Обладая уничтожающей силой – не теряй сердце, стремящееся сберечь цветок.

Се Лянь благодарно кивнул. – Спасибо, Сань Лан. *Хуа Чэн, не отрываясь от трапезы, обратился к сети духовного общения: – Инь Юй. – Да, градоначальник? – отозвался тот. – Найди мальчика с признаками Поветрия Ликов. Он, вероятно, скрывается где-то в Призрачном городе. – Будет исполнено.* Хуа Чэн отключился и повернулся к Се Ляню, словно ничего особенного не произошло. – Гэгэ, о чём-то задумался? – спросил он, заметив рассеянный взгляд Се Ляня. Се Лянь, до этого бессмысленно глядя на тарелку с фруктами, поднял на князя демонов взгляд. – Просто думаю… Поветрие Ликов было распространено в Сяньлэ. Неужели он оттуда? – пробормотал он. – За последние столетия я впервые встретил человека, который мог бы быть жителем моего государства. Поразмыслив, Хуа Чэн ответил: – Он может быть и не из Сяньлэ.       Се Лянь призадумался и, вспомнив происшедшее в Юнани, которое он устроил, согласно кивнул. – Сань Лан, неужели тебе все равно, что по твоим владениям расхаживают небожители? – с любопытством спросил он, желая перевести тему. Лицо Хуа Чэна озарила лёгкая улыбка. – Мои владения во всех трех мирах славятся как прибежище нечисти, настоящая преисподняя, куда стекаются все отбросы. Но на самом деле, каждый стремится сюда за развлечениями. Даже небожители, с показным презрением отзывающиеся о моих землях, втайне ищут здесь возможности для сомнительных дел. Им нужно место, где можно действовать скрытно, под маской, и тогда они стремятся проникнуть сюда. Пока они не наводят шума, мне лень тратить на них время. Но если кто-то перейдет черту… расправа будет мгновенной. – ответил он. Се Лянь понимающе кивнул. – А… – тихо пробормотал он, обдумывая услышанное. – Градоначальник? – позвал Хуа Чэна голос снаружи.       Се Лянь перевёл взгляд на дверь и увидел, как у занавеси склонился в почтительном поклоне мужчина высокого роста в чёрных одеждах. Он привёл сюда того юношу, израненного и обмотанного бинтами. – Я нашёл ребёнка, о котором вы говорили.       Се Лянь резко вскидывает брови. Это было быстро. Особенно с учетом того, как долго возились с этой задачей Небеса. – Проводи его ко мне. – не поворачивая головы, проговорил Хуа Чэн.       Посланник Убывающей Луны за руку повёл мальчика к ним. Он держал его крепко, но стараясь не причинять боль. Оставив юношу, посланник с поклоном удалился. – Даочжан, что ты от него хочешь? – Хуа Чэн заложил за спину руки. – Помочь чем-то? – Дальше я смогу разобраться сам – принц подошёл к мальчику. – Ты уже мне очень помог.       Хуа Чэн смотрит, как Се Лянь здоровается с мальчиком, присев возле него на корточки: – Привет, – принц говорит тихо и держит руки при себе, чтобы не напугать его. – Ты помнишь меня? Прости за то, что случилось в нашу первую встречу.       Мальчик испуганно смотрел него, а после перевёл взгляд с принца на фрукты и обратно, будто спрашивая "можно ли взять?". Се Лянь, поняв, что юноша хочет, повернулся к Хуа Чэну. – Сань Лан, он, видимо, изголодал. Можно я дам ему немного из тех фруктов, которые на столе? Хуа Чэн кивнул, ничего не произнеся. – Спасибо, – проговорил принц и взял тарелку с фруктами, передав её юноше. Тот тут же схватил её и принялся жадно есть, так быстро, словно боялся, что еду отберут. – Не торопись, жуй тщательно, – мягко сказал Се Лянь. – Я не отберу у тебя еду.       Юноша кивнул и замедлил темп, стараясь есть аккуратнее. Дав ему поесть, принц решился задать вопрос. – Как тебя зовут?       Ответа не последовало, юноша продолжил уплетать фрукты. Но после он что-то промычал, но принц не смог разобрать ни слова. Хуа Чэн смотря на это, произнёс: – Может быть, он многие годы не разговаривал с людьми и разучился. – Тогда не будем спешить. – вздохнул Се Лянь. Он, глядя на пятна крови на повязках юноши, мягко произнёс: – Я вижу, у тебя на лице раны, очень серьезные. Позволь я помогу тебе с ними.       Стоило принцу упомянуть раны, глаза юноши вновь наполнились страхом, но благодаря уговорам Се Ляня, он согласился. Принц принялся развязывать бинты, а после достал лечебную мазь и принялся аккуратно намазывать её на исказившие лицо юноши шрамы. Закончив с этим, Се Лянь спросил его: – Ты.. из Сяньлэ? Юноша лишь отрицательно покачал головой. – Тогда откуда ты? – вновь спросил принц. – Юнань – с трудом выговорил юноша. У Се Ляня потемнело в глазах, не задумываясь, он спросил: – Ты когда-нибудь встречал Белое бедствие?       