнул, чувствуя себя неловко. – Боюсь, я отреагировал на него не лучшим образом, и он сбежал. Мне кажется, он укрылся здесь, в Призрачном городе.       Се Лянь замолчал, гадая, не зашёл ли он слишком далеко. Не была ли его просьба обременительной? – Но если это слишком сложно… – Отнюдь, – возразил Хуа Чэн. – Найти его не составит труда.