Юноша смотрел на него, не понимая о ком идёт речь, а после отрицательно качнул головой. – Думаю, ему стоит отдохнуть – проговорил Се Лянь. – Соглашусь. – ответил Хуа Чэн.       После того, как прозвучали его слова к ним вышла одна и подчинённых и, придерживая юношу за плечо, удалилась. Се Лянь поднялся на ноги. Хуа Чэн подошёл к нему и тихо сказал: – Присядь, отдохни. Тебе пока лучше не видеться с ним. Се Лянь послушно сел на кушетку, и Хуа Чэн последовал его примеру. – Что ты собираешься делать с этим мальчиком? – спросил он. Се Лянь, немного подумав, ответил: – Заберу с собой, а там посмотрим. – Он демон, не человек. Лучше оставить его в Призрачном городе, – сказал Хуа Чэн. – Сань Лан, я очень благодарен тебе, но я обещал его знакомой, что позабочусь о нём. Я не могу его здесь оставить.       Неожиданно Се Лянь ощутил странное шевеление. Он взглянул на изогнутую саблю на поясе Хуа Чэна и замер, пораженный внезапными изменениями.       На рукояти сабли был вырезан серебряный глаз. Рисунок, составленный всего из нескольких серебряных линий, был невероятно реалистичным, почти живым. Веки глаза распахнулись, явив принцу красную радужку, которая медленно провернулась, словно осматривая его. Хуа Чэн, также заметив это, произнёс: – Мне нужно ненадолго отлучиться. Я скоро вернусь. "А что если Его Высочество Тайхуа вновь что-то учинил?" – подумал Се Лянь. – Я пойду с тобой, – проговорил он, поднимаясь с кушетки, но Хуа Чэн лёгким движением руки усадил его обратно. – Это не твои дружки. Гэгэ, тебе не нужно ходить со мной. – бросил собиратель цветов и направился прочь из главного зала.       Хуа Чэн развернулся и вышел из главного зала. Легкий взмах руки, и нити с бусинами расступились. Когда он исчез, они медленно опустились, издав нежный, переливчатый звон.       Се Лянь, немного посидев в тишине, вспомнил о цели своего визита и поднялся. Он прошёл через дверь, за которой скрылись служанки, и оказался в цветнике, вдоль которого вилась галерея, окрашенная в насыщенный цвет киновари. Сейчас здесь царила тишина и покой.       Се Лянь уже собирался вернуться, когда заметил мелькнувший впереди силуэт. Посланник Убывающей Луны! Принц отметил, что тот торопится, словно боится быть замеченным. "Подручный Сань Лана? Что он скрывает, тайком пробираясь по владениям своего господина?" – подумал Се Лянь. Решив выяснить цели посланника, он бесшумно последовал за ним.       Добравшись до угла, за которым тот исчез, Се Лянь прижался к стене и осторожно заглянул за поворот. Посланник двигался быстро, постоянно оглядываясь, выдавая крайнюю настороженность.       Подозревая недоброе, Се Лянь старался не отставать, следуя за Посланником по пятам на небольшом расстоянии. Когда они свернули в длинный коридор, в конце которого виднелась пёстрая дверь Се Лянь встревожился. "Если он обернётся, мне некуда будет спрятаться." – думал он. Посланник Убывающей Луны замер и резко обернулся. Се Лянь, сердце которого заколотилось от внезапной тишины, бросил в воздух Жое. Та мгновенно намоталась на балку и подтянула принца к потолку, надежно закрепив его.       Не обнаружив никого, Посланник Убывающей Луны развернулся и продолжил путь.       Се Лянь не рискнул спускаться, застыв под потолком. Он осторожно, стараясь не издать ни звука, начал перемещаться вперед. К счастью, Посланник прошел лишь несколько шагов и остановился перед дверью. Принц замер, неотрывно наблюдая за ним.       Дверь вела в небольшое строение, перед которым возвышалась статуя женщины. Се Лянь видел лишь ее голову и круглое яшмовое блюдо в ее руках. Посланник не стал сразу открывать дверь, а повернулся к статуе и бросил на блюдо что-то. Раздался отчетливый стук. "Игральные кости?" – мелькнуло в мыслях принца.       В подтверждение своему предположению, когда Посланник убывающей луны убрал руку, принц увидел на тарелке две игральные кости, обе показавшие шестерку.       Тот забрал кости, открыл дверь и зашёл. Замка на ней не было – он просто захлопнул дверь. Принц легко опустился на пол и, скрестив руки на груди, внимательно осмотрел дверь.       После того, как Посланник закрыл дверь, внутри не послышалось ни малейшего звука. Се Лянь толкнул дверь, и она бесшумно распахнулась, открывая пустую комнату. Принц закрыл дверь и снова взглянул на статую. "Похоже, это магический замок, – подумал он. – Чтобы открыть его, нужно выбросить две шестерки на костях, и тогда дверь перенесет тебя в нужное место."       Но для Се Ляня выбросить две шестерки было невозможным. Он лишь удрученно вздохнул, еще раз окинул взглядом комнату, покрутился у двери и, наконец, решил удалиться. Се Лянь, направляясь обратно, едва не подпрыгнул от неожиданности, услышав громкий голос: – Гэгэ!       Мимо Се Ляня пронесся ребенок, настолько быстро, что порыв ветра взъерошил его одежду. "Этот ребенок… – мелькнула мысль. – неужели Шун Фэн?" – Шун Фэн? – позвал принц. – Ой, господин Хуа, простите, я вас не заметил. А вы не знаете, где гэгэ? – спросил демон. – Градоначальник Хуа? – уточнил Се Лянь, и, получив утвердительный кивок, ответил: – Он сказал, что отошёл по срочному делу. – А… – протянул Шун Фэн. Осмотрев призрака, принц задал вопрос: – Шун Фэн, можно спросить, почему ты в таком облике? – Ну… – демон замялся. – Я умер в этом обличии, то есть оно настоящее.       Се Лянь понимающе кивнул. После небольшой паузы демон продолжил: – К тому же, я дома, так что могу никого не стесняться. "Дома?" – пронеслось в голове у принца. – Ты здесь живешь? – спросил Се Лянь.       Но ответом его не удостоили, ведь в этот момент раздался мелодичный звон цепочек Хуа Чэна. – Даочжан, вот ты где, – проговорил он. – Умеешь же прятаться. – Пока тебя не было, я хотел проверить того мальчика, но немного заблудился, – кивнув в сторону Шун Фэна, Се Лянь добавил: – Этот молодой человек помог мне найти дорогу.       Хуа Чэн бросил быстрый взгляд на Шун Фэна и с любопытством приподнял бровь. Ребенок в ответ пожал плечами и пробормотал: – Мы с господином Хуа как раз собирались в главную залу.       Уши Се Ляня загорелись. "Зачем я представился именно этим именем?" – в который раз за день спросил он себя.       Теперь и вторая бровь Хуа Чэна поползла вверх, а на его устах отразилась улыбка. – "Господин Хуа"? – повторил он, растягивая слова. – Я… – начал Се Лянь, но осёкся, прикусив язык. Он собирался признаться, что забыл о своем обещании больше не использовать эту фамилию, и что не знал о связи Шун Фэна и Хуа Чэна. Но Шун Фэн, не обременённый моралью, опережает его, невинно распахнув глаза: – …Ваша фамилия ведь Хуа, господин? Простите, если я ослышался. "Он ведь прекрасно знает, что не ослышался," – подумал Се Лянь, узнавая этот ехидный тон. – Вот как его высочество представился тебе, когда сбежал погулять? – Не сбежал, – закатил глаза Шун Фэн. – А вышел по твоему поручению. – Ах, да, – кивнул Хуа Чэн. – Теперь мне интересно, как ты его нашёл. – Я услышал шум, – проговорил Шун Фэн. – Какой шум? – переспросил Хуа Чэн. – Один торгаш пристал на улице к молодой девушке, хотя она ясно сказала, что ждет мужа, – бормочет Шун Фэн. – Лан Чан пришла ей на помощь, но…       Демон осекается, понимая, что его рассказ может выставить принца в невыгодном свете. – …Вы столкнулись, пытаясь разобраться в ситуации? – князь демонов приподнимает бровь. – Той девушкой был я, – тихо признается принц, заливаясь краской. Наступает неловкая тишина. – Это была маскировка. Меня разоблачили как раз в момент обратного превращения… Шун Фэн помог мне и проводил до Игорного дома. – Маскировка… – повторяет Хуа Чэн, непривычно притихший. "Идея с маскировкой была провальной," – мелькает в голове у Се Ляня. – …Да, – вздыхает он, совсем поникнув. – Мы старались не привлекать внимания, но потом появился Лан Цяньцю и поднял шум… А я всё равно привлек его к себе. – Ты был… в женском обличье? – изумленно шепчет Хуа Чэн. – Мне Повелитель Ветра предложил. – бормочет принц, избегая взгляда. – Ты был женщиной и говорил, что ищешь своего мужа. – на лице Хуа Чэна отразилась ухмылка. – Я… – принц поднимает голову. – Я не это имел в виду… Ты не подумал, что я…?       Наверняка некоторые призраки соотнесут эти инциденты. Сначала принц – чисто гипотетически – притворился невестой, а затем явился в Игорный дом и поставил поцелуй на кон, а после и себя самого, на глазах у всей призрачной толпы. – Я… – принц так и не отнял рук от лица. – Я совсем не это имел в виду!       Со стороны Хуа Чэна раздается тихий смех. – Конечно, – он торопливо успокаивает его. – Всё в порядке. Принц, отнимая руки от лица, смотрит на демона. Хуа Чэн продолжает: – Но ты говорил, что больше не представляешься этой фамилией. – Говорил… – соглашается Се Лянь. – Но я об этом не подумал.       Шун Фэн переводит взгляд с одного взрослого на другого, уже не сдерживая смех. – У тебя был длинный день, иди отдохни, – говорит ему Хуа Чэн.       Поняв, что старший просто просит оставить их с принцем наедине, он оглядывает их еще раз и, пожав плечами, отступает. – Как скажешь.